"Хрустальный шарик " – упражнение на сосредоточение взгляда

Теперь я хотел бы, чтобы половина присутствующих вышла из зала – выпейте кофе или что-нибудь еще. Не подсматривайте и не подслушивайте, потому что через несколько минут оставшиеся позовут вас и кое-что вам продемонстрируют…

Теперь пусть меня послушают оставшиеся, – сейчас я научу вас «читать мысли». Я научу вас, как читать мысли, вглядываясь в хрустальный шарик или, если угодно, угадывать мысли по линиям на руке. Смысл этого упражнения в том, что это один из лучших способов дальнейшего развития вашей способности воспринимать минимальные несловесные сигналы, «ключи». Это упражнение развивает способность определять все различия в реакциях, необходимые гипнотизеру, вы должны будете систематически практиковаться в этом, чтобы развить такие перцептуальные навыки.

Через несколько минут вы пойдете и выберете партнера среди тех, кто вышел на перерыв, и станете гадать ему по руке или с помощью хрустального шарика. При этом вы будете использовать тонкую зрительную или осязательную обратную связь того же рода, что и при выполнении предыдущих калибровочных упражнений. Пользуясь новоприобретенными «телепатическими» способностями, вы начнете рассказывать партнеру что-нибудь из его личной жизни, о чем вы не имеете ни малейшего представления. И это удивит вас так же, как и вашего собеседника.

Выберите партнера среди незнакомых вам людей, чтобы вы не могли черпать информацию из воспоминаний и подсознательных сведений о собеседнике, полученных вами в прошлом. Я хочу, чтобы вы сами себе продемонстрировали, к вашему удовлетворению, что вы способны «читать мысли» без какой-либо предварительной подготовки. Ваше подсознание уже знает, что вы на это способны, но сознание нуждается в том, чтобы его убедили.

Когда вы встретитесь с неизвестным вам партнером, познакомьтесь с ним, задав ему несколько самых обычных вопросов. Используйте знакомство для того, чтобы определить калибровку, разницу между положительными и отрицательными реакциями.

После того, как вы познакомитесь, приступайте к гаданию, «чтению мыслей» с помощью хрустального шарика. Если предложение прочесть мысли партнера не вызовет у него удивления, и вы сможете приступить к гаданию с полной непосредственностью – прекрасно. Если же это вызовет у вас смущение, скажите: «Конечно, это нелепое упражнение, но Джон и Ричард попросили меня его выполнить. Как правило, я стараюсь следовать их инструкциям, поэтому, я считаю, нужно попытаться. Вы не возражаете?»

Потом вы говорите: «Итак, я гляжу на хрустальный шарик, и вижу в нем нечто важное для вас, относящееся к вашему прошлому». Говоря это, вы поднимаете руки перед собой так, как будто что-то держите в них, и смотрите на эту воображаемую вещь пристальным взглядом. Скорее всего, ваш партнер тоже станет смотреть в ту же точку.

Как и в любом другом упражнении, первое, что следует сделать – это войти в раппорт с клиентом. Наилучший способ войти в раппорт – медленно перемещать воображаемый хрустальный шарик вверх и вниз, сообразуя скорость перемещений с быстротой дыхания партнера. Таким образом, с помощью «хрустального шарика» вы уже делаете две вещи: устанавливаете раппорт, подстраиваясь к дыханию партнера, и сосредотачиваете внимание партнера на чем-то несуществующем. Сосредоточение внимания на несуществующем предмете всегда однозначно свидетельствует о том, что человек находится в измененном состоянии.

Установив раппорт, вы начинаете говорить что-нибудь вроде: «Я смотрю на хрустальный шар… и вижу, как клубится туман… Туман сгущается, и из него возникает лицо… очень важное, знакомое вам лицо… из вашего прошлого». Затем прервитесь и подождите до тех пор, пока ваш партнер не сфокусирует все внимание на «хрустальном шарике» и не представит себе определенное «важное лицо из прошлого». Следует говорить все так, как если бы вы давали процессуальные инструкции: никаких точных деталей; все очень неопределенно.

Потом вы говорите: «Кажется, это мужчина…» После этого вы ждете и наблюдаете за партнером, пока не увидите какой-либо сигнал согласия или несогласия. Если вы получили хотя бы самый незначительный сигнал, означающий «нет» – значит, ваш партнер сознательно или подсознательно выбрал женщину, – и вы сразу же говорите: «Нет, это женщина! Туман наконец прояснился!»

Многие люди на самом деле слегка кивают, или качают головой, давая тем самым очевидное свидетельство того, правильно ли вы следуете за их переживаниями. Все, что следует делать – это подождать, пока партнер выберет определенное лицо или переживание из своего прошлого, а затем высказывать предположения об этом лице и наблюдать за реакциями, чтобы узнать, верно ваше предположение, или нет. Если предположение неверно, вы соответственно изменяете свои описания того, что вы видите в «хрустальном шаре» так, как если бы вы действительно внезапно увидели это.

Если я стану играть с вами, и спрячу горошину под одну из двух раковин, а потом попрошу вас догадаться, под какой из раковин лежит горошина, сколько вопросов вам понадобится для того, чтобы узнать ответ?

Женщина: Один.

Правильно. Вы спрашиваете: «Она здесь?» Если ответ «да», вы угадали, если «нет», вы знаете, что горошина под другой раковиной.

Если я положу горошину под одну из четырех раковин, сколько вопросов надо задать, чтобы узнать, где она?

Мужчина: Два.

Верно. Нужно только два вопроса, потому что вы можете поэтапно решать эту задачу. «Горошина под этими двумя раковинами?» Получив ответ на этот вопрос, вы спрашиваете в последний раз: «Под какой из оставшихся раковин она лежит?» Если раковин восемь, вам нужно задать три вопроса, и так далее.

Такой способ отгадывать – как раз то, что нужно для успешного «чтения мыслей». Вы можете разделить все явления жизни на двойственные, противоположные классы: «Это мужчина/Это женщина», «Он внутри/Он снаружи», «Он старше вас/Он младше вас», «Он ваш близкий друг/Он ваш далекий знакомый», «Он хочет познакомиться с вами поближе/Он не хочет познакомиться с вами поближе». Язык позволяет вам высказывать абсолютно искусственные предположения, разделяющие все существующие явления на диалектические противоположности – то или это – хотя в действительности все не так просто.

Женщина: Вы предлагаете партнеру обе возможности?

Нет, начинаем с одной возможности. «Мне кажется, что это мужчина», – говорите вы, а потом ждете какой-либо реакции для того, чтобы узнать, принял или отверг партнер ваше предположение. Может быть, он уже выбрал мужчину, и в этом случае ваше предположение соответствует его переживанию. В другом случае он может еще не сделать окончательного выбора – и сознательно, и подсознательно: в таком случае он может учесть и принять как должное ваше предположение, что это мужчина. Либо уже выбрал женщину, но, пока вы ждали, решит переменить свой выбор и сочтет ваше предложение допустимым.

С другой стороны, может быть и так, что партнер уже сделал выбор и не желает его менять – в этом случае вы просто меняете свое утверждение на противоположное: «О нет, теперь туман рассеялся, и я наконец вижу, что это женщина».

Смысл этого упражнения в том, чтобы вы могли понять, заметить, что вы способны использовать несловесные подсознательные сигналы партнера и построить на их основе такие описания переживаний из его личной истории, о которых вы ничего не знали и не могли знать. С точки зрения партнера, все это выглядит так, как будто вы каким-то образом получаете информацию, о которой не могли ничего узнать обычными способами, и это кажется ему чем-то вроде «телепатии».

Как только вы произвели калибровку партнера, можно приступать к общим высказываниям о некоем «важном лице из прошлого». Каждый человек когда-нибудь встречался с другим человеком, оказавшим значительное влияние на его жизнь – поэтому такой метод описаний очень хорош для начала. Затем вы используете «двойственные» категории. Какие еще противоположные характеристики можно было бы применить?

Женщина: Низкий/Высокий.

Мужчина: Счастливый/Несчастный.

Правильно. Все это совершенно ложные определения, псевдо-категории, но они хорошо действуют всегда и везде. «Он знает о вас много/Он немного знает о вас», «Это происходит ночью/Это происходит днем», – я хотел бы, чтобы каждый из вас, прежде чем начинать упражнение, составил для себя список по меньшей мере шести подобных «двойственных» характеристик.

После того, как вы примените такие противоположные категории, вы сможете попрактиковаться в использовании эриксоновских шаблонов формулирования процессуальных инструкций; огромное множество так называемых «ясновидящих» используют их на практике. Вы можете сказать: "И это событие из вашего прошлого содержит в себе какую-то информацию, какое-то понимание, которого вы до сих пор еще не уяснили для себя… Потому что смысл этого события для вас теперь, возможно, уже не тот смысл, который вы придавали ему раньше… когда-то… Итак, ваше подсознание извлекает смысл из вашего прошлого… по-новому… не имеет значения, предоставит ли оно вашему сознанию возможность воспринять это новое знание… все это знание… или только часть его. Ваше подсознание способно использовать такое новое понимание… осмысленным… и неожиданно удачным способом… в некой ситуации… которая возникнет в течение ближайших сорока восьми часов.

Другой вариант: описав «важное лицо», вы можете сказать: «Я не знаю, поняли вы или нет, что существует важное сообщение, которое это лицо никогда не говорило вам на словах, но всегда хотело сказать вам, сообщить вам его… Сообщение это теперь может быть вам полезно… И пока вы видите и слушаете… вы уже начинаете слышать, в чем заключается это сообщение…»

Используя эриксоновские шаблоны, вы можете применять сигнальную систему обратной связи «да-нет», чтобы знать, о чем и как говорить дальше. Внимательно и постоянно избегайте определенного содержания.

Переживая таким образом все происходящее вместе с вами, ваш партнер должен быть весьма натренированным и искусным коммуникатором, чтобы понимать то, о чем вы говорите в действительности. Его внутреннее переживание проектируется на «хрустальный шар» настолько ярко и подробно, что он может ошибочно предполагать, что вы в точности узнаете его мысли и представления, которые он на самом деле ощущает внутренне, и которых мы никак не можем узнать. Вы имеете в виду нечто подходящее и растяжимое, а у партнера такое ощущение, будто вы узнаете все в точности. Как правило, по окончании такой процедуры, как бы ни был умен и образован ваш партнер, он спрашивает: «Как это вы обо всем этом узнали?» Ответ на этот вопрос один – «ясновидящий» на самом деле ничего не узнал.

Женщина: Вы никогда не используете при этом словесной обратной связи?

Нет. Суть данного упражнения в том, что вы учитесь верить в свою способность замечать несловесные сигналы и строить дальнейшие высказывания в зависимости от этих сигналов. Используя метод высказывания противоположных категорий, вы сможете точно прослеживать реакции «да-нет», продвигаясь все дальше по «двоичному дереву». Используя эриксоновский подход, вы придерживаетесь максимально неопределенных выражений, но продолжаете использовать несловесную обратную связь для того, чтобы узнать, как и когда ваш партнер следует за вами. Когда вы заметите, что начали появляться мощные непроизвольные реакции, особенно отчетливые – значит, можно сократить количество номинализаций и несколько более конкретизировать содержание, придерживаясь, однако, принципа неопределенности. Вы по-прежнему не будете знать, в чем состоит переживание партнера, но в то время, пока вы поддерживаете раппорт, ваш партнер способен живо и в мельчайших подробностях заполнить содержанием ваши предположения и ощутить в высшей степени осмысленное переживание.

