Глава 5.

Фрагменты мозаики


...

Чем вы располагаете в настоящий момент


На протяжении этой главы мы подчеркивали тот факт, что ваши эмоции служат проявлением определенных перцептивных компонентов, и что если вы изменяете эти компоненты, то изменяются и эмоции. Набор отличий, представленный в этой главе, вооружает вас способом описания любой эмоции с точки зрения значимых компонентов, участвующих в ее создании. Когда вы понимаете структуру эмоции, вы можете понять и механизм ее влияния на ваши переживания и поведение. Когда вам известны значимые компоненты, участвующие в создании вашей эмоции, у вас есть возможность изменить эту эмоцию на ту, которая будет более удовлетворяющей или адекватной в сложившейся ситуации. Знание структуры своих эмоций может лечь в основу построения такого личного мира, который дарует вам свободу и власть направлять свои эмоциональные переживания на защиту вашего благополучия, полноценного существования и самовыражения в качестве самостоятельной личности. Мы с Лесли построили для себя такой мир. Мы использовали наше знание структуры эмоций для создания свободы и могущества, которыми теперь наслаждаемся, и научились поддерживать наш свободный и просторный мир путем утилизации компонентов эмоций – при каждой возможности, каждый день.

Мы оба изменяем наши эмоции, варьируя временные рамки, и часто делаем это по-разному. Лесли преобразует фрустрацию в терпение путем переноса недостижимого результата в ближайшее или в более отдаленное будущее. Освободившись от давления момента и успокоенная временем, оставленным на прогресс, она может довериться своему убеждению: «Это сбудется; я сделаю так, что это произойдет». Что касается Майкла, то его будущее является царством неограниченных возможностей, кладезем соблазнительных «может быть», удерживающих его в постоянном стремлении. Когда бы он ни пожелал быть довольным, он возвращается от будущего к настоящему, обращая внимание на те отношения, в которых то, чем он располагает сейчас, является наилучшим.

Лесли частенько не может заснуть, обдумывая все дела, которые она должна сделать. Чтобы расслабиться и заснуть, она заменяет возбуждающую модальность необходимости – то, что она должна сделать, – успокаивающими модальностями желания и возможности. Иначе говоря, она мечтает обо всем замечательном, что она может сделать. Майкл учитывает наглядный опыт последствий активного и пассивного участия, оставаясь не полным надежд, но решительным в отношении учебы нашего сына Марка и соблюдения им определенных правил личной гигиены.

Многих людей приводят в ярость неудобства, некомпетентность и несправедливость, которые порождает жизнь. Задержка авиарейса, еда, поданная не вовремя и уже не доставляющая удовольствия, или одежда, испорченная в химчистке, могут стать причинами незамедлительного и стойкого гнева. Лесли научилась рассеивать такой гнев, преобразуя его в легкую «досаду» путем снижения интенсивности. Она делает это, задавая себе вопросы вроде: «Да вспомню ли я об этом лет через пять?» При необходимости она переносит себя на пять или десять лет в будущее и, оглядываясь на прошлое из этой дали, удивляется, почему такая мелочь когда-то могла представляться важной.

Лесли использует темп как тонизирующее средство, когда чувствует опустошенность. Опаздывает ли она со статьей или с подачей обеда на стол, Лесли, как только осознает это чувство опустошения, замедляет темп своих мыслей и физических ощущений. Это замедление темпа позволяет ей перейти от возбужденного беспокойства по поводу цейтнота или обеда к восстановлению способности замечать и испытывать чувство заботы к окружающим людям, одновременно продолжая заниматься делом.

Майкл, когда бы он ни бывал доволен собой, постоянно испытывал чувство вины, если думал о каких-то других вещах, которыми, по его мнению, ему следовало заняться. Поскольку он пользовался критерием «что мне следует сделать», до него редко доходило, что в свободное время он может радоваться и не казнить себя. Это изменилось, когда он понял, что может менять критерии. Теперь, оказываясь в тех же ситуациях, он обращает внимание на тот факт, что он занят чем-то, чем ему действительно хочется заниматься, и испытывает при этом приятное ощущение собственного озорства.

Если Лесли обижена чьими-то словами или поступком, она изменяет критерий, который использует для оценки ситуации, заменяя «что я чувствую» на «что с ним (с нею) происходит». Такая смена фильтра окрашивает ее эмоциональную реакцию любопытством, эмпатией и пониманием.

Во всех дальнейших главах излагаются специальные техники, в которых используются компоненты эмоций, – техники, призванные реализовать перспективу полноценного эмоционального выбора. Но прежде чем перейти к этим техникам, давайте коснемся вопооса, имплицитно поставленного в этой главе. Предположим, что структура эмоций понятна не только Лесли, Майклу и вам. Как изменится мир, если все осознают, что эмоциональное переживание имеет структуру, которую можно познать и практически применить?

Мы больше не будем беспомощными наблюдателями, ожидающими, пока наши друзья и близкие отыграют свои деструктивные или неприятные эмоции. Взамен у нас будет выбор сделать что-то, направленное на изменение чувств других, и таким образом способное изменить их действия и наше собственное самочувствие. Конечно, мы влияем на чужие чувства. Так происходит всегда. Но мы, как правило, оказываем это влияние беспорядочно, уподобляясь болтающемуся на ремне фонарю, который, когда мы движемся, раскачивается и выхватывает из темноты то одно, то другое. В мире эмоционального выбора, где общность эмоциональных реакций понятна всем, этот фонарь держит сильная рука; его теплый свет целенаправленно освещает самые темные, самые холодные эмоциональные закоулки. Короче говоря, мы будем жить в мире, где потребность в эмоциональном удовлетворении станет совместным делом, а не предметом потуг одиночки.