ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

Духовные пути

Вступительный обзор

Я попытаюсь рассказать о духовных учениях, о том, на какие они делятся категории. Я заранее предупреждаю, что, естественно, такая классификация, такой подход – это мое личное мнение, а если мое, то, естественно, и той традиции, к которой я принадлежу. Поэтому прошу воспринимать сказанное не как истину в последней инстанции, а как некоторые итоги двадцати одного года работы.

Прежде всего, нужно усвоить, что у каждой живой духовной традиции существует убежище. Убежище предназначено для людей, которые думают, что они хотят духовного пути, а на самом деле ищут просто защиты. В чем отличительный признак любого убежища в любой традиции? В том, что структурно и описательно мир, предлагаемый в убежище, гораздо проще той жизни, которой живет большинство людей. Он легко описывается десятью заповедями, четырьмя правилами и т.д. и т.п. Он прост, понятен, не требует никаких особых усилий в себе самом, в своем описании, заведомо содержит плюс-подкрепление, там заведомо хорошо быть. Простая система ценностей: белое легко отличается от черного и т.д. Такие убежища существуют во всех традициях. Это и есть настоящий вход-фильтр. Не надо никакой таинственности, просто эти убежища функционируют, они легко доступны, о них много пишется: масса литературы, рассказов, легенд, мифов и т.д. Поэтому любой человек, чувствуя необходимость в убежище, его находит и прекрасно там себя чувствует, для большинства людей больше и не надо. Просто в силу тех или иных причин человек не выдерживает сложности жизни, в которой он живет, оказывается не в состоянии с ней справиться, он не вооружен для этого, не имеет достаточной квалификации, здоровья или еще чего-нибудь.

Большинство людей именно эти убежища и принимают за духовность, за духовные пути, за духовное сообщество. На самом деле это внешний двор, так называемая экзотерическая часть. Двор, открытый для всех, кто приходит искать убежища. Если же человек действительно рвется к чему-то неведомому, хочет на ту сторону, хочет другой жизни, которая сложней, во много раз сложней этой, во много раз потому, что там требуется больше активности, ответственности, самостоятельности, творческого напряжения, риска (вплоть до смертельного), физического, духовного, душевного напряжения, если в нем действительно обнаруживается такая смыслоустремленность, тогда открывается двор посвящения и тогда вступает в силу закон: ученик готов – учитель появляется. Такие люди встречают то, что им положено встретить. Это первое, что нужно ясно понимать и чего почти никто не понимает или понимать не хочет.

Были случаи, когда после подобного рассказа у меня появлялось новое количество врагов, т.е. скрытых друзей. Они считали, что я их унизил.

Я так не считаю. Такова истина. Ничего плохого в том, что существуют убежища, нет, наоборот, великолепно, что они существуют, и люди там тоже делают нужные, полезные дела. Это подтверждается хотя бы тем фактом, что они существуют на протяжении всей истории человечества.

Теперь, что касается самих духовных путей. Первое, что нужно помнить: всякий духовный путь, в любой традиции, ведет к жизни во много раз более сложной, во много раз более трудной, во много раз более ответственной.

Чем дальше вы продвигаетесь по пути, тем сложнее. Легкость, радость появляется не от того, что вам стало просто, а от того, что вы приближаетесь к тому, к чему вы устремлены. Почему один человек устремляется, а другой – нет? Об этом я ничего не могу сказать, кроме того, что существует такой факт: на шестьсот домашних свиней всего пятьшесть особей с доминированием исследовательского рефлекса над ориентировочным, на двести голов диких оленей двадцать таких особей, про людей данных пока нет, где-то в среднем между тем и этим. Возможно, поэтому это так сложно.

Что же касается самих путей, то материал, которым мы располагаем, дает возможность разделить их на несколько типов.

Пути воздействия. Это большой блок различных традиций. Их объединяет то, что главное технологическое, техническое действие на этих путях – воздействие на объективную реальность в различных вариантах.

Соответственно, это путь силы, путь формирования силы, путь управления силой, путь добычи силы, путь использования силы и т.д. Эти традиции в большинстве своем очень популярны, потому что они созвучны с нашим западно-европейским стилем мышления. Мы привыкли, что надо обязательно воздействовать на мир, и тогда что-то будет происходить, если не воздействовать, то это пассивное отношение.

Следующая группа путей – это пути медитативные, пути погружения.

Эти традиции – это путь в глубины своей субъективной реальности.

