Часть 5. Свобода любить.


...

Глава 39. Камни, Палки и Слова, которые Ранят.

Я помню момент, когда я был смертельно напуган. Шнурок обвивал мое горло. «Я тебя задушу, если ты не скажешь это». Я не мог дышать. Я чувствовал, как шнурок все сильнее стягивает мою шею. «Я задушу тебя, Фицпатрик. Скажи это. Скажи это СЕЙЧАС!» Я пытался схватить его за руки, но он был гораздо сильнее меня. Мне было всего 11 лет, а ему на несколько лет больше. Я видел, как его друзья на велосипедах посмеивались, но на их лицах читалась озабоченность. «Ну же, Фитцер, выругайся матом. Давай».

Я так и не выругался, и он меня отпустил в конце концов. Это был не первый и не последний раз, когда он издевался надо мной. В последний раз у моего горла оказался нож. Тогда ужас был для меня привычен.

Когда я был моложе, я не ругался. И не собирался этого делать. И частенько в школе надо мной смеялись по этому поводу. Сейчас я считаю, что это было глупостью. Не стоило придавать столь большого значения набору слов. Как Сократ, принявший яд вместо отказа от своих учений. Я был слишком упрям и поэтому не раз попадал в неприятные ситуации.

Ведь это были всего лишь слова, но тогда я этого не понимал. Что я мог сказать? Это было просто глупо. Я был тогда ребенком. Мама часто мне говорила: «Палки и камни могут поломать тебе кости, но слова никогда не должны тебя ранить». Я осознал это много лет спустя. Она была права: слова могут навредить ровно настолько, насколько мы позволим.

Иногда на тренингах мы используем ругательства, чтобы выразить себя определенным способом. Если вы ощущаете себя некомфортно или обижаетесь на слова или ругательства, то ваша проблема в том, как вы реагируете на эти слова. Слова не могут быть «плохими» сами по себе. И никогда они такими не были. Просто мы связали наши негативные переживания с некоторыми словами.

Я часто поясняю эту точку зрения на примере. Если я скажу: «Я тебя ненавижу», - я посчитаю, что это «плохо». Если я скажу: «Я чертовски тебя люблю», - я посчитаю, что это «хорошо». Каждое слово имеет свое значение в определенном контексте. Когда же мы это поймем, то перестанем бояться слов и уделим больше внимания хорошим ощущениям, а не цензуре. Некоторые люди откажутся читать эту книгу, потому что в ней есть «плохие» слова. Очень жаль, что страх слов оказывает такое сильное влияние на людей.

Я встретил в баре парня, который угрожал мне в школе ножом, лет через 15 после этого события. Изначально я испытывал к нему неприязнь, но потом решил, что в этом нет смысла, да и он мог сам сильно измениться. Теперь я был выше и крепче, чем он. Мы поздоровались, поговорили немного ни о чем, и на этом все закончилось. Я не собирался ему мстить, потому что я изменился, да и он, возможно, тоже.

Всегда есть эффективный способ противостояния тем, кто пытается вас унизить. Я спросил Ричарда об этом.

ОФ:

Как можно более эффективно разбираться с людьми, которые говорят тебе гадости?

РБ:

На самом деле есть два варианта. Первый вариант - это бейсбольная бита. Второй вариант - понять, что это всего лишь слова. Если вам кажется, что драки не избежать, тогда начните ее, пока другой человек не готов.

Я помню, что как-то на юге мне не раз говорили гадости, потому что я еврей, и не раз утверждали, что у них принято вешать евреев. Но они не знали, что у меня было с собой нечто в кармане пиджака. И я понял, что могу разозлиться и причинить им серьезный вред. К тому же их было всего 4 человека, а я был вооружен.

Единственное, что могло бы толкнуть меня на это, это мои переживания по поводу их слов. Тогда я сказал себе: «Эти люди настолько глупы и ограниченны, что нет никакого смысла принимать их слова близко к сердцу и переживать по поводу этих слов. Разве я могу допустить, чтобы они испортили мне настроение?». Поэтому я просто стал проигрывать у себя в голове приятную музыку, а они продолжали свое. Это теперь звучало, как глупая песенка. Я только улыбнулся, когда один из них сказал: «Ты просто трус. Родился трусом и вырос трусом». Я продолжал слушать музыку.

Наконец один из них сказал: «Я вот думаю, может, мне следует побить его?» Я ответил: «Думаю, не стоит этого делать, потому что я не умею драться и пострадаю». Он подошел ко мне, схватил меня за полы пиджака и приподнял. Пиджак распахнулся, и все увидели то, что я держал в руке и направлял на него. Я улыбнулся: «Но я действительно боюсь, что кто-то может сейчас пострадать». Он отпустил меня и сказал своим приятелям: «Нам пора». Один из них спросил: «А что с этим евреем?». Первый ответил: «Пойдем лучше выпьем пива». Тогда я сказал: «Парни, я угощу вас пивом». Я поднялся и купил всем пива. Это было намного легче, чем причинять им боль.

