Глава 20.

Титановые "Наутилусы" Империи. Начало войны в гидрокосмосе. Мистика океанских прорывов. Воздух тропиков врывается в рубочные люки.

1.

Был пасмурный декабрьский день 1969 года. У пирса остановились несколько черных тяжелых "Чаек". Захлопали дверцы. Щурясь от летевшего мелкого снега, председатель комиссии контр-адмирал Маслов поправил фуражку и уверенно шагнул вперед. Он и свита, отдав честь флагу корабля, поднялись на его борт.

- Товарищ контр-адмирал! Подводная лодка К-222 к выходу на испытания готова. Командир подлодки, капитан первого ранга Голубков! - отрапортовал ему моложавый офицер.

- Вольно! - ответил Маслов - Здравствуйте, Юрий Федорович! - Взгляд адмирала невольно задержался на стремительном корпусе лодки. И он невольно залюбовался ею. Шеститысячетонное, хищно вытянутое, словно у акулы, титановое тело с обтекаемой башенкой рубки. Вздымается из воды хвост руля направления, похожий на косой и длинный акулий плавник.

... Открытый люк поглощал их одного за другим, и ботинки стучали по скобам трапа. Вслед за Масловым утроба субмарины приняла контр-адмиралов Горонцова и Мормуля.

... К-222 отвалила от стенки, уходя в море, к кромке льдов. Чтобы нырнуть под них и дальше мчаться, выжимая максимум из реактора.

- С Богом, Николай Григорьевич! - шепнул Горонцов Мормулю. Тот лишь коротко кивнул в ответ. Они знали, на что идут.

Между льдом и дном было только двести метров холодной водной толщи. Лодка должна была идти на глубине "сто". Напряженно застыли на постах горизонтальные и вертикальные рулевые, щелкнуло реле "автопилота". Каперанг Голубков отрывисто отдал приказ командиру боевой части-5, кавторангу Самохину. Где-то за их спинами стержни вдвинулись в реактор...

... Чтобы не упасть назад, все в центральном посту схватились за закрепленные предметы - лодка резко набирала скорость. В уши ворвался гул обтекающей лодку воды. Он нарастал, превращаясь в самолетный надсадный рев.

Двадцать пять узлов... Тридцать... Тридцать пять... Расширенные глаза людей в рубке следили за счетчиком лага и стрелкой глубиномера. Контр-адмирал Маслов стиснул поручень. Сорок два узла! Семьдесят семь километров в час под водой! Всего лишь при 80 процентах мощности реактора.

Это был рекорд. Быстрее всех в мире. Сейчас лодка обогнала бы многие торпеды. Ни один эсминец США сейчас не в силах настичь несущуюся К-222. Спустя годы на страницах "Российской газеты" (15.03.96 г.) Николай Мормуль, бывший главный корабельный инженер Северного флота, вспоминал:

"Автомат, слава Богу, держал "златосрединную" стометровую глубину. Но вот подошли к первой поворотной точке. Авторулевой переложил вертикальный руль всего на три градуса, а палуба над ногами накренилась так, что мы чуть не посыпались на правый борт. Схватились кто за что, лишь бы удержаться на ногах. Это был не крен поворота, это был самый настоящий авиационный вираж, и если бы руль переложили чуть больше, К-222 могла бы сорваться в "подводный штопор" со всеми печальными последствиями такого маневра. Ведь в запасе у нас на все про все, напомню, оставалась двадцать одна секунда!

Наверное, только летчики могут представить всю опасность слепого полета на сверхмалой высоте. В случае крайней нужды на него отваживаются за считанные минуты. Мы же шли в таком режиме двенадцать часов! А ведь запас безопасности нашей глубины не превышал длины самой лодки...

... Командир корабля капитан 1 ранга Голубков любовался точной работой прибора рулевой автоматики. Пояснял председателю госкомиссии смысл пляшущих кривых на экране дисплея.

- Это все хорошо, - мудро заметил Маслов, - до первого отказа. Переходи-ка лучше на ручное управление. Так-то оно надежнее будет.

И боцман сел за манипуляторы рулей глубины. Удивительное дело: сорокадвухузловую скорость мы достигли, задействовав мощность реактора всего лишь на 80 процентов. По проекту нам обещалось 38. Даже сами проектанты недоучли рациональность найденной конструкции корпуса. А она была довольно оригинальной: носовую часть лодки сделали в форме "восьмерки", то есть первый отсек располагался над вторым, в то время как на всех прочих субмаринах было принято классическое линейное расположение отсеков - "цугом", друг за другом. По бокам "восьмерки" - в "пустотах" между верхним окружьем и нижним - размещались десять контейнеров с противокорабельными ракетами "Аметист". Такая мощная лобовая часть создавала обводы близкие к форме тела кита. А если к этому прибавить и хорошо развитое оперение из стабилизаторов и рулей, как у самолета, то станет ясно, что абсолютный рекорд скорости был достигнут не только за счет мощи турбин и особой конструкции восьмилопастных гребных винтов.