Основное технологическое действие – медитация, т.е. покой. Прежде всего покой, тишина и т.д. И конечно, ни о какой силе там и речи нет, ни о каком воздействии речи нет. Там-не выходя из дома, мудрец знает, что делается в этом мире. Это тоже достаточно популярная группа традиций.

Во всяком случае, каждый о ней где-то что-то слышал. Но то, что в большинстве книжек пишут про медитацию – безответственно, потому что медитацией называют все, что угодно, постоянно путая медитацию и медитативные упражнения.

Медитация – это специальный способ жизни дпя достижения специальных целей. Прежде всего – это умение хранить покой, находишься ли ты в уединенном месте или среди базара, торжища – ты должен быть погружен в ничем непоколебимый покой. Это пути внутренние.

Следующую группу путей я бы назвал путями хитрого человека. Это пути, на которых главное технологическое действие – это умение видеть ситуацию и умение управлять ситуацией. Это пути интеллектуальные.

Особенно много таких традиций происходит из Тибета и существует там.

Правда, это не совсем то же самое, что мы привыкли понимать под словом интеллект, потому что Будда говорил, что за одно мгновение, т.е. за одну двадцатую секунды, он отслеживает десять тысяч мыслей, – там включаются особые формы владения интеллектом, включается высший интеллектуальный центр, скорость работы которого действительно в десять тысяч раз быстрее. Недавно получены экспериментальные данные, очень интересные.

Оказывается, человеку для опознания знакомых глаз среди множества предъявляемых достаточно 1/10000 секунды, хотя по всем современным теориям он просто не в состоянии что-либо увидеть за это время. Это строгие экспериментальные данные, полученные лабораториями: 1/10000 секунды; приблизительно того же порядка величина опознавания знакомого лица в толпе, т.е. существует-таки что-то, о чем говорят древние. Так вот, пути хитрого человека связаны со специальным развитием интеллектуальных возможностей.

Конечно, при такой скорости работы человек может действительно реально ухватить ситуацию, нашими словами говоря, просчитать ее, отреагировать.

И четвертое – наименее известная и наиболее сложная категория путей – это так называемые пути трансформации. Трансформации, в результате прохождения которых получается в человеческом обличье не совсем обычное существо, скажем так.

Трансформация происходит не только интеллектуальная, но и энергетическая, эмоциональная, физическая и т.д. Зависит это от конкретной традиции.

Существует ли возможность выбора пути? Об этом спрашивают часто. Я думаю, что она как бы существует и как бы нет. Вопрос в том, кто кого находит. Я думаю, что скорее путь находит человека, чем человек – путь, хотя, с другой стороны, это может быть резонансное взаимодействие, потому что невозможно создать описание, согласно которому можно было бы найти человека для данного пути. Но иллюзия перебора путей есть, это точно. Когда человек говорит: Я это попробую, я то попробую, то попробую…

У меня восемь входных посвящений. Это же не значит, что я прошел восемь путей. Это значит, что я имею доступ. На мне стоит какая-то печать, я даже не знаю, как они ее опознают, но, если я прихожу туда, куда у меня есть такой доступ – меня примут, со мной будут общаться. Но это не значит, что я прошел этот путь. Если человек прочитал много разных книг про много разных традиций, это же не значит, что он все это попробовал, как и если он пробежался из одного убежища в другое.

Обычно, если человек встал на путь, то это уже все. Дай Бог, чтобы ему повезло, и все. Не так много сейчас живых носителей традиций, а пройти путь без живого носителя традиции – это редчайшее исключение.

Такой человек от природы должен быть безумно одарен медитативно, чтобы, скажем, материализовать учителя со второго уровня, перевести на первый.

И каждый раз это делать. Это безумно сложно. Нужно столько энергии.

Можно сделать… Я знаю человека, который так выучился. В принципе я представляю, как это делается, но тратить на это энергию… Я не знаю.

Может быть, мне просто повезло, я встретил учителя, а кому-то этот путь, путь без учителя на первом уровне становится единственно возможным.

