Глава 4. О вкусах и предпочтениях. Как нейропластичность влияет на наши представления о сексуальной привлекательности и любви

А. — симпатичный молодой холостяк. Он пришел ко мне, потому что страдал от депрессии. А. недавно увлекся красивой женщиной, у которой уже был друг, и она начала поощрять его к проявлению жестокости во время близких отношений. Она пыталась вовлечь А. в разыгрывание своих сексуальных фантазий, в которых она одевалась как проститутка, а он должен был «распоряжаться» ей и совершать какие-нибудь насильственные действия. Когда А. начал чувствовать желание угодить ей, это встревожило и расстроило его, поэтому он прекратил с ней отношения и решил обратиться за помощью. У него был опыт общения с женщинами, не контролирующими свои эмоции. Его подруги были требовательными и властными или подавляюще-жестокими. Тем не менее именно такие женщины возбуждали его. «Хорошие» девушки, чуткие и добрые женщины наводили на него скуку, и ему казалось, что любой женщине, которая любит его нежно, чего-то не хватает.

Его собственная мать страдала тяжелой алкогольной зависимостью и была подвержена эмоциональным припадкам и проявлениям безудержной ярости. А. помнит, как она била его сестру головой о батарею и прижигала пальцы его сводного брата в наказание за игру со спичками. Мать нередко впадала в депрессию и угрожала покончить с собой, и ему приходилось все время быть настороже, успокаивать ее и следить за ней. Кроме того, его отношения с матерью носили ярко выраженный сексуальный характер. Она ходила по дому в прозрачных ночных рубашках и разговаривала с ним как с любовником. Ему кажется, что он помнит, как она звала его к себе в постель, и в его сознании сохранился образ самого себя, сидящего рядом с ней в то время, как она занималась мастурбацией. Эта сцена вызывала у него чувство возбуждения, но он не хотел в этом признаваться. А. вспоминает о том, что в тех редких случаях, когда дома бывал его отец, между родителями случались драки, и они в конце концов развелись.

Большую часть своего детства А. провел, ощущая удушающую ненависть к родителям, и нередко чувствовал себя вулканом, готовым к извержению. Интимные отношения представлялись ему формой проявления жестокости, когда партнеры угрожают друг другу насилием.

Тем не менее к тому времени, когда детство закончилось, у него появилось эротическое пристрастие к женщинам, которые ведут себя именно так.

О человеческой сексуальности

Для людей характерна невероятная сексуальная пластичность в сравнении с другими живыми существами. Мы очень отличаемся друг от друга в том, что нам нравится делать со своими партнерами во время полового акта. Мы чувствуем сексуальное возбуждение и удовлетворение при прикосновении к самым разным частям тела. Но больше всего мы непохожи друг на друга в том, кто или что именно нас привлекает. Люди часто говорят, что находят определенный «тип» человека привлекательным, или «возбуждающим». И такие типы очень различаются.

У некоторых людей в разные периоды жизни или по мере приобретения нового опыта может происходить смена предпочтений. Так, один гомосексуалист имел последовательные отношения с мужчинами, принадлежащими к одной расе, затем к другой, и в течение каждого из периодов чувствовал влечение к мужчинам только той группы, которая в тот момент была для него «сексуально привлекательной». После смены предпочтений он никогда больше не обращал внимания на мужчину из прежней группы. Его пристрастия к этим «типам» менялись последовательно и достаточно быстро, при этом именно тип человека (например, «азиат» или «афроамериканец») притягивал его больше, чем сам человек. Пластичность сексуальных пристрастий этого мужчины подтверждает общеизвестную истину: влечение человека не является неизменным биологическим позывом, а может с легкостью меняться под действием психологии и истории наших сексуальных связей. Кроме того, наше либидо бывает очень разборчивым.