После двенадцатичасового хода на максимальных режимах всплыли, перевели дух. Поздравили экипаж с рекордным показателем, поблагодарили сдаточную команду, представителей науки, проектантов, ответственного строителя П.В.Голобова. После чего послали шифровку в адрес Д.И.Брежнева за подписями председателя комиссии и комбрига: "Докладываем! "Голубая лента" скорости - в руках советских подводников".

Глубокой декабрьской ночью 1969 года, насыщенные небывалыми впечатлениями, мы вернулись в базу. Несмотря на поздний час, нас радостно встречало высокое начальство. Правда, вид у рекордсменки был скорее боевой, чем парадный. Потоки воды ободрали краску до голого металла. Во время циркуляции гидродинамическим сопротивлением вырвало массивную рубочную дверь, а также многие лючки легкого корпуса. Кое-где были вмятины. Но все это ничуть не омрачало радость победы. После доклада о результатах испытаний сели за банкетный стал и пировали до утра.

Спустя несколько дней мы обновили свой рекорд: при развитии полной - стопроцентной - мощности энергоустановками обоих бортов мы достигли подводной скорости в 44 узла (80,4 км/час). Вот уже четверть века этот рекорд является абсолютным мировым достижением. Не знаю, вписан ли он в Книгу рекордов Гиннесса, но в историю нашего подводного флота он занесен золотыми буквами".

Вот это по-русски - лихо, рискуя жизнью, не прикрываясь от опасности дверьми штабов и большими звездами на погонах!

Сей рекордный поход К-222 - лишь одни из эпизодов великой борьбы за океан, которую вели наша Империя и Америка. А вернее - за его глубины. И какой то был триумф русских гения и мощи!

Сейчас, в унылой ельцинской Эрефии, где достройка одной-единствнной, заложенной еще в Империи, лодки считается небывалым успехом, такое уже невозможно. Сегодня (1996 год) жены молодых лейтенантов Северного флота падают в голодные обмороки из-за того, что муж ушел в море, так и не дождавшись зарплаты за полгода. Сегодня мы, словно кролики, вжимаем головы в плечи, ибо свободно гуляющие по нашей земле исчадия демократии закладывают бомбы в московское метро, корежат ими автобусы и троллейбусы.

Это сейчас. А тогда мы, дети Великой Державы, вели борьбу за Океан. К-222 стали создавать в 1959 году, всего через два года после выхода в море первой русской атомарины, "передранной" у американцев. А тут - такой рывок вперед.

К-222 делали как опытный корабль, как испытательную машину для отработки технических решений. Тех, что потом используют для творения мощного подводного флота Империи. В наших секретных документах она значилась как "проект N661" "Анчар". (Янки прозвали ее "Папой"). Десять лет строили ее. И построили - без всяких коммерческих банков, президентских программ и валютных бирж. Корпус сработали из сверхлегкого и сверхпрочного титана.

Для этого пришлось создавать в Державе совершенно новую металлургическую отрасль - титановую. А заодно и не имеющую аналогов в мире технологию титановых сплавов.

Эту лодку проекта "661" творили в питерском ЦКБ-16, и главным конструктором был академик Николай Исанин. Вместе со своими соратниками - корабелами Н.Шульженко и В.Борисовьм, П.Семеновым и В.Положенцевым, А.Антоновичем и Е.Корсуковым.

Дерзновенный замах имел и конкретную военную цель: построить для действий в Атлантике подводный рейдер, грозящий морским путям "Нового Карфагена" США. Рейдер, способный нагнать любой корабль, расправиться с ним и стремительно уйти от погони.

Печальна судьба этой чудо-лодки. Не пойдя в серию из-за слишком большой шумности, но дав жизнь многим техническим решениям, она была в конце 80-х отправлена на корабельное кладбище в Северодвинске. Памятником бы ее сделать - да разве достанет средств на то нынешним "вождям" которые на заморский "Мерседес" смотрят как на вершину человеческого гения?

2.

Советский Союз породил мощнейший подводный флот, не допустив безраздельного господства США в Мировом Океане. Ибо если авианосцы - один столп морской силы, то субмарины - второй.

Еще в начале века к ним относились с презрением, называя "оружием нищих" и "жестяными головастиками". Капитаны закованных в броню, ощетинившихся дальнобойными суперпушками дредноутов презрительно смотрели на неказистые посудинки. Великий провидец, фантаст Герберт Уэллс отказывал им в праве на жизнь, считая: атаковать на слепой под водой лодке линкор - все равно что стрелять в слона из маленького револьвера, да еще и с завязанными глазами...

Немцы в Первую мировую быстро развеяли это заблуждение. "Головастики" топили закованные в толстые панцири надводные гиганты. Чуть не задушили Англию, почти перерезав доставку в нее хлеба и сырья. Люди на судах сходили с ума от постоянного ожидания торпедных атак из под воды. Плавание в кишащих немецкими "У-ботами" водах сравнивали с вхождением в темную комнату с ядовитыми змеями. Пришлось спешно создавать противолодочную оборону, глубинные бомбы и корабли-охотники.