Обычно лапша в чем здесь заключается? Человек говорит: Ну зачем мне учитель, я учусь у Космоса. Некоторые учатся у учителей с Ориона. Мой учитель в таких случаях говорил: Каждый хочет учиться у Христа, но каждый получает такого учителя, которого заслуживает. Я думаю, что, поразмыслив, нетрудно понять, кто квалифицированней – живой носитель традиции или тот, кто ищет путь. Конечно, он быстрей вас заметит, чем вы его. Мой учитель говорил мне, что можно двадцать лет прожить рядом с человеком и быть уверенным, что это дядя Вася с пивзавода и что ты его как облупленного знаешь, но когда ты дорастешь, лет через двадцать, ты поймешь, что это учитель твоих учителей. Я никогда не забуду одно очень сильное переживание. В одной из наших последних встреч мой учитель сказал: Когда ты будешь проходить мимо пьяного, валяющегося в своей блевотине, и услышишь сказанные через него для тебя слова, вот с этого момента ты начал учиться. Я расценил это как образ, что нужно быть внимательным, что не нужно ничего заранее отвергать, что это непривязанность к форме. Но однажды наступил день. Я действительно шел мимо пьяного, валяющегося в своей блевотине, и услышал через него сказанное мне (у него вдруг изменился голос, и он странным голосом сказал несколько очень важных вещей), т.е. это произошло реально. И тогда я что-то понял, прокрутил у себя в голове все слова учителя. Стал внимательно вспоминать, что сказал мне учитель, и последнее из того, что он мне сказал, и понял через девять лет.

Что же он сказал? Теперь я знаю, что он говорил, то что он говорил, а я сразу интерпретировал под себя. Просто не надо то, что учитель говорит, тянуть под себя, надо себя тянуть к сказанному Учителем.

Давайте попробуем более внимательно рассмотреть эти 4 варианта духовных путей.

Пути силы. Наверное, самые популярные из них – это маги. И наиболее популярное, наверное, это то, что написал Кастанеда. Это во многом сказки, но… кто из тех, кто читал Кастанеду, скажет, сколько лет прошло от первой встречи с доном Хуаном до прыжка со скалы? Девять лет.

То, что описывал Кастанеда – это рассказ об одном из путей силы. Это путь силового воздействия, путь силы, путь овладения силой. Я думаю, что почти все, что там описано, практически возможно. Я общался с несколькими квалифицированными магами, и они, в общем, подтверждают это.

Хотя есть внешне более простые пути, но они менее эффективны. Есть у меня один знакомый маг – это просто прелесть, что за человек. Причем он магом стал по необходимости, реальной жизненной необходимости, спасая свою жену от психушки, и развил в себе это искусство до удивительных степеней.

Что здесь самое главное, на мой взгяд?

Наверное, прежде всего – качество традиции. Дело в том, что сила – вещь очень опасная для того, кто вступает с ней в контакт, и требует очень высокого знания необходимой последовательности действий во времени. Все серьезные пути требуют не менее девяти лет. Это общеизвестно. Девять-десять лет – это только чтобы начать, как следует, подойти – в серьезном учении. Быстрее не бывает.

Конечно, многим кажется, что воздействие – дело ясное – это возможность лечить, телекинез, прохождение сквозь стены, левитация и пр.

Нам это понятно, мы привыкли к психологии воздействия. Но должен вам сказать, что это в физическом смысле очень рискованный путь, очень много людей гибнет, физически гибнет, заболевают, умирают, сходят с ума; чем выше степень, чем дальше человек продвинулся по такому пути, тем он должен быть все более безупречным в профессиональном смысле слова, потому что он имеет дело с силой. Малейшее не правильное движение – сила его раздавит. Нужно очень внимательно читать такую литературу, как Кастанеда, анализируя, как путь развивался во времени. Там многое сильно запутано. Почему их было двое: Дон Хуан и Хенаро? Что делал Хенаро, что делал Хуан? Почему время от времени они менялись своими учениками? Какую часть там занимала разборка-сборка? Мистика для обучения – реальная мистика? Материальчик, безусловно, интересный.

Еще раз повторяю, чем выше степень мастерства, тем менее заметен этот человек, и, естественно, он никогда не вылезет на публику, потому что он никогда не будет стрелять по площадям. Это просто неграмотно.

Сила требует ювелирного приложения, безукоризненно точного прицела, как говорится. Если человек действительно на пути, а не в убежище одного из путей силы. Это в убежище лапши много, фокусы, очень забавно. Это восторг. Там такой цирк. Это действительно цирк высшего класса.

Я с одним юным сатанистом общался, мелкий бес – у него такая степень была, он хотел из меня технологию какую-то выудить. Разговариваю с ним об общем – он засыпает, а как только я заговорю о технике – он сразу просыпается.

Он демонстрировал свое искусство, он чай специальный мог заваривать – хохотунчик, бормотунчик. Ты можешь смотреть: ничего, вроде, не делает особенного, ничего в чай не добавляет, а все начинают болтать, причем болтают обо всем, рассказывают интимные вещи о себе, – так сказать, прилив искренности.