Многие научные работы представляют сексуальное влечение как биологический императив. В их изложении это вечно голодный зверь, постоянно требующий удовлетворения — обжора, а не гурман. Однако люди скорее принадлежат к категории гурманов, имеют ярко выраженные предпочтения. Пристрастие к какому-либо «типу» заставляет нас откладывать удовлетворение до того момента, когда мы найдем то, что ищем, потому что само пристрастие служит ограничительным фактором: человек, которого «очень возбуждают блондинки», может автоматически отвергать брюнеток и рыжеволосых женщин.

Ряд ученых настоятельно подчеркивают врожденный характер нашей сексуальной направленности. Однако даже сексуальная ориентация может меняться50. Например, некоторые люди, будучи гетеросексуалами (без каких-либо проявлений бисексуальности), затем вдруг начинают испытывать сексуальное влечение к собственному полу, и наоборот.


50 Ученым хорошо известна тенденция формирования у некоторых гетеросексуалов гомосексуальных пристрастий в случае недоступности представителей противоположного пола (например, в тюрьме или армии), и эти пристрастия являются «дополнениями». По мнению Ричарда С. Фридмана, занимающегося исследованиями мужской гомосексуальности, когда у мужчин-гомосексуалистов формируется гетеросексуальное пристрастие, оно практически всегда становится «дополнительным», а не замещающим.


Может показаться, что сексуальная пластичность Должна достигать своего пика у тех, кто имеет много разных партнеров и учится адаптироваться к каждому новому любовнику. Однако не стоит забывать о той пластичности, которая необходима стареющим супружеским парам с хорошей сексуальной жизнью. Приближаясь к шестидесятилетию, супруги выглядят не так, как выглядели на момент своего знакомства, когда им было по двадцать лет, но их либидо адаптируется к этому, и они остаются привлекательными друг для друга.

Сексуальная пластичность способна заходить еще дальше. Так, фетишисты испытывают влечение к неодушевленным предметам. Туфли на высоких каблуках с меховой опушкой или женское белье могут возбуждать мужчину-фетишиста больше, чем реальная женщина. С древних времен некоторые люди, живущие в сельской местности, вступают в связь с животными. Иных привлекают не столько люди, сколько сложные сексуальные сценарии, где партнеры играют какие-либо роли, подчас весьма специфические, включая садизм, мазохизм, вуайеризм51 и эксгибиционизм52. Когда такие люди помещают информацию в разделе частных объявлений, описание того, что они ищут в потенциальном партнере, больше напоминает должностную инструкцию, чем портрет человека, с которым они хотят познакомиться.


51 Вуайеризм — страсть к подглядыванию за сексуальными действиями других. — Прим. ред.

52 Страсть к обнажению, демонстрации гениталий. — Прим. ред.


При условии, что сексуальность — это инстинкт, который традиционно определяют как наследуемое поведение (т. е. уникальное для каждого биологического вида и немного различающееся от одного его представителя к другому), разнообразие наших сексуальных пристрастий не может не удивлять. Инстинкты, как правило, неизменны, к тому же считается, что они имеют четкую, природную фиксированную цель, например, выживание. Тем не менее человеческий сексуальный «инстинкт», похоже, освободился от своей главной задачи — размножения53. Он удивительно многообразен, в отличие от инстинкта размножения у животных, у которых он проявляет себя как полагается инстинкту.


53 Подобная пластичность стала одной из причин, по которым Фрейд называл сексуальную энергию «движущей силой» в противоположность обычному инстинкту. Движущая сила — это сильное побуждение, которое уходит корнями в инстинкты, но обладает более высокой пластичностью и более подвержено влиянию мозга.


Никакой другой наш инстинкт не может приносить столько удовлетворения без достижения своей биологической цели, и ни один другой инстинкт настолько не разделен с этой целью. Некоторые антропологи утверждают, что в течение длительного времени человечество не знало о том, что половой акт необходим для размножения. Такая оторванность полового влечения от его главной цели, возможно, служит основным подтверждением сексуальной пластичности.