Еще страшнее была подводная война во Вторую мировую. Гитлеровские "корсары глубин" оперировали от Арктики до Антарктики, и последние лодки адмирала Деница сдались лишь в июле 1945-го. Японцы наносили удары в Индийском океане, топили корабли у Мадагаскара.

Японцы построили лодки-гиганты, несущие в герметичных ангарах легкие гидросамолеты - бомбардировщики "Сейран" и даже раз бомбили ими США. Предполагалось, что "Сейраны" могут нести и бомбы с бактериологическим оружием, применить которое самураи так и не решались.

А немцы, создав уникальные океанские лодки VII и XXI серий да эскадру субмарин-танкеров, проектировали уже

"У-боты", с борта которых должны были стартовать крылатые ракеты "Фау-1". Лодки делали заявку на место среди стратегических видов оружия, способного бить из морей вглубь территории враждебных государств. Во Второй мировой появлялись предвестники Третьей. В 1945 году, когда почти сразу же после победного салюта началась Третья мировая, холодная война, законодателями мод в подводном флоте были разгромленные немцы. Именно у них учились и мы, и США, и Англия.

Вступив в войну с 57 лодками, немцы до 1945-го построили 1153 "У-бота". И хотя потеряли их три четверти, однако ж сумели утопить 3 тысячи судов общей вместимостью 15 миллионов тонн и 200 боевых кораблей. Целые дивизии танков и самолетов до сих пор лежат в темных глубинах благодаря кригсмарине III Рейха.

Когда нам достались трофейные немецкие субмарины, наши подводники были ошеломлены их качествами. Особенно "злектролодками" XXI серии. Обтекаемыми, бесшумными, со скоростью подводного хода в 17,5 узлов - вдвое большим, что у наших "Щук" или "Катюш", что у американских лодок. С торпедными аппаратами, не дающими демаскирующих пузырей при стрельбе. С бесследными электроторпедами, наводящимися на шум винтов, с эхолотами и гидролокаторами.

Особенно поражал шнорхель - труба, позволявшая лодке идти под водой на дизелях. Горловина его обшивалась синтетическим материалом, делавшим шнорхель невидимым для радаров противника. С особой антенной, засекавшей работу вражеских РЛС.

Немцы планировали построить к 1945 году 233 такие лодки (по 30 ежемесячно). Они в конце войны планировали операцию "Ганнибал" - массированную подводную войну против англо-американцев, чтобы перерезать снабжение их войск в Европе. И эта угроза, по признанию британского военно-морского теоретика, лорда Роскилла, была вполне реальной.

Как бы то ни было, но немцы стали учителями и для нас, и для США. Начиналась эра новой войны. На этот раз русским противостояла не близкая континентальная Германия, а далекий "мировой остров", океанские Соединенные Штаты.

3.

Противоборство началось в весьма трудном для нас положении. Наши подводники были храбры до безумия, однако вот уж три поколениях их было вынуждено сражаться в основном в тесных "ваннах" Балтики да Черного моря. Опыта действий в океане мы не имели, а особливо - в Атлантике. Ныне - в главном театре новой войны. Да и флот наших субмарин понес тяжелые потери. Немцы-то дело свое знали.

Красноречивый факт: доставшиеся нам трофейные "У-боты" гитлеровцев служили в нашем флоте аж до середины 50-х годов.

Мы лежали в руинах - а США процветали. У нас были миллионы вдов, сирот и калек - а они потеряли в войну всего 200 тысяч душ. И лодок у них было раз в десять более.

А уже возник блок НАТО, и откормленные западные дивизии нависли над нами, питаемые перевозками "США-Западная Европа". Америка грозила нам настоящей войной. Надо было что-то делать, надо было выходить в Атлантику. Без авианосцев, без тяжелых надводных кораблей тогда можно было рассчитывать только на лодки.

Нам пришлось сделать чудовищный рывок, чтобы догнать США. Изо всех сил создавая атомную бомбу, мы были вынуждены создавать и атомные лодки. Ибо и тут США нас опередили...

В июле 1947 года ядерный центр в Лос-Аламосе посещает группа энергичных морских офицеров США во главе с капитаном II ранга Хайменом Риковером. В беседе с отцом водородной бомбы Эдвардом Теллером он предлагает: США должны строить лодку с атомным двигателем! Теллеру сие понравилось.

Восемь долгих лет ушло на воплощение замысла у Риковера, этого "робота с железными кулаками". В 1947 г. он вошел в Комиссию по атомной энергии США во главе с крупнейшим воротилой еврейского бизнеса, Бернардом Барухом, а в 1950-м Конгресс США решил ассигновать средства на подготовку к предсказанной Объединенным комитетом начальников штабов III мировой войне. Дело пошло, набирая обороты.

