Глава 9. Паттерны.

Гипноз и паттерны.

Представьте, если хотите, гипнотизера старого пошиба, погружающего субъекта в гипнотическое состояние и дающего ему мощное внушение. (Для тех, кто поинтересуется, что такое мощное внушение, скажу, те внушения, которые работают-это мощные, остальные - слабые.) Гипнотизер внушает, что в 4:00 после полудня у субъекта зачешется нос и ему придется его почесать. Если это внушение было эффективным, субъект прореагирует как ожидалось. Если он должен был бы повторить свою реакцию три или четыре дня подряд, он мог бы очень удивиться, обнаружив, что у него появилась привычка чесать нос ровно в 4:00 после полудня каждый день. Даже человек, не тренированный в гипнозе, поймет, что этот паттерн поведения был результатом гипнотического внушения. Конечно! Возьмите ребенка и повторяйте ему снова и снова, что он никогда не будет лучше своего отца или брата, и что он никогда ничего не достигнет. Спустя годы, каждый раз, как только он окажется близок к продвижению вперед, он начинает пить, "забывает" появляться на работе и ничего не достигает. Мы не можем назвать это паттерном, появляющимся в результате гипноза... или все-таки можем?

Паттерны являются необходимой и важной частью нашего поведения. Большинство паттернов являются полезными и избавляют наш мозг от изучения опыта заново. Читая это, вы полагаетесь на паттерны, усвоенные много лет назад. Паттерны того, как сидеть, держать книгу, видеть слова, понимать и изучать. Вы едете по улице, а впереди машина едет на красный свет. Автоматически вы жмете на тормоза, сжимаетесь в комок и готовитесь к возможному столкновению. Во время этих действий произошли буквально сотни физиологических, психологических и эмоциональных реакций в виде паттернов, разработанных, чтобы эффективно помочь вам. Если вам было бы нужно "продумать" и проанализировать ситуацию и свои реакции, с вами наверняка произошло бы несчастье.

Паттерны: эксперимент.

Мы, люди, не только полагаемся на паттерны, не, как я кратко отмечу, способны очень быстро их усваивать. К тому же, мы чувствуем себя неуютно, да жалко, когда наши паттерны сталкиваются или изменяются. Вернитесь мысленно... сейчас... в то время, когда вы путешествовали, меняли работу или даже просто переставляли мебель. Вы возможно, вспомните те смутные непростые чувства. Вы можете даже на короткий промежуток испытывать их снова. Попробуйте провести следующий эксперимент, обратите внимание на последовательность ваших действий (паттерн), когда вы утром одеваетесь. Одеваете ли вы брюки вперед рубашки? Блузку вперед юбки? Правый ботинок вперед левого? Намыливаете правую половину лица вперед левой? Щеки вперед шеи? Обнаружив свои паттерны, сделайте усилие и меняйте их каждый день в течение нескольких дней. Вы можете заметить, что чувствуете затруднение и даже некоторую неуклюжесть. Дальше поменяйте сторону кровати, на которой вы обычно спите. Приготовьтесь! Вам, возможно, будет трудно заснуть. С другой стороны, вы, может быть, вообще плохо спите. Если вы спите с кем-нибудь, а я надеюсь, что это так, поменяйтесь местами и сверьте ваши ощущения утром. Наконец, если вы обычно обедаете в кругу семьи, поменяйте свои обычные места за столом. Обратите особое внимание на свою внутреннюю реакцию и понаблюдайте за поведением окружающих вас людей.

