4. Возвращение домой

Не испугавшись ни циклопов, ни лестригонов, можно, наконец, вновь увидеть свой дом, оставшийся столь же родным. Он, окрашенный воспоминанием о путешествии, чуть-чуть изменился. Можно зайти в каждую комнату, заглянуть в чуланчик, в каждый закоулок и увидеть, что и фасады, меняющиеся благодаря солнцу и шумящему ливню, и комнаты, играющие со светом и тенью, кажутся едиными и гармоничными, подобно звучанию старинного инструмента. Ведь даже самые сильные радость и грусть связаны в одно нитью раскачивающегося маятника, подвешенного в неподвижной точке. Для того, чтобы по-настоящему ожить, нужна не только живая, но и мертвая вода.

Гибкость терапевта

Для эффективной работы в технике интегративной гипнотерапии важна гибкость терапевта, его способности «сделать то, не знаю что, пойти туда, не знаю, куда». Такой процесс требует некоторого бесстрашия. Бесстрашия терапевта и клиента. Когда мы оба готовы шагнуть в эту явь кипящего котла, которая есть сон или бытие, мечта или реальность…

Гибкость терапевта предполагает возможность каждый раз, входя в какое-нибудь чувство – будь это беспомощность или понимание, сочувствие или всемогущество – быть в этом чувстве и одновременно находиться где-то рядом с ним, плыть в нем, медитировать и быть способным выйти из него, рефлексировать, упаковать его, сложить, как волшебную лягушачью шкурку, убрать в карман и сохранить для себя. Эффективный терапевт входит в состояние вместе с клиентом, запоминает его, компактно складывает эту тряпочку в свой волшебный карман и выходит. Входит с клиентом в совершенно другое состояние, в резонанс с другой частью клиента, с совершенно иными чувствами, и опять вступает в состояние открытого пути. Когда оно заканчивается, он опять же складывает это состояние в карман, как волшебную цветную тряпочку. И в какой-то момент из этих цветных разных тряпочек он может сшить «интегрированное», целое волшебное одеяло. То есть терапевт, работая с другим, все время проводит терапию с самим собой, это тренинг и клиента, и терапевта. Его собственный тренинг – это запас живости, тренированности для жизни, для других клиентов.

Психология bookap

Разогрев клиента в начале работы – это разогрев и для терапевта. Когда на клиентский стул садится человек с серьезной проблемой, я разогреваю его до тех пор, пока он не забудет про нее. Для этого я работаю с привычками и стереотипами, как с глиной, которую нужно размять. Так же разминается и проблема, чтобы из ее энергетики могли быть слеплены совершенно другие проявления. Неопытному терапевту, как правило, очень страшно отойти от проблемы, которую предъявляет клиент, и от некоторых правил ее решения, от нозологических категорий, от рецептуры. Я считаю верным взгляд Милтона Эриксона: нет никаких теорий, и для каждого конкретного человека следует создавать свою теорию. Так же не существует никаких нозологий и какой-нибудь готовой рецептуры. Не должно быть и базовой эмоции, к которой можно привязаться, и нельзя считать вопрос, с которым пришел человек, основным. Поэтому я часто иронизирую над главным вопросом, вышучиваю его, снижаю его значимость, уточняю или забываю. Я стараюсь избавляться от легко возникающих гипотез и обобщений, чтобы найти выход из правил. И наступает момент, когда исчезают все защиты и остается только ощущение мучительного холодка в животе. Я ничего не понимаю, не знаю, что делать с этим человеком. Удержавшись в этом состоянии, можно получить неожиданную гипотезу: какие-то детали начинают обрастать образами, кристаллизироваться, наполняться содержанием и оформляться в гипнотические формулы, советы. Поэтому очень важно случайное восприятие деталей, улавливание периферических знаков происходящего. В гипотезе часто меняется масштаб значений. Второстепенные признаки становятся ключевыми, направляют внимание терапевта и формируют инструменты воздействия.

Возникающие на этом этапе мотивы, как строительные леса, оформляют контуры работы. Потом идет сам транс, в котором вдруг рождается какая-то очень точная линия образов. И начинается отделка, ткание этого ковра. Потом этому сотканному ковру потребуются кое-какие доделки, цветовые и смысловые штрихи. И закрепление того, что уже сделано, целостной картины: работа с изнанкой, с повторениями. И последнее – помещение всего этого творения в рамку, осуществление каких-то связей с возможной реальностью… И завершение.