_Г_

ГЕШТАЛЬТ-ТЕРАПИЯ. Метод, созданный американским психологом и психотерапевтом Перлсом (Perls F. S.) под влиянием идей гештальт-психологии, экзистенциализма, психоанализа и, в частности, теории Райха (Reich W.) о физиологических проявлениях вытесненного психологического материала. Г.-т. возникла в русле феноменологического подхода, подчеркивающего необходимость осознания пациентом настоящего и важность непосредственного эмоционального переживания. Информацию, необходимую для терапевтического изменения, получают из непосредственного поведения пациента. Феноменологический подход Г.-т. противопоставляется каузальному - традиционному - подходу, при котором усилия психотерапевта направлены на поиски причин расстройств у пациента в его прошлом.

Перлс перенес закономерности образования фигуры, установленные гештальт-психологией в сфере восприятия, в область мотивации человеческого поведения. Возникновение и удовлетворение потребностей он рассматривал как ритм формирования и завершения гештальтов. Функционирование мотивационной сферы осуществляется по принципу саморегуляции организма. Человек находится в равновесии с самим собой и окружающим его миром. Для сохранения гармонии нужно лишь довериться "мудрости тела", прислушиваться к потребностям организма и не мешать их реализации. Быть самим собою, осуществлять свое "Я", реализовывать свои потребности, наклонности, способности - это путь гармоничной, здоровой личности. Больным неврозом, согласно экзистенциально-гуманистической психологии, является человек, хронически препятствующий удовлетворению собственных потребностей, отказывающийся от реализации своего "Я", направляющий все свои усилия на реализацию "Я"-концепции, создаваемой для него другими людьми - прежде всего близкими - и которую он со временем начинает принимать за свое истинное "Я". Отказ от собственных потребностей и следование ценностям, навязанным извне, приводит к нарушению процесса саморегуляции организма.

В Г.-т. различают 5 механизмов нарушения процесса саморегуляции: интроекция, проекция, ретрофлексия, дефлексия, конфлуенция. При интроекции человек усваивает чувства, взгляды, убеждения, оценки, нормы, образцы поведения других людей, которые, однако, вступая в противоречие с собственным опытом, не ассимилируются его личностью. Этот неассимилированный опыт - интроект - является чуждой для человека частью его личности. Наиболее ранними интроектами являются родительские поучения, которые усваиваются ребенком без критического осмысления. Со временем становится трудно различить интроекты и свои собственные убеждения. Проекция - прямая противоположность интроекции, причем, как правило, эти два механизма дополняют друг друга. При проекции человек отчуждает присущие ему качества, поскольку они не соответствуют его "Я"-концепции. Образующиеся в результате проекции "дыры" заполняются интроектами. Ретрофлексия - "поворот на себя" - наблюдается в тех случаях, когда какие-либо потребности не могут быть удовлетворены из-за их блокирования социальной средой, и тогда энергия, предназначенная для манипулирования во внешней среде, направляется на самого себя. Такими неудовлетворенными потребностями, или незавершенными гештальтами, часто являются агрессивные чувства. Ретрофлексия при этом проявляется в мышечных зажимах. Первоначальный конфликт между "Я" и другими превращается во внутриличностный конфликт. Показателем ретрофлексии является использование в речи возвратных местоимений и частиц, например: "Я должен заставить себя сделать это". Дефлексия - это уклонение от реального контакта. Человек, для которого характерна дефлексия, избегает непосредственного контакта с другими людьми, проблемами и ситуациями. Дефлексия выражается в форме салонных разговоров, болтливости, шутовства, ритуальности и условности поведения, тенденции "сглаживания" конфликтных ситуаций и т. п. Конфлуенция, или слияние, выражается в стирании границ между "Я" и окружением. Такие люди с трудом отличают свои мысли, чувства или желания от чужих. Слияние хорошо выявляется на занятиях групповой психотерапией у пациентов, полностью идентифицирующих себя с группой; для них характерно при описании собственного поведения употребление местоимения "мы" вместо "я".

Описанные варианты нарушений процесса саморегуляции представляют собой невротические защитные механизмы, прибегая к которым индивид отказывается от своего подлинного "Я". В результате действия перечисленных механизмов нарушается целостность личности, которая оказывается фрагментированной, разделенной на отдельные части. Такими фрагментами, или частями, чаще выступают дихотомии: мужское-женское, активное-пассивное, зависимость-отчужденность, рациональность-эмоциональность, эгоистичность-бескорыстие. Большое значение придается в Г.-т. описанному Перлсом конфликту между "нападающим" (top-dog) и "защищающимся" (under-dog). "Нападающий" - это интроект родительских поучений и ожиданий, диктующих человеку, что и как он должен делать ("Родитель" в терминологии трансактного анализа). "Защищающийся" - зависимая, неуверенная в себе часть личности, отбивающаяся различными хитростями, проволочками типа "сделаю завтра", "обещаю", "да, но...", "постараюсь" ("Ребенок" в трансактном анализе). Основная цель Г.-т. состоит в интеграции фрагментированных частей личности.

В процессе Г.-т. на пути к раскрытию своей истинной индивидуальности пациент проходит через пять уровней, которые Перлс называет уровнями невроза.

Первый уровень - уровень фальшивых отношений, уровень игр и ролей. Невротическая личность отказывается от реализации своего "Я". Больной неврозом живет согласно ожиданиям других людей. В результате собственные цели и потребности человека оказываются неудовлетворенными, он испытывает фрустрацию, разочарование и бессмысленность своего существования. Перлсу принадлежит следующий афоризм: "Сумасшедший говорит: "Я Авраам Линкольн", а больной неврозом: "Я хочу быть Авраамом Линкольном", здоровый человек говорит: "Я - это я, а ты - это ты"". Отказываясь от самого себя, больной неврозом стремится быть кем-то другим.

Второй уровень - фобический, связан с осознанием фальшивого поведения и манипуляций. Но когда пациент представляет себе, какие последствия могут возникнуть, если он начнет вести себя искренно, его охватывает чувство страха. Человек боится быть тем, кем является, боится, что общество подвергнет его остракизму.

Третий уровень - тупик. Характеризуется тем, что человек не знает, что делать, куда двигаться. Он переживает утрату поддержки извне, но еще не готов или не хочет использовать свои собственные ресурсы, обрести внутреннюю точку опоры. В результате человек придерживается статус-кво, боясь пройти через тупик.

Четвертый уровень - имплозия. Это состояние внутреннего смятения, отчаяния, отвращения к самому себе, обусловленное полным осознанием того, как человек ограничил и подавил себя. На этом уровне индивид может испытывать страх смерти. Эти моменты связаны с вовлечением огромного количества энергии в столкновение противоборствующих сил внутри человека; возникающее вследствие этого давление, как ему кажется, грозит его уничтожить.