14 июня на верфи в Нью-Лондоне, штат Коннектикут, был торжественно заложен киль первой атомарины, "Наутилуса". Спустя три месяца, 17 сентября 1952 года, Сталин подписывает постановление о создании в СССР атомной подлодки. Мы пошли вдогон.

17 января 1955 года с борта "Наутилуса" пришла радиограмма: "Идем на атомной энергии!". Началась новая эра гонки вооружений. Риковер стал национальным героем Америки.

У нас отцом атомарин стал академик Николай Никитич Исанин. И если Риковер купался в лучах славы, если его имя знал любой американец, то Исанин умер в марте 1990 года, неизвестный народу собственной страны ни при жизни, ни после смерти. Русский самоотверженный гений, 1904 года рождения, лауреат Ленинской и Государственной премий, Герой труда...

Нагонять Штаты пришлось напряженно и долго. Первая имперская атомарина, К-3 "Ленинский комсомол", была заложена на Северном машиностроительном заводе в Северодвинске в 1955 и вышла в море в 1958 году. Но американцы уже успели уйти вперед. Они готовили дать лодки типа "Джордж Вашингтон", стреляющие из-под воды баллистическими ракетами стратегического назначения. То были лодки уже 2-го поколения, и первая в США уйдет в плавание в 1961-м, в год полета Юрия Гагарина.

А мы все еще бились над первым поколением. "Ленинский комсомол" открыл серию из 13 атомарин, прозванных на Западе "Ноябрями". Потом последовали корабли проекта 668 - 8 лодок, коих за океаном величали серией "Отель". Наконец, СССР спустил на воду 29 самых совершенных своих АЛЛ проекта 675 - с восемью крылатыми ракетами на борту, запускаемых из надводного положения. Эти лодки могли нести и сверхмалые субмарины-диверсанты. Служили они долго - до 1992 года.

"Вам не видать таких сражений!" То было время лихорадочной гонки. В конце 50-х АПЛ США "Наутилус" и "Скейт" достигают Северного полюса и всплывают, проломив рубками льды. То был опасный поход: на "Наутилусе" во время подводного перехода даже вспыхнул пожар на борту. Его удалось потушить.

4.

У нас к полюсу в 1962 году пошла АПЛ "Ленинский комсомол", ведомая кавторангом Львом Жильцовым. Вместе с "железным Рюриком" - инженер-механиком Тимофеевым. Оба они стали Героями Союза. Потом в опасные подледные плаванья пошли другие командиры. Александр Петелин. Юрий Сысоев. Протопов. Чернавин. Славные русские имена!

То было трудное, напряженное время. В воздухе пахло ядерной войной. Тогда она была более чем возможной. Опередив нас в развитии атомных лодок, Штаты рвались в наши арктические воды. Мы бережно храним книжечку М.Кореневского "Курс норд, идем подо льдами", изданную еще в 1967-м. И вчитываемся в ее строки, ощущая пульсацию тех лет:

"... "Арктическую стратегию", предусматривающую нанесение ударов по СССР через районы Крайнего Севера, Пентагон разрабатывает уже второе десятилетие... В течение нескольких последних дет было совершено около десятка арктических подледных походов американских атомных субмарин с чисто военными целями. Эти плавания, заявил американский адмирал Б.Х.Хоукес, открыли "совершенно новый театр для ведения стратегических операций". "Расстояние от района Шпицбергена до важнейших русских целей; - писал журнал "Нейви", - сравнительно невелики". А командующий флота США вице-адмирал Э.Гренфелл заявил: "Завоевание господства в Арктике станет одной из важнейших наших задач, и решить ее смогут только подводные лодки..."

Сталин предусмотрительно объявил русской территорией огромный полярный "клин", острие которого упиралось в полюс, а основание покоилось на северных рубежах Империи. И как это он предвидел, что в американских штабах будут вычерчивать трассы ядерных ракетных ударов из Баренцева, Карского морей, из Моря Лаптевых? Надо было защитить этот клин от чужих вторжений, и задача эта пала на плечи еще совсем не океанского имперского флота.

Американцы лезли в Северный Ледовитый океан с отчаянной храбростью. Командир лодки "Скейт" Джеймс Калверт вспоминал, как случилось ему взламывать лед при всплытии, как он "невольно напряг все мускулы в ожидании сильного удара, который мог означать катастрофу", как будто "его всего выворотило" и как с кораблем "произошло что-то странное...". Ударившись о тонкий лед, "Скейт" стал вдруг проваливаться в океанскую бездну, и команде с трудом удалось остановить погружение на глубине в сорок шесть метров.

Но мы не дали американцам господствовать в нашем Заполярье. Освоили походы над бездной холодных и мрачных глубин, над пиками подводного хребта Ломоносова. Ох и тяжко это давалось! Вблизи от полюса сходят с ума магнитные компасы. И электрические, на гироскопах, тоже начинают безбожно врать. Здесь штурманам приходилось переходить на систему квазикоординат, переворачивая с ног на голову привычную географию. У полюса сам полюс для штурманов перемещался на экватор, и вместе с ним переворачивалась вся сетка меридианов и параллелей. "Квазиэкватор" же пролегает через привычный полюс.