В исследованиях было отмечено, что по крайней мере 60-70 % нашего поведения являются паттерновыми реакциями. Паттерны могут освободить нас для более творческих действий, таких, например, как чтение этой книги. Плохо приспособленное и саморазрушающее поведение является также паттерновыми реакциями. Я считаю, что терапия достигает успеха, когда каким-либо методом или построением болезненные паттерны заменяются на более успешные. Существуют биологические паттерны, встроенные в систему, но паттернам, которыми мы хотим пользоваться, мы должны обучиться. Тому, чему можно научиться, можно научиться снова. Мы все знаем, как ползать и всегда делаем это в детстве. Однако мы также учимся ходить и находим, что во многих случаях - это лучший выбор. Мы знаем, когда ползание будет самым эффективным вариантом, и можем решить, когда положиться на этот паттерн. Часто оказывается, что люди, которые полагаются на плохо приспособленные паттерны, не имеют выбора ни во времени, ни в способе использования другого паттерна. Плохо приспособленное поведение может полностью не соответствовать обстоятельствам или может служить какой-то цели в прошлом, на данный момент устаревшей. Или болезненные результаты могут возникнуть при отсутствии выбора относительно того, когда нужно положиться на паттерн.

Боль как паттерн.

Физическая боль - это больше, чем боль. Это еще и паттерн. Человек, испытывающий боль из-за болезни или повреждения, реагирует на эту боль определенным образом. Этот паттерн основывается на его прошлом опыте, связанном с болью, и системе веры в его способность переносить боль, и в то, что будет. Человек чей прошлый опыт и система веры говорят ему, что он справится с этим, что он все делает нормально, что он "знает", что скоро поправится, становится так называемым "облегчителем". Как видно по названию, такие люди могут не только минимизировать свою реакцию на боль, но также способны снизить само свое восприятие боли. На другом конце шкалы находится так называемый "усилитель". Система веры "усилителя" и, следовательно, история боли в его памяти, говорит ему, что это ужасно, что будет еще хуже, что он этого не вынесет. В будущем они ждут, что боль, перед тем, как пройти, усилится. Их паттерновый способ мышления приводит к тому, что пациент, интерпретирующий и приступы, и зуд заживающих ран, и давление, и газ после хирургической операции, и т.д., как сигналы боли, как будто вследствие действия черной магии или негативного гипноза, действительно ощущает еще большую боль. "Усилители" выздоравливают медленнее и с большими осложнениями, чем "облегчители". Убеждать "усилителя" или спорить с ним, или отказаться от него и уйти - значит забыть, что его система веры и паттерн реакции в действительности действуют как гипнотическое внушение. Логикой и убеждением тут не поможешь. Так что забудьте... забудьте о логике.

Точно так же, как паттерн может быть эффективной и автоматической реакцией, дающей благотворный результат, так и паттерн может быть эффективным и автоматическим методом для саморазрушения. Если человек сочетает систему веры типа "Мне ничего не удается. Я всегда терплю поражение" с паттерном поведения, ведущего к саморазрушению, то он не только терпит неудачу, но этот провал сам по себе служит "доказательством" его системы веры. Это ведет к усилению автоматических паттернов веры и поведения. В научных и академических кругах хорошо известно, что человек может выдвинуть гипотезу, а затем найти данные и статистику, подтверждающие его теорию. Этот принцип верен и для системы веры и для паттернов. Система веры ведет к автоматизации реакции, которая в свою очередь ведет к подтверждению системы веры, что приводит к повторению модели. Это похоже на легендарную змею, которая заглатывает свой собственный хвост и жалуется на приближающуюся кончину. Г. А. Миллер, Е. Галантер и К. Х. Прибрам (Plans and the Structure of Behavior, 1960) отмечают, что привычки и умения являются планами, которые начинаются как произвольные процессы, но в процессе повторения и обучения становятся фиксированными и автоматическими.

Гипноз - паттерны - Эриксон.

