Часть Вторая. МИСТИЧЕСКИЙ ПУТЬ

Глава VIII. ЭКСТАЗ И ВОСТОРГ


...

Восторг

Во всех рассмотренных нами случаях — а мы имеем дело с довольно внушительной их группой — приближение экстаза всегда было постепенным, хотя и непроизвольным процессом. Как правило, экстаз знаменовал собой кульминацию созерцания. Душа, погруженная в молитву покоя или единения или же каким-либо иным образом сосредоточенная на своей тяге к трансцендентному, переходит грань, разделяющую это состояние и собственно экстатический транс. При этом у человека проявляются характерные внешние признаки: немеют конечности, тело остывает, а дыхание значительно замедляется или вообще исчезает.

Между тем экстаз не обязательно развивается из состояния погруженности в Божественное Видение. Он может охватить человека и вполне неожиданно, когда тот находится в обычном состоянии сознания. Такой непреодолимый наплыв экстаза в точности соответствует тому, что писатели-аскеты называют восторгом. Мы уже видели, что смысл мистической жизни состоит в преображении личности, в достижении ею сознательного контакта с Абсолютом. Этот процесс сопровождается у мистика совершенствованием в искусстве созерцания, в котором самовыражается его гений. Его овладение этим искусством, равно как овладение поэзией, музыкой или какой-либо другой творческой деятельностью, вполне может следовать обычному пути. Это означает, что прогресс мистика в избранном направлении зависит от его волевых усилий, сводящихся к сосредоточению внимания на Объекте его поиска, — то есть зависит от его мистической молитвы. Таким образом, мистические состояния сознания, чем бы они ни заканчивались, инициируются начальным волевым импульсом, сознательным ответом на зов Божества, отвращением от видимого мира и обращением к невидимому. Иногда, правда, мистическая склонность к трансцендентному преобладает над другими чертами характера и проявляется в психических эксцессах — внезапных и неконтролируемых вторжениях подсознательных сил, которые могут проявляться наряду с обычной для пророка, композитора или поэта "легкой сумасбродностью". Таков восторг — стихийное и непреодолимое устремление к Абсолюту, которое иногда нарушает душевное равновесие человека, но может вызвать в его психике и необратимые изменения. Хотя и не всегда, но довольно часто восторг — как и поэтическое вдохновение — придает жизни особое великолепие и особый смысл. Однако такого рода события являются скорее случайными, чем закономерными для мистического развития. Они указывают на некоторую дисгармонию между психофизическим складом субъекта и проявлениями в нем трансцендентного начала сообразно силе устремленности к нему.

Таким образом, восторг может быть вполне закономерной чертой мистических натур определенного типа. Мы видели, что восторг вполне естествен и даже необходим при мистическом обращении. Бурный натиск подсознательных интуиции во время обращения может нарушить деятельность обычного сознания, овладеть волей и органами чувств и повлечь за собой более или менее глубокий транс. Именно это, судя по всему, имело место у Сузо и Ралмена Мерсвина, а также у Паскаля, чьи "Достоверность, Мир, Радость" словно подводят итог возвышенным интуициям Совершенства и Реальности. В этих словах запечатлена убежденность в исчерпывающей полноте и необратимости постижения, которая характерна для любого экстатического восприятия.

В своих "Духовных посланиях" св. Тереза детально обсуждает различные аспекты и выражения этих мощных экстатических состояний. Среди них она упоминает транс, который в ее системе означает то же, что в нашем понимании экстаз, вознесение в духе [transport], или "полет духа", служащий у нее эквивалентом восторга. "Различие между трансом и вдохновением, — говорит она, — состоит в том, что в трансе душа постепенно умирает для внешнего, теряет чувства и живет для Бога. Однако вдохновение наступает по одному мановению Его Величества и охватывает сокровенную часть души с такой быстротой, словно вся душа покинула тело вслед за этим высшим и сокровенным, которое тотчас оказалось на небе".822