Такой же чай заваривает, вдруг хохот начинается зверский, дикое веселье.

Это первое, чему его научили, т.е. это забавные вещи, цирк такой.

Серьезные люди этим не занимаются, это им ни к чему.

Потому что на пути чем дальше продвигаются, тем становятся менее заметными. Они стараются быть очень незаметными, очень аккуратными, потому что рукой махнет – улица, отмахнется – переулочек. И идущий это знает, помнит. С ними очень приятно общаешься – потому что они предельно собраны. У них все четко, нет ничего лишнего, все отточено до совершенства.

Но, к сожалению, больше распространены примитивные варианты – убежища. Там в голову тебе залезут, поковыряться в психоэнергетике, врежут по харе (энергетический центр). Баловство всякое.

Думаю, что из тех, кто чувствует такую тягу к силе, из тех, которым это импонирует, которые стремятся к этой встрече с силой, многие доходят.

(Когда мы говорим многие – это человек сто в мире, сто пятьдесят, двести в лучшем случае, на каждый момент времени. Это очень много.) Теперь – пути медитации, пути погружения, пути покоя. Эти люди…

Кришнамурти – вы видели (в медитации, конечно). Это один из высоко достигших на этом пути. Люди из такого рода традиций обладают необыкновенной притягательностью, потому что внутри них светится нечто такое, нечто такое они внутри себя знают, они настолько спокойны…

Наша жизнь: в дом входишь, радио включаешь, телевизор, еще что-нибудь было бы – включил бы, только бы не тишина.

А они очень спокойные. Спокойные – даже не то слово. Некоторые нервничать начинают рядом с ними, их раздражает немыслимое нечто, фантастически устойчивое, некоторым они кажутся холодными. Тут вокруг вулканы, атомные бомбы взрываются, а он так сидит… Да, действительно, чуть-чуть улыбочка. Кришнамурти!

Но если вы с ними вступаете в контакт, не просто любуетесь, то для большинства из вас они кажутся сверхжесткими людьми, потому что их доброта за пределами нашего понимания о доброте. Это как у Гессе: Холод на вершине, боги сидят там, смеются… И вот если ты только сумеешь встроиться, войти в резонанс с этим состоянием, потрясающим своей глубиной тишины и покоя, вот тогда, в молчании, в тебе что-то начинает взрываться, открываться, внутри тебя происходит нечто…

Только на неофитах прямо написано, как они хотят всех в свою веру обратить. Чем дальше человек продвигается, тем меньше цирка.

Теперь – пути интеллектуальные, хитрые, пути управления. Здесь важно что? Что человек работает с ситуациями, человек работает в таком интеллектуальном режиме, который для нас вообще немыслим.

Я, к сожалению, не смог встретиться с человеком, который очень много прошел по этому пути. Я был допущен на несколько занятий в такой традиции. Руководитель там имел девять лет учебы за плечами, посвящение Далай-ламы, а ученики у него были начинающие – два года, два с половиной года. Я смотрел, как они работают со словом. Я пришел, а они в течение трех часов вытаскивали цепочку, которую породили два слова, сказанные одним из присутствовавших. И они ее вытащили. Это была мысль, которая возникла у этого человека три с половиной месяца назад. Это работа фантастически щепетильная. Я там не решился ни одного слова произнести.

Они тут же отметили это, сказали: Блокировочка. Они красиво работают.

У них культура мышления, культура употребления слов. По сравнению с их искусством отслеживать, откуда взялась мысль, психоанализ – это детский лепет на лужайке.

Это одна из буддийских традиций, приспособленная для Запада, для западных тугодумов.

Хотя, должен сказать, многие западные ребята, в силу своей вовлеченности или настроенности, получают посвящения, на которые ламам по десять лет пути нужно, а они за три-четыре года успевают. Для того чтобы к этому немножко реально прикоснуться, я вам приведу пример из самых симпатичных и относительно доступных: Тартанг Тулку Пространство, Время, Знание. Для того, чтобы прикоснуться к тому, что такое ювелирная работа интеллекта. Он там в конце дает шестнадцать начальных упражнений, можно поиграться с этим. Конечно, без живого носителя традиции ничего серьезного не произойдет, но, во всяком случае, познакомиться, поиграться в рамках убежища можно. Красивая штука, безусловно.

Я присутствовал на паре семинаров физиков по этому тексту. Для физиков та картина реальности, которую предлагает Тартанг Тулку, оказалась очень интересной и в чем-то близкой самым современным физическим взглядам. Она выражена краткой формулой: Время разворачивает Знание в Пространстве. А все остальное считается иллюзией.