Очень часто люди, рассердившись на детей, используют негативную интонацию голоса при общении с ними. По- моему, злиться на своих детей просто глупо. В этом нет никакого смысла. Если вы кричите на детей, то вы не должны испытывать никакой злости. Вы можете кричать на них, чтобы достичь чего-то. Вы всегда должны помнить момент их рождения. Думать о том, сколь многому и прекрасному вы можете их научить, причем научить позитивным и веселым способом. И нет совсем ничего полезного и хорошего, чтобы создавать у них внутри негативные ощущения.

Я подумал о людях, которых я встречал в своей жизни, которые пытались унизить или разозлить меня. И я понял, что никто из них теперь не смог бы ничего подобного сделать, потому что теперь я по-другому отреагировал бы.

ОФ:

Так как можно себя защитить от действительно агрессивных людей?

РБ:

Действительно агрессивных людей? С ними не просто справиться, особенно если их больше. Они словно собаки в стае. Лучше всего убраться подальше от них. Но если такой возможности нет, то придется что-то с ними сделать. Иногда насилие неизбежно. Если вы понимаете, что к этому все идет, постарайтесь убираться оттуда как можно быстрее.

Многие люди просто не понимают, когда надо «завязывать», и поэтому события выходят из-под контроля. Когда- то я проводил много времени в обществе людей, которые все время пытались создавать проблемы. Мы часто задирались к другим людям, дрались. И только повзрослев, я понял, что совершенно не важно, в скольких драках ты победил или участвовал. Важно, чтобы никто не пострадал.

Я не ожидал услышать от Ричарда, что самый лучший способ справиться с теми, кто хочет развязать драку, - это встать и уйти. Однако, поразмыслив, я понял, что в этом предложении есть здравый смысл. Он говорил о том, чтобы избежать драки не из-за страха, а из-за интеллекта. Он говорил о возможности ощущать себя свободным в обществе любого человека и уметь пресекать попытки манипулирования со стороны другого человека. Он говорил об интеллекте и возможности выбора - поддаться на провокацию или нет.

ОФ:

Это относится и к словесным «наездам»?

РБ:

Конечно. Ведь тот факт, что кто-то хочет кого-то унизить - это всего лишь отражение собственных слабостей. Когда меня пытались унизить или оскорбить в интеллектуальном плане, я просто улыбался им, и они начинали приходить в ярость. Они начинали накручивать себя и злиться еще сильнее. Потом я говорил им: «Послушайте, у вас есть 2 выбора: прекратить заниматься ерундой или продолжать. Мне все равно, что вы выберете. Если вы попытаетесь интеллектуально унизить меня, то вы очень быстро обнаружите, что я не тот человек, с кем бы вы хотели связываться по этому вопросу».

Я знаю, как помочь людям успокоиться, и знаю, как довести их до белого каления. Но это не есть цель моей жизни. Наиболее важно научиться избегать неприятных людей и находить приятных в общении. И главное, проводить с приятными людьми как можно больше времени. За работу с остальными я беру деньги.

Теперь-то все это кажется очень простым. Главное понять, что никто не обладает над вами властью, если вы сами не позволяете этого. И как бы они ни старались вас «достать», если вы не позволите им этого сделать, вы останетесь свободными. Если Виктор Франкл смог пройти через все ужасы концентрационного лагеря и остаться свободным в выборе отношения к событиям и обстоятельствам вокруг него, то и вы на это способны. Это ощущение свободы и контроль над вашими действиями. Это контроль над ситуацией, даже если самым разумным выходом будет уйти. В этом случае вы будете жить своей жизнью, и никто вас не «достанет».

Я вспомнил один эпизод в Новой Зеландии, когда я возвращался из кинотеатра в центре Кристчерча. Я не спеша направлялся в свой отель. Я шел через пустырь. Было около 11 часов вечера. Темно и безлюдно. Кто-то прокричал мне: «Эй, у тебя есть мелочь?» Будучи погруженным в свои мысли, я ответил: «Извини, приятель, нет мелочи». В ответ прозвучало: «Ублюдок, дай мелочь!» Не задумываясь, я ответил: «Отвали». Вокруг не было ни души, и даже не было видно ни одной машины на дороге.

Через несколько секунд я услышал сзади себя шаги. Я повернулся. Ко мне бежал человек, ругаясь и оскорбляя меня. Это был молодой парень лет 20, немного выше меня ростом, в джинсах и серой футболке. Я остановился и задумался, что мне делать.

Можно было бы попытаться убежать или подраться. Но я был слишком вымотан долгой дорогой. Тогда я подумал о другом варианте. Когда он оказался в 20-ти футах от меня, я шагнул ему навстречу, улыбнулся и протянул руку. Он остановился как вкопанный и автоматически протянул мне руку. Я пожал ему руку и положил другую руку ему на плечо. Я спросил: «Приятель, зачем ты бежишь за мной и пытаешься завязать драку?». Будучи в полном шоке, он пробормотал: «Я не пытаюсь». Через несколько минут он стоял, опустив голову и слушая меня. 10 минут я говорил о его проблемах и о том, что он может сделать с ними, я дал ему несколько советов. Я могу лишь надеяться, что это как- то помогло ему в дальнейшем. Мы никогда больше не виделись, но когда я уходил, парень казался более сосредоточенным и уверенным в том, что ему надо делать в дальнейшем.

