Часть третья

РОЖДЕННЫЕ ДЛЯ СЧАСТЬЯ

СУБЪЕКТ И «ЗАКОНЫ ЖИЗНИ»


...

Проблемы общения с реальностью

В силу того что мы с вами как западная цивилизация существуем последние триста лет в «cogito, ergo sum», мы с неизбежностью тот материал, который идет к нам из духовного сообщества, превращаем в материал нашего сознания (иногда воображения, но это больше женщины). То есть в материал своей субъективной реальности. А вот когда встречаешься с людьми, выросшими в восточной культуре, видишь, что у них все начинается с образа и только потом идет словесно-логическая форма, понятийная форма. А у нас все начинается с понятия, и только потом идет образ.

В Петербурге я работал с Мастером Тыном. Он говорит:

– Ну, представь себе, что ты змея.

– Представил. И что?

Ничего. А для него представить, что он змея, – это огромное количество последствий. Точно так же, как я ему говорю:

– Представь себе, что ты погружаешь свое «точечное Я» в бесконечность.

– Ну и что? – говорит Мастер Тын.

– Как что?

А он говорит:

– А ты представь себе, что ты змея.

Это вопрос о взаимоотношениях, о способе включенности в реальность. Мы включены другим местом. И поэтому для нас проблема – серьезно относиться к образу.

Да, у нас образ – вещь хорошая, но для кого? Для художников, артистов, музыкантов и т.д.

«Представь себе, что ты петух». Сразу тебе кажется, что оскорбить хотят, в артиста превратить. «А теперь представь, что твое тело протянулось в бесконечность» – уже нормальная реакция.

Мы несерьезно относимся к образу. Даже профессиональные художники, поэты, композиторы, несмотря на то что они люди художественно одаренные, все равно испытывают в жизни, вне моментов творческого вдохновения, некоторое смущение от своей якобы «неполноценности», поэтому все очень любят теоретизировать, чтобы доказать, что и они могут логически и абстрактно мыслить. Почему-то кажется им, что образ – это какая-то недостаточность.

Но разве реальность как таковая говорит с нами языком понятий (если исключить тексты)? Вот реальность такая: вот цветок, вот еще цветок. Вот магнитофон. Вот рояль. Это же все предметно-наглядные вещи или картинки. И мир с нами говорит чаще всего этим языком, а мы его не слышим. Мы его видим, как бы даже ощущаем, но как текст, высказанный языком образов, мы его не воспринимаем.

Посмотрите, какая уникальная страна – Япония. У японцев сначала образ, а потом понятие. Наша несерьезность по отношению к образу вынуждает нас провести резкую разграничительную линию между всем тем, что мы называем духовностью, каждый по-своему, и всем тем, что мы называем обычной жизнью. И таким образом наша духовность личная, персональная выпадает из жизни.

Духовность не растворяется в жизни, не пронизывает ее, происходит не взаимная трансформация, а насилие над живой тканью жизни, подгонка ее под понятийный аппарат «духовности». Либо рациональное «разоблачение» духовности. Тогда среди тридцатипятилетних духовных искателей не остается.

В книжке «Океан удовольствия для мудрого», которую я часто вспоминаю по разным поводам, среди всего прочего написано: «Богатства и изобилия, служащих пищей и удобрением для духовного роста, не следует избегать».

Немножко напряжемся и воспримем это не как понятийную формулу, а как текст, составленный из образов.

Не понятие «богатство» – а образ «богатство». Богатство как образ – это всегда избыток: богатство цветов, красок, переживаний, чувств.

«Богатства и изобилия…» Образ изобилия? Что такое изобилие, мы просто не знаем. Что-то читали в книжках, в основном в сказках. Кто может себе представить изобилие? Что это такое как образ? То, что уже не нужно? Действительно так. Богатство – это избыток, когда все есть и этого так много, что я могу поделиться. А изобилие – это состояние, похожее на то, которое мы испытывали, будучи в утробе матери. Только захотел – уже все есть.

«Богатство и изобилие, служащие вам», – заметьте, не принадлежащие вам, а служащие, то есть средство, прислуга, «служащие пищей и удобрением» – как навоз.

Всего этого не следует избегать, занимаясь проблемами собственного духовного роста.

Где же объективная причина, по которой мы позволяем себе увильнуть от живой ткани жизни? Она в очень простой вещи. Что нужно для жизни? Перечень необходимого и достаточного: ты и жизнь.