Конечно, это каторжный труд. Как и всякий путь – это серьезное дело, но он притягивает многих, притягивает в силу того, что является логическим продолжением нашего культа сознания, потому что поначалу это кажется интеллектуальной игрой в стиле Гессе (Игра в бисер). Очень советую и это прочесть, это про убежища. Гессе много знал, хотя сам не был причастен ни к какой реальной традиции, но интересовался и с большим художественным чутьем это описал. Хотя конечная мораль там довольно забавная.

Самое сложное на этих путях – это компенсация. Во время развития на таком пути эмоциональная сфера почти не задействована, и, чтобы человек не свихнулся, а действительно прорвался – используются там очень сложные механизмы уравновешивания со стороны тела, со стороны эмоций. Все нужно привести в гармонию. Человек – целостная вещь. У них отточенная техника приведения в нужное соответствие всех компонентов психики.

Следующая группа – это группа путей трансформации. Об этих путях очень мало известно по двум причинам: первая – они, как правило, не канонические, т.е. нет канона, который задается ученику на первом этапе пути, как это делается во всех других традициях. (Вы должны помнить, что канон в канонических учениях – это не цель, это способ подготовки ученика, т.е. это первый этап обучения. Когда ученик реализует канон, тогда начинается, собственно говоря, настоящее обучение – за каноном. А канон – это способ введения, подготовки).

В трансформационных традициях, как правило, канона нет, потому что там, как правило, действует принцип: время, место, люди. Сама традиция, т.е. формы ее реализации, тоже трансформируется в соответствии с изменением реальности, местом, где она вживляется, и поэтому, в основном, передача идет устно, на первых этапах в особенности. Есть такой принцип: посылка может прийти в любой форме, когда ты научаешься отличать свои собственные проекции от реальных происшествий.

Эти пути очень опасны тем, что там все на риске с самого начала.

Поэтому многие эти варианты пробуют, но мало кто всерьез в это погружается.

Представьте себе, задача стоит такая: надо разобрать человека полностью, до основания, и при этом чтобы он сохранился, т.е. не сошел с ума, не умер. Параллельно все это начинают собирать по новому плану. И самая главная и самая сложная работа – это разборка и переделка механизма самотождественности, потому что это такая колоссальная штуковина в каждом из нас, а нужно ее убрать почти полностью.

Растождествление – тоже сложная задача.

В основном, в миру, как говорится, эти традиции укладываются приблизительно в такие названия, как дзен-буддизм, некоторые ордена суфизма, хасидизм. Еще есть сказка (помните, Иванушка-дурачок прыгнул в котел с кипящей водой и трансформировался) Конек-горбунок. Вот так, приблизительно, все это и происходит, только растянуто во времени. Там, т.е. на этих путях, действительно есть такое место, которое так и называется: кипящий котел жизни – медитация есть специальная. Во всяком случае, в нашей традиции такая медитация есть. Я вам могу предложить, если вы себя хотите примерить к началу. Медитация состоит в следующем: допустим (это близко к истине), что каждую минуту на Земле умирают приблизительно сто десять человек, а рождается приблизительно сто тридцать человек, сто и сто двадцать, сто и сто тридцать – только людей. Вы входите в такое состояние, где всерьез об этом помните, т.е. вы смотрите на часы, секундомер ставите перед собой – стрелочки тикают, а в это время люди рождаются и умирают, и вы стараетесь как можно четче, зримо себе все это представить. Потом туда добавляются животные, растения и вообще все живое, и вы попадаете в кипящий котел, самым натуральным образом, и если вы из него вылезете, то это уже кое-что.

Эта ситуация любопытная, одно дело – пофантазировать, псевдопомедитировать, а другое дело – попасть туда хорошим тотальным переживанием.

Что отличает все трансформационные учения? Что в них общего?

Тотальность. Главный технический прием – тотальность, достижение тотальности. Прошу быть внимательными. В русском языке, из-за не правильных переводов трудов Маркса, Энгельса и Гегеля, тотальность и целостность – синонимы (в словарях так написано). И только совсем недавно появилась работа, Категории диалектики, где показано: перевод не правильный, это два разных понятия. В этих традициях прослеживается такая последовательность: механическое бытие, целевое бытие, целокупное бытие, тотальное бытие; также три стадии движения от целевого к целокупному, от целокупного к тотальному; мир знания, мир любви, мир присутствия.