В разделе о терапевтических применениях мы обсудим более детально методы прерывания саморазрушающих паттернов поведения и поможем вам разработать паттерны для понимания и обнаружения паттернов. А сейчас рассмотрим результаты внезапного прерывания паттернов. Несколько лет назад исследователи решили попробовать прервать загипнотизированных людей при выполнении постгипнотических заданий. Они обнаружили чрезвычайно интересные вещи. Исследуемый, когда его прерывали, спонтанно входил в гипнотическое состояние. Милтон Эриксон использовал это явление как метод введения в транс. Например, он давал внушение на некоторую постгипнотическую деятельность, которая должна иметь место на следующем сеансе. Д-р Эриксон прерывал паттерн. Исследуемый не только впадал в гипнотическое состояние, но во многих случаях у него развивалась амнезия на события, предшествовавшие трансу. Если вы, как терапевт, можете обнаружить паттерн у своего пациента и побудить его воспроизвести его, а затем прервать перед его завершением, то вы можете получить удивительный результат. Вы можете обнаружить, что человек впадает в гипнотическое состояние. Я могу и ошибиться. Вы можете совсем не удивляться.

Случай 8: прерывание паттерна.

Ко мне в кабинет пришла женщина, она села, скрестила ноги, затем скрестила руки на груди, издала глубокий вздох и начала извергать слова. Слова были о ее безнадежном положении, ее тупости, ее неспособности сделать хоть что-нибудь правильно, и что она, возможно, не сможет обучиться "этому гипнотическому хламу". В этот момент зазвонил телефон. Так как я ждал важного звонка, я не стал его выключать. Женщина выглядела расстроенной. Извинившись, я попросил ее подождать в приемной, пока я закончу разговор. Когда я пригласил ее обратно, она села на тот же стул и полностью воспроизвела свое первоначальное поведение: крепко скрещенные ноги, затем руки, глубокий вздох и затем поток слов о безнадежности. Определяя ее поведение как возможную модель, я решил прервать ее. Я резко сказал: "Подождите, мне вас отсюда не слышно. Не могли бы вы пересесть на другой стул, чтобы я мог слышать вас лучше?" Она пересела, скрестила ноги, затем руки, вздохнула, но прежде, чем она начала говорить, я вернулся за свой стол и, не глядя на нее, начал писать. Затем я извинился и сказал, что первый стул все-таки будет лучше, и она поможет мне, если вернется туда. Когда она пересела, я попросил ее сначала скрестить руки и только потом ноги. Когда она выполнила это, у нее появилось то, что Д-р Эриксон называет "отзывчивой внимательностью" (Эриксон, Росси, 1976). Лучше всего это можно было описать как "пристальный почти мечтательный взгляд". Я попросил ее, перед тем, как мы начнем говорить, закрыть глаза, глубоко вздохнуть и медленно выдохнуть (совсем не так, как она вздыхала раньше). Когда она это сделала, я сказал ей: "Теперь, когда вы стали более спокойной, вы можете продолжать дышать медленно, расслабляясь еще больше (оставляя на усмотрение ее тела как это сделать "еще больше"), и вскоре вы можете почувствовать желание изменить положение рук или сначала ног (подразумевая, что будет и второе "раскрещивание", неизвестно когда)". Через две минуты была достигнута наиболее удовлетворительная поза.

Если вы проанализируете этот пример, то теперь можете уяснить важность опознавания и прерывания, а также потенциала паттернов. Было совершенно ясно, что поведение женщины является паттерновой реакцией на подход к любой проблеме. Так как она пришла ко мне за помощью, было также ясно, что ее паттерн не работает. В первый раз ее паттерн был прерван прежде, чем она смогла разразиться словами отчаяния (просьба пересесть на другой стул). Затем она была прервана снова, но на этот раз перед ее вздохом (просьба пересесть обратно на первый стул). И снова паттерн был прерван и направлен (скрестите сначала руки и только потом ноги), и опять прерван словами: "перед тем, как мы начнем говорить, закройте глаза, глубоко вдохните и медленно выдохните". Суммируя, можно сказать, что ее паттерн был сначала прерван, затем перенаправлен и опять перенаправлен в формальное гипнотическое состояние.

Мгновенный паттерн.