Пятый уровень - эксплозия (взрыв). Достижение этого уровня означает сформирование аутентичной личности, которая обретает способность к переживанию и выражению своих эмоций. Эксплозия - это глубокое и интенсивное эмоциональное переживание. Перлс описывает четыре типа эксплозии: скорбь, гнев, радость, оргазм. Эксплозия истинной скорби является результатом работы, связанной с утратой или смертью близкого человека. Оргазм - результат работы с лицами, сексуально заблокированными. Гнев и радость связаны с раскрытием аутентичной личности и подлинной индивидуальности.

Основным теоретическим принципом Г.-т. является убеждение, что способность индивида к саморегуляции ничем не может быть адекватно заменена. Поэтому особое внимание уделяется развитию у пациента готовности принимать решения и делать выбор.

Поскольку саморегуляция осуществляется в настоящем, гештальт возникает в "данный момент", то психотерапевтическая работа проводится сугубо в ситуации "сейчас". Психотерапевт внимательно следит за изменением в функционировании организма пациента, побуждает его к расширению осознания того, что происходит с ним в данный момент, с тем чтобы замечать, как он препятствует процессу саморегуляции организма, какие блоки он использует для избегания конфронтации со своим настоящим, для "ускользания из настоящего". Большое внимание психотерапевт уделяет "языку тела", являющемуся более информативным, чем вербальный язык, которым часто пользуются для рационализации, самооправданий и уклонения от решения проблем. Психотерапевта интересует, что делает пациент в данный момент и как он это делает, например, сжимает ли кулаки, совершает мелкие стереотипные движения, отводит в сторону взгляд, задерживает дыхание. Таким образом, в Г.-т. акцент смещается с вопроса "почему?" на вопрос "что и как?". Фрагментирование личности часто устанавливается по рассогласованию между вербальным и невербальным проявлениями.

Феноменологический подход диктует принципы и технические процедуры в Г.-т.: и те и другие связаны с настоящим. Основными принципами являются следующие.

1. Принцип "сейчас". "Сейчас" - это функциональная концепция того, что и как делает индивид в данный момент. Например, акт воспоминания далекого прошлого является частью "сейчас", а то, что происходило несколько минут назад, не является "сейчас".

2. Принцип "я - ты". Выражает стремление к открытому и непосредственному контакту между людьми. Часто свои высказывания члены психотерапевтической группы направляют не по адресу - конкретному участнику, а в сторону или в воздух, что обнаруживает их опасения и нежелание говорить прямо и однозначно. Психотерапевт побуждает участников группы к непосредственному общению, просит адресовать конкретные высказывания конкретным лицам. Прямая конфронтация мобилизует аффект и живость переживания.

3. Принцип субъективизации высказываний. Связан с семантическими аспектами ответственности пациента. Психотерапевт предлагает пациенту заменять объективизированные формы (типа "что-то давит в груди") на субъективизированные ("я подавляю себя"). Это помогает пациенту рассматривать себя как активного субъекта, а не как пассивный объект, с которым "делаются" разные вещи.

4. Континуум сознания. Является неотъемлемой частью всех технических процедур, но может использоваться и в качестве отдельного метода. Это концентрация на спонтанном потоке содержания переживаний, метод подведения индивида к непосредственному переживанию и отказу от вербализаций и интерпретаций, одно из центральных понятий Г.-т. Пациент должен постоянно осознавать или отдавать себе отчет в том, что происходит с ним в данный момент, он должен замечать малейшие изменения в функционировании организма. Осознание чувств, телесных ощущений и наблюдение за движениями тела (понимание "языка тела") способствуют ориентации человека в самом себе и в своих связях с окружением.

Технические процедуры в Г.-т. называются играми. Это разнообразные действия, выполняемые пациентами по предложению психотерапевта, которые способствуют более непосредственной конфронтации со значимым содержанием и переживаниями. Эти игры предоставляют возможность экспериментирования с самим собой и другими участниками группы. В процессе игр пациенты "примеряют" различные роли, входят в разные образы, отождествляются со значимыми чувствами и переживаниями, отчужденными частями личности и интроектами. Цель игр-экспериментов - достижение эмоционального и интеллектуального прояснения, приводящего к интеграции личности. Эмоциональное осознание ("ага-переживание") - это такой момент самопостижения, когда человек говорит: "Ага!" По Перлсу, "ага" - это то, что происходит, когда что-нибудь защелкивается, попадая на свое место; каждый раз, когда "закрывается" гештальт, "звучит" этот щелчок. По мере накопления фактов эмоционального прояснения приходит прояснение интеллектуальное. Число игр не ограничено, так как каждый психотерапевт, пользуясь принципами Г.-т., может создавать новые игры или модифицировать уже известные. Наиболее известными являются следующие игры.

1. Диалог между частями собственной личности. Когда у пациента наблюдается фрагментация личности, психотерапевт предлагает эксперимент: провести диалог между значимыми фрагментами личности - между агрессивным и пассивным, "нападающим" и "защищающимся". Это может быть диалог и с собственным чувством (например, с тревогой, страхом), и с отдельными частями или органами собственного тела, и с воображаемым значимым для пациента человеком. Техника игры такова: напротив стула, который занимает пациент ("горячий стул"), располагается пустой стул, на который "сажают" воображаемого "собеседника". Пациент поочередно меняет стулья, проигрывая диалог, пытаясь максимально отождествлять себя с различными частями своей личности.

2. Совершение кругов. Пациенту предлагается пройти по кругу и обратиться к каждому участнику с волнующим его вопросом, например выяснить, как его оценивают другие, что о нем думают, или выразить собственные чувства по отношению к членам группы.

3. Незаконченное дело. Любой незавершенный гештальт есть незаконченное дело, требующее завершения. По существу, вся Г.-т. сводится к завершению незаконченных дел. У большинства людей есть немало неулаженных вопросов, связанных с их родственниками, родителями и т. п. Чаще всего это невысказанные жалобы и претензии. Пациенту предлагается с помощью приема пустого стула высказать свои чувства воображаемому собеседнику или обратиться непосредственно к тому участнику психотерапевтической группы, который имеет отношение к незаконченному делу. Гештальт-психотерапевтами замечено, что наиболее частое и значимое невыраженное чувство - чувство обиды. Именно с этим чувством работают в игре, которая начинается со слов: "Я обижен..."

4. Проективная игра. Когда пациент заявляет, что другой человек имеет некое чувство или черту характера, его просят проверить, не является ли это его проекцией. Пациенту предлагается "разыграть проекцию", т. е. примерить на самого себя это чувство или черту. Так, пациента, который заявляет: "Я испытываю к тебе жалость", просят разыграть роль человека, вызывающего жалость, подходя к каждому из участников группы и вступая с ним во взаимодействие. Постепенно входя в роль, человек раскрывает себя, при этом может произойти интеграция прежде отвергаемых сторон личности.

