Глава 8 Наследие функционализма: прикладная психология

Развитие психологии в Соединенных Штатах

К концу XIX столетия эволюционная доктрина и опиравшаяся на нее функциональная психология быстро завоевали прочные позиции в Соединенных Штатах. Американскую психологию вдохновляли скорее идеи Дарвина и Гальтона, чем работа Вундта. Это любопытный, и даже парадоксальный, исторический феномен. Вундт был учителем первого поколения американских психологов. И все же они переняли немногое из его идей. Когда американские ученики Вундта вернулись на родину, они стали развивать психологию, которая уже мало чем напоминала систему их учителя. Новой науке пришлось приспосабливаться к новым условиям — абсолютно в духе эволюционной теории.

Психология Вундта и структурализм Титченера в своем первозданном виде не могли выжить в американской интеллектуальной атмосфере. Поэтому они вынуждены были эволюционировать в функционализм. Эти системы не рассматривали практической стороны работы мышления, не могли применяться к решению повседневных проблем. А американская культура была ориентирована на практику: здесь ценилось то, что дает видимый результат. «Нам нужна практичная психология, — писал пионер американской прикладной психологии Гренвилл Стэнли Холл. — Вундтовские идеи никогда не привьются на этой почве, потому что они расходятся с американским духом и характером» (Hall. 1912, P. 414).

Вернувшиеся в США после обучения в Германии молодые психологи в типичной для американцев прямой и агрессивной манере приступили к преобразованию немецкой психологии Они начали работать не над тем, что представляет собой сознание, а над тем, как оно действует. В то время как некоторые американские психологи — и в первую очередь Джемс, Энджелл и Кэрр — развивали функциональный подход в академических лабораториях, другие применяли его на практике вне университетов. Смена акцента в сторону практической психологии относится к тому же периоду, когда функционализм оформился в отдельную психологическую школу.

Прикладные психологи привнесли свою науку в реальный мир, в школы, на фабрики, в рекламные агентства, залы суда, клиники для детей с отставанием в развитии, психиатрические больницы, и сделали эту науку функциональной — как в отношении ее предмета, так и практического использования. При этом они изменили характер американской психологии не меньше, чем академические отцы функционализма. Это влияние иллюстрируется специальной литературой того времени. К 1900 году 25 процентов всех исследовательских статей публиковались в американских психологических журналах, посвященных проблемам прикладной психологии, и меньше трех процентов — методу интроспекции (O'Donnell.1985). Подходы Вундта и Титченера, которые сами еще недавно были новым словом в психологии, быстро устарели.

Даже великий структуралист Титченер признавал стремительность изменений, происходивших в американской психологии. Он писал в 1910 году: «Если бы, таким образом, меня попросили в двух словах определить тенденцию, царящую в психологии в последнее десятилетие, ответ был бы таким: психология решительно становится прикладной наукой» (цит. по: Evans. 1992. P. 74).

В Соединенных Штатах психология переживала бурный расцвет. Яркое и динамическое развитие американской психологии в период с 1880 по 1900 год являет собой поразительный случай в истории науки. Еще в 1880 году в CLUA не было ни одной психологической лаборатории; а к 1900 году их насчитывалось уже 42, и они были оборудованы куда лучше, чем лаборатории в Германии. В 1880 году в Америке не выходило ни одного специального журнала по психологии; всего пятью годами позже их было три. Если в 1880 году американцы вынуждены были ездить в Германию, чтобы изучать психологию, то к 1900 году они могли получить диплом психолога, не выезжая за границу. В 1903 году число выпускников — психологов уступало только числу молодых химиков, зоологов и физиков.

В 1910 году более 50 процентов всех опубликованных в мире статей по психологии были написаны на немецком языке, и только 30 процентов — по — английски. К 1933 году соотношение изменилось: 52 процента изданных статей были на английском языке, а на немецком — всего 14 (Wertheimer & King. 1994). В британском выпуске справочника «Кто есть кто в науке» за 1913 год отмечается, что Соединенные Штаты лидируют по числу всемирно известных психологов, которых здесь насчитывалось 84 — больше, чем в Германии, Англии и Франции вместе взятых (Jor.3ich. 1968).

Прошло чуть более 20 лет с момента основания психологии в Европе, а американские психологи уже захватили бесспорное лидерство в своей области. Джеймс МакКин Кеттел, обращаясь с президентской речью к Американской психологической ассоциации в 1895 году, говорил, что «рост академической психологии в Америке в течение последних пяти лет почти не знает прецедентов… Психология — обязательный предмет в учебных планах всех колледжей… Факультеты психологии университетов успешно конкурируют с другими ведущими пауками по привлекательности для студентов и количеству оригинальных научных работ» (Cattell. 1896. P. 154). В 1898 году один из профессоров психологического факультета Гарвардского университета сокрушался, что «у него на курсе «Введение в психологию»… 360 студентов. На что этой стране столько психологов?» (Brown. 1992. P. 65).

<Дебют> психологии перед заждавшейся ее американской публикой состоялся на Всемирной выставке 1893 года, которая проводилась в Чикаго, штат Иллинойс. В программе предусматривалась демонстрация антропометрической лаборатории, аналогичной той, что была создана в Англии Френсисом Гальтоном. Психологи выставили для показа исследовательскую аппаратуру, с помощью которой посетители за плату могли измерить свои сенсорные способности. Более обширная демонстрация была проведена в 1904 году на торговой выставке в городе Сент — Луис, Миссури. На этом мероприятии присутствовали многие знаменитости того времени: с лекциями выступили выдающиеся психологи — Э. Б. Титченер, К. Ллойд Морган, Пьер Жане, Г. Стэнли Холл и Джон Б. Уотсон. Такой популистский подход немец Вундт едва ли одобрил бы. Популяризация психологии отражала именно американский характер, который основательно преобразовал вундтовскую систему в функциональную психологию и вывел ее из стен экспериментальной лаборатории.

Итак, Америка приняла психологию в свои объятия, и эта наука быстро обосновалась не только в студенческих аудиториях, но и в повседневной жизни людей. Сегодня горизонты психологии намного шире, чем могли подумать — или даже мечтать — ее основатели.