И о любви

Любовь также отличается невероятной изменчивостью, а формы ее выражения неоднократно менялись на протяжении истории человечества. Мы привыкли думать что романтическая любовь совершенно естественное чувство. На самом деле, чувство нежности, ощущение душевной близости и физического влечения — сосредоточенные на одном человеке до тех пор, пока смерть не разлучит вас, типичны не для всех обществ. В течение тысячелетий большинство браков устраивали родители которые руководствовались при этом сугубо практическими соображениями. Хотя действительно, даже в Библии (например, в Песне Песней) есть незабываемые истории романтической любви. Да и в поэзии средневековых трубадуров и в произведениях Шекспира немало прекрасных историй о несчастной любви. Однако в Европе романтическая любовь, со всем ее поэтическим оформлением, начала находить социальное одобрение лишь среди аристократов и при королевских дворах, да и то только в двенадцатом веке. Как правило, это был любовный альянс между неженатым мужчиной и замужней женщиной, который обычно плохо заканчивался. Только с началом распространения идеалов, ставящих индивидуальность человека выше, идея о праве человека выбирать себе супруга действительно овладела умами людей и постепенно начала казаться совершенно естественной и неотъемлемой частью жизни.

Сексуальная пластичность и пластичность мозга

Разумно задать вопрос: связана ли сексуальная пластичность с нейропластичностью. Исследования свидетельствуют, что нейропластичность не концентрируется в определенных отделах мозга и не ограничивается теми областями обработки сенсорной, двигательной и когнитивной информации, которые мы уже изучили. Структура мозга, регулирующая инстинктивное поведение, включая половое влечение, называется гипоталамусом. Гипоталамус, хотя и не относится к коре мозга, отличается пластичностью, как и миндалевидное тело — подкорковая структура, «отвечающая» за эмоции и желания. Известно, что кора обладает высоким потенциалом изменчивости, обладая большим числом нейронов и связей, которые могут меняться, однако даже области, не относящиеся к коре, могут быть пластичными. Это свойство присуще всем тканям мозга. Пластичность существует в гиппокампе (части мозга, в которой, помимо всего прочего, происходит «перевод» кратковременной памяти в долговременную), а также в тех областях, которые контролируют дыхание, обрабатывают примитивные эмоции и боль. Пластичность присутствует даже в спинном мозге — и это было доказано учеными. Такую пластичность продемонстрировал актер Кристофер Рив, получивший тяжелую травму позвоночника, когда через семь месяцев после несчастного случая смог с помощью неустанных тренировок восстановить некоторые чувства и подвижность.

Мерцених говорит об этом так: «Пластичность не может существовать в изоляции… это абсолютно невозможно». Проведенные им эксперименты доказывают, что при изменении одной из систем мозга меняются и связанные с ней системы54. Везде действуют одни и те же «правила пластичности» — «то, что не используется — отмирает» и «нейроны, активирующиеся одновременно, связываются друг с другом». Если бы это было не так, различные области мозга не могли бы функционировать одновременно.


54 Мерцених проводил эксперименты, доказывающие, что изменение, возникающее в области обработки сенсорной информации, а именно в слуховой коре, вызывает изменение в лобных долях, принимающих участие в планировании, с которыми слуховая кора связана. «Вы не можете изменить слуховую кору, — говорит Мерцених, — не изменив при этом процессы, происходящие в лобных долях. Это совершенно невозможно».


Молено ли применить правила пластичности, действующие для карт мозга в чувствительной, двигательной и речевой областях коры, к более сложным картам, например, тем, что представляют наши отношения, сексуальные или иные? Мерцених считает, что сложными картами мозга управляют те же принципы пластичности, что и более простыми картами. Животные, подвергающиеся воздействию одного звука, формировали одну область карты мозга для его обработки. У животных, на которых воздействовали сложными наборами звуков, такими как мелодия из шести нот, не только возникали связи между шестью разными областями карты, но и формировалась область для расшифровки всей мелодии. Эта более сложная карта для мелодии подчинялась тем же правилам пластичности, что и карты для отдельных звуков.