5. Выявление противоположного (реверсия). Явное поведение пациента часто носит характер защиты, скрывающей противоположные тенденции. Для осознания пациентом скрытых желаний и противоречивых потребностей ему предлагается разыграть роль, противоположную той, которую он демонстрирует в группе. Например, пациентке с манерами "душечки" предлагается разыграть роль агрессивной, высокомерной, задевающей других женщины. Такой прием позволяет достичь более полного соприкосновения с теми сторонами своей личности, которые прежде были скрыты.

6. Упражнения на воображение. Иллюстрируют процесс проекции и помогают участникам группы идентифицироваться с отвергаемыми аспектами личности. Среди таких упражнений наиболее популярна игра "Старый, заброшенный магазин". Пациенту предлагают закрыть глаза, расслабиться, затем представить, что поздно ночью он проходит по маленькой улочке мимо старого, заброшенного магазина. Его окна грязные, но если заглянуть, можно заметить какой-то предмет. Пациенту предлагают тщательно его рассмотреть, затем отойти от заброшенного магазина и описать предмет, обнаруженный за окном. Далее ему предлагается вообразить себя этим предметом и, говоря от первого лица, описать свои чувства, ответить на вопрос, почему он оставлен в магазине, на что похоже его существование в качестве этого предмета. Идентифицируясь с предметами, пациенты проецируют на них какие-то свои личностные аспекты.

Большое внимание уделяется в Г.-т. работе со сновидениями пациентов. Перефразируя Фрейда (Freud S.), Перлс говорил, что "сон - это королевская дорога к интеграции личности". В отличие от психоанализа, в Г.-т. не интерпретируются сны, они используются для интеграции личности. Автор считал, что различные части сна являются фрагментами нашей личности. Для того чтобы достичь интеграции, необходимо их совместить, снова признать своими эти спроецированные, отчужденные части нашей личности и признать своими скрытые тенденции, которые проявляются во сне. С помощью проигрывания объектов сна, отдельных его фрагментов может быть обнаружено скрытое содержание сновидения через его переживание, а не посредством его анализа.

Перлс сначала применял свой метод в виде индивидуальной психотерапии, но впоследствии полностью перешел на групповую форму, находя ее более эффективной и экономичной. Групповая психотерапия проводится как центрированная на пациенте, группа же при этом используется лишь инструментально по типу хора, который, подобно греческому, на заднем плане провозглашает свое мнение по поводу действия протагониста. Во время работы одного из участников группы, который занимает "горячий стул" рядом со стулом психотерапевта, другие члены группы идентифицируются с ним и проделывают большую молчаливую аутотерапию, осознавая фрагментированные части своего "Я" и завершая незаконченные ситуации.

В последние годы отмечается явная тенденция отхода от ортодоксальной модели Г.-т. с ее непримиримостью к каузальности, полному отказу от анализа и интерпретаций к использованию гештальт-экспериментов в сочетании с каузальными методами психотерапии, чаще с трансактным анализом. Г.-т. наиболее эффективна при лечении неврозов. При работе с психотическими пациентами ее рекомендуют проводить достаточно длительно и осторожно.

ГИПНАБЕЛЬНОСТЬ. Этим термином обозначается индивидуальная способность подвергаться гипнотическому воздействию, достигать гипнотического состояния той или иной глубины.

Г. пациента имеет значение для определения показаний к различным видам внушения.

П.И. Буль (1974) отмечает зависимость Г. от внушаемости пациента наяву (существуют специальные приемы ее определения - см. Гипноз), особенностей личности пациента, обстановки, в которой протекает сеанс гипнотерапии, опыта врача-психотерапевта, его авторитета и степени владения техникой гипнотизации, а также степени "магического настроя" пациента.

ГИПНОАНАЛИЗ. Термин, используемый для обозначения психотерапевтических приемов, сочетающих гипноз с психоанализом, катарсическими приемами и др. (Лившиц С. Я., 1927). Лечение с помощью Г. имеет не только симптомоцентрированную, но и этиопатогенетическую направленность. Сочетание психоанализа с гипнозом позволяет сократить продолжительность психоанализа. Выделяются две группы методик Г.

Методика Г., предложенная Волбергом (Wolberg L. R., 1945), на первом этапе включает обучение пациента быстрому вхождению в гипнотическое состояние. Впоследствии для анализа используется большой выбор различных приемов: свободные ассоциации, внушение сновидений и их анализ, возрастная регрессия, визуализация сцен, касающихся психотравмирующих ситуаций, автоматическое письмо и др. Существенное значение в методике уделяется катарсису.

В методике Линднера (Lindner R. M., 1958) Г. включает тренировку быстрого погружения в гипнотическое состояние и проведение психоаналитических сеансов с использованием метода свободных ассоциаций в гипнозе. При возникновении сопротивления гипнотическое состояние углубляется. На последнем этапе стремятся к модификации установок пациента с помощью прямых внушений в гипнотическом состоянии.

ГИПНОДРАМА. Разновидность групповой психотерапии, в которой совмещаются гипноз и психодрама. Методика Г. была описана Морено (Moreno J. L.) в 1950 г. совместно с Эннейсом (Enneis J. M.).

В психодраме используется драматическая импровизационная игра на заданную тему, что позволяет пациенту выразить в действии свои конфликты и в некоторой степени интегрировать их. Психодрама разыгрывается пациентом, ведущим игру психотерапевтом и другими психотерапевтами, выступающими в роли вспомогательных "Я". Занятия проходят в присутствии зрителей (пациентов). В Г., в отличие от психодрамы, ведущий игру психотерапевт предварительно гипнотизирует пациента. Сложность осуществления Г. заключается в том, что она может применяться только при наличии гипнабельных пациентов, у которых очень быстро наступает состояние сомнамбулизма, необходимое для проведения Г.

ГИПНОЗ (греч. hypnos - сон). Временное состояние сознания, характеризующееся сужением его объема и резкой фокусировкой на содержании внушения, что связано с изменением функции индивидуального контроля и самосознания. Состояние Г. наступает в результате специальных воздействий гипнотизера или целенаправленного самовнушения.

Научная гипнология берет начало с середины XIX в., хотя практическое использование Г. имеет многовековую историю. Термин Г. впервые был применен английским хирургом Брэдом (Braid J.), книга которого, посвященная нейрогипнологии, вышла в свет в 1843 г. С конца 70-х гг. XIX в. французский невропатолог Шарко (Charcot J. M.) начинает изучать Г. на больных, страдающих истерией. Сальпетриерская школа Шарко занималась клиническим применением Г., а также изучением его стадий. В этом с ней соперничала Нансийская школа, главой которой был Бернгейм (Bernheim H.). Он считал, что стадии Г., которые наблюдал Шарко, обусловлены внушением, исходящим от гипнотизирующего, а не патологической природой самого Г. Существенный вклад в науку о Г. внесли и многие другие зарубежные ученые: Веттерстранд (Wetterstrand O.), Краффт-Эбинг (Krafft-Ebing R.), Форель (Forel А.) и др. В нашей стране теоретические и практические аспекты применения Г. в лечебных целях изучали В. Я. Данилевский (1852-1939), А. А. Токарский (1859-1901), В. М. Бехтерев (1857-1927), И.П. Павлов (1849-1936), их многочисленные ученики и последователи.