Меня всегда очень интересовало, какое сильное влияние могут оказывать слова. Я также всегда был очень любопытен, и меня интересовало влияние «плохих» слов. На некоторых наших семинарах слушатели жаловались на употребляемые нами слова. Я решил спросить Ричарда об этом.

ОФ:

Я заметил, что в мире немало людей, которые обижаются на грубости и ругательства. Они очень негативно воспринимают слова, которые считаются обидными. Что ты думаешь по этому поводу?

РБ:

Тупость и убожество. Факт, что люди начинают переживать из-за слов, которые являются всего лишь последовательностью звуков, кажется мне просто смешным. Более того, в разных языках эти слова имеют совсем разное значение. Мы просто выбираем слово и решаем, что будем плохо себя чувствовать, если услышим его в наш адрес. Например, слово «Ваня». Это может быть именем, а может быть сленговым названием простофили. Люди просто сами решают расстраиваться, услышав это слово.

Но именно тональность, с которой произнесено слово, придает ему значение. Оскорбительное или нет. Тональность, а не слово. Вы представьте, насколько тупо то, что множество разных слов заставляет вас переживать. Все, что надо сделать, это изменить контекст или найти другое значение слова. Я могу это сделать за секунду.

Ричард имел в виду, что именно тональность, с которой произносится слово, и оказывает то или иное воздействие на человека. Тональность придает словам разное значение. Слова - это всего лишь слова, но мы опираемся на значение слов, которое мы им придаем. Очень важно понять, что слова не имеют над нами власти. Я подумал о том, какое влияние может оказать рэп. Ведь все песни крутятся вокруг четырех слов - секс, наркотики, смерть и убийство. Мне стало интересно, что Ричард думает по поводу этих песен.

ОФ:

Что ты думаешь по поводу рэпперов и их песен? Некоторые утверждают, что они плохо влияют на слушателей.

РБ:

Я не слушаю подобную музыку. Какие бы гадости они ни говорили в своих песнях, для меня это не имеет значения. Я сторонник свободы слова. Если мы не будем смеяться над ними, то наши дети начнут принимать их всерьез. Если постоянно говорить о том, что они ведут к насилию, это, возможно, нанесет более вреда, чем сами песни. Подобные высказывания словно гипнотизируют. Если часто говорить: «Это приведет к этому», - то «это» может и на самом деле произойти. Самое последнее, что нужно стране, это постоянная реклама, проводимая правительством, в которой говорится, что прослушивание рэпа сделает вас преступником.

В этом вся ирония. Они говорят, что «если говорить о плохом, то плохое случится», и все равно продолжают говорить о плохом, словно увеличивая вероятность плохого. Для меня это парадокс. Это все равно, что крайне неуверенный во всем человек будет абсолютно в чем-то уверен, например, в своей неуверенности. И в этом тоже парадокс. Люди, страдающие от неуверенности, абсолютно и твердо в этом убеждены. Точно так же, как люди, которые слушают рэп или смотрят ТВ с идеей, что «насилие на экране и в музыке вызывает насилие в мире», могут прийти к тому, что начнут вести себя еще хуже, чем на экране.

Но если люди верят, что, говоря о чем-то, они увеличивают вероятность этого, то почему они продолжают громко об этом кричать на каждом углу? И в этом парадокс. Вместо этого они должны вот что сделать - заткнуться и не заниматься рекламой того, что им не нравится. Я вообще обожаю парадоксы, потому что, по моему убеждению, мы эволюционируем, потому что, столкнувшись с парадоксом, мы меняем нашу точку зрения.

Мне понравилась эта мысль. Я всегда считал, что идея цензуры ни к чему хорошему не приводит. Наоборот, цензура делает все, чтобы заставить людей захотеть послушать то, что запрещено. Вместо этого, вместо запретов, надо просто заставить людей смеяться над этим. Когда я вижу интервью этих рэпперов, то воспринимаю их как примитивных комедиантов. И если внимательно присмотреться, то они не могут не вызывать смеха.

Они настолько смешно говорят об ужасном, о кошмарах, которые совершаются вокруг. Они не боятся слов, они не боятся провоцировать консерваторов. Нам надо всего лишь научиться смеяться над этими песнями и над самими рэпперами, как они смеются над окружающими, и научить наших детей смеяться. Тоща, может быть, мир вокруг нас перестанет быть таким ужасным, если мы всего лишь изменим нашу точку зрения на культуру и наш менталитет. Вместо того чтобы отрицать или запрещать что-то, надо над этим посмеяться или взглянуть с другой точки зрения. Смех позволяет нам избежать разочарования и боли, которые могут возникать, если мы будем что-то слишком серьезно воспринимать.