Что думает Фрейд

«Сексуальные инстинкты, — пишет Фрейд, — примечательны присущей им пластичностью, способностью менять свои цели». Зигмунд Фрейд был не первым, кто утверждал, что сексуальность пластична — еще Платон в своих Диалогах о любви писал о том, что Эрос человека принимает множество форм55. Однако именно Фрейд заложил основы понимания сексуальной и эротической пластичности с точки зрения современного подхода.


55 Эрос Платона не идентичен либидо Фрейда (которое он впоследствии тоже начал называть Эросом), но между ними есть некоторое сходство. Платоновский Эрос — это страстное желание, которое мы чувствуем, когда осознаем свою незавершенность. Это стремление добиться собственной целостности. Один из способов решения этой проблемы заключается в том, чтобы найти свою «вторую половину». Однако в диалоге Платона «Пир» показано, что один и тот же Эрос может принимать множество форм, некоторые из которых, на первый взгляд, не кажутся эротическими, и что эротическое желание может быть направлено на объекты самых разных типов.


Одним из наиболее важных вкладов Фрейда в этот вопрос стало открытие сенситивных периодов развития сексуальности. Фрейд утверждал, что способность взрослого человека к близким любовным отношениям и половой связи развивается поэтапно.

Все начинается с первой страстной привязанности ребенка к родителям. Общаясь с пациентами и наблюдая за детьми, он выяснил, что первый критический период развития сексуальности приходится на раннее детство, а не на период полового созревания, и что дети способны испытывать пылкие, протосексуальные чувства — романтическую привязанность, чувство любви, а в некоторых случаях даже сексуальное возбуждение, как это было с вышеупомянутым пациентом А. Зигмунд Фрейд обнаружил, что развратные действия в отношении детей причиняют им серьезный вред, так как влияют на них в один из сенситивных периодов развития сексуальности, формируя дальнейшие склонности и представления о сексе.

Дети нуждаются в эмоциональной поддержке, и в норме у них возникает естественная привязанность к родителям. Если при общении с родителями ребенок чувствует теплоту, нежность и надежность, то и в дальнейшем у него, как правило, формируется склонность к подобного рода отношениям. Но если ребенок сталкивается с отстраненностью, холодностью, эгоцентричностью, злостью, амбивалентностью или непостоянством, то, скорее всего, будет искать взрослого партнера, обладающего похожими наклонностями. Конечно, не бывает правил без исключений. Однако результаты многочисленных исследований подтверждают основное представление Фрейда о том, что ранние модели формирования связей и привязанностей к другим людям могут «зафиксироваться» в нашем мозгу в детстве и повторяться во взрослом состоянии. Многие аспекты сексуального сценария, который разыгрывал пациент А., когда впервые пришел ко мне на прием, были тонко замаскированными повторениями травмирующей ситуации его детства. Его привлекали непостоянные женщины, которые переходили общепринятые сексуальные границы в тайных отношениях, смешивая агрессию и сексуальное возбуждение и одновременно обманывая своего официального партнера.

На самом деле, идея критических периодов была сформулирована эмбриологами как раз в то время, когда Фрейд начал писать о сексе и любви. Ученые тогда установили, что формирование нервной системы эмбриона происходит поэтапно и что при нарушении этого процесса животному или человеку может быть причинен вред, который нередко становится непоправимым и сохраняется всю оставшуюся жизнь. Фрейд не использовал термин «критический период», однако то, что он говорил о ранних этапах полового созревания, согласуется с тем, что нам известно о критических периодах. Это короткие временные окна, когда внешние впечатления (события и окружающие люди) фактически формируют новые системы и карты мозга ребенка56.


56 В течение первого года жизни вес мозга увеличивается в среднем с 400 г при рождении до 1000 г в возрасте двенадцати месяцев. Наша зависимость от ощущения любви и заботы со стороны других людей в раннем детстве настолько сильна отчасти потому, что большие участки нашего мозга начинают развиваться только после рождения. Связи между нейронами в префронтальной коре, которая помогает нам регулировать эмоции, устанавливаются в течение первых двух лет жизни, но происходит это только благодаря присутствию близких людей (в большинстве случаев это — мать, она в буквальном смысле слова формирует мозг своего ребенка).