Упражнение с «хрустальным шаром» предназначено для того, чтобы обострить вашу способность визуально определять различия в реакциях партнера. Если вы предпочитаете развить свои тактильные, осязательные способности, займитесь гаданием по линиям руки. Гадая по линиям руки, вы держите партнера за руку и, в процессе калибровки, чувствуете различия между положительными и отрицательными реакциями партнера.

Энн: Я читала мысли людей и получала информацию, не имея возможности пользоваться сенсорными сигналами. Можно ли сказать, что такие вещи – действительно телепатия?

Я ничего не могу сказать об экстрасенсорных методах восприятия и других парапсихологических явлениях. В настоящее время слово «экстрасенсорный» в области психологии означает примерно то же самое, что слово «жизненная сила» в области медицины. Эти слова означают нечто существующее и действующее, но мы не знаем, что это за явления, и как они действуют. Некоторые экстрасенсы и ясновидящие читают мысли именно так, как я описал это, объясняя наше упражнение.

Я надеюсь, что существуют сотни информационных каналов между людьми, которые не имеют отношения к распознаваемым пяти чувствам и о которых я ничего еще не знаю. Я не знаю. Я знаю только то, что теперь я вижу, слушаю и осязаю такие вещи, которые несколько лет назад счел бы экстрасенсорными явлениями только потому, что не умел их правильно распознавать.

Я был бы рад, если бы мне удалось обнаружить экстрасенсорные каналы восприятия. Одна из моих исследовательских программ заключается в том, что я пытаюсь обнаружить, существуют ли на самом деле такие экстрасенсорные каналы, совершенствуя те сенсорные каналы, о существовании которых я точно знаю, и моделируя действия и результаты тех людей, которые считают себя «экстрасенсами». Если я получаю максимальное количество информации, которое, как я знаю, я способен получить с помощью обычных, научно распознаваемых каналов, и в то же время получаю еще какую-либо информацию, тогда я имею доказательство, что могут существовать какие-то другие каналы. До сих пор таких доказательств я не знаю.

Теперь пойдите и найдите среди вышедших партнера, и попытайтесь выполнить это упражнение, причем особенно внимательно следите за тем, насколько аккуратно вы поддерживаете несловесную обратную связь. У вас есть около десяти минут.


***

Ну, как ваши дела?

Женщина: В самом начале я совершила ошибку. Мой партнер все начал правильно. Его голова стала приближаться к «хрустальному шару», я сказала, что это женщина, но тут он отдернул голову назад и сказал: «Я вижу мужчину».

И как вы на это отреагировали?

Женщина: Я сказала: «О да, теперь я вижу, что это мужчина».

Все хорошо. Называя что-либо «ошибкой» вместо того, чтобы назвать это «результатом» или «реакцией», вы высказываете излишнее суждение, относящееся к вашему сознанию. Конечно, вы можете установить свой собственный оценочный критерий того, насколько хорошо вы хотели бы справиться с заданием, это полезно, потому что таким образом вы мотивируете развитие своей собственной способности к успешной коммуникации, и это хорошо. Вы должны понимать, однако, что явление, которое кажется вам «ошибкой», ваш партнер может воспринимать совершенно иначе. Только вам известно, какого рода шаги вы намеревались предпринять. Если, по какой-либо причине, вы вышли за рамки намеченного плана, тот, с кем вы работаете, может узнать об этом, а может и не узнать. Когда в процессе гипноза вы получаете неожиданную информацию какого бы то ни было рода, я убедительно рекомендую вам применять утилизацию. «Конечно же, вы видите мужчину – пронаблюдайте внимательно за выражением его лица».

Женщина: Может быть, партнер просто хочет проверить вас, и выяснить: «Достаточно ли изменчиво то, что мне предлагают увидеть, позволят ли мне сделать с этим все, что я хочу?» Это само по себе может быть использовано как благоприятная возможность установить раппорт с партнером.

Совершенно верно. Эриксон много писал об идиосинкретических нуждах различных пациентов, которые возникают у них как необходимые условия перехода в измененное состояние. Возможно, что вне всякой зависимости от того, что вы ему предлагаете, ваш партнер нуждается в обратной, полярной реакции на первое ваше высказывание. Какова бы ни была его реакция, утилизуйте, используйте ее так, как это вам нужно в ваших целях.

Энн: Я нахожу, что это довольно трудно сделать. Когда я начинаю думать об этом и делаю первое высказывание, я начинаю переходить в то состояние, в котором привыкла воспринимать экстрасенсорную информацию.

Что же, я думаю, и такое бывает.

Энн: Когда я говорю партнеру, что начинаю рассматривать хрустальный шар, я сразу же перехожу в такое состояние. А когда я читаю мысли на расстоянии, я всегда закрываю глаза и вижу внутренние образы. Поэтому, выполняя задание, я пыталась держать глаза открытыми. Но даже с открытыми глазами мне было трудно удержаться от привычного способа воспринимать информацию, а также пользоваться бинарными противоположными категориями.

Хорошо. Позвольте мне сказать кое-что в ответ. Либо вы обладаете способностью переходить в некое специфическое состояние, в котором так или иначе получается доступ к каналам информации, о каковых мне ничего не известно, либо вы необычайно чувствительны к минимальным сигналам-"ключам", чувствительны настолько, что вам не нужно прибегать к бинарному методу.

Вопрос состоит в том, желаете ли вы прибавить к своему репертуару другой способ действий, независимый от того специфического состояния, в котором вы уже научились эффективно действовать, научились самостоятельно? Если вас интересует такой новый метод, то прежде чем заниматься чтением мыслей с помощью хрустального шара, гаданием по линиям руки или чем-либо еще из наших упражнений, что ассоциируется у вас с уже разработанным специфическим навыком, вы должны внутренне перестроиться и убедиться в том, что такое специфическое состояние и все связанные с ним навыки надежно изолированы, отделены от обучения новому, особому и цельному методу получения информации. Если вы это сделаете, у вас не возникнет никакого внутреннего противоречия, связанного с непроизвольным «соскальзыванием» в ваше специфическое состояние.

Может быть и так, что процесс «чтения мыслей» одинаков и в том, и в другом состоянии. Я этого не знаю. Суть в том, что для того, чтобы изолировать уже разработанный специфический навык и прибавить к своему репертуару новый метод достижения тех же самых целей, я думаю, полезнее всего было бы прежде всего диссоциировать один метод от другого. Если вас это интересует, затратьте некоторое время и некоторые усилия, чтобы разработать новый метод делать то, что вы уже умеете делать иначе. Таким образом, у вас будет уже два способа осуществлять этот процесс, и у вас будет большой выбор вариантов поведения.

VIII. Самогипноз_

Сегодня мы хотели бы изложить два метода самонаведения, а также весьма изящный метод утилизации самогипноза. Эти методы могут быть полезны вам лично, а также не излишни и при работе с клиентами. Если вы проинструктируете своих клиентов так, чтобы они сами осуществляли самогипноз, затем, уже в вашем рабочем кабинете, они смогут сами вводить себя в измененные состояния. Все, что вам останется сделать в таком случае – это утилизовать уже имеющееся состояние транса. Вы можете дать своим клиентам такие указания, чтобы они практиковались дома в самонаведении измененных состояний. Когда они снова придут к вам, вы можете вызвать состояние транса, просто попросив их в подробностях описать все, что они делали дома. Вы, например, говорите: «Теперь расскажите мне, в подробностях, каким способом вам удавалось добиваться наиболее глубокого состояния транса?» Клиент отвечает: «Да, один раз это у меня хорошо получилось», – и по мере того, как он описывает случившееся, начинает возвращаться в то же самое состояние. Это существенно облегчит вам достижение состояния первичного транса.

Первый из методов самонаведения, который я хочу вам предложить – техника Бетти Эриксон. Бетти, жена Милтона Эриксона, достигла необычайных успехов, занимаясь самонаведением различных измененных состояний. Она может переходить из одного состояния в другое очень быстро, причем ей доступны многие и весьма различные состояния. Разработанная ею техника основана на системах представлений. Между прочим, Эриксон был единственным (кроме нас) человеком, который отчетливо понимал, что такое системы представлений; он знал, что существуют три основные системы представлений, и что у каждой из них есть совершенно определенные характерные признаки, приемы, возбуждающие эти представления.

В своей технике самонаведения Бетти Эриксон использовала такие системы представлений. Она усаживается в удобном и спокойном месте и находит какой-нибудь предмет, на который можно смотреть, не напрягаясь. Я, как правило, предпочитаю смотреть на такое место, где отражается свет, – например, на шлифованное стекло, висящее на люстре. Я сосредотачиваю взгляд на стекле и произношу, сам себе, три предложения, относящиеся к моим зрительным впечатлениям: «Я вижу свет, мерцающий на множестве граней подвесок. Я вижу движение обнаженной руки некоего человека. Я вижу этого человека, разглядывающего люстру».

Затем я переключаюсь на слуховые впечатления, и высказываю три предложения, относящиеся к тому, что я слышу: «Я слышу шум вентиляторов; я слышу шорох бумаги, возникающий от того, что множество людей делают записи; я слышу, как кто-то откашливается».

После этого я высказываю три предложения, относящиеся к моим кинестетическим впечатлениям: «Я чувствую, как подошвы моих ног плотно соприкасаются со сценой, на которой я стою; я чувствую вес пиджака, облегающего мои плечи; я чувствую тепло в переплетающихся пальцах». Итак, я делаю три высказывания относительно моих зрительных впечатлений в данный момент, высказываю три предложения, относящихся к слуховым впечатлениям и три предложения о кинестетических впечатлениях.

Затем, сохраняя прежнюю позу и то же направление взгляда, я снова подключаюсь к каждому из перечисленных сенсорных каналов и высказываю по два предложения относительно каждого из каналов. Я нахожу по два дополнительных признака моих зрительных, слуховых и кинестетических впечатлений. Затем я повторно подключаюсь опять к каждому из сенсорных каналов, высказывая по одному предложению относительно каждого из них. Как правило, – даже начинающие, – примерно посередине этого процесса, когда высказывается по два предложения о каждом из сенсорных каналов, чувствуют, как слипаются их глаза и появляется внутреннее, «тоннельное», зрение. Как только ваши глаза начинают слипаться, вы позволяете им закрыться и замещаете внешнюю визуализацию внутренней; при этом, высказывая предложения о слуховых и кинестетических впечатлениях, вы продолжаете пользоваться внешней информацией.

Мужчина: Можно ли высказывать самому себе предложения, описывающие тишину, отсутствие звуков?