Безусловно, в какой-то степени в трансформационных путях отражаются элементы всех путей, потому что нужно пройти искус силой, обязательно, тебе дается такая сила; искус погружения, т.е. настоящая глубинная медитация и переживание глубинного покоя; и искус хитрого человека, т.е. искус управления. Это все обязательно. Конечно, не в полной мере, но достаточно для того, чтобы убедиться, что ты действительно там, где ты хотел быть.

Я боюсь, что сейчас я стану пристрастным, потому что я начну рассказывать о том, к чему сам себя считаю принадлежащим, т.е. я считаю, что Школа – это одна из таких трансформационных традиций, и поэтому как-то неловко и застенчиво каждый кулик свое болото хвалит.

Я действительно очень люблю Школу, и чем дальше, тем больше. Мне кажется, что мне повезло, что я встретил такое учение, в котором нет никаких сектантских глупостей.

…Пришел – пришел, ушел – ушел, пришел опять – ну и здравствуй!

Прекрасно! Все это в формах самой жизни. Конечно, нельзя сказать, что нет риска, что нельзя пролететь, большое внимание Школа уделяет технике безопасности, потому что она предназначена для современной жизни. Нет такой жестокости. как в других традициях. Есть ведь традиции, кажущиеся нам страшно жестокими, хотя для ареала, в котором они родились, это нормально. В них умереть на пути – человек считает прекрасным, просто хорошая смерть. Там считается: если из тысячи, ставших на путь, один дошел, то жизнь остальных девятисот девяноста девяти уже оправдана. Есть жесткие традиции, где тебя сразу берут за загривок и сразу кидают в омут, и как хочешь выплывай. Выплыл – молодец, не выплыл – ну и что же… бог с тобой… Есть и такие традиции, они очень древние, очень жесткие по конструкции, поэтому очень мало имеют живых носителей в наше время. Ведь большинство людей считают, что духовность – это некий подвиг; если он туда отправился, то он уже герой, ему медаль на грудь должны повесить, оркестр должен играть, букет цветов…

Но на всех путях плата – это жизнь. Все эти дороги – без возврата, везде вы расплачиваетесь жизнью. Никаких других денег ни один духовный путь не признает. Жизнь, в самом прямом смысле этого слова, потому что, практически, во всех четырех вариантах традиций одно из главных событий обучения состоит в том, что вы растождествляетесь с жизнью. Жизнь для вас становится внешним объектом, вашим произведением, вашем полем действия, вы уже не в ней, а вы делаете ее.

На словах это что-то непонятное. Но эта цена неизбежна. Это действительно пути без возврата. Тебе каждый раз сообщают, что если ты сделаешь этот шаг, то ты назад не вернешься. А если ты не сделаешь этот шаг, то ты уже на путь не вернешься. Это с неизбежностью, потому что все это серьезно, все это требует больших затрат труда, большой точности и везения, наверное, тоже. Я считаю, что я везунчик в том, что, когда я встретил учителя, я влюбился, и любовь у меня всегда шла впереди знания – в этом мое везение. Это не было моим сознательным шагом, это я сейчас знаю, понимаю, осознаю, что да, действительно…

На любых путях, а на трансформационных путях особенно, любовь должна идти чуть-чуть впереди знания, потому что иначе знание просто раздавит тебя. Мне повезло. Я был очень эмоциональным человеком, увлекался театром, работал в народном театре… и в то же время уже было позади три года армии, где я и смерть повидал рядышком и прочее. Я влюбился в учителя и в путь, и для меня не было проблемы выбора, я не потратил время на перебор вариантов и сомнения, это один элемент везения. Второй элемент везения, как я теперь понимаю, проявился после первых трех лет обучения. Учитель меня поставил в ситуацию, когда минимальная неискренность (из самых хороших побуждений) усложнила бы путь очень надолго. Поставил он меня в ситуацию эту жестко. И как-то так получилось, что вырвался у меня совершенно искренний ответ, хотя я знал, что за ним последует кара: разлука с учителем. Словом, опять повезло.

И третий момент состоял в том, что я был очень болен, в течение двадцати лет у меня постоянно болела голова, волнообразно так. Чтобы совсем не болела, такого не было. Это у меня началось со второго класса – боль то больше, то меньше. Я возил с собой шприц, ампулы, и во мне выработалась с детства привычка с болью работать. Я ходил в школу, хорошо учился, я занимался спортом. Головная боль существовала отдельно, а я существовал отдельно. И я с ней все время работал, она меня в силу каких-то случайностей… и специалисты мне говорили тоже, не испугала, не раздавила. Я жил с ней активно. Так во мне выработался навык. Когда в процессе обучения я встретился с болезненными ситуациями, по-настоящему, там есть три-четыре – на грани, я был как бы подготовлен. Я уже знал, что надо не пугаться, а работать с этим, просто работать. И вот, в этом смысле, я считаю, что я везунчик. А главное везение, что я прошел Путь, дошел до конца еще при этой жизни. Все, что после этого – это уже подарок.