«Зайка моя»

В любви и сексуальности взрослого человека, в его повседневном поведении можно обнаружить следы детских чувств. Когда в нашей культуре взрослые люди занимаются любовной игрой или выражают свою любовь, они часто называют друг друга «малышкой» или «малышом». Они используют ласковые выражения, которые слышали от своих матерей в детстве, такие как «сладкий» и «моя прелесть». Эти выражения пробуждают теплые чувства, испытываемые в самые первые месяцы жизни, когда мать выражала свою любовь через кормление, ласки и воркование со своим ребенком. Фрейд называл этот этап оральной стадией сексуальности. Это — первый этап ее развития, суть которого может быть выражена словами «опека» и «питание» — нежная забота, ласка и кормление. Ребенок чувствует свое единство с матерью, а его доверие к другим людям формируется, когда его держат на руках и кормят. Любовь, забота и кормление объединяются в сознании и связываются воедино в мозге в виде первого формирующего опыта после рождения.

Когда взрослые люди общаются на детском языке, используя при обращении друг к другу такие слова, как «зайка» и «малыш», и придают своему общению «оральный оттенок», то, согласно Фрейду, они «регрессируют», переходя от зрелых психических взаимоотношений к более ранним фазам жизни.

Как мне кажется, с точки зрения нейропластичности подобная регрессия предполагает демаскировку старых нейронных путей, которая затем активирует все ассоциации ранней фазы.

Регрессия может быть приятной и безопасной (как в любовной игре) или проблематичной (как в тех случаях, когда демаскируются инфантильная агрессия) и у взрослого человека возникают перепады настроения.

Даже в «грязных» и агрессивных разговорах можно найти следы инфантильных сексуальных стадий. В конце концов, почему вообще секс иногда вызывает ассоциации с чем-то «грязным»? Эта установка отражает взгляд ребенка на секс, соответствующий определенной стадии, когда он осознает процесс пользования горшком, мочеиспускания и испражнения. Затем он с удивлением узнает, что гениталии, которые участвуют в мочеиспускании и располагаются близко к заднему проходу, также связаны с сексом, и что мама позволяет папе вводить свой «грязный» орган в отверстие, которое находится очень близко к ее ягодицам57. Взрослых этот факт обычно не беспокоит, потому что в подростковом возрасте они проходят через еще одну стадию развития сексуальности58. На этой стадии происходит еще одна реорганизация мозга, после которой удовольствие от секса достигает такой интенсивности, что позволяет преодолеть любое отвращение.


57 У Фрейда эта стадия развития сексуальности называется «садистско-анальной». — Прим. ред.

58 Речь идет о «генитальной стадии», когда осознается «ценность» гениталий самих по себе. — Прим. ред.


Фрейд считал, что многие загадки сексуальности можно объяснить с точки зрения фиксаций, возникающих в критические периоды. Познакомившись с теориями Фрейда, мы уже не удивляемся тому, что девочка, лишившаяся отца в детском возрасте, проявляет настойчивый интерес к недоступным мужчинам, которые по возрасту годятся ей в отцы. А мальчики, воспитанные бесстрастными матерями, часто ищут в качестве партнеров женщин именно такого типа, и сами нередко становятся «холодными» мачо, потому что из-за отсутствия в критический период сердечного отношения со стороны родителей у них не формируется адекватное поведение. Многие извращения также могут быть объяснены с точки зрения пластичности и условий детства. Однако главное заключается в том, что во время сенситивных периодов мы можем приобрести сексуальные и романтические предпочтения, которые фиксируются в нашем мозге и могут оказывать на нас сильное влияние всю последующую жизнь. Тот факт, что у нас могут формироваться разные сексуальные пристрастия, объясняет огромные сексуальные различия между людьми.