"... Теперь атомоход отделен от поверхности земного шара могучей преградой - многометровой ледяной броней. Люди ощущают этот барьер почти физически - даже те, кто не впервые подо льдами. И каждый, кому надо пройти через центральный пост, невольно задерживает взгляд на шкале прибора, показывающего толщину льдов. И на экран подводного телевизора хочется глянуть: нет ли в черном куполе над кораблем хоть какого-нибудь просвета? Просвет - это выход на поверхность...

И Лев Жильцов думает сейчас о выходе наверх: за 83-й параллелью ему приказано всплыть. Значит, скоро надо начинать поиски.

Полынью поймает объектив телеустановки. Если при этом ледомер покажет "ноль" - значит, "телеглаз" не ошибся: над кораблем чистая вода. И все-таки хочется увидеть полынью или разводье собственным глазом. Поэтому у зенитного перископа назначается вахта...

- Беспросветно! - не то шутит, не то сердится наблюдатель. И вдруг: - Вижу полынью!

Началось трудное маневрирование. Это очень непросто - с большой глубины попасть точно в центр разводья. А ошибиться нельзя. Ювелирная точность нужна в действиях командира, горизонтальщика, трюмных машинистов, электриков, для того, чтобы гигантская сигара, преодолевая инерцию большой силы (масса-то огромная!), в нужный момент замерла, переместилась чуть вперед или назад - ни на метр больше, чем требуется", - так рассказывает журналист-очевидец тех походов.

5.

За полярной эпопеей был кругосветный поход 1966 года. И все же мы еще отставали. В 1960-м Штаты располагали тремя АПЛ с сорока восемью ракетами. У нас тогда еще не было ни одной. В 1961-м появились лодки типа "Джордж Вашингтон", которые могли поражать цели уже с дистанции в 2200 километров. Мы похвастаться подобным тогда еще не могли.

И все-таки мы не сдались. Мы строили свои планы создания мощного подводного флота. Империя решила: у нее будут подводные ракетоносцы для ударов по территории США. У нее будут не только эти "убийцы городов", но и атомные лодки - истребители вражеских АПЛ. А рядом с атомными - и дизель-электрические лодки, к каковым США относились весьма прохладно.

И мы сделали это!

6.

Давайте отвлечемся от описания технических аспектов. Давайте попробуем осмыслить то, что было сделано русскими за сорок лет, начиная с 1945-го.

Выход подводных сил Империи в океаны, разрыв тесной оболочки Балтики и Азово-Черноморья, в которые мы были затиснуты веками! За какое-то поколение русские петры да иваны из Рязани, Мурома да Поволжья достигли тропических и арктических вод, проникли в глубины Индийского и Тихого океанов, стали твердой ногою в Атлантике!

... Хребет Рейкьянес, Лофотенская котловина, гора Ампер, Ирландский желоб. Знаете ли вы эти горы и впадины? Слышали ли о Северо-Атлантическом хребте, горной цепи Китовой или Аравийско-Индийском кряже?

Все это - на дне океанском. Выходя в мировые акватории, мы попадали в мир, лик которого известен куда хуже, чем лунный. Скрытый темной толщей вод.

Нужно было изучить его, составить точные карты. И никто ведь не делился с нами сведениями об этом. Надо было изучить тайны теплых и холодных течений, измерить магнитные склонения, изучить движения айсбергов и то, как чередуются температуры на разных глубинах, измерив их очень точно.

Так, чтобы лодки в океане не налетели на вершины подводных гор, не заблудились в пучине и могли в случае чего уйти под спасительный слой термоклина - в слой более холодных вод, от которого отражаются импульсы вражеских гидролокаторов.

Для этого мы вывели в мировые акватории мощный океанографический флот. С флагманом - исследовательским кораблем "Витязь". Империя познала пучины, составила их карты. Добыла вместе с тем огромный массив уникальных знаний о Мировом океане. Уходили в дальние плавания "Академик Крылов" и "Курчатов", "Пассат" и "Аэлита", "Академик Богоров" и "Тайга", немагнитная шхуна "Заря" и подлодка "Северянка"...

С 1949 по 1976 годы Империя провела 7077 океанографических экспедиций. Больше всех в мире, далеко опередив США с их 2976 научными плаваниями. Мы листали океан, как древнюю, полную тайн книгу, вырывая его загадки. Совершив немало открытий. Мы обнаружили и изучили хребты Ломоносова, Менделеева и Гаккеля в Ледовитом океане, мы открыли и исследовали мощные противотечения (Ломоносова и Антило-Гвианское) в экваториальной и северо-западной частях Атлантики.

Да, ради того, чтобы наши субмарины свободно плавали в Великом Океане!