Паттерны, как эффективные и полезные, так и болезненные и деструктивные, могут устанавливаться довольно быстро. В своей работе по разделенному мозгу Газзанега (1967), рассматривая то, что он определяет как "условный рефлекс или дурная привычка", а также скорость, с которой человек усваивает эти паттерны поведения, пишет:

"Мы должны помнить, что исследуем половину человеческого мозга - систему, способную во время теста легко усваивать с одной попытки".

"The Split Brain in Man" Майкл С. Газзанега, Август, 1967, стр. 372 "Progress in Psychobiology", выдержка из "Scientific American" Вступление Ричарда Ф. Томпсона, В. Ф. Фримана и др.

На своих обучающих семинарах я просил добровольца держать руку, правую или левую, поднятой вперед, с сильно сжатым кулаком. Затем я говорил ему, что собираюсь дать ему инструкцию, которую невозможно выполнить. Я собираюсь попросить его поднять руку вверх и одновременно опустить ее. Конечно, это невозможно. Затем я командовал: "Начинайте". Пока он таращился на меня с недоверием, я говорил: "Хорошо, теперь вы можете мигнуть", подчеркивая голосом "мигнуть". В этот момент человек мигал. Можно представить себе, как мозг говорит: "Что за безумие? Я не могу одновременно поднять и опустить руку". Но затем мозг слышит: "вы можете мигнуть" и говорит "Конечно, это я могу сделать". Теперь, очень интересно, с какой быстротой это внушение принимается. И еще более интересно то, что если через одну-две минуты после первой попытки вы попросите человека снова поднять руку, в большинстве случаев, поднимая руку, он автоматически мигнет. Действительно, за считанные секунды было сформировано начало паттерна. Если бы этот человек должен был повторить поднятие руки с одновременным миганием четыре, пять или десять раз за день, у него могло бы развиться то, что называется условным рефлексом или дурной привычкой.

Если, как я считаю, условный рефлекс может вырабатываться так быстро, представьте, что происходит, когда человек снова и снова слышит определенные утверждения, ограничивающие его, или с ним снова и снова происходят определенного рода травмирующие инциденты. Если за считанные секунды мы можем научиться, поднимая руку, одновременно мигать, то что же произойдет с ребенком или взрослым, когда ему снова и снова повторяют что-то, сопровождая это демонстрацией того, как он должен себя вести. Например, женщина в детстве все время видела мать пьяной и слышала, как отец повторял ей: "Ты такая же, как твоя мать. Не будь такой". Ребенок вырастает и ведет себя точно так же, как ее мать и при этом утверждает, что она не хочет так себя вести, выполняя таким образом обе полярные позиции внушения.

Сочетание внутренних систем веры, сложившихся в результате травм, внушений и еще чего-нибудь, с повторением паттернов и поведения, усиливающих эти системы, приводит к тому, что человека заклинивает без каких-либо возможностей выбора. И вы должны смотреть не на то, что мир делает с ним, а на то, что он делает в своем внутреннем мире, т.е. определять на каких системах веры и паттернах этот мир основан. Так как для убеждения человека в том, что существуют вещи, несуществующие на самом деле, или наоборот, не существуют вещи, на деле существующие, использовалась форма гипноза, то, мне кажется, что вышибать клин клином было бы наилучшим способом действий. Короче, если человек действительно верит, что может достичь успеха, вам не нужно ему говорить: "Конечно, вы можете достичь успеха". Смешно, когда некто становится, скажем, психиатром или психологом после многих лет учения, теряет время, говоря людям очевидные вещи вроде: "Конечно, вы можете достичь успеха. В мире есть для этого все возможности". А реальная проблема состоит в том, как прервать паттерн поведения, который продолжает усиливать его систему веры, и как помочь человеку исследовать его систему веры, помочь ему увидеть новые возможности выбора, доступные ему в этом мире.

Применению этих методов посвящен весь последний раздел этой книги, но один пример может помочь связать воедино все, чему вы научились до сих пор. И если вы еще чувствуете себя привязанным к прошлому, этот случай поможет вам разрубить веревку как раз в том месте, где завязан узел.