822 Relaccion VIII. 8, 10.



"Восторг, — говорит далее св. Тереза, — как правило, приходит внезапно, он могуч и стремителен и охватывает тебя прежде, чем ты успеешь о чем-то подумать или сможешь что-то предпринять. Тогда ты чувствуешь себя подобно облаку или словно сильный орел взмыл ввысь и унес тебя на своих крыльях. Повторяю, ты видишь и чувствуешь, как тебя уносят, хотя ты сам не знаешь куда".823 Это ощущение того, что человека уносит, может даже принимать весьма конкретный вид левитации. В этом случае внешние ощущения так сильно овладевают полем сознания, что субъект начинает воспринимать свое тело так, как будто оно парит над землей. "Когда я пыталась оказать какое-то сопротивление, мне казалось, что меня влечет вверх неодолимая сила. Не знаю, с чем можно сравнить это ощущение, ибо оно было намного сильнее, чем все другие мои духовные переживания, и потому тщетны попытки его описать… Более того, признаюсь, что оно повергло меня в страх, который поначалу был весьма велик, потому что, увидев свое тело таким образом возносящимся над землей, что я могла поделать? Хотя дух увлекал тело за собой вверх с такой великой сладостью, что сопротивляться ему было невозможно, чувств я не потеряла. По крайней мере я оставалась собою настолько, чтобы видеть, как возношусь".824


823 Vida, cap. XX, § 3.

824 St. Teresa, op. cit, loc. cit, §§ 7, 9.


С этими описаниями перекликается опыт Ралмена Мерсвина, который утверждает, что в восторге, который сопровождал его обращение, он пронесся по саду, оторвавшись ногами от земли.825 А св. Катерина Сиенская в отрывке, который я уже цитировала, говорит о силе духа, поднимающей тело над землею.826


825 См. выше, с. 189.

826 Dialogo, cap. LXXIX.


Субъективный характер подобного переживания левитации фактически признан св. Терезой в следующих словах: "Когда экстаз завершался, мое тело, казалось по-прежнему парило над землей, словно потеряло всю свою тяжесть. Это ощущение было настолько убедительным, что подчас я даже не чувствовала, как мои ноги касаются земли. Между тем во время восторга тело иногда кажется мертвым, полностью лишившимся всех своих сил. Оно остается в том же положении, в котором его застиг экстаз — так, если оно сидело, то и дальше продолжает сидеть неподвижно". Очевидно, что в этом отрывке физическая неподвижность сосуществует с субъективным впечатлением «полета».827


827 Vida, cap. XX, § 23. Принимая во внимание нынешнее состояние наших знаний и многочисленные документально зафиксированные случаи левитации, в настоящее время невозможно делать какие-либо категорические заявления по этому вопросу. Крайнее мнение человека, верящего в сверхъестественное, дается в книге: Farges, "Mystical Phenomena", pp. 536 seq.


В состоянии восторга состояние души бывает различным: она может полностью уйти в транс или же сохранить способность воспринимать окружающий мир, как было в случае, описанном св. Терезой. Каким бы внезапным ни был прилив вдохновения, сам по себе он еще не означает, что мистик должен мгновенно потерять поверхностное сознание. "Способность видеть и слышать не исчезает, однако кажется, что видимое и слышимое — где-то далеко".828 Образы и звуки словно отступают на периферию сознания, однако могут все еще оставаться в его пределах. Хотя в состоянии транса может сохраняться способность видеть и чувствовать, у человека возникает впечатление, что двигаться он не в состоянии. Как и при экстазе, дыхание и кровообращение при этом сильно замедлены.


828 St. Teresa, op. cit., loc. cit.



"Когда душою собирается овладеть ее Жених, — говорит св. Тереза, — по Его команде закрываются врата строений и башен во всем замке. При этом Он лишает человека дара речи, и хотя другие способности еще как бы при нем и в его власти, невозможно произнести ни одного слова. Порой же человек лишается всех чувств, и тогда его конечности коченеют, словно душа покинула тело, а иногда бывает и так, что никакого дыхания заметить вообще не удается. Такое состояние продолжается весьма недолго, ибо когда эта общая заторможенность прекращается и тело приходит в себя, в нем оказывается достаточно сил для того, чтобы вновь вернуться к этой смерти, благодаря которой жизнь души становится полноценной".829


