Глава 5.

Фрагменты мозаики


...

Модальность


Рон, участник одной из наших групп тренинга, в отчаянии заявил, что «невозможно избавить мир от голода». Хотя он считал, что «Мете» способны выиграть чемпионат США по бейсболу, женщина может стать президентом, а синоптики в состоянии правильно предсказать погоду, он грустно качал головой и настойчиво утверждал, что с голодом в мире никогда не удастся покончить. Мы попросили его представить, будто ООН приняла решение распределить проблемы между отдельными гражданами и предоставить тем их решать, и что его выбрали лицом, ответственным за искоренение голода. Он не хотел выполнять это задание, но когда понял, что был единственным, на кого можно было возложить ответственность за осуществление этого плана, согласился. Его первой реакцией стал подбор возможных подходов к решению, с постоянным употреблением таких исполненных надежды преамбул, как «Ну, мы могли бы…», «Наверное, если…» и «Возможно, люди могут…»

Подобно отношению Рона к возможности покончить с голодом в мире, наша убежденность в необходимости, возможности, невозможности или важности различных вещей способна оказывать сильнейшее влияние на наши эмоции, и наоборот. Вера в то, что дела должны идти гладко, оказывает на наши реакции влияние, весьма отличное от того, которое оказывает вера в возможность гладкого хода дел. Аналогичным образом, убежденность в том, что дела не могут идти гладко или что желательно, чтобы они шли гладко, воздействует на нас не так, как убежденность в возможности или необходимости этого. Когда ваш субъективный опыт диктует необходимость, или возможность, или невозможность, или желательность какого-то конкретного события, вы действуете исходя из того, что мы называем модальностью.

Некоторые эмоции сформированы модальностями в большей степени, чем другие. Ответственность, например, является эмоцией, которая в своих свойствах и эффектах во многом зависит от модальностей. Наверное, вам случалось попасть в ситуацию, где требовалось сделать какое-то дело, и вы даже при недостаточных навыках оказывались среди присутствующих наиболее квалифицированным лицом, способным справиться с задачей. В итоге задание поручается вам. Столкнувшись с вызовом, вы реагировали и действовали на уровне, намного превосходившем умение, которое вы за собой знали. Ваши достижения в данном случае были результатом того, что вы ощущали свою ответственность.

Вера в то, что «это надо сделать», выражает модальность необходимости. «Это должен сделать я» – убеждение, которое тоже основано на модальности необходимости, диктуя необходимость того, чтобы дело было сделано именно вами. Как только вы примете тот факт, что задание нужно выполнить, и выполнить именно вам, вы перестанете сомневаться, можете ли вы это сделать или нет, и перейдете к обдумыванию способа сделать это. Когда вы ощущаете свою ответственность, вы исходите из посылки «я должен», и ваше мышление спешит реализовать эту посылку.

Вы можете проверить необходимость всех этих компонентов для себя лично, подыскав для примера какое-нибудь дело, за которое вы в данный момент несете ответственность, и затем поочередно исключив указанные компоненты модальности. Допустим, что вы чувствуете себя обязанным улучшить учебные заведения в вашей округе. Вы можете (хотя бы на минуту) счесть, что эти заведения и без того хороши или что изменения никак не скажутся на качестве образования (исключение «необходимости сделать»). Или же вы можете решить, что улучшение учебных заведений является делом преподавателей и администраторов (исключение «я должен сделать»). Или вы можете подумать, что ничем не сумеете помочь учебным заведениям (исключение «могу сделать»). В каждом случае, как только вы исключаете или сводите к нулю тот или иной компонент, чувство ответственности исчезает, чтобы смениться чем-то иным.

Итак, результатом веры в то, что нечто должно быть сделано, сделано именно вами, и что вы в состоянии это сделать, становится чувство ответственности. Как только вы ощущаете себя ответственным за что-либо, ваше мышление ориентируется только на способ выполнения обязанностей, то есть того, что вам положено сделать. Модальность невозможности сменяется модальностью возможности. Именно так Рон перешел от отчаяния в связи с невозможностью искоренить голод на нашей планете к попыткам найти реальные пути к достижению этого.

Язык часто бывает окном в мир наших мыслей, ощущений и чувств; и набор слов, описывающих модальности, открывает перед нами одно из таких окон. Эти слова служат просто вербальными выражениями наших убеждений насчет необходимости, возможности и желательности чего-либо. Например, когда мы говорим, что «обязаны» или «должны» сделать что-то, мы выражаем модальное убеждение необходимости. Такие слова, как «мог бы», «могу» и «может быть, смог бы», отражают модальное убеждение возможности, тогда как «не могу» отражает модальное убеждение невозможности. Убежденность в желательности или нежелательности чего-либо передается такими словами-индикаторами, как «хочу», «буду», «мне следует» и «не буду». Многие из присущих нам всем эмоций, по крайней мере отчасти, являются функцией модальностей, которыми мы пользуемся в то или иное время. Некоторые примеры представлены в приведенном ниже перечне.


Каждое из приведенных здесь слов-индикаторов отражает убежденность в необходимости, возможности или желательности чего-либо, и эти модальные убеждения чрезвычайно способствуют возникновению перечисленных эмоций

Как справедливо для всех различий, представленных в данной главе, модальности можно использовать для возбуждения желательных или необходимых эмоций. Используя в качестве примера «ответственность», вы можете вызвать в себе или в ком-то другом это чувство путем встраивания компонентов необходимой модальности данной эмоции – то есть путем эффективной передачи следующего:

«Это» должно быть сделано (во избежание негативных или ради позитивных последствий);

«Это» должен сделать именно он (лучший, единственный или правильный выбор) и он может сделать «это» (для него возможно сделать то, что необходимо сделать).

Помните, что для того, чтобы подобным образом вызвать в себе или в ком-то другом чувство ответственности, важно знать причины, по которым «это» должно быть сделано, и эти причины должны восприниматься как приемлемые или достойные. Мало заставить кого-то быть ответственным; этот человек должен почувствовать себя ответственным, если предполагается, что он положит все силы на выполнение задачи. Так, лишь немногие подростки ощущают себя ответственными за помощь в присмотре за малолетними братьями и сестрами. Чтобы почувствовать свою ответственность за воспитание младших, подростки сперва должны воспринять это дело как важное, – потому, например, что это освобождает маму и папу, давая им возможность зарабатывать для семьи деньги. Затем подростку необходимо признать уход за малышом своим делом, – либо привилегией, либо работой, либо просто потому, что больше этим заняться некому. И, наконец, подросток должен ощущать, что он в состоянии выполнить необходимое, то есть достаточно сведущ в уходе за маленьким братом или сестрой, чтобы грамотно с этим справиться.

Люди, чье чувство ответственности опирается на эти три качества, обычно вполне решительны и контролируют выполнение своих обязанностей. Простое обременение человека заданием со словами, означающими, по сути: «Эй, ты, кому велено», чревато возбуждением в нем модальности: «Я не буду» или «Я не обязан». В этом случае окажется, что вы создали в нем не чувство ответственности, а ощущение оппозиционности. А если такой человек признает задание своим делом, он, все-таки, может считать, что не сможет его выполнить, и останется обремененным ответственностью, но с чувством собственной непригодности. Подключение третьего шага, «Я могу», гарантирует, что чувство ответственности будет включать также ощущение своей компетентности, благодаря чему все три шага объединятся в единую могущественную силу.