Теоретическая разработка механизмов Г. связана прежде всего с именами И. П. Павлова и Фрейда (Freud S.). И. П. Павлов и его ученики считали, что физиологической основой гипнотического состояния является процесс торможения, возникающий в коре больших полушарий головного мозга. Изменение экстенсивности и интенсивности тормозного процесса выражается в различных стадиях Г., клинически хорошо описанных. По И. П. Павлову, Г. - это частичный сон, состояние, переходное между бодрствованием и сном, при котором на фоне заторможенных в различной степени участков мозга сохраняется "сторожевой" пункт в коре больших полушарий, обеспечивающий возможность взаимосвязи между гипнотизирующим и гипнотизируемым. Необходимо, однако, отметить, что представление о Г. как частичном сне при нейрофизиологических (в особенности ЭЭГ) исследованиях не подтвердилось.

В психоаналитических теориях Г. первоначально акцентировалось внимание на удовлетворении инстинктивных желаний человека. С этой точки зрения гипнотическое состояние возникает под влиянием особого рода переноса. В последние годы Г. рассматривается преимущественно с позиций психологии "Я". В экспериментальной психологии существуют также концепции, придающие значение в Г. социо-культурным факторам, фактору взаимоотношений, сенсомоторным феноменам. К настоящему времени разрыв, разделявший физиологов, психоаналитиков и психологов-экспериментаторов в понимании природы Г., начинает уменьшаться, наблюдаются попытки формирования интегративных психофизиологических взглядов на сущность Г. (Рожнов В. Е., 1985; Тукаев Р. Д., 1996; Chertok L, 1992, и др.).

При проведении Г. важен учет внушаемости пациента (Мягков И. Ф., Варшавский К. М.). Используется ряд приемов, с помощью которых удается ее определить. К ним относятся приемы с падением назад или вперед, внушение сцепленных пальцев рук, определение внушенных запахов и др. Примером одного из них может служить прием, описанный П. И. Булем. Используется небольшой металлический груз на прочной нитке и выпиленный из дерева подковообразный "магнит", выкрашенный наподобие настоящего. Испытуемому предлагают взять пальцами вытянутой руки нитку с висящим на ее конце грузом. Врач подносит "магнит" к грузу и начинает то приближать, то удалять его в какой-нибудь определенной плоскости. При этом больному внушают, чтобы он обратил внимание на то, как груз постепенно начинает следовать за "магнитом" и раскачиваться. У лиц, достаточно внушаемых, груз действительно начнет качаться в заданном направлении вследствие возникновения идеомоторных движений. Перед гипнотизацией проводится беседа для выяснения отношения пациента к ней и устранения возможных его опасений. Гипнотизация проводится в благоприятных для гипнотизируемого условиях. Способов гипнотизации много. Они осуществляются воздействием на тот или иной анализатор: зрительный, слуховой, кожный. При использовании метода фиксации взора гипнотизируемому предлагают фиксировать свой взор на какой-либо одной точке, например на блестящем металлическом шарике. Возникшее естественное утомление глаз и желание закрыть их способствуют наступлению сна. Метод фасцинации (предложен в 1813 г. португальским аббатом Фариа) является разновидностью предыдущего. Пациента просят смотреть в глаза гипнотизирующему не мигая, гипнотизер при этом смотрит на переносицу пациента. При другом способе используется усыпляющее действие монотонных звуков: метронома, морского прибоя, падающих капель воды и т. п. Метод пассов - гипнотизирующий проводит несколько раз ладонью с широко расставленными пальцами вдоль лица и туловища гипнотизируемого, не касаясь его, по направлению от головы к ногам. Этим способом пользовался еще Месмер (Mesmer F. А.), который считал, что он действует на больного "магнетическими флюидами". Метод сближения рук - пациента просят закрыть глаза, согнуть руки в локтевых суставах под углом в 90° и медленно сближать кончики пальцев обеих рук, говоря ему: "Ваши пальцы будут медленно сближаться. Когда кончики их сойдутся, вы сделаете глубокий вдох и будете спать крепким сном". Существуют другие способы гипнотизации. В ряде приемов влияние оказывается одновременно на несколько анализаторов.

Воздействие на анализаторы, как правило, сопровождается внушением, в словесных формулировках которого описываются ощущения, которые испытывает засыпающий человек (Рожнов В. Е., 1985): "Расслабьте мышцы. Лежите совершенно спокойно. Старайтесь ни о чем не думать. Внимательно слушайте то, что я вам буду говорить. У вас появляется желание спать. Ваши веки тяжелеют и постепенно опускаются. По всему телу распространяется чувство приятной теплоты. Все больше и больше расслабляются мышцы рук, ног, всего тела. Расслабляются мышцы лица, мышцы шеи, голова глубже уходит в подушку. Вам хочется спать. Сейчас я начну считать, и по мере того как я буду проводить этот счет, приближаясь к десяти, желание спать будет нарастать все больше и больше, все сильнее и сильнее. Когда я назову цифру десять - вы заснете". Примерно такие фразы врач повторяет по нескольку раз спокойным, ровным голосом, часто подкрепляя их прямым внушением: "Спать! Спать!" Говорить лучше негромко, спокойно, но в то же время уверенно, короткими, понятными фразами. Состояние Г. может достигаться и одним словесным воздействием (вербальный метод). Длительность сеанса Г. определяется задачами гипнотизации (лечебной, исследовательской, учебной, реже - другими). Перед выведением из гипнотического состояния загипнотизированного предупреждают об этом: "Через полминуты я выведу вас из гипнотического сна. Сейчас я сосчитаю до трех. На цифру три вы проснетесь. Раз - освобождаются от сковывающего действия руки, два - освобождаются ноги и все тело. Три - вы проснулись, откройте глаза! Настроение и самочувствие очень хорошее, ничто не мешает, не беспокоит. Вы очень хорошо отдохнули. Вам приятно и спокойно". При дегипнотизации следует помнить, что быстрое пробуждение может повлечь за собой жалобы на общую слабость, недомогание, сердцебиение, головную боль и др.

Различные авторы предлагают разное деление Г. на стадии: одни выделяют 3 стадии, другие - 4, 6, 9 или 12. В практической работе можно ориентироваться на предложенные Форелем в 1928 г. 3 стадии: сонливость, гипотаксию и сомнамбулизм (Слободяник А. П., 1977, и др.). Первая стадия - сонливость. Гипнотизируемый при некотором усилии еще может противостоять внушению, открыть глаза. Характеризуется легкой мышечной слабостью и дремотой. Вторая стадия - гипотаксия. Пациент не может открыть глаза и выполнить некоторые внушения. Отличается глубокой мышечной слабостью. В этой стадии Г. уже можно вызвать внушенную каталепсию (восковидную гибкость мышц), которая иногда возникает и спонтанно. Третья стадия - сомнамбулизм. Характеризуется амнезией и способностью к выполнению не только гипнотических, но и постгипнотических внушений (см. Постгипнотическая суггестия). Сомнамбулизм может возникать, минуя первые две стадии Г.