Это не имеет значения. Используйте то, что больше всего для вас подходит. Многие из вас заметят, что после того, как вы проделаете все это около шести раз, вам уже достаточно будет сказать: «Итак, я представляю себе, что навожу это состояние», – и вы уже окажетесь в нем! Все, что мне нужно – это посмотреть на граненое стекло, и у меня уже возникает «тоннельное зрение», которое является одним из характерных признаков перехода в желаемое состояние транса.

Женщина: Обязательна ли такая последовательность высказываний: зрительные, слуховые, а затем кинестетические впечатления?

Нет. Если вам удастся обнаружить, что для вас более эффективна другая последовательность, используйте ее для самоподстройки. Если вы предпочитаете высказывать зрительные, кинестетические, а затем слуховые наблюдения, воспользуйтесь этой последовательностью. Вполне возможно, что такая последовательность будет эффективнее воздействовать на вас, но может быть и так, что она воздействует на вас как-нибудь иначе.

Женщина: Повторно подключаясь к тем же сенсорным каналам, вы не используете тех же самых высказываний, что и в первый раз?

Каждый раз следует использовать различные наблюдения, в точности соответствующие вашим впечатлениям на данный момент. Учитывайте, что вы, таким образом, устанавливаете замкнутую биологическую обратную связь, закидываете «петлю» обратной связи. Это означает, что вы высказываете на словах в точности те ощущения, которые воспринимаете в данный момент зрительно, на слух и кинестетически. Такая своеобразная «петля», замыкание обратной связи – одна из основных характеристик любой работы, связанной с успешным гипнозом или наведением измененных состояний. Такой процесс представляет собой почти то же, что мы делали, когда выполняли упражнение 5-4-3-2-1, и является первой фазой самонаведения по методу Бетти Эриксон.

На следующем этапе я, прежде всего, определяю, какая из ладоней, или какая рука кажется мне более легкой. Затем, сам для себя, я высказываю предположение о том, что более легкая рука будет становиться все легче и легче, затем непроизвольным подсознательным движением медленно поднимется и зависнет, потом такими же бесконтрольными движениями постепенно приблизится к моему лицу, и в тот момент, когда она коснется лица, я погружусь в состояние глубокого транса.

Второй метод самогипноза подобен первому, с той лишь разницей, что в этом случае вместо внешних представлений используются внутренние представления. Вы садитесь или ложитесь в удобном и спокойном месте и вырабатываете внутренний зрительный образ – так, как если бы вы стояли в пяти футах напротив самого себя самого и смотрели на себя. Если при создании подобного внутреннего образа вы встретитесь с какими-либо трудностями, можно воспользоваться уже известным для вас приемом – перекрыванием. Начните с кинестетического ощущения собственного дыхания, а также со звука собственного дыхания, и перекройте свои зрительные впечатления образом опускающейся и поднимающейся грудной клетки. Продолжайте разрабатывать и стабилизировать образ до тех пор, пока не увидите самого себя во всех подробностях. Как правило, человек способен вообразить себе свою поднимающуюся и опускающуюся грудь, если эти движения будут коррелированы с кинестетическими ощущениями частоты и последовательности его дыхания.

Продолжая видеть со стороны образ самого себя, вы перемещаете и сосредотачиваете внимание на самой верхней точке головы и переживаете кинестетические ощущения температуры, напряжения, влажности, давления и т.д. – все доступные вам кинестетические ощущения. Продолжая воспринимать все эти ощущения, вы очень медленно перемещаете область сосредоточения внимания все ниже и ниже, ощущая в отдельности каждую часть своего тела. Итак, рассматривая самого себя со стороны внутренним зрением, вы, в то же время, чувствуете все кинестетические ощущения своего тела.

На следующем этапе вы добавляете к своим ощущениям слуховую информацию. Продолжая видеть себя и кинестетически ощущать свое тело, вы внутренне описываете себе собственные переживания: «Я чувствую напряжение своей правой брови, и по мере того, как я ощущаю это напряжение, оно проходит». Итак, все три системы представляют информацию одного и того же рода. Вы видите, чувствуете и слышите все свои действительные ощущения на данный момент.

После того, как вы полностью завершите подробный «осмотр» ощущений своего тела, можно приступать к тому же процессу, какой я описал, рассказывая о первом методе самогипноза. Когда вы почувствуете, какая из ваших рук кажется вам легче, вы увидите, что рука вашего образа начинает подниматься, вы почувствуете, как она направляется к вашему лицу. Затем вы внутренне описываете происходящее (слуховое впечатление): «Моя левая рука начинает подниматься бесконтрольными, подсознательными движениями». Даже если вы не знаете, что такое «бесконтрольные, подсознательные движения», ваше подсознание это знает. Предоставьте ему это. «Моя рука продолжает становиться все легче и все ближе притягивается к моему лицу. Когда она прикоснется к лицу, я погружусь в стабильный глубокий транс». Все это можно говорить себе субвокально, т.е. внутренним голосом, или же вслух – если для вас это более подходящий способ. Если вы произносите это вслух, закрывайте двери поплотнее, не то люди подумают, что вы редкостный чудак.

Мужчина: Мне гораздо легче представить, что моя рука поднимается, если я зрительно воображу себе длинный шест или планку, которая подталкивает руку вверх.

Или представьте себе воздушный шарик, надутый гелием. Здесь можно использовать множество вспомогательных внешних предметов. Используйте все, что вы способны инкорпорировать в свои зрительные, слуховые и кинестетические ощущения и что поможет вам завершить данный этап самогипноза. Я предлагаю вам только основу процесса. Существует множество оригинальных вспомогательных средств для самогипноза.

Мужчина: Когда я использую внутренний образ самого себя и смотрю на него со стороны, а затем чувствую, что моя левая рука легче правой – должен ли я представлять себе свое зеркальное отображение, или как-нибудь еще?

Если вы можете представить себя двумя способами, попробуйте оба и выберите самый эффективный для вас.

Мужчина: В чем предназначение ощущения руки, прикасающейся к лицу?

Прикосновение руки – точное свидетельство того, что вы выполнили свою задачу. Большинство людей отдают себе отчет в том, что их рука постепенно поднимается, но как только она касается лица, они чувствуют внезапное, радикальное изменение, и впадают в состояние амнезии, т.е. забывают все, что последует за этим моментом – до выхода из транса.

Прежде чем попытаться применить какой-либо из этих способов, и каждый раз в дальнейшем, когда вы будете заниматься самогипнозом или медитацией, дайте предварительную инструкцию своему подсознанию – о том, сколько вы предполагаете пробыть в состоянии транса, и когда вы хотите выйти из него. Перед тем, как приступить к одному из этих упражнений, вы можете сказать, например: «Я хотел бы, подсознание, чтобы ты разбудило меня через пятнадцать минут, и чтобы, проснувшись, я чувствовал себя бодрым и обновленным после того переживания, которое я испытываю». Наше тело – надежный и точный счетчик времени. Если вы точно определите время, через которое человек должен выйти из состояния транса, как правило, это происходит с точностью до четверти минуты. Самое худшее, что может произойти – даже если вы забудете сделать такую инструкцию подсознанию – это погружение в стабильный глубокий физиологический сон и пробуждение через несколько часов, сопровождающееся чувством бодрости.

Пытайтесь овладеть обоими методами самогипноза до тех пор, пока не узнаете, какой из них вам больше подходит. В первые шесть раз не стремитесь к какой-либо определенной цели, связанной с изменением личности и поведения – кроме простого снятия напряжения, освежения и обновления сил. Подождите до тех пор, пока вы не убедитесь в своей способности входить в состояние транса и выходить из него; иначе говоря, подождите до тех пор, пока вы не узнаете, что можете погрузить себя в состояние глубокого транса, и что ваше подсознание выведет вас из него через определенный желаемый промежуток времени.

Пока вы практикуетесь, осваивая оба метода самогипноза, будет развиваться и крепнуть ваша убежденность в собственной способности входить и выходить из состояния транса. Вы заметите также, что эта процедура имеет тенденцию становиться единовременной и прямолинейной. Вместо того, чтобы обязательно проходить через всю последовательность процедур, вместо того, чтобы сидеть и высказывать формулировки своих ощущений, погружение в состояние транса станет немедленным, мгновенным; и с этого момента самогипноз станет для вас действительно прекрасным орудием развития собственной личности.

Для того, чтобы осуществить развитие собственной личности с помощью самогипноза, дайте своему подсознанию подробный набор инструкций перед тем, как погружаться в состояние транса. Прежде всего, решите, какую именно часть, какую область своих переживаний, своего опыта вы хотели бы изменить. Попросите свое подсознание заново пересмотреть в звуковом, зрительном и чувственном отношении те ситуации, в которых вы действовали особенно творчески и эффективно. Проинструктируйте свое подсознание так, чтобы после того, как оно закончит пересмотр таких ситуаций во всех системах представлений, оно произвело выборку, извлекло из рассмотренных ситуаций наиболее ощутимые, отчетливые элементы, а затем заставило эти элементы проявляться в вашем ежедневном поведении, в соответствующих контекстах, более часто и естественно, непроизвольно.

Предположите, например, что вы собираетесь внести торговое предложение на рассмотрение совета директоров какой-нибудь корпорации, или же вам необходимо представить отчет в тот же совет директоров, и вы хотите составить такой документ наилучшим образом. Перед тем, как погрузиться в транс, в то же время, когда вы определите срок, по истечении которого вам надлежит проснуться, вы можете сказать: «Когда я погружусь в состояние глубокого транса, я хотел бы, подсознание, чтобы ты просмотрело образы, звуки и чувства, характерные для пяти ситуаций, когда я вел себя наиболее эффективно, динамично и творчески, составляя торговый отчет».

Если вы хотите более эффективно заниматься семейной психотерапией, проинструктируйте подсознание так, чтобы оно просмотрело пять ситуаций, когда вы наиболее эффективно и т.д. занимались семейной психотерапией. Если вы хотите развития личности более общего характера, вы можете сказать подсознанию: «Просмотри пять ситуаций из моей жизни, когда я вел себя наиболее точно и изящно, или наиболее изысканно, или наиболее творчески». Вы просите подсознание просмотреть лучшие представления того, в чем вы хотели бы проявлять себя настолько же эффективно, насколько это вам удавалось хотя бы несколько раз. Затем вы погружаетесь в транс и позволяете этому процессу произойти. Сделав это, вы обнаружите изменения, происшедшие в собственной личности; вы на самом деле разовьете себя.

Вы можете также проинструктировать подсознание так, чтобы сознание проследило и запомнило все, что происходило в состоянии транса, но я не рекомендую этого делать. Я рекомендую просто выработать привычку доверять своим подсознательным процессам. Вы обнаружите в себе новые варианты поведения, или же заметите, что некоторые старые, успешные варианты возникают более часто. Когда это произойдет, вы сможете использовать свое собственное поведение как пример, на котором ваше сознание поймет происходящие в вас процессы. Гораздо лучше начинать с подсознательного изменения поведения, а затем произвести сознательную обработку происшедшего, чем начинать с того, чтобы прикладывать сознательное понимание к поведенческим процессам. Доставьте себе удовольствие и продвигайтесь самым простым и легким путем.