Наш маринист Геннадий Лисов писал: "Если бы... вся вода в океанах вдруг испарилась, нам открылось бы поразительное зрелище. Вместо гладкостенной чаши со дном, углубляющимся от краев к середине, как мы привыкли с детства представлять море, нам представилась бы совершенно иная картина. Самые глубокие впадины... на самом деле находятся по краям "чаши", а самые большие придонные возвышенности - в середине. Остальная часть океанического ложа усеяна бесчисленными ущельями и долинами, высокими пиками и извилистыми руслами подводных рек, гигантскими уступами...и многокилометровыми валами, окаймляющими подводные желоба. А в средней части океанов возвышаются самые грандиозные и величественные горные образования Земли - среднноокеанические хребты...

... Главная особенность подводных хребтов - это узкая, щелевидная впадина, рассекающая горную гряду по оси почти на всем ее протяжении. Ученые дали расселине название "рифт" - "трещина"..."

Мы сумели увидеть этот неведомый мир, над которым сотни лет скользили скорлупки надводных кораблей. Прикоснувшись к загадкам тысячелетий, к великой мистике истории.

В 1979 году экспедиция "Витязя" отправилась к подводной гигантской горе Ампер у побережья Португалии. Ибо ранее снимки ее вершины, сделанные экспедицией корабля "Московский университет", открыли взору загадочные сооружения, похожие на руины древних городских стен. "Витязь" тоже обнаружил загадочные плиты и блоки, похожие на остатки дороги.

Была еще экспедиция 1984 года с подводными спусками. Казалось, что мы близки к разгадке древней тайны - опустившейся в пучину цивилизации, Атлантиды...

Кто знает, сколько открытий еще ждало нас, если бы не разрушилась наша Держава. А за учеными следовали суровые подводники в черных с белым кантом пилотках. Снабженные точными картами, они прокладывали свои маршруты боевого патрулирования.

Они брали сплетения морских путей в перекрестья торпедных прицелов, рассчитывали позиции для пуска ракет. В долгие часы, проведенные над картами, рождались контуры возможных боев.

Водители имперских "наутилусов", они рассчитывали, где можно уйти под слой термоклина, а где - на маневрирование среди складок дна, путающих локаторы врага многократно отраженным от подводных гор эхом. Они знали, где надо прижаться к останкам затонувших в прошлой войне судов, обманывая магнитометры кораблей-охотников. Так чтобы взрывы глубинных бомб выбросили наверх обломки "мертвецов" и остатки топлива из их цистерн, сбивая с толку преследователей.

Под водой постоянно шла война. Американские и русские лодки гонялись друг за другом, стараясь держать соперника на прицеле своих торпед. И мы, и США старались приставить к чужим субмаринам-ракетоносцам свою быстроходную лодку-убийцу. Так, чтобы в решающий час не дать ей выпустить "баллистическую смерть".

Эти гонки со смертельными виражами в глубинах еще ждут своих писателей. А в конце 70-х русские подводники научились уходить от вражеских преследователей. От берегов Норвегии они брали курс на Исландию, от коей на юго-запад тянется под водой горная цепь Рейкъянес. Не снижая скорости, русские лодки начинали петлять среди ее скалистых вершин и склонов, и враг отставал, боясь на полном ходу врезаться в подводные кручи. Американцы прозвали этот маршрут "железной дорогой имени маршала Гречко", отчаянно пытаясь найти разгадку лихости и искусства русских капитанов. Оказалось, что у нас на субмаринах были чувствительные гравиметры, "чуявшие" приближающиеся горы прямо по курсу. Таких приборов у США тогда не было.

7.

В этом нашем подводном прорыве в дальние воды было что-то мистическое. Имперские, русские лодки теперь роились в Тирренском море - уступчатой котловине, стиснутой Италией, Сицилией, Корсикой и Сардинией. Здесь - основной район сосредоточения Шестого флота США для удара по южным индустриальным районам нашей страны, и русские лодки должны были сорвать его залпами своих ракет и торпед.

Но почему море названо Тирренским? От имени древнего народа тиррен. Так древние римляне называли загадочную цивилизацию этрусков VII-VI веков до рождества Христова, у которой Рим научился искусству строить города, многим искусствам и ремеслам. Этрусков, невесть откуда пришедших, оставивших после себя гробницы, скульптуры, фрески и надписи на загадочном языке.

Кем был этот народ? Один из наших непризнанных ученых расшифровал их надписи. Этруски любили рисовать забавные картины, где речи персонажей написаны над ними, как на современных газетных карикатурах. На одной из фресок изображен каменный лев, из пасти коего бьет струя воды, и человек, как бы хватающий рукой эту струю. "След ме" ("Следуй за мной") написано над головой человека. А каменный зверь отвечает: "Тиге се" - "Тяни это". Нам доказывают: язык этрусков-тиррен, этих первых учителей римлян-строителей первой мировой Империи, был сродни нашему, славянскому. И даже само созвучие слов "этруск" и "русский" отнюдь не случайно.