Г. является основой гипнотерапии. В настоящее время, наряду с классической моделью Г., широко используется эриксоновский гипноз.

ГИПНОЗ-ОТДЫХ. Методика гипнотерапии, способствующая созданию лечебно-охранительного режима. Г.-о. отвечает требованиям немедикаментозной терапии сном, применявшейся в нашей стране главным образом в 1950-х гг. для лечения неврозов, реактивных состояний и некоторых психосоматических расстройств. Методика разработана К. И. Платоновым (1957). Больного вечером погружают в гипнотическое состояние, которое спонтанно переходит в естественный сон, или утром психотерапевт переводит естественный сон в гипнотический на необходимое время. Г.-о. может продолжаться до 15-20 часов в сутки в течение 10-15 дней.

Методику удлиненной гипнотерапии предложил В. Е. Рожнов (1953). Она рассматривается как промежуточная между обычными и кратковременными сеансами гипнотерапии и длительным Г.-о. и рекомендуется в амбулаторной практике для работы с группой из 4-6 больных. Под удлиненной гипнотерапией понимается лечебное внушение больному, находящемуся от 2 до 4 часов в состоянии гипнотического сна. За это время пациент получает большее количество лечебных внушений (через каждые 15-20 минут), чем при обычной гипнотерапии, что повышает их терапевтическую эффективность. Эта методика является вариантом коллективной гипнотерапии, но может применяться и при индивидуальных сеансах.

ГИПНОТЕРАПИЯ. Метод психотерапии, использующий гипнотическое состояние в лечебных целях. Широкое распространение Г. отражает ее лечебную эффективность при различных заболеваниях. История развития научных представлений о природе гипноза и методах его применения в медицине достаточно полно представлена в работах К. И. Платонова (1962), П. И. Буля (1974), В. Е. Рожнова (1985), Катценштейна (Katzenstein A., 1971), Шертока (Chertok L, 1992) и многих других авторов. Ввиду того что явления внушения и гипноза тесно переплетаются, П. И. Буль (вслед за К. И. Платоновым) считает целесообразным пользоваться термином "гипносуггестивная психотерапия". Опытные специалисты применяют Г. при различных заболеваниях нервной системы, в клинике психических расстройств, при болезнях внутренних органов, в акушерско-гинекологической практике, при хирургических вмешательствах (см. Хирургическая операция в гипнозе) и кожных заболеваниях. Абсолютными противопоказаниями к Г. являются бредовые формы психозов (особенно когда больной считает, что его "загипнотизировали", и просит врача "разгипнотизировать" его) и гипноманические установки истерических личностей. При использовании Г. приходится учитывать степень гипнабельности пациента, при отсутствии которой или низкой ее выраженности применение Г. проблематично (некоторые авторы считают возможным развитие гипнабельности). Перед Г. необходимо провести беседы для выяснения отношения больного к этому методу лечения и устранения возможных опасений с его стороны. После введения пациента в состояние гипноза тем или иным способом произносятся формулы собственно лечебных внушений. Фразы должны быть короткими, понятными, наполненными смыслом и исключающими ятрогенное воздействие. Продолжительность одного сеанса Г. обычно 15-20 минут. Количество сеансов колеблется от 1 до 15, что определяется характером болезненного состояния и терапевтической эффективностью Г. Частота сеансов - от ежедневных до проводимых 1 раз в неделю. Иногда возникает необходимость повторного курса Г. спустя несколько недель или месяцев. Г. может проводиться индивидуально или с группой пациентов. Существует множество вариантов Г. Ее можно проводить дробным способом (см. Ступенчатый активный гипноз по Кречмеру, Фракционный гипноз). Малогипнабельным пациентам с целью углубления гипнотического сна предварительно могут даваться снотворные средства (см. Наркогипноз). Психоаналитики, занимающиеся гипнозом, применяют наркотические средства в расчете на ускорение аналитического процесса (см. Наркоанализ (наркосинтез)). Получению сведений о бессознательных переживаниях больного способствует методика гипнопсихокатарсиса. Существуют также методики гипноэлектросна, сочетания самовнушения с гипнозом и многие другие. Особое место среди методов Г. занимает эриксоновский гипноз.

Основные осложнения при Г. - это потеря раппорта, истерические припадки, спонтанный сомнамбулизм, переход глубокого сомнамбулического гипноза в гипнотическую летаргию и др. (см. Отрицательные последствия (осложнения) гипнотерапии). Эти осложнения при спокойном поведении врача, понимании характера заболевания и знании техники гипноза не приводят к серьезным последствиям. Причины неудач Г. могут быть связаны с упорным применением врачом одного лишь гипносуггестивного метода при игнорировании им общих психотерапевтических подходов, рациональной психотерапии, тренировочных приемов и других показанных в данном конкретном случае методов психотерапии.

ГИПНОТИЧЕСКАЯ АБРЕАКЦИЯ. Прием высвобождения, раскрепощения эмоционально значимого для пациента материала в состоянии гипноза. Включает ряд этапов: достижение гипнотического состояния; погружение пациента в психотравмирующую ситуацию; восстановление ее; освобождение подавленных, неотреагированных эмоций, связанных с этой ситуацией. Гипноз может быть использован также для восстановления контакта с травмирующим материалом путем соответствующих внушений. Г. а. может спонтанно возникать в процессе гипнотизации. В этом случае важно не столько дать возможность пациенту отреагировать эмоционально на негативное содержание переживаний из прошлого, сколько изменить их значимость (см. Катарсис).

ГЛУБОКАЯ АНАЛИТИЧЕСКИ-ДИАЛЕКТИЧЕСКАЯ ПСИХОТЕРАПИЯ БИРМАНА. Б.Н. Бирман (1884-1952), ученик И. П. Павлова, в 1930-е гг. особое внимание уделял углублению и расширению теоретических основ патогенеза и психотерапии неврозов, не отрицая ценности методов психотерапии, базирующихся на психоаналитической теории Фрейда (Freud S.) и индивидуальной психологии (Адлер (Adler А.)). Однако субъективно-психологическое основание указанных подходов он считал необходимым дополнить объективным изучением неврозов как особой формы поведения. Б. Н. Бирман рассматривал невроз как качественно своеобразную форму поведения, которая, по сути дела, заключается в том, что за определенной поставленной жизнью задачей следует не "высшая поведенческая реакция", а "низшая, биологическая", т. е. задача решается на более низкой ступени, чем она ставится.