Боб: Что делать в том случае, если я хочу научиться чему-либо, чего никогда не делал прежде?

Если вы не уверены, удавалось ли вам когда-либо в прошлом вести себя так, как вы хотите теперь, используйте процесс «создания нового поведения», который мы проходили сегодня утром. Думайте о другом человеке, который выполняет задуманное вами действие очень хорошо. Выберите для себя на самом деле изящную и точную модель – кого-либо из тех людей, которых вы действительно уважаете, которыми вы восхищаетесь в каком-нибудь отношении, – выберите среди них человека, поведение которого наиболее эффективно и элегантно. Затем используйте разновидность инструкций того же рода, что и в обычном самогипнозе. Попросите свое подсознание заново просмотреть все образы, звуки и ощущения, относящиеся к ситуациям, хранящимся в вашей памяти, в которых данное лицо выполняло желаемое действие. Разделите этот процесс на три этапа. Сначала вы должны просто увидеть и услышать все, что происходило в этих ситуациях. Наблюдайте и слушайте те особенности поведения данного лица, которым вам хотелось бы научиться. На втором этапе вы просите свое подсознание совместить ваш образ и голос с образом и голосом данного лица, заместить себя им. На этом этапе вы уже начинаете двигаться, как это лицо, и видеть и слышать себя, выполняющего те действия, которые вы только что наблюдали в этом человеке. На третьем этапе вы уже смотрите и слушаете изнутри, сами переживаете все ощущения и движения, свойственные такому поведению, воспринимаете все происходящее с новой внутренней точки зрения.

В качестве примера я могу привести Милтона Эриксона. Я провел много часов, наблюдая и слушая его поведение. Прежде чем погрузиться в состояние транса, я дал себе такую инструкцию: «Выбрать из всех ситуаций, при которых я присутствовал, те моменты, когда Эриксон реагировал на несоответствия, неадекватности в поведении клиентов. В чем заключаются существенные особенности его поведения в эти моменты?» На первом этапе я наблюдал и слушал то, что Эриксон делает в таких ситуациях. На втором этапе я поместил себя на его место и наблюдал и слушал себя, выполняющего действия Эриксона. Для того, чтобы надежнее включить эти качества в свое поведение – а я хотел именно этого – я стал двигаться и чувствовать мускульные напряжения и ощущения так, как если бы я действительно это делал.

Третий этап состоит в том, чтобы внедрить эти ощущения и навыки в свое тело так, чтобы в случае возникновения подобной ситуации я начал бы автоматически реагировать точно таким же образом. По завершении этого, третьего этапа, вы просите свое подсознание, чтобы оно заставило эти элементы поведения естественно и самопроизвольно возникать, чаще, чем прежние варианты поведения, в соответствующем контексте. Такой процесс весьма и весьма успешно действует в качестве самопрограммируемого средства.

Женщина: Включаете ли вы в инструкции, которые даете своему подсознанию прежде, чем погрузиться в транс, всю схему этого процесса?

Да. Слишком сложно делать это, находясь в состоянии транса. Я предлагаю вам начать с малых элементов поведения. Например: «Я хочу научиться улыбаться, реагируя на определенные ситуации». А затем уже берите все более крупные схемы поведения.

Я изложил вам поэтапный процесс самонаведения измененных состояний и их последующего использования. Даже если вы находите эти инструкции слишком скучными и утомительными, позвольте мне заверить вас, что после того, как вы немного попрактикуетесь в самогипнозе, процесс перехода в состояние транса станет для вас настолько быстр, что потребует всего одного мгновения, а изменение состояния сознания будет происходить в течение примерно шестидесяти секунд. Вы сможете делать это в промежутках между занятиями или в любые короткие перерывы.

Обсуждение_

Гэрри: Не расскажете ли вы, как вам удается искажать восприятие времени? Как используется гипноз для того, чтобы ускорить или замедлить восприятие времени?

Способ моих действий в этом случае зависит от того, работаю ли я сам с собой или с кем-нибудь другим. Когда я работаю с собой, я инструктирую подсознание так, чтобы оно нашло множество переживаний, характеризующихся одной общей особенностью: изменением скорости моего восприятия. Например, вы знаете, что происходит, когда вы несетесь с большой скоростью по шоссе, а потом въезжаете в черту города и резко снижаете скорость – вам кажется, что вы едете с нулевой скоростью, что вы еле ползете. Или, когда вы действительно наслаждаетесь чем-нибудь, вам кажется, что время летит, и часы превращаются в мгновения.

Таковы примеры изменения восприятия времени, доказывающие, что такое изменение в принципе возможно. Я инструктирую свое подсознание так, чтобы оно обнаружило все примеры ситуаций, характеризующихся подобным процессом, и позволило мне пережить заново эти ситуации. Единственная общая черта всех этих ситуаций состоит в осуществлении контроля над временем, над скоростью прохождения событий.

Когда мое подсознание это сделает, я прошу его создать нечто вроде рукоятки управления, с помощью которой я мог бы ускорять или замедлять свое восприятие времени. Я формулирую инструкции так, чтобы по истечении двадцати ситуаций такого рода я открыл глаза, по-прежнему находять в состоянии транса, и при этом мог поворачивать эту «рукоятку» так, чтобы ускорять события, и наоборот, чтобы замедлять их.

Вот каким образом я действую. Я знаю, что искажение времени имеет место в моих обычных впечатлениях и переживаниях, и поэтому могу строить нужный мне процесс на основании таких впечатлений. И затем я могу использовать такое искажение времени – например, для игры в теннис. Я могу замедлять время настолько, что легко реагирую и отбиваю мяч, а затем, в промежутке между ударами, регулирую время по-другому. После каждого удара я возвращаюсь в исходное состояние и спрашиваю себя: «Слишком быстро или слишком медленно я реагировал?» – и соответственно регулирую скорость реакций за время, оставшееся до нового удара.

Гэрри: Можно ли с помощью такого искажения времени ускорить, например, обучение с помощью гипноза?

Я думаю, что вы могли бы и сами ответить мне на этот вопрос. Я описал вам пример того, как можно использовать такой процесс, но меня больше интересует ваша способность самостоятельно решать, как вы станете использовать его для себя. Вы знаете, чего вы хотите. Но каковы желательные для вас параметры изменения скорости восприятия? Если вы хотите увеличить скорость восприятия, найдите соответствующие примеры в своем личном опыте, а затем, на их основе, научитесь контролировать этот процесс. Вы знаете, как вы учились разным вещам. Вы знаете, что можете интегрировать этот процесс. Вы знаете, что у вас есть некая стандартная, нормальная скорость восприятия. Так как же ее увеличить?

Гэрри: Обратившись к таким контекстам, в которых я делаю это хорошо.

Правильно. Но фактор, который действительно позволил бы вам научиться большему количеству вещей за меньшее количество времени – это наличие большегоколичествавремени. Вам нужно всего-навсего создать два месяца. Непонятно? Другими словами, сделайте то, что мы называем «псевдоориентацией во времени». Погрузитесь в состояние транса и представьте себе свое будущее. Скажите себе, что между сегодняшним днем и завтрашним пройдет не двадцать четыре часа, а два месяца. Затем, в состоянии транса, переживите в подробностях эти два месяца, создайте всю необходимую историю своей личности на это время. Вы можете принять всех клиентов, с которыми работаете, и сделать все свои дела, вы создадите все, что может произойти за эти два месяца. Создайте в подробностях именно такую историю своей личности, какая вам понадобится для того, чтобы научиться как можно большему количеству приемов нейролингвистического программирования и гипноза.

Чего бы вы ни хотели, когда бы вы ни хотели этого – все, что вам нужно сделать – это представить себе, как это должно быть, а потом осуществить все, что вы представили. Гипноз – средство создания реальности. Если вы знаете, что ваше желание может осуществиться только в данной, специфической реальности, используйте эту реальность для того, чтобы создать все, чего вы хотите. Если желаемое событие не может произойти ни в одной из известных вам реальностей, создайте такую реальность, в которой это может произойти.

Женщина: Возможно ли создать чрезмерное количество различных реальностей?

Да. Это называется психозом. Когда вы используете альтернативные реальности, вы должны действовать подобно юристу. Вы должны быть уверены, что когда вы построите эти реальности, они будут совершенными и законченными. Вы должны быть уверены в том, что такие реальности удовлетворяют в точности вашим желаниям, вы должны убедиться, что оставили себе выход из такой реальности, путь отступления. Если вы создаете некачественные, небрежные реальности, вы станете реагировать на действительность некачественно и небрежно, и это сделает вас наркоманом, невротиком.

Один весьма благонамеренный гипнотизер написал книгу, в которую включил инструкции, предназначенные для взаимного чтения вслух, инструкции наведения измененных состояний. В этой книге есть такие программы инструкций, которые делают из людей настоящих невротиков. Люди читают их и устанавливают между собой такие взаимоотношения, которые влияют отнюдь не благотворно на результаты их функционирования в обществе. На мой взгляд, такие книги глупы, и глупость такого рода я называю потаканием человеческим слабостям. Очень важно не потакать любым прихотям клиентов, когда вы используете гипноз Принимаясьзапостроениереальности,постройтетолькоодну,нотакую,котораябудетработать,постройтеееокончательно,совершенноивовсехподробностях,так,чтобывыполучилиименното,чегодобиваетесь.

Вы же не хотите построить идиотскую реальность и жить в ней, потому что вы не можете себе представить, как вы будете реагировать в такой идиотской реальности. Вашей реакцией на такую реальность будет эмфизема «Эмфизема – ненормальное увеличение размеров органов тела, в особенности легких, приводящее к перебоям в работе сердца, и часто к его окончательной остановке. – Прим. перев.»! Вы должны убедиться в том, что строите такие представления, которые будут благоприятны для вас.

Большинство гипнотических реальностей, которые люди строят сами для себя и живут в них большую часть времени – то, что они называют состоянием бодрствования, – бесполезны, неблаготворны в своей основе. Я говорю именно то, что хочу сказать, буквально. Огромное большинство людей, которых я встречал в своей жизни, построили для себя гипнотическую реальность, которая в целом, если взвесить добро и зло, удовольствие и мучение, не имеет никакого благоприятного влияния на их жизнь. Для меня сущность их жизненной позиции – потакание своим мелким прихотям. Не следует делать вещи худшими, чем они есть, нужно делать их полезными.

У Эриксона был свой критерий полезности – он считал, что его клиенты должны жениться, найти работу, иметь детей и платить ему благодарностью и подарками. Такой критерий мне не подходит. Люди делают мне подарки, но я никогда не брал у них ничего, даже если мне хотелось этого – за исключением одного случая. Я никогда не изменяю никого для того, чтобы этот человек женился или что-нибудь в этом роде. Эриксон так делал, потому что он верил, что люди должны, обязаны жениться, работать, иметь детей и так далее.