Я знаю многих людей на разных путях, у которых очень много времени уходит на сомнения… Дело сложное, как и в обычной жизни. В жизни даже больше гибнет людей, если взять в процентном отношении. Я считаю, что какое-то везение бывает определено вашей предысторией, в которой нет сознательного усилия, но она так удачно сложилась, что в чем-то вас предуготовила для этого. Бывают на пути очень трудные моменты, когда старого уже нет, а новое еще формируется – это нуль-переходы. В Школе существует система нуль-перехода – ты входишь туда, в этот вариант, в момент самого нуль-перехода ты сам вообще непонятно что, и куда тебя выбросит на той стороне, тоже неизвестно, и все это не в каких-то специальных условиях, а параллельно с другими делами – ты, как и все, ходишь на работу, зарабатываешь – не зарабатываешь, женишься – разводишься, дети рождаются. Все это происходит в формах самой жизни, и поэтому бывают довольно сложные моменты. Но я считаю, что как раз те традиции, которые ведут обучение на базаре, т.е. в формах жизни, а не в специальных ситуациях ашрама, монастыря, наиболее подходят для современного человека. Это не значит, что здесь достижения выше, чем там, нет. Есть пути, в которых люди вообще из пещеры не выходили, образно говоря. Но они реально в мире присутствуют, и с ними можно вступить в контакт на втором уровне реальности, на третьем и еще на каком-нибудь, наверное, мне не доступном, но это реальность, не абстракция типа: ах! астрал, ах! ментал, – а реальность. Реальность от красивых абстракций отличается тем, что она сложна, многозначна, разнообразна и о ней можно рассказать со многими деталями, подробностями. Это живое. И если вы действительно вышли в астрал, то там также все бурлит, кипит.

Там немножко по-другому все организовано, но, в принципе, и там жизнь идет, своя, но жизнь. Она полна подробностей, юмора.

Тут вся сложность в чем? Чтобы не принять все эти кино, которые показывают вам по видику, не принять это за реальность, не попасться на таком красивом жаргоне. А для этого нужен грамотный водитель, который тебя ведет. Грамотный водитель с точными знаниями, грамотно организованная жизнь. Ведь жизнь-то ты должен сделать себе сам, такую, которая будет тебя вынуждать двигаться, т.е. ты уже не можешь жить, как придется, ты должен думать, например, так: Я осознал, что у меня сейчас такая задача, моя жизненная ситуация такая, а моя задача такая. В этой жизненной ситуации ничего из этого не получится, значит, нужно взять себя за шкирку и выбросить в такую жизненную ситуацию, в которой можно решить задачу. И если я эту задачу не выполню, то конец, мне вперед не продвинуться. Вот такой ход мысли. И тогда ты себя просто кидаешь в нужную ситуацию. Потом постепенно находишь и другие способы, через резонансное состояние, например, но ты себя двигаешь, потому что готовая, данная тебе готовая жизнь довольно проста, хотя она нам кажется и сложной, и болезненной, и каждый из нас уверен, что его страдания – самые страдательные. Вот я, конечно, пострадал, а остальные то… а вот я то… На самом деле, когда вы действительно реально пытаетесь двигаться по пути, вы понимаете, что по сравнению с тем, к чему вы двигаетесь, это все, вся эта готовая жизнь, даже вместе со смертью, довольно проста. Не примитивна, но проста. Это не умаляет жизни, потому что потом вы обнаруживаете в ней массу прекрасных вещей. Как замечательно П.Флоренский говорил в Иконостасе: есть восхождение, когда вы от мира отталкиваетесь, а когда вы проходите врата – есть нисхождение, когда вы притягиваетесь, тогда мир и жизнь в миру открывается вам в радости. Или об этом же у Соловьева в по вести о Ходже Насреддине.