Ведущую роль в формировании своеобразного стиля поведения, присущего больному неврозом, Б. Н. Бирман приписывал особой целевой социо-рефлекторной установке, которая характеризуется доминированием эгоцентрических реакций и заторможенностью (по механизму отрицательной индукции) социально-продуктивных и коллективистских реакций. Социо-рефлекторная установка обусловливает и внешние, и внутренние конфликты личности, и она же фиксирует невротические симптомы, вводя их в систему невротического поведения. Главным фактором возникновения невроза Б. Н. Бирман считал расстройство социальных связей, или "поражение социальных рефлексов", и в качестве этиологической терапии предлагал "выправление извращенной социо-рефлекторной установки невротической личности", так называемую социо-рефлексотерапию. Суггестивная и рациональная психотерапия, полагал Б. Н. Бирман, не задевают глубинных корней невроза и воздействуют только на внешнюю его сферу, а потому их применение является адекватным лишь в более легких случаях, при относительно нормальной установке, и заключается главным образом в чисто симптоматических изменениях. "Настоящая, большая психотерапия", с точки зрения автора, должна быть системой врачебно-воспитательных воздействий на основе анализа личности и ее поведения, психоанализа в широком смысле слова.

Подобный объективный психоанализ, или социо-рефлексогенетический анализ, предполагал выяснение социо-рефлекторной установки и ее генезиса, исследование внешних и внутренних конфликтов, выявление их связи с установкой и с симптомами болезни. Методика подобного анализа включала наблюдение за внешним поведением больного, сбор анамнеза по определенной схеме и исследование сферы бессознательного с помощью психоаналитической методики, а именно анализа сновидений и свободных ассоциаций. В дальнейшем полученный материал должен был использоваться для врачебно-воспитательных целей. Основными компонентами такого рода воздействия являлись убеждение, доказательства и нравственный контакт с больным, необходимый для психоортопедии невротически извращенного поведения.

Большое значение в системе Г. а.-д. п. Б. уделялось влиянию окружающей среды, и прежде всего коллектива как психотерапевтического фактора. Рекомендовалось проведение серии бесед в группах, состоявших из 8-10 человек, на следующие темы:

1) отличие невроза от других болезней, значение конфликтов, самовнушения, "санитарного невежества";

2) основные черты невротического поведения;

3) причины развития невротической асоциальной установки;

4) значение бессознательного в поведении человека и в неврозе;

5) пути преодоления невроза.

Необходимым условием успешности психотерапии Б. Н. Бирман считал диспансеризацию больных неврозами, в условиях которой возможно длительное поддерживающее лечение.

ГОЛОТРОПНАЯ ТЕРАПИЯ (греч. holos - весь, целый и tropos - поворот, направление). Данная стратегия психотерапии, разработанная Грофом (Grof S.), использует для достижения терапевтического эффекта измененные состояния сознания, вызываемые с помощью управляемого дыхания, провоцирующей музыки и других форм звукового воздействия, специфических приемов работы с телом и рисования мандал в заключительной части сеанса (произвольных рисунков - отчетов о проведенных сеансах).

Принципиальные подходы Г. т. соответствуют психоделической психотерапии. Дословный перевод термина Г. т. в интерпретации автора - терапия, направленная на восстановление целостности. В качестве синонима используется также термин "холономная интеграция". По автору, Г. т. - важная и эффективная альтернатива традиционной глубинной (аналитической) терапии, в центре которой вербальный обмен между психотерапевтом и человеком, который обращается за помощью. Г. т. явилась итогом тридцатилетнего изучения терапевтических возможностей измененных состояний сознания, индуцированных применением в терапевтических целях психоделических средств (ЛСД) и нефармакологических способов воздействия на сознание, в частности методики управляемого дыхания. Терапевтический смысл достижения измененного состояния сознания состоит в переживании специфического комплекса явлений: 1) биографического материала, 2) перинатальных матриц и 3) так называемого трансперсонального сознания, отражающего не только и не столько биографические причины (в динамическом смысле) проблем пациента, сколько особую трансцендентальную связь человека с окружающим миром, временем и пространством. Переживание такой космической взаимосвязи способствует раскрытию подлинной человеческой сущности и приводит к достижению полной внутренней интеграции. Гроф оспаривает современные представления врачебной (медицинской) модели психиатрии, которая рассматривает эффекты измененного состояния сознания, вызванные психоделиками, как варианты токсического психоза. По Грофу, Г. т. является весомым аргументом в пользу того, что эффекты, достигаемые при погружении в особые состояния сознания, отражают именно связь с психической жизнью человека, поскольку на сеансах Г. т. без использования фармакологических средств отмечаются те же самые феномены. В концептуальной схеме основных эффектов Г. т. описываются такие явления, как изменение размерности сознания, существование сенсорных барьеров, ограничивающих переход к более глубоким уровням бессознательного, слоеное строение подсознания, перинатальные матрицы и их динамика, трансперсональные явления психики.

Г. т., по мнению Грофа, в определенной мере подтверждает предположения Юнга (Jung С. G.) о коллективном бессознательном, интегрирует в себе подходы динамической психиатрии и, в частности, элементы ортодоксального психоанализа, некоторые эзотерические учения (йога, древняя китайская философия, буддизм и др.).

Гроф предлагает своеобразную архитектуру психопатологических нарушений. По сути, вводится новое понимание психологии, психопатологии и психотерапии, возникшее на базе практической работы (термином "практическая работа" Гроф подчеркивает различия Г. т. и других видов "разговорной", "вербальной", не направленной на практику психотерапии). Эта концепция психического включает пять развернутых категорий:

1) размерность психики и картография внутреннего пространства;

2) архитектура психопатологии;

3) эффективность механизмов терапии трансформации личности;

4) стратегия терапии и самоанализ;

5) сознание/материя и природа реальности.