Я думаю, что когда человек строит альтернативные реальности, или когда он строит свою собственную реальность, он обязан делать это тщательно, совершенно, обязан досконально знать свой предмет. Например, я думаю, что реальность, которую строят гуманистические психологи, самым невероятным образом развивает в людях несамостоятельность, потакает любому поведению и в основе своей бесполезна. Такого рода «отпущения грехов» очень опасны. Иногда меня приглашали выступить с докладом на некоторых конференциях по гуманистической психологии – я чувствовал на таких конференциях больше ужаса, чем в местах содержания опаснейших уголовных преступников. Этика уголовного преступника по крайней мере основывается на идее выживания. Множество программ поведения и всякого рода реальностей, которые люди внушают друг другу на различных конференциях по гуманистической психологии, не подразумевают даже естественного стремления к выживанию. Такие программы поведения необычайно вредны, в любом случае. Такие реальности ставят человека в ситуацию, в которой он будет испытывать боль, страдание. Может быть, в каком-то случае этого не произойдет, но это может произойти. Люди, как правило, не учитывают предпосылки, действительные побуждения, которые руководят их действиями, и так поступают не только гуманистические психологи. Так поступают все.

Женщина: Вы сказали, что реальности, которые создают психологи, действуют разрушительно. Как это происходит, какие это реальности?

Например: «Правильное поведение заключается в том, что человек выражает соучастие к собеседнику». Так, например, если вы подходите ко мне и говорите: «Вчера вечером вы ушли от меня так поздно, что я чуть с ума не сошла от беспокойства», – а я отвечаю: «О, меня искренне трогает, что вы так беспокоились обо мне». Реакции такого рода – продукт деятельности большинства психологов, следствие большинства психологических теорий. Такая реакция не может быть полезна ни в какой ситуации. Она не помогает никому из действующих лиц. Человек, использующий реакции такого рода, рано или поздно кончит тем, что станет безразличен окружающим, будет все более и более отчуждаться от них и станет испытывать все более неприятные ощущения, и все чаще. Таков логический результат использования такого рода реакций. Стоит только посмотреть на людей, которые часто пользуются такими схемами поведения, и вы убедитесь в этом.

В колледже, где я преподавал, работал один тип – он был консультантом по разработке и развитию организаций социально-гуманитарного направления. Он привык считать себя героем, но теперь он герой только бескультурья и непорядочности. Весь его мир, вся его жизнь была построена на реакциях такого рода. Он выражал искусственное соучастие и благожелательность по любому поводу. И в то же время он одинок, подавлен, ничтожен и покинут людьми, у него нет близких и друзей. Для меня это не является неожиданностью, потому что его реакции никогда не были реакциями на людей, он реагировал поповоду людей, и всегда руководствовался этим принципом. Не реагируя на людей, он не знал близости, у него не было чувства связи с окружающими. И это ограничение было прямым следствием существующей у него картины действительности, его реальности: он верил, что выражение соучастия и понимания любому человеку есть «подлинная, искренняя» реакция.

Люди часто создают реальности, приводящие к результатам, не имеющим никакой ценности. У одного из наших студентов был клиент, который решил, что разговаривать с самим собой – глупо. Он прочел в книге, что «в беседе должно участвовать два человека». Так как, по его мнению, любой разговор должен обязательно иметь двух участников, он решил, что разговаривать с самим собой – значит быть дураком. Поэтому он немедленно прекратил всякий внутренний диалог с самим собой. Прекратив внутренний диалог, он потерял способность к некоторым вещам, о которых привык советоваться с самим собой – например, не мог сделать такой пустячок, как составить какой-либо план действий! Все, что он мог – это рассматривать картины окружающей жизни и чувствовать. Он не мог спросить себя, например: «Что я хотел бы сделать сегодня?» Он не учел всех последствий изменения своего поведения. Занимаясь самогипнозом, следует жестко ограничивать, определять свои цели и учитывать возможные последствия.

Многие пациенты приходят и просят сделать с ними такие вещи, которые не могут быть им полезны. Иногда я удовлетворяю их просьбы и позволяю им немного пострадать. После этого мне было легче вернуть их в прежнее состояние и привить им что-нибудь более осмысленное.

Один из моих клиентов явился ко мне и сказал, что хочет ничего не чувствовать, вообще не иметь способности что-либо ощущать. Он сказал мне, что все прочувствованное им за многие годы жизни было ужасно, что все окружающие причиняли ему боль – снова и снова, и что он больше ничего не хочет чувствовать, ничего вообще. Я загипнотизировал его, и с помощью гипноза устранил всякие кинестетические ощущения. Разумеется, он потерял чувство равновесия и не мог больше стоять и держаться на ногах. Затем я вывел его из транса, так и не вернув ему этих ощущений, и спросил его, не зайдет ли он ко мне на следующей неделе. Он сказал: «Пожалуйста! Сделайте что-нибудь!» Я ответил: «Хорошо, но теперь мы поступим по-моему».

Занимаясь самогипнозом, с величайшей осторожностью учитывайте возможные результаты. Проиграйте противоположный вариант и спросите себя, существует ли способ поведения, при котором желательный для вас результат повлечет болезненные последствия, а затем используйте полученную информацию, чтобы улучшить свой план. Я только что привел вам два примера, показывающих, что случается иногда, когда люди искренне желают улучшить свою жизнь, ограничив свои возможности и способности. Наложение большегоколичества ограничений вряд ли поможет избавиться от ограничений существующих. Руководящий принцип должен состоять в том, чтобы расширять, увеличивать свои способности и увеличивать количество возможных вариантов.

IX. Дополнительныевопросы_

Мужчина: Можно описать вам один случай и узнать, что вы о нем думаете? Это не лишнее?

Можно, хотя я не знаю, смогу ли я что-нибудь посоветовать. Мне очень часто описывали разных пациентов, но до тех пор, пока я не увижу человека собственными глазами, я не знаю, что именно следует делать. Большинство гипнотических процедур основано на сенсорной обратной связи, требующей немедленной реакции, в данный момент, и не может существовать на основе словесного описания. Но я не против, можно попытаться.

Мужчина: Мой клиент – девятнадцатилетний юноша, с которым я виделся только однажды, на прошлой неделе, и я должен снова увидеться с ним завтра.

Видимо, он вызвал реакцию у вас! Прежде всего вы должны избавляться от собственной фобии! Отлично, так что же насчет него?

Мужчина: Он рассказал мне, что уже четыре года носит марлевую повязку на лице.

Так в чем дело? Он жалуется, что повязка ему мешает целоваться, или у него другие проблемы?

Мужчина: Несколько лет назад он стал очень беспокоиться насчет своего носа, и -…

А вам известно, почему он стал так беспокоиться?

Мужчина: Да. По обеим сторонам носа у него развились угри, и он стал носить марлевую повязку, чтобы скрыть их.

У него до сих пор угри на носу?

Мужчина: Нет. Когда он пошел ко мне, он впервые за четыре года вышел из дому.

Мужественный молодой человек.

Мужчина: Он постоянно, всегда сидит дома, и убежден, что его нос – самый уродливый из всех существующих.

Хорошо, я могу посоветовать вам потрясающий метод, не гарантирую, что он подействует, но у меня один раз получилось.

Если у вас есть секретарша, попросите ее напечатать короткую заметку о положительной взаимосвязи необычности носов и сексуальной привлекательности. Скажите ей, чтобы она воспользовалась печатающей машинкой со сменными шрифтами, у которой один из шрифтов напоминает журнальный. Напечатайте этим шрифтом заметку, сделайте с нее ксерокопии, а потом проставьте на ней название какой-нибудь престижной газеты или журнала. Затем положите эту заметку где-нибудь у себя в приемной. Когда ваш клиент придет туда и сядет, пусть секретарша наблюдает за ним до тех пор, пока он не обнаружит заметку. Когда пациент увидит заметку и возьмет ее в руки, пусть ваша секретарша подбежит к нему и отнимет у него эту заметку.

Мой клиент заматывал нос бинтами каждый раз, когда выходил из дому. Он закрывал повязкой почти все лицо, чтобы спрятать щеки и нос – этот парень был очень обеспокоен своими угрями.

Я напечатал заметку о взаимосвязи между ношением повязок и возникновением злокачественных угрей. В статейке подробно описывалось, как и почему люди носят разные повязки, и как это влечет за собой возникновение болезненных угрей, и половую импотенцию, и гомосексуализм, и черт знает что еще. Я положил эту статью у себя в приемной и позволил этому парню погрузиться в ее содержание лишь настолько, чтобы он понял, о чем речь, а потом секретарша сразу отняла ее. Когда этот пациент зашел ко мне в кабинет, он попросил дать ему эту статью, но я упорно настаивал, что ничего не знаю о такой статье. В конце концов я открыл дверь, вышел в приемную и спросил секретаршу, отнимала ли она какую-нибудь статью у моего клиента. Она протянула мне статью о грудных младенцах! Я отдал статью клиенту и сказал ему, что это как раз то, о чем он так тревожился. Говоря ему это, я смотрел на него очень подозрительно. Скорее всего, теперь он никогда не носит никаких бинтов, даже если разобьет себе нос!

Вы должны создавать такой контекст, в котором желательная для вас реакция возникнет естественным образом. Вам также необходимо применить гипноз или метафору, рассказывая о тех реакциях, которые вы хотите получить от клиента, потому что он нуждается не только в способности показаться на людях – он нуждается еще и в предназначении таких действий, должен знать, зачем ему показываться на людях. Вы можете сделать так, чтобы этот парень вышел из дому в своей марлевой повязке и направился в такое место, где все люди, которых он встретит, никогда больше не увидят его; пусть он выберет какую-нибудь женщину, у которой, как онзнает, его нос вызовет настоящее отвращение, пусть он испытывает себя – сможет ли он пересилить страх и сорвать свою повязку на глазах у этой женщины, так, чтобы она отскочила в испуге. Любопытно, что вам не удастся заставить его действительно сделать это – для него такой поступок слишком страшен. Но вы можетеговорить об этом, можете сделать так, что он посмеется над самой идеей такого поступка. Таким образом вы зацепите реакцию смеха, а потом уже начнете говорить просто о том, чтобы он показался на людях. Вы сможете использовать этот якорь, чтобы ассоциировать его чувство юмора со смехотворностью его носа в глазах окружающих. Вместо того, чтобы заставлять его чувствовать, что все в порядке, заставьте его позабавиться, посмеяться над возникшей ситуацией. Таким образом гораздо легче «рассредоточить», «растворить» существующую реакцию, чем серьезно доказывать ее нелепость.

Я могу вам посоветовать сделать еще кое-что. Этот способ мы тоже применили в своей практике, но на этот раз пациенткой была двадцатидвухлетняя женщина, которая носила весьма необычную одежду. Она носила очень свободную одежду, которая висела на ней мешком. Она не была очень толстой, но была уверена, что если люди увидят ее тело, она станет вызывать у них отвращение. Поэтому она носила отвратительную одежду, чтобы скрыть свое тело.

