Том первый

Адам, Ева и другие потомки обезьяны


...

7. Молочные реки и фруктовые берега

Среду, где прямохождение — не излишество, а благо, первым отыскал гидробиолог Элистер Харди, а развил его идею зоолог Ян Линдблад.

Размышляя над тем, чем отличался австралопитек от рамапитека, они поставили вопрос шире: чем отличается современный человек от современных же человекообразных обезьян.

И среди многих признаков нашли, к примеру, такие:

— Голая кожа везде, кроме головы и некоторых других незначительных по масштабам участков тела;

— Более толстый жировой слой;

— Большие груди у женщин;

— Большой пенис у мужчин и более глубокое влагалище у женщин;

— Выдающийся вперед нос, ноздри которого направлены вниз;

— Глаза, способные хорошо видеть под водой;

— Умение плавать.

Ни одного из этих признаков нет у человекообразных обезьян. Ни одна из них не умеет плавать. Более того, они панически боятся воды и, будучи брошены в воду, тонут, так как вода через ноздри их плоского носа немедленно устремляется в дыхательное горло.

А что же человек?

Человек великолепно плавает. Можно бросить его в воду, и он поплывет, даже если никогда прежде этого не делал.

Более того, человек способен нырять и проводить под водой несколько минут, уходя на довольно большую глубину. А когда человек плывет под водой, работая одними ногами, создается впечатление, что его ступни лучше приспособлены для плавания, чем для ходьбы и бега. И то правда — у человека, с традающего плоскостопием, возникают проблемы при ходьбе, а плавать он может не хуже других.

Идем дальше. Несколько лет назад в нашей стране и во всем мире гремело имя доктора Чарковского, который предложил женщинам рожать в воде. Сейчас его методику, вроде бы, признают опасной и даже вредной, но при этом никто, кажется, не спорит, что роды в воде проходят менее болезненно, более быстро и легко и с меньшим стрессом для новорожденного — который, между прочим, мгновенно всплывает на поверхность и приобретает умение плавать с первых минут жизни.

А зачем, интересно, мужчине длинный пенис, а женщине — глубокое влагалище?

Десмонд Моррис, который считает человека обезьяной, свихнувшейся на сексуальной почве, полагает, что благодаря этим особенностям человек получает больше удовольствия при половом акте.

Может, оно и так — действительно, человек способен заниматься сексом часами, тогда как шимпанзе хватает на это дело минуты. Только не переставлены ли здесь причина и следствие?

Что, если Предки любили друг друга в воде? Что, если возможность вылезти для этого на берег выдавалась редко? Может, из-за хищников, может, из-за комаров или еще чего-то в этом духе. А продолжение рода не может ждать.

И тогда изменчивость, которая всегда усиливается, когда надо спасать вид от вымирания, породила среди прочего особи с более длинным пенисом и более глубоким влагалищем. От их связей рождались другие такие же, а от прочих особей вообще никто не рождался, потому что сперма вымывалась водой.

И большие груди из той же оперы. Линдблад предполагает, что из таких грудей удобнее сосать молоко под водой. Очень может быть, но не забудем и другую функцию — сохранение тепла. Зачем-то ведь молочные железы утоплены в жировую ткань, обильно пронизанную кровеносными сосудами. Молоко для ребенка должно быть теплым.

Правда, ни у китов, ни у тюленей нет ничего похожего на вымя. Отметим, однако, важную деталь: детеныши китов совсем не умеют сосать. Самка впрыскивает молоко им в рот, напрягая мышцы, сжимающие молочную железу.

А я не могу забыть один случай, который произошел летом 1979 года в городе Темиртау, на берегу водохранилища, раскинувшегося между металлургическим комбинатом и заводом синтетического каучука.

Мне было девять лет, я загорал на пляже и, в силу своей сохранившейся до сих пор нелюбви к лежанию кверху пузом, носился по всему берегу. И набрел на молодую женщину, которая сидела на песке, обнажив грудь, и кормила младенца. А надо заметить, в городе Темиртау, центре притяжения советских хиппи («Горы слева, горы справа, между ними Темиртау, я стою посередине, словно лошадь в магазине…»), нравы уже тогда были довольно либеральные.

Так вот, этой женщине вздумалоь брызнуть в меня молоком. Слегка сжала грудь — и струйка ударила на приличное расстояние.

Обезьяна так не умеет. Но ей и незачем. Способность выбрасывать молоко под давлением может пригодиться только при кормлении под водой. Если малыш будет сосать сам, он может наглотаться воды. А если мама поможет ему, сдавив грудь рукой, все будет гораздо проще.

И еще. Большая женская грудь производит больше молока, чем плоская обезьянья. Иногда у женщин возникает даже избыток молока, порой весьма значительный. Зачем? Ведь природа не терпит излишеств.

Вряд ли это свидетельство того, что у Предка рождалось больше детенышей, чем у человека. Все человекообразные обезьяны рождают по одному детенышу. Почему у Предка должно быть иначе?

