Сеанс I. Часть 2

СОЗДАНИЕ ОБРАЗА ФЕВРАЛЬСКОГО ЧЕЛОВЕКА


...

7.27. Второй «визит» Февральского человека: «первый визит» переходит в область прошлых "трансовых " воспоминаний; закрепление удачного рефрейминга; ассоциативные процессы клиентки как "колыбель Февральского человека


"

Эриксон: (Пожимает клиентке руку) Привет. Интересно, ты еще помнишь меня?

Клиентка: Да.

Эриксон: Ты точно помнишь меня? А где ты видела меня раньше?

Клиентка: Я Вас помню. Но это было очень давно.

Эриксон: А можешь вспомнить, когда?

Клиентка: Да.

Эриксон: Ну и когда это было?

Клиентка: В феврале – после дня моего рождения.

Эриксон: А сейчас у нас какой месяц?

Клиентка: Тоже февраль.

Эриксон: Мы что, всегда встречаемся в феврале?

Клиентка: Наверное.

Эриксон: Не будем ничему удивляться. В тот раз мы приятно провели время, и ты это запомнила, так ведь?

Клиентка: Да.

Эриксон: А что ты сама думаешь о нашей предыдущей встрече?

Клиентка: Она и вправду была приятной.

Эриксон: А как ты сама думаешь.эта встреча тоже будет приятной?

Клиентка: Да.

Эриксон: А как там поживает наша собака?

Клиентка: Не знаю.

Эриксон: Теперь-то я знаю, что это был добрый пес, просто ты его не любила, правда?

Клиентка: Я все-таки вернусь и пну ее ногой в морду.

Росси: [В 1987] Эриксон совершает свое ритуальное рукопожатие и начинает второй «визит» Февральского человека. Для того, чтобы ратифицировать свои новые отношения с клиенткой, он спрашивает, помнит ли она его. Она отвечает, что виделась с ним «очень давно». Это подтверждение тому, что первый «визит» Февральского человека остался в ее памяти как событие «трансового» прошлого. Можно только восхищаться тем, как тактично и незаметно Эриксон доводит клиентку до воспоминания о таком «прошлом». Эриксон не проводит прямого внушения по следующему типу: «Сейчас мы с тобой встречаемся уже во второй раз, малышка. На дворе февраль, и прошел ровно год с того момента, как я впервые предстал перед тобой в образе Февральского человека. В связи с этим в тебе зарождаются целительные воспоминания, которые после твоего пробуждения ты не отличишь от реальных воспоминаний из твоей жизни».

Совсем наоборот! Эриксон нигде не называет себя Февральским человеком, единственное, что он себе позволяет– это намекнуть на его следующий «визит». Ориентируясь исключительно на собственные ассоциативные процессы, клиентка решает, что следующая их встреча состоится через год, но тоже в феврале (видимо, у нее есть веские причины для такого выбора). Поэтому именно от клиентки зависит время следующего свидания, и именно клиентка без всякого принуждения идентифицирует доктора Эриксона с Февральским человеком.

Произвел ли первый визит Февральского человека какой-нибудь лечебный эффект? Эриксон, как всегда, осторожно пытается это выяснить и спрашивает клиентку, боится ли она теперь той собаки, о которой говорила при первой встрече. Но теперь клиентка воинственно отвечает: «Я когда-нибудь вернусь и пну ее ногой в морду.» Это свидетельствует о том, что проведенный Эриксоном реф-рейминг (раздел 1.25) (в смысле того, что клиентка «вырастет» из своего страха) начинает влиять на ее способ рассуждения. Некоторые замечания клиентки несомненно указывают на то, что она ощущает себя достаточно сильной для того, чтобы «когда-нибудь пнуть собаку ногой в морду». Опираясь на такие реплики, которые спонтанно возникли в процессе перехода косвенных указаний в воспоминание о так называемом прошлом, Эриксон начинает следующий этап – теперь он, обращаясь все к тем же ассоциативным процессам, пытается выяснить, какие же темы следует обсуждать с клиенткой.