Я нанял компанию парней из центральной части города, чтобы они помогли мне в этом деле. Я нанял парней, которые не носят рубашек, а одни только нижние майки, – вы знаете людей этого типа – у них большие мускулы, татуировка и т.д. Я сказал им прийти ко мне как раз перед тем, как явится эта особа, сидеть в приемной и читать журналы. Когда пацентка открыла дверь, они все обернулись и начали хохотать над ней, приговаривая: «Вот так костюм! Мне еще не приходилось такого видеть!» И это говорили они, одетые более чем странно для того места, где они находились. Входя в мой кабинет, пациентка чувствовала себя уже полным посмешищем. Я спросил ее: «В чем дело?», она ответила: «О, эти типы смеются над моей одеждой!» Я сказал: «А, не обращайте внимания. Что они в этом понимают?»

На следующей неделе, когда она снова пришла ко мне, ее одежда была уже не такой мешковатой, хотя все еще довольно странного вида. Когда она зашла, в приемной сидел мужчина, одетый с величайшей тщательностью – в жилете и в смокинге. Когда дверь открылась, он взглянул на пациентку, отвернулся и начал давиться, пытаясь удержаться от смеха, а потом сказал: «Прошу прощения. Извините меня». Больше ничего не понадобилось – она стала носить вполне респектабельные платья.

Яиспользуювсе,чегобоятсямоиклиенты,чтобыустранитьвсякуюабсурдностьвихповедении. Чтобы легче добиться желаемых результатов, вы можете использовать любые привычки своих пациентов. Я прошу помогать мне в этом и тех людей, которые окружают клиента. Иногда приходится призывать к сотрудничеству родителей пациента. Я хожу в школы и колледжи, объясняю людям, что они должны делать, чтобы помочь мне, – такие инсценировки в интересах самого клиента.

Никогда нельзя точно знать наперед, что может случиться с данной неповторимой индивидуальностью. Я не знаю вашего пациента настолько, чтобы с уверенностью сказать, что именно следует делать в этом случае, но, насколько я могу судить при отсутствии каких-либо данных, влияющих на мои сенсорные впечатления, я стал бы двигаться примерно в этом направлении.

Мужчина: Я уже обсудил с ним возможность пластической операции, намекнув, что между длиной и шириной носа и длиной и шириной пениса при пластических операциях возникает некая взаимосвязь, так что он уже начал размышлять в этом направлении.

Вы можете сказать ему: «Конечно, мы могли бы укоротить ваш нос, но…» Или же вы делаете вид, что принимаете идею пластической операции и говорите: «Хорошо, мы так и сделаем, возьмем и бац!» (Гипнотизер делает такое движение, как будто что-то отрубает). Это может изменить его представления!

Я расскажу вам еще одну историю. Я работал с одной женщиной, у которой была дочь, буквально помешанная по поводу своего носа. Она была уверена, что у нее ужасный, уродливый нос – в то время как на самом деле ее нос выглядел не хуже, чем любой другой. Она хотела сделать операцию и пожертвовать на это все свои деньги, а ее семья была против этого и не разрешала ей операцию. Родственники говорили ей, что у нее очень хорошенький нос, и что она не должна его изменять, но она не верила им. В конце концов я сказал ее родственникам: "Пусть сделают операцию, что от этого изменится? Нет, правда, я предлагаю вам даже настаивать на том, чтобы она пошла к хирургу и избавилась от своего ужасного носа. Просто скажите ей: «Мы обманывали тебя все эти годы. Действительно, твой нос совершенно – ох! – невероятно уродлив! Сейчас же сходи к хирургу и скажи, чтобы он, ради всего святого, отрезал тебе эту штуку». И они так и сделали, она пошла к хирургу, тот прооперировал ее, и все стали говорить: «Ах! Ты выглядишь гораздо лучше!» На самом деле разницы не было никакой, потому что хирург ничего особенного не сделал; с ним заранее условились, и он снял только маленький кусочек кожи с самого кончика носа, и все. Но девушка была просто счастлива после операции, так что все кончилось прекрасно.

Никогда нельзя недооценивать природу абсурдности поведения. Бывают люди, наголо обривающие себе голову – это изменяет их личность. Все, что вы делаете со своей внешностью, на самом деле изменяет вашу личность, и поэтому ценно. Все вы покупали себе новую одежду. Надевая новую одежду, разве вы не чувствовали, как изменились ваши представления и ваше поведение?

Например, традиционные психиатры и психотерапевты считают, что войти в контакт с больными-кататониками очень трудно. Это легко, если вы умеете делать вещи, которые профессионалы, как правило, не учитывают – например, наступите такому больному на ногу. Обычно он сразу выходит из своего транса и говорит вам, чтобы вы перестали наступать ему на ногу. Может быть, со стороны это кажется несколько жестоким, но гораздо гуманнее поступить так, чем позволить такому больному гнить заживо в течение многих лет.

Если вы не хотите наступать на ноги, можно просто подстроиться к нему. При этом следует учитывать, что кататоники находятся в очень измененном состоянии, поэтому подстройка и установление раппорта с ними требуют значительно большего времени, чем обычно. У кататоника не так уж разнообразно поведение, трудно найти, к чему подстроиться – но все же он дышит, движет глазами и сохраняет некоторую позу. Мне удавалось подстраиваться к кататоникам в течение примерно сорока минут – это была тяжелая и неприятная работа. Однако это действовало, и действовало очень тонко и изящно. Если же вас не беспокоят тонкость и изящество, вы можете просто подойти и с силой наступить кататонику на ногу.

Я знаю одного психиатра, который работал с человеком, пережившим весьма травматическую ситуацию: вся его семья сгорела заживо на его глазах, и он ничем не мог им помочь. Сразу после этого случая мужчина впал в состояние кататонии и не выходил из него несколько лет. Психиатр работал с этим человеком год за годом и, наконец, вывел его из кататонического состояния.

Когда случилось это великое событие, в больнице работала очень привлекательная девушка лет восемнадцати – она раздавала больным таблетки. Психиатр хотел выйти и позвать коллегу, чтобы тот помог ему на следующей стадии терапии, но он боялся, что пациент вернется в состояние кататонии, если все выйдут из палаты, и тот останется один. Тогда психиатр обернулся к девушке, разносившей таблетки, и приказал ей: «Проследите, чтобы он остался в этом состоянии! Я сейчас же вернусь!» – и выбежал из палаты.

У этой молодой девушки не было никакого опыта в психотерапии и вообще никакого представления о том, что нужно делать. Она знала только, как выглядел этот мужчина в состоянии кататонии, и как он теперь выглядит, и поэтому могла заметить, когда он начнет возвращаться в кататоническое состояние. Случилось так, что сразу же после того, как врач выбежал звать своего друга на подмогу, пациент начал возвращаться в кататоническое состояние. Интуитивная реакция девушки была мгновенной и удивительно точной: она подошла, обняла этого парня и подарила ему крепчайший, нежнейший поцелуй, какой только могла себе представить! И он вернулся в нормальное состояние!

Кататоник приходит к убеждению, что внутренние переживания, которые он испытывает в кататоническом состоянии, богаче и выгоднее тех переживаний, которые он испытывает в нормальном состоянии. И если бы вы побывали в учреждении для душевнобольных и провели там хотя бы несколько часов, вы согласились бы с таким человеком! Молоденькая раздатчица таблеток ввела пациента в такую ситуацию, в которой для него естественнее всего было предпочесть нормальное состояние сознания.

Однажды нам пришлось заниматься женщиной небольшого роста, которой уже перевалило за шестьдесят. Когда-то она был танцовщицей. У нее возникли трудности семейного характера, связанные с супружескими отношениями, и правая нога была парализована от колена до пояса. Врачи не могли найти какой-либо неврологической причины для такого паралича.

Мы хотели проверить ее и узнать, можно ли объяснить ее паралич психологическими причинами, а не физиологическими. В здании, где мы работали, ванная и туалет находились на верхнем этаже, так что приходилось подниматься туда по лестнице. Поэтому мы очень долго расспрашивали ее, собирая разную информацию, до тех пор, пока она не спросила, как пройти в ванную комнату. Мы пропустили ее слова мимо ушей и начали обсуждать некоторые аспекты ее жизни, которые живо привлекли ее внимание. Она так взволновалась, что забыла думать о ванной комнате, а когда она спросила опять, мы снова игнорировали ее слова. Наконец, когда она была уже готова оставить нас и уйти в ванную, не спрашивая у нас, куда идти и можно ли это сделать, мы стали обсуждать ее мужа и подняли вопрос о его сексуальных недостатках, которые ее больше всего волновали. А уже потом мы сказали: "Ступайте теперь в ванную, но поторопитесьискореевозвращайтесь!"

Она была настолько взволнована, что позабыла о своем параличе. Она буквально взбежала вверх по лестнице и примчалась назад. Когда она поняла, что она сделала, то снова заохала и приняла позу парализованной.

Таким образом, она продемонстрировала нам, что ее паралич имеет поведенческую природу; кроме того, это дало нам якорь, зацепляющий то состояние сознания, в котором ее паралич исчезает. Мы использовали этот якорь, осторожно намекая на него с помощью фраз типа: «Чтобы преодолеть трудности, нужно сделать некоторые шаги», «Вам должно быть приятно отвечать на зов природы», «Прогоняйте в уме различные варианты поведения».

Джек: Как еще вы можете отличить психологическую проблему от физиологической? Например, я страдаю от морской болезни. Мне хотелось бы избавиться от нее. Но я не уверен – физиологическая это проблема, или психологическая?

Хорошо. В сущности, вы спрашиваете: «Как вообще отличить психологическую проблему от физиологической?» На этот вопрос я отвечаю так: «Как правило, мне не нужно разделять эти проблемы, меня это не интересует».

Джек: Можно ли применить описанную вами технику в отношении моей морской болезни?

Без всякого сомнения.

Джек: И вы ожидали бы, что вам это удастся?

Я не применяю никакой техники, если не ожидаю, что достигну успеха. Я могу различить физиологическую проблему от психологической несколькими способами; предположим, ко мне приходит пациент, перенесший травму – например, его сильно ударили. Все его поведение свидетельствует об афазии, и он показывает мне рентгеновский снимок, на котором видна ужасная травма левой височной доли. Я буду реагировать на такого клиента в прямой зависимости от важной информации, которую он мне предоставил.

Если трудности моего клиента свидетельствуют об определенных физиологических явлениях, прежде всего я должен убедиться, что он лечится под наблюдением врача, которого я считаю компетентным профессионалом. У меня есть несколько друзей, врачей-физиологов, которым я доверяю. Их убеждения совпадают с моими: «Если вы принимаете лекарства, прибегайте к ним только в крайнем случае, потому что лекарства, исцеляя вас, в то же время лишают нас доступа к той части вашей личности, в которой вы нуждаетесь, чтобы сохранить способность к изменению своего поведения». Как правило, лекарства не излечивают человека; они только поддерживают его в определенном состоянии. Для этого, на самом деле, и существуют лекарства.