Картография психики человека предполагает создание нового ее образа. В дополнение к традиционному представлению психоанализа о бессознательной части психики и заключенных там биографических воспоминаниях высказывается гипотеза о существовании еще более глубоких областей бессознательного. В частности, выделяется перинатальная область психики, в которой сосредоточены переживания и образы смерти и рождения, и трансперсональная сфера, соотнесенная с широким спектром переживаний, традиционно рассматриваемых как религиозные, духовные, оккультные и мистические. Логика организации (архитектоники) психического предполагает слоеное содержание бессознательных областей, разделенных сенсорными барьерами, затрудняющими доступ в более глубокие области. Активизация сенсорных каналов объясняется тем, что методы, открывающие доступ к бессознательному, в первую очередь усиливают деятельность чувственных органов. В результате и бессознательное также активизирует чувственные органы. Сенсорный барьер проявляется в неспецифических чувственных переживаниях, например человек видит основные цвета и геометрические узоры, слышит различные звенящие звуки, у него возникают тактильные ощущения в различных частях тела, он чувствует запах и вкус. Все эти переживания абстрактны, не обладают символическим смыслом и малозначимы. Сенсорные барьеры отделяют обычное сознание от биографического уровня бессознательного и разделяют между собой перинатальную область и более глубокую и труднодоступную трансперсональную сферу бессознательного. Перинатальная область бессознательного располагается за областью индивидуального бессознательного. В индивидуальном бессознательном конденсируются индивидуальные психологические травмы, незавершенные гештальты, здесь располагается биография человека. Характер процессов, протекающих на этом сравнительно неглубоком уровне бессознательной сферы, схож с теми явлениями, которые описывает Фрейд (Freud S.) и другие его последователи, однако в результате практической работы выявлены отличия. В частности, биографический материал может быть не только воспроизведен в памяти и реконструирован, но и пережит заново. При этом идет речь и об эмоциональных переживаниях, и о телесных ощущениях, восприятии. Отличием является и то, что релевантные воспоминания и другие элементы биографии проявляются не по отдельности, а в целом и образуют динамические констелляции - так называемые "системы конденсированного опыта", сокращенно СКО. Причем СКО включают в себя взаимосвязанно различные этапы личной биографии и не ограничиваются элементами индивидуального бессознательного. Большинство СКО динамически связаны с процессом рождения, а значит, продуцируются в более глубокой сфере - в перинатальной области бессознательного. Во время сеансов Г. т., при перемещении в перинатальную область бессознательного, интенсивность переживаний усиливается настолько, что участниками сеансов это воспринимается как процесс умирания. Боль может быть нестерпимой настолько, что человек ощущает себя как будто перешедшим границы индивидуального страдания и переживающим боль целой группы, всего человечества и даже всего живого. Переживания этого уровня обычно сопровождаются яркими физиологическими проявлениями, такими как удушье, учащенный пульс и сердцебиение, тошнота и рвота, изменение цвета кожных покровов, колебания температуры тела, спонтанное появление синяков, дрожь и судороги и пр. Это состояние рассматривается как столкновение со смертью. Подчеркивается, что при обычной аналитической работе в области биографического уровня бессознательного такие переживания возможны только в тех случаях, если человек когда-либо находился на грани жизни и смерти (состояния клинической смерти, серьезные операции, ситуации смертельной опасности). Для всех прочих опыт столкновения со смертью возможен только в условиях Г. т. В дальнейшем происходит изменение состояния, и переживания уже характеризуют процесс рождения. Этот этап перинатальных переживаний определяется как процесс борьбы со смертью и возрождение. Он является очень важным, поскольку родовая травма даже в большей степени, чем события в биографии, ответственна за формирование проблем, и ее проработка в контексте Г. т. создает предпосылки для более полноценного излечения, чем аналитическая проработка постнатальных конфликтов. Ведь именно в перинатальной области формируются СКО, которые конденсируют на себе соответствующий биографический материал. Переживания смерти и возрождения весьма сложны и разнообразны. Проявляется такой опыт в четырех типичных паттернах, или констелляциях, переживаний (Гроф, 1985), соответствующих стадиям биологического рождения. Теория и практика глубинной эмпирической терапии (обобщенное название терапевтических подходов, направленных на достижение измененных состояний сознания с целью проработки глубинных слоев бессознательного) постулируют существование гипотетических динамических матриц, управляющих процессами, относящимися к перинатальному уровню бессознательного. Они названы базовыми перинатальными матрицами (БПМ), и им отводится значительная роль. Помимо того, что матрицы имеют свое собственное эмоциональное и психосоматическое содержание, они выступают еще и как принципы организации на других уровнях бессознательного. В частности, элементы важных СКО биографического уровня, касающихся физического насилия и жестокого обращения, угроз, разлук, боли и удушья, тесно связаны со специфическими эффектами БПМ. С другой стороны (в другую сторону бессознательного), перинатальное развертывание часто ассоциируется и с разнообразными трансперсональными элементами, такими как архетипические видения Великой Матери или Ужасной Богини-Матери, Ада, Чистилища, Рая или Царства Небесного. Перинатальные матрицы также имеют особое отношение к различным аспектам активности во фрейдовских эрогенных зонах - оральной, анальной, уретральной и фаллической. Выделяются следующие четыре перинатальные матрицы.

Первая перинатальная матрица (БПМ-1) интегрирует опыт исходного биологического единства с материнским организмом во время внутриматочного существования. Отражением активизации БПМ-1 на сеансах Г. т. являются переживания необыкновенного блаженства, "океанического" типа экстаза, единения с природой и космосом, видения Рая и Небес. При перинатальных воспоминаниях в случае нарушения внутриутробной жизни (критическое состояние плода, болезни матери во время беременности, попытка абортов и пр.) возникают, напротив, состояния тревоги и страха, видения демонических существ, болезненные переживания, дрожь, ощущение "похмелья", отравленности и пр. Связанные с этой матрицей ассоциативные воспоминания из постнатальной жизни характеризуются состоянием удовлетворенности насущных потребностей (например, счастливые дни безмятежного детства, семейное благополучие, приятные ощущения, счастливая любовь). Соответствующая активность в эрогенных зонах определяет удовлетворение либидо, либидонозное чувство во время таких занятий, как купание, качание на качелях, физическая работа и пр. При психопатологических состояниях проявления, характерные для этой матрицы, выступают, например, в параноидной симптоматике, когда в содержании бреда возникают идеи мистического союза, столкновения с мистическими силами добра и зла.

Вторая перинатальная матрица (БПМ-2) отражает процесс начала биологического рождения, его первой клинической стадии. При этом равновесие нарушается, плод испытывает периодические мышечные сокращения и сжатия, но шейка матки еще закрыта. На сеансах Г. т. и ЛСД-терапии возникают переживания "космического поглощения" (безмерные телесные муки, ощущение невыносимой и безысходной ситуации, которой нет конца), появляется чувство загнанности в ловушку, в клетку; это сопровождается видениями ада, апокалипсических войн, эпидемий, террора, мучительным чувством вины и неполноценности. Ассоциативными воспоминаниями постнатального периода являются ситуации, угрожающие жизни и целостности человеческого тела, несчастные случаи, травмы, операции, тюремные заключения, эмоциональные депривации, состояния фрустрации. БПМ-2 активизирует оральную фрустрацию, задержку кала и мочи, сексуальную фрустрацию. Психопатологические проявления, связанные с этой матрицей, выражаются в переживании "адских мук", ощущении бессмысленности мира, эндогенной депрессии, ипохондрических вариантах бреда с телесными ощущениями, в алкоголизме, наркомании, язве желудка.

Третья перинатальная матрица (БПМ-3) характеризует вторую стадию биологического процесса родов. На этой стадии сокращения матки усиливаются, но шейка матки раскрывается и плод начинает продвигаться по родовому каналу. На сеансах психоделической терапии страдания пациентов усиливаются до космических размеров; находясь на грани между болью и удовольствием, они переживают "вулканический" тип экстаза, им видятся яркие вспышки и фейерверки, садомазохистические оргии, убийства и кровавые жертвоприношения, они как бы принимают активное участие в жестоких битвах, религиозных представлениях, испытывают муки Христа и т. п. С этой матрицей связаны такие постнатальные переживания, как воспоминания о сражениях, тяготах военной службы, наблюдения за сексуальной жизнью взрослых. Активность в эрогенных зонах характеризуется самим процессом оргазма, переживаниями фаллического деторождения, эротическими ощущениями при активных физических действиях. Родственными психопатологическими синдромами являются: тревожная депрессия, тенденция к членовредительству, садомазохизм, мужской гомосексуализм, невроз навязчивых состояний, конверсионная и тревожная истерия, импотенция, фригидность.