Помните, звездностранствующий дервиш отделил сущность Насреддина и показал ему. Ходжа говорит: нет, не надо, давай мое тело, а потом задумался – в чем же мой путь? Помните, Ходжа Насреддин сам про себя думает и понимает, что его путь – это жизнь. В ней тоже большой выбор, тоже много красоты. Много книжек теперь доступно, много сказок: Сказка – ложь, да в ней намек… Как говорил мой учитель, книжка – это не инструкция, книжка – это повод для размышления. Все эти книжки, говорил он мне (я с ним сегодня сознательно согласен, тогда, что бы он ни сказал, я был согласен, а сейчас я согласен и так, как тогда, и так, как сегодня), – это сказка. Стою я на горе, и передо мной Багдад, и я рассказываю: Багдад – город такой, сякой… А вошел я в Багдад, и мне уже рассказывать некогда, потому что тут меня чуть конем не затаптывают, тут – чуть машина не переехала, тут вонь, тут красота – все перемешано.

Так книжка – это рассказ о Багдаде стоящего на горе, поэтому – сказка.

Рассказать словами, что там внутри, невозможно. Это попытка живую ткань жизни перевести в последовательность каких-то слов. Никакое описание реальности не может исчерпать эту реальность, поэтому книжка – сказка, повод для размышления. Библиотека – вещь прекрасная, можно в ней блуждать всю жизнь и получать от этого огромное удовольствие. Но библиотека куда угодно привести может, может к двери, которая тебя впустит, а может к стене, которую ты никогда не прошибешь. Поэтому к книжкам, в этом смысле, нужно относиться аккуратно, именно как к сказке.

У Лефорта есть книжка – Учителя Гурджиева. Он в конце пишет, что шейх ему подсказал написать такую книгу. Ведь это он все описывает задним числом, как бы свои приключения, но реальность соткана так… Это живая ткань, вы не в состоянии разложить ее в последовательность слов, даже в картинку, даже в видеофильм. Тем более такая реальность, где нам кажется важным одно, а рядом происходит то, что определит нашу жизнь на десять лет вперед. И мы этого не замечаем. Поэтому я и говорю: Не ведаем, что творим – и в этом сила вида. Когда мы хотим ведать, мы должны быть готовы к тому, чтобы нести этот крест ведения, нести его радостно, не торгуя собой как жертвой. Только та жертва истинна, о которой никто не знает. Жертва, о которой кто-нибудь узнал, уже продажна по строгим правилам духовного сообщества. Сознательный поступок не жертва, а действо.

Психология bookap

Безусловно, я буду рад за каждого из вас, кто встанет на Путь и пойдет. Это всегда большая радость. Безусловно, я буду рад за каждого из вас, кто найдет свое убежище и там проведет свои дни, и, безусловно, я буду рад за каждого из вас, кто поймет, что не хочет ни того, ни другого. Поймет это и начнет жить, понимая, что другой жизни у него нет и не хочет он другой, потому что жизнь в духовном сообществе – это другая жизнь. Она не лучше, ради бога, это только в убежищах такую лапшу вешают – выше, возвышенней. Она не лучше и не хуже, не менее значительная и не более значительная, она просто другая. И если вы хотите получить другую жизнь, то нужно отдать эту, а если вы хотите сидеть между двух стульев, то это самое неприятное положение на свете, потому что ни в этой жизни человек полноценно не живет, ни в той. Я, безусловно, буду рад за тех людей, которые поймут, что другой жизни им не надо, и будут использовать все те знания, которые доносятся разными путями из духовного сообщества, чтобы стать профессионалами в таком трудном занятии, как жить, которому нас мало и плохо, к сожалению, учат, и найдет свою радость, красоту, потому что жизнь бесконечно прекрасна при всех ее сложностях, при всех… Вот эта жизнь. Я ее отдал, поэтому, может, я ее вижу с другого берега и понимаю, что она безумно красива, великолепно сделана, фантастична. Я не говорю, что я жалею. Я рад, я счастлив, я безумно счастлив, что осуществил свою мечту, и что я дошел, и что я там, где я есть. Но именно поэтому я низко кланяюсь своей жизни и жизни всех людей, потому что, как ни крути, эта жизнь без духовного сообщества какое-то время еще сможет существовать, даже если вдруг духовное сообщество исчезнет, а вот духовное сообщество без этой жизни не просуществует и секунды, оно потеряет свой смысл. Во всяком случае, у нас, на Земле.

Единственно, когда я буду переживать за вас, – когда вы окажетесь между двумя стульями; поэтому я вижу задачу нашего общения в том, чтобы, настолько, насколько у меня получится, помочь вам разобраться. Никто за вас не решит, никто не предопределит, но помочь, дать какие-то ориентиры, поделиться тем, что имеешь, – я думаю, в этом есть смысл. Я буду рад, если вы окажетесь в одном из двух ясных положений.