Я могу работать с человеком, принимающим лекарственные препараты; но при этом его реакции нечистые, смешанные. Трудно понять, когда он реагирует на мои действия, а когда он реагирует на действие химического препарата. Кроме того, лекарственные препараты порождают резкое изменение состояния сознания. Когда вы применяете гипнотические процедуры по отношению к человеку, постоянно принимающему лекарственный препарат, будьте готовы повторить все эти процедуры снова, когда он перестанет принимать лекарство. Вы должны построить своего рода мост, переход между изменениями, совершенными в резко измененном состоянии сознания, и теми изменениями, которые совершаются в нормальном состоянии сознания.

Если мой клиент принимает лекарственные препараты, я прежде всего заставляю его отказаться от них, чтобы я мог получить доступ к той части его личности, которая ответственна за трудности, возникшие в его жизни. Если клиент предполагает, что у него травма головного мозга, а я заставил его отказаться от лекарств, я прибегаю к метафорам и говорю ему о пластичности головного мозга, о взаимозаменяемости полушарий. Центральная нервная система человека – одна из самых пластичных структур из всех, какие я знаю. Существует бесконечное количество фактов, подтверждающих, что люди способны восстанавливать функции, потерянные в результате органического повреждения, с помощью перестройки – используя альтернативные органические связи. Я часто навожу чрезвычайно глубокий транс и программирую пациента в измененном состоянии так, что он восстанавливает утерянные функции. Таково различие между физиологическими и психологическими проблемами с моей точки зрения, с точки зрения человека, решающего подобные проблемы с помощью гипноза.

Мужчина: Вы занимаете такую позицию по отношению ко всем вообще лекарственным препаратам, или в имеете в виду только так называемые «психически активные» препараты?

Я говорю обо всем, что способно изменить состояние сознания пациента. Некоторые из неактивных психически препаратов все равно глубоко влияют на состояние сознания. Так как я никогда не обучался фармакологии, такие вопросы я выясняю с помощью моих друзей-физиологов, которым я доверяю. Я спрашиваю их: «Могут ли такие-то таблетки вызвать, в качестве побочного эффекта, изменения состояния сознания?» Если нет, я позволяю своему пациенту продолжать принимать такие таблетки.

Если ваш пациент страдает диабетом, или чем-нибудь в этом роде, вы можете обучить его регулировать внутренний обмен веществ так, чтобы диабет исчез. Затем вы постепенно заставляете его перестать принимать таблетки и препараты, не быстрее, чем он полностью возьмет в свои руки контроль над обменом веществ. Вы связываете уменьшение количества принимаемых им препаратов с увеличением его способности регулировать биохимию своего тела в соответствующей области.

Большинство людей не верят, что изменения такого рода возможны. Многие люди выработали несокрушимые убеждения относительно того, что можно и чего нельзя сделать с проблемами, в которых заметны биохимические и физиологические характерные особенности. Вместо того, чтобы спорить с убеждениями таких людей, используйте их взгляды так, чтобы они помогли вам достичь желательных изменений.

Однажды, по просьбе своего друга, я пришел в больницу и занялся пациентом, перенесшим травму. Он страдал афазией Брока – болезнью, при которой подавляется способность словесно выражать свои мысли, но не исчезает способность понимать чужую речь. Некоторые больные афазией Брока понимают чужую речь настолько, что могут даже выполнять задания и поручения. С другой стороны, афазия Брока, как правило, сопровождается определенного рода параличом – у людей с правосторонней ориентацией поражается правая сторона тела и некоторые части лица. При этом самое обычное явление заключается в том, что парализованная правая рука застывает в чрезвычайно напряженной позиции, когда передняя часть руки плотно прижата к предплечью.

Правая сторона этого пациента была особенно сильно напряжена, и так как физиологическая терапия не принесла никаких результатов, мой друг попросил меня использовать гипноз для того, чтобы расслабить правостороннюю мускулатуру этого пациента. Терапевт считал, что пациент может восстановить частичный контроль над парализованной частью тела, но только после того, как мускулатура будет достаточно расслаблена.

Я знал, – в частности, потому, что читал о подобных случаях, – что здесь можно попытаться применить гипноз. Я пришел и тщательно работал в течение двух с половиной часов с пациентом, находящимся в очень глубоком гипнотическом состоянии и, в конце концов, его рука расслабилась настолько, насколько это было возможно. Я был просто поражен этим обстоятельством, потому что никогда раньше не делал таких вещей. Я даже не знал, способен ли я на это. Я просто пришел, думая про себя: «Хорошо, я попытаюсь это сделать так, как будто занимаюсь этим каждый день, и это главное – ведь если проповедники чудесного исцеления проделывают такие вещи, может быть, и гипноз здесь поможет. Я не знаю». Я пришел, попытался, и это подействовало. Я считал это замечательным достижением.

Я все еще находился рядом с этим пациентом, когда в его палату зашли врач и физиолог-терапевт. Никто из этих людей не приглашал меня работать с этим пациентом. Они объяснили мне, что в это время проводят физиотерапевтическое лечение, и что было бы лучше, если бы я ушел и занялся с этим пациентом позже, в другой день. Я остался в палате, думая с внутренним злорадством: «Подождем, пока они заметят. Это немного проветрит им мозги!» Итак, я остался там сидеть, посмеиваясь про себя и с гордостью глядя на произведенное мной изменение.

Врач и физиотерапевт подошли, помогли пациенту встать с кресла и лечь снова в постель – и, пока они это делали, никто из них не заметил того факта, что рука больного свободно свисала с правой стороны тела! Это меня просто изумляло. Но, – подумал я, – раз люди не думают об этом, и их мысли заняты чем-то другим, такое вполне возможно. Затем физиотерапевт подошла, взяла руку пациента и аккуратно сложила ее в то самое положение, в каком она была до того, как расслабилась. Она сделала это так же машинально, как будто поправляла постель. Укладывая больного в постель и возвращая руку в прежнее положение, она о чем-то разговаривала с врачом. Затем она приступила к серии упражнений, предназначенных помочь пациенту разогнуть руку и расслабить мышцы. Это поразило меня больше всего. Рука пациента была настолько податлива, что все происходящее становилось просто смешным. Она брала его пальцы и разгибала их до конца, а потом складывала обратно. Все это время она разговаривала с врачом, уделяя только часть внимания тому, что она делает; она пересела и начала работать с правой ногой пациента, и ничего так и не заметила!

Внезапно я понял, что нахожусь лицом к лицу с необычной, потрясающей возможностью. Удивляясь тому, что они не замечают происходящего, я не понимал, что из этого следует. Теперь я убедился, что, так как гипноз не является признанным научным методом лечения, то эти врачи верят, что рука пациента должна находиться в прежней позиции, а поэтому возвратили ее в надлежащее, с их точки зрения, положение. Тогда я прервал их разговор и сказал: «Я хочу вам кое-что показать». Я подошел к пациенту и взял его за руку – она была податлива, словно масло. Оба врача воззрились на эту руку, как будто увидели привидение. Я взглянул на них и сказал: «Должен сказать вам, что гипноз не является надежным научным средством излечения, он способен только помочь физиотерапии, и вполне возможно, что рука этого пациента вернется в прежнее состояние. Обычно это происходит в течение 24 часов. Но изредка, по какой-то непонятной причине, этого не происходит. И это не происходит, как правило, тогда, когда пациента лечил настоящий опытный физиотерапевт, прежде чем его подвергли гипнотическому лечению».

Таким образом, я подстроился к их системе ценностей, желая заручиться их поддержкой, чтобы вся система больницы помогала мне. При этом я преследовал только одну цель – дать этому пациенту возможность напрягать и расслаблять парализованные мышцы по своему желанию. Что приведет к этому результату, меня не беспокоило. Важно было вернуть пациенту способность управлять своей рукой. И если людям не нравится метод, с помощью которого такая возможность появляется, подсознательно они будут вовлечены в поведение, направленное на то, чтобы помешать возникновению такой возможности. Это не значит, что они будут действовать злонамеренно, но их сознание не может справиться с явлениями, противоречащими их системе ценностей.

Всегда легче добиться изменений, если все, что вы делаете, соответствует системе ценностей учреждения, в котором вы работаете, или индивидуальности, которую вы желаете изменить. Участник одного из наших семинаров, Пэм, спросил меня, что можно сделать для его девятилетнего пациента, Дэйви, который находился в очень плохом состоянии. Мне рассказали, что мальчик не мог спать больше получаса в сутки уже четыре или пять дней, уже истощен до крайности и начинает болеть. Каждый раз, когда мальчик ложился спать, через 15 или 20 минут ему начинали сниться кошмары, полные чудовищ, он сбрасывал одеяло, начинал метаться и просыпался с криком. Пэм не знал, как справиться с этой проблемой, и попросил меня помочь ему как можно быстрее.

Во время обеденного перерыва я вышел в другое помещение вместе с Дэйви, его матерью и Пэмом. У меня было мало времени, так что я сразу приступил к установлению раппорта. Так как я старший среди девяти моих братьев и сестер, у меня нет проблем при установлении раппорта с детьми. К тому времени, когда мы сели, я уже установил раппорт с помощью походки, прикосновений и так далее.

Вместо того, чтобы приступать к обширной стадии сбора дополнительной информации, я сразу спросил: «Какого цвета чудовища?» Я не спрашивал мальчика: «Можешь ли ты представить чудовищ?», «Существуют ли чудовища?», «Видишь ли ты сны?», «Беспокоит ли тебя что-нибудь?», «В чем твоя проблема?» – вопрос, который я задал, уже подразумевал все это, и поэтому я пропустил предварительную фазу. «Какого цвета чудовища?» – огромный скачок, но у меня уже был раппорт с мальчиком, и никаких трудностей не возникло. Дэйви ответил и перечислил несколько цветов. Я сказал: «Мне кажется, они страшно большие и жуткие». Он ответил: «Еще бы!»

Я спросил: «Кто из людей или зверей, которых ты знаешь, такой сильный, что может справиться с этими чудовищами?» Он ответил: «Не, я не знаю», так что я продолжал поиски: «А человек, у которого есть шесть миллионов долларов, с ними справится?» Мальчик сказал: «Нет».

Потом я случайно натолкнулся на нечто. Я спросил: «Ты смотрел фильмы из серии „Звездные войны“?» Это было несколько лет назад – тогда каждый девятилетний мальчишка, конечно, смотрел «Звездные войны». Его лицо просияло при мысли об этом фильме. Я сказал: «Мне кажется, я знаю, какой из героев тебе больше всего нравится». Разумеется, он спросил: «Какой?» Я сказал: «Вуки», – «Ну да, он самый».

Я сказал: «Между прочим, давай-ка я научу тебя фокусу со спящей рукой, чтобы ты мог управлять своими снами». Я взял его за руку, поднял ее и попросил мальчика представить себе Вуки в какой-нибудь особенно запомнившейся ему сцене фильма. Его рука каталептически повисла в воздухе, и я сказал: «Теперь твоя рука спит, и пусть она потихоньку опускается, но не быстрее, чем ты увидишь один раз, а потом еще один раз, как Вуки ведет себя в той части фильма, которая тебе особенно нравится».

Когда его рука начала опускаться бесконтрольными подсознательными движениями, я увидел быстрое движение его глаз, и поэтому знал, что он визуализирует события фильма. Я сказал: «Все правильно. Ты видишь Вуки?» Он сказал: «Угу».

