ГИПНОЗ ПРИ НЕИЗЛЕЧИМЫХ ЗАБОЛЕВАНИЯХ, СОПРОВОЖДАЮЩИХСЯ ТЯЖЕЛЫМ БОЛЕВЫМ СИНДРОМОМ


...

Случай No3

Третьим пациентом был врач довольно преклонного возраста, который полностью понимал природу своего онкологического заболевания. Учитывая его образование и профессиональный опыт, необходимо было использовать такие гипнотические внушения, которые бы закрепили его интеллектуальное и эмоциональное сотрудничество с гипнотерапевтом. Смирившись со своей судьбой, пациент тем не менее с возмущением относился к наркотическому ступору, в который он впадал, когда ему вводили наркотики, чтобы уменьшить боли. Он очень хотел провести оставшиеся ему дни жизни в полном контакте со своей семьей, но это было затруднительно из-за частых болевых приступов. Он сам попросил о гипнозе и сам прервал введение лекарств на 12 часов для того, чтобы устранить влияние наркотиков на развитие транса.

На первом гипнотическом сеансе все внушения были направлены на индукцию состояния глубокой (физической усталости, сильной сонливости для того, чтобы вызвать состояние физиологического сна и отдыха. Было индуцировано легкое состояние транса, которое почти немедленно погрузило его в физиологический сон длительностью в 30 минут. Он пробудился от сна вполне отдохнувшим и убежденным в эффективности гипноза.

Потом было индуцировано второе, более глубокое состояние транса. Систематически давалась серия внушений, в которых напрямую были использованы реальные симптомы его болезни. Пациенту сказали, что его тело будет чрезвычайно тяжелым, как свинцовый груз; настолько тяжелым, что он будет чувствовать себя как бы отупевшим от сна и неспособным ощущать что-либо, кроме тяжелой усталости. Эти внушения (повторно данные другими словами, чтобы обеспечить нужное восприятие) были предназначены для использования прежде неприемлемого для пациента чувства мучительной слабости и объединения его с его жалобой на «постоянную, тяжелую, тупую пульсирующую» боль. Кроме того, были сделаны внушения, чтобы снова и снова, когда он будет испытывать «тупую тяжелую усталость» в теле, его тело периодически засыпало, в то время как его разум оставался бодрствующим. Таким образом, его удручающая слабость и его тупая пульсирующая боль были использованы для закрепления изменения направления и переориентировки его внимания, реакции на его соматические ощущения и для закрепления нового и приемлемого их восприятия. Кроме того, путем внушения сонливости тела и бодрствования разума было индуцировано состояние диссоциации. Следующим этапом было переориентирование и изменение направления его внимания и реакции на резкие, короткие, постоянно возобновляющиеся каждые десять минут приступы боли. Обычно приступ длился менее одной минуты, но пациент считал их постоянными и бесконечными. Последующая процедура включала несколько этапов. Во-первых, его переориентировали в отношении субъективного восприятия времени, попросив при возникновении острой боли зафиксировать свое внимание на движении минутной стрелки на часах и подождать, когда начинается следующий приступ боли. Семь минут ожидания в ужасе от предстоящей боли показались пациенту часами, и для него показался огромным облегчением наступивший в конце концов приступ боли по сравнению с его ожиданием. Следовательно, предчувствие и приступ боли были дифференцированы для него как отдельные ощущения. Так он усвоил этот аспект временного искажения, связанный с удлинением и расширением субъективного ощущения времени.

Затем ему подробно объяснили, что освобождение от болевых ощущений можно достичь несколькими путями: с помощью анестезии, что ему было понятно, а также с помощью амнезии, чего он не понимал. Ему предложили следующее объяснение: при амнезии болевого приступа человек испытывает боль, когда она возникает, но тут же забывает о ней, когда она проходит. Таким образом, человек не вспоминает и не оглядывается на опыт прошлого с ужасом и печалью, а также не ожидает со страхом другого приступа боли. Другими словами, каждый вновь возникающий приступ острой боли будет для больного совершенно неожиданным и совершенно преходящим опытом. Поскольку больной не ждет и не помнит этой боли, то, практически, такие приступы не имеют для него никакой временной длительности. Следовательно, этот болевой приступ будет восприниматься как мгновенная вспышка такой короткой длительности, что у пациента просто не будет возможности распознать характер боли. Таким путем пациента научили другому типу искажения во времени, а именно – укорочению, сжатию, конденсации субъективного времени. Так, вместо возможных гипнотических эффектов анестезии и амнезии болевых приступов у пациента произошло гипнотическое сокращение их субъективной длительности, что само по себе привело к укорочению болевых ощущений.

Когда пациенту разъяснили все эти пункты, ему настойчиво посоветовали использовать все три механизма: изменение ощущений тела, дезориентация тела, диссоциация, анестезия, амнезия и субъективная конденсация времени. Ему доказали, что в этом случае он в значительной степени сможет освободиться от болей в значительно большей степени, чем если бы использовался только один из этих механизмов. Кроме того, пациенту с большим чувством эмпатии показали, как он может использовать субъективное расширение времени, чтобы удлинить периоды физического покоя, отдыха, отсутствия боли.

Эти разнообразные внушения, сделанные несколько раз и различными словами, чтобы обеспечить соответствующее понимание и восприятие, в значительной степени уменьшили интенсивность вновь возникающих приступов острой боли. Однако, нужно отметить, что периодически он впадал в короткие, ступороподобные состояния на 10-15 секунд, что свидетельствовало о выраженной реакции на приступ боли. Было замечено, что они реже и короче, чем первоначальные приступы острой боли. Окружающие также отметили, что пациент не сознавал, что утрачивал сознание на некоторое время.

Мы не задавали пациенту вопросов об эффективности внушений. Пациент просто говорил о том, что гипноз освободил его почти полностью от приступов боли, что он чувствует себя физически слабым и вялым, но лишь дважды в день этой боли удавалось «прорваться». Его общее поведение со своей семьей и друзьями подтверждало его слова. Через несколько дней после проведения сеанса гипнотерапии пациент неожиданно впал в состояние комы и умер, не приходя в сознание.