И вот в море, названное именем поглощенного временем народа, сорок лет назад пришли подводные челны русских. Возможно - потомков тиррен. И тоже - строителей великой Империи, Третьего Рима - преемника Древнего. Когда мы думаем об этом, волна какого-то смутного, но очень сильного чувства пронизывает нашу душу, и голова кружится над открывающейся бездной тысячелетий.

Мы замыкали великий круг веков, и сигарообразные корпуса русских субмарин скользили в толще средиземноморских вод, среди колыбелей первых цивилизаций Земли и над затянутыми илом корпусами античных трирем. Русские шли теми же путями, что и другой народ, давший нынешним русским часть своей крови - путями северных норманов-варягов, чьи боевые ладьи проникали в Средиземное море еще тысячу лет назад. Игорь, Олег - эти древневаряжские имена мы носим до сих пор, и город Туров в далекой лесистой Белоруссии получил свое имя от храброго скандинавского князя Тура.

Подчас кажется, что нами тогда гордились тени предков, детей великих арийских божеств - Тора и Перуна, Сварога и Одина, Даждьбога и Фрейи. И к энергии наших реакторов добавлялись тысячелетние энергии, шедшие из невообразимых глубин времени.

Да, в том таилась мистика океанского прорыва. Из Руси рек и лесов, степных пространств и тихих околиц мы снова стали космическим народом, открывшим для себя всю планету. Мы шли путями забытых предков, коснулись загадочной Атлантиды. И советский "Витязь" следовал курсом царского корвета с тем же именем в 1880-х, который тогда нес на борту великого русского ученого и разведчика Миклухо-Маклая. Туда же, в тропические воды, к земле Папуа и Новой Гвинеи.

8.

За 1945-1985 годы русский подводный флот сумел изведать весь мир и освоиться в самых далеких его водах.

Уже в 1962-м, когда молодая независимая Индонезия готовилась к войне с дряхлой Голландией, все еще удерживавшей западную часть Новой Гвинеи, в Сурабаю из Владивостока ушли лодки С-236 и С-292. Русские, дизель-электроходные. За ними пошли еще четыре и плавучая база "Аяхта".

Мы занимали боевые позиции за экватором, в Яванском море и Молуккском проливе. Созвездие Южного креста сияло над рубками наших подводных крейсеров, тропический воздух врывался в открытые люки.

Вслушайтесь в названия тех мест. Остров Сулавеси, море Флорес, остров Калимантан, берег Маклая. Мы пришли в одну из узловых точек мировых торговых путей.

В XVI веке сюда прорвались португальские каравеллы - к золоту, пряностям и редким породам дерева, к оживленным рынкам. В XVII веке в жестокой войне эти острова захватили голландцы. В 1941-м над этими водами раздавались победоносные кличи японских императорских войск.

А тогда, в 1962-м, здесь пульсировали линии мощных грузопотоков нефти, идущей в танкерах с Ближнего и Среднего Востока в бурно растущую Японию. Здесь шли суда с железной рудой и углем, с зерном из Америки в порты Японии и в британский Гонконг.

И у этих пульсирующих, живых артерий Запада, этого "нового Карфагена" - планетарного торговца, оказались грозные русские субмарины со взведенными боевыми торпедами и приказом Главкома флота Империи Сергея Горшкова: топить всех с ноля часов 5 августа, поддерживая возможную операцию Индонезии против голландской метрополии.

И Запад тогда трусливо отступил, Голландия отдала свои колонии. Лодки были подарены молодой независимой Индонезии.

Это потом прорусский режим Сукарно в ней будет свергнут. Из-за того, что в Кремле сидел не стальной вождь, а расхлябанный "кукурузный Никита". Не будь так - наша Империя железной десницей держала бы в своей сфере влияния мировой перекресток судоходных путей.

И пусть тот наш триумф оказался недолог - все равно командиры подводного флота набрали бесценный опыт действий в доселе неведомых нам экваториальных водах, в лабиринте островов и островков. Тот поход показал: русские могут вершить судьбами стран в планетарном масштабе, с океанским размахом операций своего флота.

То был величайший прорыв со дней Петра Великого. А после будут и другие - когда буравить толщи вод морских начнут уже титановые субмарины Империи с "сердцами" из ядерных реакторов...

9.

Мы смотрим на копошенье мелких людишек за окном и горько усмехаемся. 1989-1996 годы останутся в нашей памяти черной, позорной полосой. Ночью, во мраке которой кишат мерзкие, склизкие твари.

В конце 80-х в политику пришло племя "шестидесятников", поколение евтушенок и вознесенских. Поколение любителей слюняво-сентиментальных песенок под бренчанье гитары. Любителей окуджав и мандельштамов. Они испытывали какую-то звериную ненависть к миру воинов, к миру ревущей мощи машин.