«Попроси его, чтобы он был рядом с тобой и стал твоим другом и помогал тебе защищаться». Я заметил, что рот и губы мальчика стали двигаться так, как будто он задает Вуки вопрос. Я спросил: «Что он сказал?» Дэйви ответил: «Я не понял его: он просто издал какой-то звук». Если вы смотрели «Звездные войны», то вы знаете, что речь Вуки весьма неразборчива. Тогда я сказал: «Отлично. Скажи ему, чтобы он кивнул головой, если говорит „да“, или пусть он покачает головой, если скажет „нет“. Спроси его еще раз». Дэйви снова представил Вуки и спросил его еще раз, и Вуки утвердительно кивнул ему. Я спросил: «Посмотри, ведь Вуки такой сильный, что может справиться с этими чудовищами?» Мальчик чуть-чуть подумал, а потом сказал: «Мне кажется, нет. Они гораздо больше его, и такие хитрые».

Я сказал: "Но ведь Вуки двигается быстрее этих чудовищ, верно?" Дэйви ответил: «Ну». Я положил руку ему на плечо и сказал: «Хорошо. Значит, Вуки останется с тобой, и ты знаешь, что он остается для тебя, потому что ты чувствуешь, как что-то давит тебе на плечо, как будто он стоит рядом с тобой и положил руку тебе на плечо, и он знает, что если случится беда, он бросится тебе на помощь, возьмет тебя в руки и убежит, потому что он бегает быстрее чудовищ. Так что ты всегда сможешь убежать, если тебе не останется другого выхода». Он продумал все, что я сказал, и кивнул.

«Однако, мы еще не справились с самими чудовищами. Кто еще может их победить?» Таким образом, мы уже забыли о непобедимости чудовищ, и мальчик нашел ответ на мой вопрос – точно так же, как любой клиент всегда находит ответ, если психотерапевт с величайшей тщательностью подготовит контекст. Мальчик выбрал Годзиллу.

Я сказал: «Отлично. Теперь представь себе Годзиллу». Дэйви сразу же закрыл глаза и поднял руку. Он научился этому с одного раза и все правильно понял; я снова заметил быстрые движения глаз, свидетельствующие о том, что он видит внутренним взором. Потом он остановит движения глаз и сказал: «Но он не хочет отвечать мне». Я сказал: «Хорошо, пусть он покажет головой». Дэйви ответил: «Но он смотрит в другую сторону». – «Скажи ему, чтобы он обернулся!» – Дэйви проговорил: «Обернись».

Это уже само по себе было очень важным изменением его личности. Он теперь управлял мощными созданиями из того мира, который приводил его в ужас. Причем я действовал все время и полностью в пределах его системы ценностей, пользовался его метафорами.

Годзилла обернулся и кивнул: «Да». Я сказал: «Теперь осталась только одна проблема. Теперь у тебя есть друг, который защитит тебя, если это будет нужно. Но Годзилла большой и неуклюжий. Он сильный, и он о тебе позаботится, но ты не хочешь, чтобы он всюду таскался за тобой во сне, даже если он тебе не нужен».

Вслушайтесь в предварительное предположение, содержащееся в моем высказывании. В сущности, я сказал ему: «Ты будешь видеть сны. В некоторых из них будут чудовища, а в некоторых их не будет. Годзилла будет тебе нужен только в некоторых снах, а в других снах он тебе не понадобится». Таким образом, я начал превращать процесс сна в нормальное, даже приятное действие, сон перестал быть только временем, когда приходят кошмары.

В этот момент Дэйви стал рассказывать мне, что в истории про Годзиллу принимал участие один мальчик, и у него было особенное ожерелье на шее. Когда этот мальчик хотел, чтобы пришел Годзилла, потому что его преследовали чудовища, ему стоило только прикоснуться к ожерелью, и Годзилла приходил. Годзилла являлся на зов, когда касались ожерелья.

Я спросил у матери Дэйви, не желает ли она сегодня же походить часок-другой по ювелирным магазинам, вместе с Дэйви, чтобы он нашел ожерелье, которое, по его мнению, будет работать вроде своеобразного сигнального устройства. Необходимо было также учесть общую обстановку. Мальчик, бегающий по городу с ожерельем на шее – зрелище довольно странное, так дело не пойдет. Я сказал Дэйви, что он должен носить ожерелье только по вечерам, когда оно ему действительно нужно. Итак, появился еще один способ контролировать возникшую проблему.

В этом случае я не вступал в противоречие с системой ценностей ребенка; я называл вещи так же, как называл их он. Я не переиначивал его представлений, но имел достаточно гибкости, чтобы войти в мир его представлений и убеждений. А затем я использовал существующие в этом мире явления в качестве средств, позволяющих выработать новые варианты поведения, в которых нуждался этот ребенок.

Мужчина: Не являются ли ночные кошмары просто симптомом какого-то другого явления?

Все, что вам известно, когда вы работаете с индивидуальностью, или с целой семьей – это симптомы. Я предполагаю, что ночные кошмары являются следствием какого-то процесса, происходящего в структуре семьи, но я не знаю, какого именно. Я попросил Пэма продолжать наблюдать за семьей Дэйви и выяснить, не появятся ли какие-либо другие симптомы. Через шесть месяцев после этого случая мне сообщили, что новых симптомов нет. Если бы возникли симптомы другого рода, я применил бы переработку.

Реагируя на кошмары Дэйви определенным образом, я изменил их значение, их смысл. В сущности, я переработал их. Тот факт, что я делал все это в присутствии его матери, также очень важен, потому что происходящее изменило и ее реакции на кошмары сына. Я продемонстрировал ей новый способ реагирования на ночные кошмары.

Женщина: Почему вы использовали технику именно каталепсии руки?

Это всего лишь игра, а я хотел начать с какой-нибудь игры. Когда работаешь с детьми, описывать вещи в рамках какой-нибудь игры гораздо полезнее, чем говорить о решении проблем. Метод «спящей руки» особенно полезен в случае ночных кошмаров, потому что таким образом ребенок учится управлять своими видениями, своей визуализацией.

Напутствие_

Мужчина: У вас осталось только около восьми минут для напутствия. Я подумал, что было бы полезно вам напомнить.

Вы хотите, чтобы мы погрузили вас в транс, не так ли? Мы решили под конец этого не делать. Мы собирались дать вам множество постгипнотических указаний, но решили, что любопытнее будет посмотреть, как вы поступите, если мы возьмем да уйдем. Мы решили узнать, будете ли вы все еще сидеть на том же месте, когда мы вернемся сюда в следующем году.

Ладно. В течение прошедших трех дней вы испытали множество самых различных впечатлений и впитали в себя различные познания. Теперь вы уже отчетливо это ощущаете, не правда ли? Теперь подумайте несколько минут и представьте себе последовательность всего, что здесь происходило. Мысленно вернитесь к началу семинара – на три дня назад, – и быстро внутренне просмотрите, переберите все, чему вы научились за это время. Что вы хотели бы унести с собой отсюда, возвращаясь к своей работе, к себе домой, к своей семье?.. Ведь все знания, которые вы приобрели здесь, в Большом Бальном Зале, могут так и остаться в Большом Бальном Зале, если вы не определите для себя, когда и где вы хотели бы их применить.

Видите ли, приобретенные знания могут остаться только в одном определенном состоянии сознания. Сцепленность обучения с состоянием сознания – доказанный факт. Однажды группа студентов-медиков, с которой я работал, сдавала экзамены в той же самой комнате, в которой они осваивали этот материал. Каждый из студентов прекрасно сдал экзамен. Через пять минут после этого их провели через всю территорию университета в гимнастический зал, и там снова провели тот же экзамен. Семьдесят пять процентов медиков отказались сдавать экзамен, потому что обучение, полученное в классной комнате, не всегда доступно в других контекстах. А знания, полученные в гимнастическом зале, не слишком полезны при сдаче экзаменов по медицинским предметам.

Такой выборочный доступ к информации предохраняет наш мозг от излишних перегрузок, но этот же механизм может помешать нам воспользоваться полученной информацией тогда, когда это нужно и там, где это нужно.

Лучший способ использовать знания – это вспоминать о них только тогда, когда это необходимо. Видите ли, если вы будете круглые сутки, изо дня в день, думать о номере своего телефона, вы станете идиотом. Если вы можете вспомнить номер телефона когда угодно, но не тогда, когда подходите к телефону – зачем было вообще его запоминать? Если вы забыли номер своего телефона и пытаетесь понять, почему это произошло, это не поможет вам позвонить домой. Но стоит тольколишь вспомнить о том, как вы объясняли кому-нибудь номер вашего телефона, или представить себе циферблат своего домашнего телефона, как информация снова станет доступна для вас.

Поэтому, представляя себе все, что вы хотите вынести с собой из Большого Бального Зала, думайте о тех местах, где полученные здесь знания могли бы вам пригодиться… Вы не должны думать о том, как вы будете использовать полученные знания… Думайте только об обстановке комнаты, в которой вы живете… о кровати, на которой вы спите по ночам… о кресле, на котором вы привыкли сидеть в своем рабочем кабинете… о вашей секретарше… о ковре, которым застелен пол в вашем кабинете… о клиентах, с которыми вы встречаетесь слишком часто… обо всех делах, которые вы хотели бы сделать… о деловых связях, которые вы хотели бы завязать. Думайте о своих друзьях… о своих возлюбленных… Думайте о местах, которые намереваетесь посетить… о ситуациях, которые могут возникнуть в будущем… когда вам потребуется применить полученные здесь знания… обнаружить свое новое поведение… так, чтобы это произошло самопроизвольно…

Потому что пока ваше сознание усердно работало в течение этих трех дней… пытаясь понять то, что к сознанию не относится, но имеет отношение к другой части личности каждого из вас… ваше подсознание собирало информацию… ему известен способ, как это сделать… и при этом ничего не пропустить… И вы можете позволить своему подсознанию… хранить эту информацию… и ваше подсознание знает… как рассортировать эту информацию… чтобы ваша личность изменилась… изменилась так, чтобы эти изменения были прочными и всеобъемлющими.

Итак, некоторые из вас еще не стали хорошими друзьями… своих подсознательных процессов… и мы хотим, чтобы вы поняли… что ваше подсознание – это не отдельная личность… это часть вассамих… Это не отдельная часть вашей личности… Мы называем подсознание частью личности, потому что оно работает иначе… чем ваше сознание… ваше подсознание, в целом, гораздо спокойнее сознания… оно делает только то, что имеет предназначение… Имеет предназначение и рассортирование всех знаний, полученных вами в Большом Бальном Зале… это делается для того, чтобы ваше сознание… могло приятно удивиться… тому, что вы делаете новые вещи, но не знаете в точности, как вы их делаете… и в особенности не знаете, почему вы их делаете… и так же, как сейчас, в Большом Бальном Зале… все эти знания останутся с вами, и тогда, когда вы покинете Большой Бальный Зал, они покинут его вместе с вами…

До свидания.