Природа или культура

Мысль о том, что критические периоды определяют формирование сексуального влечения у взрослых людей, противоречит другому утверждению, будто представление о привлекательности является скорее продуктом нашей биологии, а не личной истории. Например, звезд кино и шоу-бизнеса обычно все признают красивыми и сексуальными. С точки зрения биологии эти люди привлекательны потому, что обладают биологическими признаками жизнеспособности, свидетельствующими об их фертильности59 и силе. Например, чистая кожа и симметричные черты лица означают, что потенциальный партнер свободен от болезней; фигура в форме песочных часов говорит о способности женщины к деторождению; мускулатура мужчины указывает на то, что он способен защитить женщину и ее потомство.


59 Фертильность — способность к размножению, рождению здорового потомства (противоположность бесплодию). — Прим. ред.


Однако не все влюбляются благодаря «биологическому» впечатлению от тела потенциального партнера. Например, когда женщина говорит: «Как только я услышала этот голос, то сразу же поняла, что это мой мужчина», музыка голоса служит для нее лучшим показателем души мужчины, чем его тело60. Кроме того, на протяжении столетий сексуальные вкусы постоянно менялись. Красавицы, изображенные Рубенсом, по современным меркам считаются толстыми, а модели, помещаемые на обложку журнала Playboy, на протяжении ряда десятилетий имели самую разную внешность — от пышных форм до андрогинности. Очевидно, что сексуальные вкусы подвержены влиянию культуры и опыта, и что они часто прививаются, а затем фиксируются в мозге.


60 На самом деле, этот пример свидетельствует скорее в пользу биологии. — Прим. ред.


«Благоприобретенный вкус» по определению возникает вследствие научения, в отличие от «предпочтений», которые носят врожденный характер. Ребенок не приобретает пристрастие к молоку, воде или сладостям; они сразу же ощущаются им как нечто приятное. Привитые вкусы первоначально воспринимаются с безразличием или неприязнью, но впоследствии становятся приятными — запахи сыров, итальянского горького пива, сухих вин, кофе, паштетов, жареных почек. Многие деликатесы, за которые люди платят большие деньги, — это те же самые продукты, которые вызывали у них отвращение в детстве.

В Елизаветинские времена любовники были настолько одержимы запахом тел друг друга, что женщины нередко держали под мышкой очищенное яблоко до тех пор, пока оно не впитывало в себя их пот и запах. Они отдавали это «яблоко любви» своим партнерам, чтобы они могли вдыхать его аромат в их отсутствие. Мы же, напротив, применяем синтетические дезодоранты, чтобы замаскировать запах тела. Какой из этих двух подходов приобретенный, а какой природный, сказать сложно61. Например, племя масаев из Восточной Африки использует мочу коров (вызывающую у нас «естественное» отвращение) в качестве лосьона для волос, что говорит о значимости коров в их культуре. Многие склонности, которые мы считаем «природными», приобретены нами через научение и становятся для нас «второй натурой». Мы неспособны отличить свою «вторую натуру» от «врожденной», потому что наш нейропластичный мозг, стоит его только перепрограммировать, формирует новую натуру, имеющую точно такой же биологический характер, как изначальная.


61 На самом деле, сейчас уже известно, что индивидуальный запах человека (естественный, присущий только ему запах тела) имеет для нас очень важное значение при выборе партнера (на подпороговом уровне — неосознанно мы, подобно животным, очень хорошо различаем детали запахов, даже если полагаем, что у нас неважное обоняние). Поэтому мы иногда не понимаем: по каким причинам тот или иной человек (вроде бы достойный и вполне в нашем вкусе) вдруг вызывает у нас отторжение, а другой почему-то «дико» привлекает. В свете этих открытий исследователи полагают, что не стоит слишком усердствовать с применением дезодорантов — т. е. идти против природы (ведь разочарование в «неправильном» партнере все равно придет рано или поздно). — Прим. ред.