Эти шестидесятники с какой-то дикой радостью крушили и ломали имперскую мощь. Да и чего от них было ожидать? Ведь потом эти полулюди будут лобызать бороды чеченских абреков и требовать "прекратить грязную войну". Словно и не было тысяч изнасилованных, зарезанных, проданных в рабство русаков и русачек в "свободолюбивой Чечне" 1991 - 1994 годов.

И, как не крути, большинство этих шестидесятников - не русские, не православные - булаты шалвовичи и марки исааковичи.

На смену этой генерации идут другие детки времен гниения. Выращенные в стерильной атмосфере новых офисов, среди вещей сплошь импортных, где даже скрепки - и те заморские. Лощеные и одинаковые, как роботы. Внешне презирающие, но в душе боящиеся истинных воинов с горячей кровью.

Помню, как довелось побывать году этак в 1993-м в сверкающем офисе банка "Столичный", в резиденции крупного еврейского дельца Смоленского. На самом верхнем этаже, где мигали компьютерные экраны, сидели дилингеры - двадцатилетние сопляки, занятые куплей-продажей валют. Какой-то рыжий Сеня Рудинштейн, взахлеб рассказывал, как от делает триллионы, не отходя от компьютера.

Что им Империя? Что мистика океанских прорывов этим белковым придаткам Большого Западного Компьютера? Что им трагедия русских? Ничто. Не первый год занимаясь журналистикой, мы открыли для себя железную закономерность. Везде, где речь идет о краже сотен миллиардов или об унижении нашей страны, в роли разрушителей почти всегда выступают... гм... лица демократической национальности. А им противостоят славяне.

Почему-то этот народ ныне выступает содержателями фирм "секс по телефону", издателями онанистических, сальных газеток или банкирами. А вот в землю под огнем врага в Чечне или Таджикистане вгрызаются Ивановы. Они, а не кто-нибудь другой продолжают истекать кровью, храня хотя бы обломок Империи. Разве Вы и сами этого не видите?

А знаете, почему они так бросаются защищать чеченских убийц? Почему они, эти шабады, гайдары и явлинские так сладострастно вторят словам чеченских пропагандистов и клянут "грязную войну"? И почему они ни разу не вспомнили о замученных и убитых теми же чеченами в страшные 1991-1994 годы?

Нет, не потому, что они любят чечен. Просто они до смерти боятся, что из горнила войны за единство страны выйдут люди с горячей кровью и жаждой справедливости, перед которыми "эти" - словно бледные ночные тени. Что исчезнет вялое стадо с пустыми глазами, одержимое примитивными инстинктами, толпа потребителей "фанты", "тампаксов" и "мыльных опер". А вместо него встанут ряды настоящих людей.

И тогда рухнет весь этот нынешний убогий "порядок", и все увидят, кто они есть на самом деле - маленькие, ничтожные бездари, обуреваемые комплексами неполноценности, без мужества и воли. Что их "искусство" - всего лишь груды мусора, упаковок и дерьма в стекле. Что их плюрализм - это только господство извращений, половых и душевных, а мысли - лишь бред. Они боятся диктатуры сильных, до боли нормальных людей. Которые умеют творить, защищать Родину, любить женщину.

Они боятся того, что эти люди стащат со сцен и эстрад писклявых гомиков, изгонят с телевидения издерганных, картавых, не знающих русского языка особей, сложат костры из их газеток и бредовых книжек, их мазни на холстах и "правозащитного" бреда.

Нечисть холодеет при одной лишь мысли об этом. Им страшно: а вдруг эти крепкие, коротко стриженные парни с обветренными лицами собьют ударами прикладов их крикливые вывески? Впечатают кованные сапоги в их недочеловеческие морды? Разгонят попугаев-проповедников и сектантов, все эти "аумы" и "гербалайфы"?

От этого страха наша "интеллигенция" исступленно продолжает лить яд в мозги народа. Только бы он оставался все той же тупой массой "электората"! Только бы он продолжал быть все той же серой жижей, не помнящей даже того, что было полгода назад!

Их символ - это безвольные, расписанные кричащей рекламой пузыри - воздушные шары. А наш символ - собранные в единый порыв, покоряющие пространство серебристые стрелы сверхзвуковых машин.

Их порождение - это прилизанные телевизионные мальчики-девочки, строящие иронические гримаски при виде Человека Поля Боя. Те, что проповедуют жизнь в "интеллигентном" спокойном обществе.

Глупцы! Войны стали неизбежными, как только три урода в Беловежской пуще раскололи Империю. Кровь стала вдвойне неминуемой, когда их "герои" три года холили и вооружали бандитское государство на Кавказе. Втройне - когда они начали чеченскую бойню, сделав все для победы врага.

Психология bookap

Война стала неизбежной в квадрате, лишь только мы стали на колени перед бандой Басаева в июне 1995-го. И уж вовсе неотвратимой, когда капитулировали перед теми же тварями год спустя. Доломав и истощив к тому времени все - армию, флот, авиацию и самое государство.

В зарницах надвигающейся бури - выбор. Либо мы возродимся, либо - погибнем.