829 St. Teresa, "El Castillo Interior", Moradas Sextas, cap. IV.


Таким образом, эта духовная буря, по мнению св. Терезы, благотворно сказывается на тех, кто ее переживает, — они становятся "более жизненными, чем были прежде". Это переживание является своеобразным посвящением в "небесные тайны", и если это не так, то нет никакого "подлинного экстаза", а есть лишь "физическая слабость, к которой женщины склонны благодаря утонченности своей натуры". Между тем внезапность, сила и быстротечность подобных переживаний не вызывают заметных душевных расстройств. "Это высшее состояние экстаза никогда не бывает продолжительным. Но даже когда оно кончается, воля по-прежнему столь опьянена, а разум столь вдохновлен, что в течение дня, а иногда и нескольких дней человек не способен забыть о любви к Богу, вернувшись к привычным занятиям. И хотя этот человек вполне и во всех отношениях, казалось бы, бодрствует, на самом деле он словно спит для всех земных дел".830


830 Op. cit., lос. cit.


Однако по восстановлении равновесия несомненные проявления мощных и ярких проблесков Абсолюта начинают проникать в обычную жизнь. Впечатления души после постижения ею высших уровней Реальности толкают ее к дальнейшей деятельности. Теперь она желает достичь вечного единения с тем, с чем на один короткий миг соединилась в экстазе. Своеобразное мистическое дарование — приобретенная и развитая в ходе созерцания способность постигать Реальность в экстазе — теперь подчиняет себе весь образ жизни и направляет внутреннее движение человека от множественности к Единому. От одного мимолетного взгляда на родные места его тоска по ним лишь усиливается. Его интуитивное постижение Абсолюта, которое наиболее явственно выражается в экстазе, побуждает его добиваться одного — искать единения с Божеством в вечности. "Такие великие дары благодати, — говорит св. Тереза, — разжигают в душе жажду полного обладания Божественным Женихом, от Которого получает их".831


831 St. Teresa, op. cit., cap. VI.


Следовательно, экстатические состояния не просто возвышают душу до необычных уровней восприятия, они еще и обогащают ее жизнь, способствуют перестройке ее сознания, пробуждают и развивают в ней "могущественную и неистовую любовь, влекущую ее домой". Они дают ей ясное видение трансцендентных ценностей, в соответствии с которыми она теперь должна строить свою жизнь. Это видение включает в себя ясное осознание наплыва той великой Жизни, на которой зиждется ее маленькая жизнь. Поэтому неудивительно, что, пройдя через весьма значительные и глубокие переживания, которые задали телу немало хлопот, мистик выходит из "благого экстаза" так же, как Паскаль из своего переживания Огня — преисполненным дивной радости и вдохновения, и при этом вполне умиротворенным, готовым отнюдь не к самоуслаждению полученным, но, напротив, к дальнейшим трудностям на Пути, предстоящим страданиям и жертвам во имя любви.

На Третьей ступени этой пылкой любви, говорит Ришар Сен-Викторский, любовь парализует действие. Символом этого состояния является единение [copula], а выражением — экстаз. Жаждущая душа, проницательно замечает он, больше не стремится к Богу, она желает быть в Боге. Энергия желания несет ее на побережье Бесконечного Моря. Разум оказывается увлеченным на самое дно бездны Божественного Света, где он полностью забывает о внешних вещах и не помнит даже самого себя, ибо он глубоко уходит в Бога. В этом состоянии все земные желания оказываются поглощенными небесной славой. "Пока душа остается отделенной от самой себя, пока она парит среди божественных тайн и остается со всех сторон окруженной пламенем божественной любви, этот огонь проникает в нее и озаряет ее изнутри. И тогда душа забывает и себя, и Божественную Любовь, и, пребывая лицом к лицу с явленной ей Красотой, она полностью входит в неземную славу".832


832 "De Quatuor Gradibus Violentae Charitatis" (paraphrase).


Вот каким образом состояние экстаза способствует претворению душевной субстанции в то, что ей предназначено, в соответствии с Добротой, Истиной и Красотой, которые суть Бог. "Пребывая лицом к лицу с явленной ей Красотой, она полностью входит в неземную славу", проникая в пламенное сердце Реальности, погружаясь в сияющие ослепительной тьмой глубины своего Дома.