Часть четвертая. Повышение самоосознания

Глава 21. Пусть вам это приснится: новые методики для повышения самоосознания

Глава 23. Работа с телом и душой: информация из первых рук о четырех «практических» опытах


...

Фельденкрайз: обучение движению

Метод Фельденкрайза имеет репутацию наименее болезненной, наименее стрессовой техники телесной терапии. Действительно, те, кто обучался по Фельденкрайзу, спешат подчеркнуть, что это вообще не «телесная техника». «Нам не нравится этот термин, – несколько раздраженно сказала мне по телефону Элизабет Берингер, практик из Окленда. – Мы обучаем движению».

«Я не врач, и, когда я прикасаюсь руками к человеку, это не является лечением или исцелением – хотя люди от этого поправляются, – подчеркивает Моше Фельденкрайз в своей книге «Ускользающая очевидность», опубликованной за два с половиной года до его смерти в июле 1983-го. – Я думаю, процесс, происходящий с людьми, – это обучение: я ввожу их в состояние, в котором они учатся делать что-то, хотя я им этого не преподаю».

Сам Фельденкрайз был поразительно уклончив – и обманчив, – когда речь заходила о том, чтобы объяснить свою работу, особенно для человека, имеющего подготовку ученого-практика. «Первый принцип моей работы в том, что здесь нет никаких принципов», – любил он повторять и все же написал четыре не слишком внятные книжки, чтобы ее объяснить. Израильтянин, рожденный в России, работавший инженером и физиком (он занимался исследованиями атома под руководством Жолио-Кюри), Фельденкрайз также имел черный пояс по дзюдо, увлекался футболом. Когда спортивная травма повредила его колено, его мысль обратилась к механике тела. Эти исследования превратились в дело всей жизни и в конечном счете в поиск путей перепрограммирования мозга, чтобы дать возможность всему телоразуму работать более эффективно – «целостность движения», так называется этот Святой Грааль движения.

По существу, целью Фельденкрайза было разблокировать потенциал человека, помогая ему восстановить все возможности, которые напрочь забываются по мере того, как мы учимся делать что-то «правильно». По мере того как мы растем, считает Фельденкрайз, наши движения приспосабливаются, будучи обусловлены каждым телесным опытом, хорошим или плохим. Босоногий мальчишка, который поцарапал пятку во время бега, с этого дня может начать бегать по-другому. А «успехи» еще хуже: как только вы усвоили некий образец движения, замечает Фельденкрайз, эта функция «защелкивает» нервную систему и всякое ее развитие тут же прекращается.

Перевоспитание, которое он рекомендует, состоит из двух слагаемых. Одно – это функциональная интеграция (сеансы «работы на столе»), во время которых специалист осторожно сгибает, надавливает, вращает, изгибает и скручивает различные части вашего тела, пока вы не начинаете осознавать мельчайшую динамику ваших движений – как вы поворачиваетесь, где больно, до какого предела можно продолжать движение. (Эти манипуляции, уточняет Фельденкрайз, должны выполняться «так медленно и так приятно, как только возможно, без какой бы то ни было боли или напряжения».) Другая часть метода – «осознавание через движение» (Awareness Through Mowement, ATM) – включает в себя набор простых упражнений, которые можно выполнять самостоятельно (следуя инструкции, напечатанной или записанной на пленке) или делать под руководством специалиста, одному или в группе.

В последние годы своей жизни Фельденкрайз обычно наблюдал за тремя сотнями людей одновременно – это полный гимнастический зал – в Амхерсте, штат Массачусетс, во время своего ежегодного визита в США. На эти тренинги собирались ученики (отнюдь не «пациенты») всех мастей, от детей с церебральным параличом до знаменитостей, таких как Джулиус Эрвинг (тем, кто увлекается баскетболом, он известен как Доктор Джей). В число других поклонников входили антрополог Маргарет Мид, скрипач Иегуди Менухин, режиссер Питер Брук и нейрофизиолог Карл Прибрам из Стэнфордского университета, который восторженно говорил: «Он не только вертит мышцами как хочет, он заставляет мозг работать по-другому!»

Довольно впечатляюще для того, что выглядит как простая работа с телом. Но «это не претенциозность, – как возразила Берингер в начале нашего урока. – Я имею дело только с тем, что могу увидеть, или потрогать, или почувствовать». В этот момент она чувствует, трогает и видит несомненную тугоподвижность в моей хрустящей шее и плечах. Тем не менее она переходит к работе над моими ногами. (Практикующие методику Фельденкрайза, как я позже узнал, часто предпочитают работать с проблемной областью не напрямую, чтобы не обострять те самые паттерны, которые вызывают боль.) «Я надавлю на ваши ноги здесь, – говорит она с того конца стола, – чтобы посмотреть, как движение распространяется по вашему скелету вверх к голове». Я был удивлен, поэтому она пояснила: «Я выясняю, Перри, свойственную лично вам организацию тела во время движения».

Поскольку мне обычно свойственна организация горгульи, сгорбленной над застопорившимся манускриптом, у меня возникли некоторые проблемы со следующим разделом занятий в системе АТМ. Движения АТМ разработаны так, чтобы тело клиента воспроизводило и усиливало манипулятивную работу, проведенную над ним. Это не те позы, которые вы привыкли принимать в течение обычного дня – да и в течение жизни, как я понял. Как часто, к примеру, вам случалось сидеть на полу, опираясь на правую руку, при этом левая согнута в локте и свешивается прямо у вас перед глазами? Я не мог скрыть свое утомление и дискомфорт, поскольку мы выполняли эти движения, казалось, целую вечность.

«Некоторые люди учатся быстрее других», – сочувственно сказала Берингер. Фельденкрайз советует проходить курс с числом уроков по числу прожитых лет, но Берингер предпочитает адаптировать этот учебный план под желания и потребности учащихся. Я посчитал, что мне, чтобы достичь фельденкрайзовского идеала, – того, кто «ощущает, что его тело свободно подвешено к его голове, ноги не топают по земле, тело плавно скользит при движении», – требуется число уроков, соответствующее моему весу, а не возрасту. И все-таки даже после единственного урока я обнаружил, что определенно могу поворачиваться и вправо, и влево дальше, чем прежде, и с меньшей болью и усилиями. Более того, этот прогресс содержал показательную силу внушения: я на самом деле мог видеть и ощущать, что мое тело – то самое тело, про которое я думал, что оно уже безнадежно не подчиняется мне, – оказалось прирожденным самообучающимся инструментом для корректирующих изменений.

Ничего удивительного, что у работы Фельденкрайза не так уж много критиков (нет боли, нет и критики?). Она привлекательна, особенно для людей, для которых движение жизненно необходимо – для спортсменов, актеров, музыкантов, – а также и для просто очень занятых людей, которые ценят физическую подготовку и подвижность. Трудно противиться наставнику, который убеждает вас, что «обучение должно быть легким и приносить радость». Теории Фельденкрайза, возможно, несколько сложны, чтобы их разделять, но разве это настолько надуманный постулат – что движение, как таковое, неотделимое от каждого аспекта нашей повседневной жизни, может оказывать мощное воздействие на глубочайшие уровни наших психе и сома?

Фельденкрайз не принимает очевидное по умолчанию. К каждому телодвижению он подходит, по его словам, так, как если бы кто-то пытался объяснить марсианину, как надо глотать. «Мы многое делаем, не осознавая, как именно, – отмечал он. – «Правильное» всегда остается правильным; но «лучше» можно еще улучшить».

Практики, авторизованные Фельденкрайзовской гильдией (их во всем мире около трехсот), проходят четырехлетний курс подготовки.