Есть другое объяснение. Вода. Для воздуха 20 градусов тепла — комнатная температура, теплее не надо. А попробуйте часок поплавать в двадцатиградусной воде. Замерзнете.

Лучшее средство борьбы с холодом — обильная жирная пища. Детеныши Предка потребляли больше молока, чем дети человека или шимпанзе. И природа на всякий случай сохранила эту особенность у некоторых женщин.

За остальными доказательствами водной гипотезы я отсылаю читателей к Линдбладу (Линдблад, 63 и далее). С некоторыми из них я даже готов спорить. К примеру, Линдблад считает, что длинные волосы, характерные для людей всех рас, кроме негроидной, появились еще у водных обезьян, чтобы их детеныши могли, плавая, хвататься за них. Я же полагаю, что это — приобретение более позднего времени, эпохи ледника.

Но в общем и целом теория Линдблада представляется весьма правдоподобной и логичной.

Суммируем. Основная идея заключается в том, что от кениапитека 10 миллионов лет назад произошла обезьяна, ведущая полуводный образ жизни. И на протяжении последующих нескольких миллионов лет она утратила волосяной покров, приобрела мощный жировой слой и другие признаки, перечисленные выше.

Такое развитие для природы не уникально. Когда-то водные животные появились в роду общих предков хищных и парнокопытных, и поначалу эти животные были похожи на собак. Но когда они полностью перешли к водному образу жизни, их тела из поколения в поколение стали изменяться и за миллионы лет переменились разительно.

Тело удлиннилось, конечности превратились в ласты, а потом задние вообще исчезли, пропал волосяной покров, не стало наружного уха, а ноздри перекочевали с кончика носа на темя. Размеры, не сдерживаемые тяготением, росли неудержимо, и один из потомков невзрачного предка, похожего на собаку, превратился в самое крупное животное на планете — синего кита.

Каланы, потомки хищных куниц, переселились в воду гораздо позже и в анатомических изменениях зашли пока не так далеко. Их можно рассматривать, как самую раннюю стадию преобразования тела под влиянием водного образа жизни.

А теперь представим, что наши водные обезьяны — это, образно говоря, каланы мира приматов. Только живут они не в холодном северном море, где без пышного меха не обойтись, а в мелководных тропических водоемах, где шерсть — скорее помеха. Вспомните, как неприятно ходить в мокрой одежде и со слипшимися влажными волосами.

Но живут они точно как каланы. То есть все время проводят в воде. Здесь они добывают пищу, здесь же ее поедают, в воде спариваются, в воде рожают и выкармливают детенышей, а на берег выбираются редко и ненадолго.

Ноги водной обезьяны приобрели новую форму, удобную для плавания и хождения по дну. Чтобы в этом убедиться, достаточно посмотреть на современных пловцов. Их ноги словно специально созданы для этих изящных движений. Стопа не разлапистая, как у обезьяны, а удлиненная, ластовидная, и все ее пальцы соединены вместе и направлены вперед (Нестурх, 159).

Ходить по дну, конечно, удобнее на двух ногах. И чем длиннее ноги, тем глубже можно зайти, не отрываясь от дна. А как мы знаем на примере китов, водная среда способствует увеличению размеров.

Да и для плавания лучше иметь удлиненное тело и широкую амплитуду колебания ласт.

Так что будет правомерно предположить, что рано или поздно ноги водной обезьяны стали такими длинными, что у нее просто не было больше возможности ходить по-обезьяньи, опираясь на руки. Руки были слишком коротки, а ноги — чересчур длинны.

И как знать — может, жили бы сейчас на земле не люди, а ластоногие русалки, лишенные разума, если бы не форсмажорные обстоятельства, вызванные колебаниями климата.

8 миллионов лет назад в Африке наступила великая сушь.

Водоемы стали пересыхать, на леса наступали саванны, и водную обезьяну спасло лишь то, что она могла ходить на двух ногах не только по дну.

Когда группы этих обезьян перебирались из пересохшего водоема в еще уцелевший, до цели порой доходили не все. Выживали те, кто передвигался по суше наиболее успешно. И в их потомстве закреплялась способность к наземному прямохождению.

Эта новая обезьяна, которая одинаково хорошо умела плавать и ходить, как раз и оставила однажды свои следы на теплом слое вулканического пепла.

Первооткрыватели назвали это существо австралопитеком, южной обезьяной, чем посеяли некоторую сумятицу в умах обывателей, читающих научно-популярную литературу. До сих пор некоторые думают, что австралопитеки жили в Австралии.

Чтобы развеять это заблуждение, повторим еще раз — австралопитеки жили в Африке. В Африке и только там.

Внешне австралопитек довольно сильно походил на человека. Ноги длиннее рук, голая темная кожа, большие груди у женщин, мощные ягодицы, выступающий нос. И при этом — обезьянья голова.

Психология bookap

Ведь размерами мозга и разумом австралопитек не слишком сильно превосходил кениапитека. У гипотетической водной обезьяны заметно менялось тело, а мозг оставался прежним.

Примерно таким, как у шимпанзе.