Паттерны: системы веры: анализ случая.

В 1976 году меня попросили встретиться с человеком, страдавшим от не поддающихся излечению приступов боли вследствие рака с метастазами по всей костной системе. Помимо его имени, возраста и диагноза, единственной дополнительной информацией, которой я располагал, было следующее: боль стала такой сильной, что он заговорил о самоубийстве, лечение становится все менее и менее эффективным, он пожелал увидеть гипнотизера, но сомневается, что гипнотизер или что-либо еще может ему помочь. Основываясь на этой информации, я подумал, что просить его расслабиться, чтобы можно было его загипнотизировать, или пытаться научить его брать боль под контроль в самом начале, или объяснять ему теорию было бы вершиной нелогичной терапии. Я согласился встретиться с этим человеком, поставив условие, что все, кого это касается (кроме пациента), будут знать и будут согласны с тем, что я применю неожиданные и неортодоксальные методы.

Когда я прибыл к нему, меня сразу провели в его комнату. Я увидел, что он стоит, сгорбившись, и, очевидно, испытывает сильную боль. Его лицо было искаженным, а тело трясущимся и истощенным. Когда я подошел к нему, его врач сказал: "М-р... это д-р Хеллер, гипнотизер, о котором я вам говорил". Слабым и явно болезненным движением он протянул руку, чтобы пожать мою. Я оттолкнул его руку тыльной стороной правой руки и ударил его по лбу с силой, достаточной, чтобы он весь сотрясся. Он уставился на меня в шоке с недоверием на лице и сказал: "Зачем вы это сделали?" На это я сказал очень грубо: "Заткнись, пока тебя не спросят" (не говоря, что я могу спросить). В этот момент он стоял почти прямо, а выражение недоверия и шока на его лице стало еще более очевидным. Продолжая тем же тоном, я сказал: "Сейчас я наступлю тебе на ногу и раздроблю мелкие кости". Он сказал просящим тоном: "Пожалуйста, не делайте этого". Я грубо ответил: "Мне надо это сделать", и с этими словами я занес свою ногу над его ногой. Уже более сильным голосом он сказал: "Не надо". Я ответил еще грубее: "Захлопни глаза, глубоко вздохни и успокойся... Я не могу нанести вред человеку с закрытыми глазами". Он моментально закрыл глаза, глубоко вдохнул и медленно выдохнул. После этого я начал говорить мягко, его лицо расслабилось, потом расслабилось тело, и через минуту он был не только спокойным (он избежал моего покушения), но каким-то образом впал в глубокое гипнотическое состояние.

Случай: анализ.

Вас могло заинтересовать описанное безумное поведение. Хороший вопрос. Я рад, что вы спросили, так как проблемой этого мужчины в тот момент была неизлечимая боль, я мог предположить, что, по крайней мере, в этом состоянии он находится в кинестетической системе. Как уже было сказано ранее вы должны пойти туда, где находится ваш пациент, т.е. встретиться с ним в его мире. Следовательно, я знал, что мне не только необходимо начать говорить как-то кинестетически, но и действовать способом, который вытеснил бы его кинестетическую реальность. Я также знал, что его система веры включала следующее: ему больно, ему становится все хуже, ничто ему не поможет, каждый, кто пытался ему помочь, терпел неудачу. Я мог далее предположить, что у него были сложившиеся представления о врачах, о том, что и как они должны, делать, в том числе и с его болью. Болевой паттерн включал в себя направление всего его внимания на боль, ожидание ухудшения, возрастание тревоги и подавленности, ощущение безнадежности и, вследствие этого, усиление болевых ощущений. Мое поведение прервало его модель: его внимание переключилось с боли на мое безумное поведение, он перестал волноваться о том, что он чувствует, и начал волноваться о том, что я сделаю, и что он почувствует в результате. Мое поведение было прямо противоположным тому, что он ожидал, основываясь на своих представлениях о докторах. Каждый пытался помочь ему уменьшить боль, в то время как я, казалось, собирался причинить ему еще большую. Так как человеческий организм направлен на то, чтобы защищать себя, в тот момент, когда у него появилась возможность защищаться ("захлопни глаза, глубоко вдохни и т.д."), он тут же воспользовался ею. Как только он закрыл глаза, некоторые из его прошлых представлений изменились или начали меняться. Закрывая глаза, он мог предотвратить что-то вместо того, чтобы верить, что ничто не может ему помочь. Его система представлений о боли начала изменяться. Когда он закрыл глаза и начал успокаиваться, уровень его боли снизился, а он не верил, что это возможно. Он узнал, что может избежать большей боли, и это также научило тому, что боль может быть меньшей, и он может с ней что-то сделать. Большая часть его новых открытий была выводом из следующего: "захлопни глаза и т.д." - означало: "вы можете сделать что-то, чтобы избежать большей боли" (т.е. того, что я наступлю на ногу). Если вы можете чувствовать меньшую боль или даже избежать ее, то вы можете контролировать боль. И наконец, когда я сказал: "Заткнись, пока тебя не спросят", не было связано с тем, что он спрашивал. Слова "заткнись" и "пока тебя не спросят" означали, что он должен замолчать, и я спрошу его о чем-то. В результате такого "тонкого" подхода пациент не только успокоился и ощутил надежду, но и смог научиться самогипнозу, смог изменить свою кинестетическую боль на визуальные картины и отвлечься от своего тела.

Паттерны: практика.

Теперь я хочу попросить тех из вас, кто занимается лечением, прервать как свои паттерны, так и паттерны ваших пациентов. Следующие упражнения должны помочь вам расширить ваши системы веры или просто изменить их. Обратите внимание на положение тела ваших пациентов, когда они говорят о своих проблемах, и сравните их с позами, которые они принимают, говоря о чем-нибудь приятном. Затем, когда они углубляются в проблемы, вежливо прерывайте их и помогайте принять положение, в котором они говорили о приятном. Они могут обнаружить, что им трудно вернуться опять к проблеме. Попросите одних пациентов говорить о своих проблемах, когда они сидят на одном стуле, а для других разговоров попросите их пересесть на другой стул. Понаблюдайте за изменениями, когда они пересядут. Затем при обсуждении проблемы прервите их и попросите описать что-нибудь, что им нравится делать, или просто воспоминание о приятном отпуске. Других пациентов во время обсуждения проблемы просите смеяться и улыбаться и наблюдайте, что происходит.

Что касается самих терапевтов, то они могут сделать следующее: поменяйтесь стульями с пациентом; не смотрите на пациента во время разговора о проблеме и сохраняйте зрительный контакт с ним в разговоре о приятном. Вы можете обнаружить, что пациент понимает, что его хорошее самочувствие и мысли о приятном привлекают ваше внимание. Используйте непоследовательность: Пациент "Доктор, я очень подавлен". Д-р: "Поговорим о бейсболе. Как вы думаете, кто выиграет чемпионат мира? И в это время сделайте несколько глубоких вдохов, перед тем, как закрыть глаза". П.: "Я очень подавлен". Д-р: "Отлично! Я рад, что вы проявляете себя таким образом. Кстати, где вы получили высшее образование?"

Начните наблюдать ваш способ общения с пациентом. Как вы приветствуете людей? Попробуйте по-другому. Какие выражения лица вы используете? Смешивайте их и попробуйте новые. Научитесь использовать определенные интонационные и скоростные паттерны при обсуждении приятных тем. Затем, когда пациент начинает говорить о проблемах, используйте этот интонационный паттерн. Вне сознания пациента вы прерываете его болевой паттерн, и он тут же ободряется. Помните, не существует такой вещи как гипноз без транса или паттерн без кальки..., а может быть и существует.