Последняя перинатальная матрица (БПМ-4) биологически связана с процессом рождения ребенка. В соответствии с этим на психоделических сеансах ее активизация вызывает переживания резкого снижения давления и напряженности, "иллюминативный" тип экстаза, видение гигантских помещений, яркого света, чувство повторного рождения и спасения. Ассоциативно с БПМ-4 связаны такие биографические события, как счастливое избегание опасности, преодоление сложных препятствий и пр. Эрогенная активность характеризуется комплексом ощущений, свойственных состоянию после оргазма, после мочеиспускания и дефекации, после активной физической нагрузки. Родственные психопатологические синдромы: мессианский бред, идентификация с Христом, маниакальная симптоматика, женский гомосексуализм и эксгибиционизм.

В более поздних публикациях Грофа (1988) уже говорится о наличии пяти основных перинатальных паттернов. К описанным выше четырем вариантам БПМ добавлен этап "переживания безысходности и ада", который соответствует полностью развернутой первой клинической стадии родов и располагается между БПМ-2 и БПМ-3.

В строении психики выделяется еще один уровень - трансперсональная сфера, или трансбиографическая область. Она размещается глубже перинатальной и является частью психики, в которой проявляются эффекты коллективного бессознательного. Чаще всего трансперсональный опыт предваряется встречей с рождением и смертью (т. е. перинатальной областью), однако возможны случаи, когда трансперсональные элементы и сюжеты становятся доступными непосредственно. Общим знаменателем этой группы многообразных и разветвленных переживаний является ощущение выхода сознания за привычные границы Эго, времени и пространства; все переживания подразделяются на три большие категории. К первой относятся элементы, которые связаны с выходом за пределы линейного времени и интерпретируются участниками сеансов как историческая регрессия и разведка (исследование) биологического, культурного и духовного прошлого или же как историческая прогрессия, заглядывание в будущее. Ко второй категории относятся переживания, которые прежде всего характеризуются выходом за обычные пределы пространства. Элементы третьей категории характеризуются опытом, "касающимся таких областей, которые в западной культуре не считаются объективной реальностью".

В некоторых случаях люди, находящиеся в необычных состояниях сознания, переживают вполне конкретные и реалистичные ситуации, определяющиеся как утробные эмбриональные воспоминания. Примером таких ощущений может служить идентификация себя со спермой и яйцеклеткой в момент оплодотворения. Возможна более глубокая историческая регрессия, когда человек с определенной достоверностью переживает (вспоминает) события из жизни предков, людей других рас. Встречаются сообщения о перерождениях, в результате которых люди идентифицируют себя с животными, растениями и даже явлениями неживой природы. К этой категории относятся случаи видения абстрактных архетипических паттернов, интуитивное понимание универсальных символов (таких, как крест, анкх, инь-ян, свастика, пентограмма, шестиконечная звезда). Иногда оказывается возможной пространственная идентификация с любым объектом универсума, включая весь космос, слияние с любым человеком и принятие образа другой личности, идентификация с сознанием специфической группы людей вплоть до объединения всего человечества в себе.

К другой группе трансперсональных явлений относятся переживания, которые, по мнению автора, можно не только валидизировать, но и изучать экспериментально. Имеются в виду такие явления, как телепатия, психодиагностика, ясновидение, яснослышание, опыты внетелесных состояний и другие формы экстрасенсорного восприятия. Приводятся случаи, когда в измененном состоянии сознания человек переживал подобные явления, которые затем практически подтверждались. Трансперсональным переживаниям отводится значительное место в картографии психики. Перинатальный уровень является промежуточным между персональным и трансперсональным уровнями.

В работах Грофа содержится новое осмысление архитектуры психопатологических расстройств на основании приведенной картографии психики. Подчеркивается, что все существующие теории психопатологии не в состоянии объяснить должным образом строение и динамику психопатологии, поскольку не учитывают глубинных процессов, обусловливающих ее формирование. С точки зрения Грофа, лишь немногие эмоциональные и психосоматические синдромы могут быть объяснены исходя из индивидуального динамического бессознательного, большинство же причин психопатологических проявлений располагается на перинатальном уровне бессознательного. Содержательно они связаны с травмой рождения и страхом смерти, и их разрешение требует конфронтации с процессом смерти-возрождения.

Предложенная концепция, по мнению автора, не только вносит вклад в науку о психическом здоровье, но и требует пересмотра современных парадигм, изучающих Вселенную в космических масштабах, микрокосмос, пространство и время, биологию и пр. Заключения о новых возможных альтернативах развития современного естествознания автором делаются на основании анализа переживаний участников сеансов Г. т. С позиций предложенной концепции Г. т. объясняются такие явления, как экстрасенсорное восприятие и другие феномены, которые разрушают фундаментальные представления материалистической науки и "механистического видения мира".

Основной философской предпосылкой Г. т. является предположение о том, что каждый человек европейской культуры "функционирует гораздо ниже своих реальных потенциальных возможностей и способностей, и такое обеднение возможностей происходит из-за идентификации индивидуумом себя лишь с одним из аспектов своего бытия - физического тела и Эго". Эта ложная идентификация приводит к лишенному аутентичности, нездоровому и обедненному образу жизни, способствует возникновению и развитию эмоциональных и психосоматических заболеваний психологического характера. В происхождении заболеваний играют роль и механизмы дистресса, возникновение которого при отсутствии органической патологии рассматривается как сигнал того, что личность, опирающаяся на ложные предпосылки, достигла критического момента, когда "прежний образ жизни не только "не работает", но и уже несостоятелен". Следствием такого развития событий является возникновение проблем в определенной области жизни, например в браке, сексуальной сфере, профессиональной деятельности, взаимоотношениях с другими людьми и пр. Своеобразная диагностика причин заболеваний в каждом конкретном случае строится на анализе психопатологических синдромов и жизненных стереотипов с точки зрения связанности их с одним из вариантов перинатальной трагедии и специфики родовой травмы. Идея терапевтического воздействия опирается и на работы Юнга, который указывает, что психика располагает могущественным потенциалом самооздоровления, а источником целительных сил является коллективное бессознательное. Задача врача в контексте Г. т. сводится к тому, чтобы помочь добраться до глубинных слоев психики, не занимаясь рациональным рассмотрением проблемы с использованием каких-либо специфических методов изменения психической ситуации по заранее выработанному плану. Исцеление оказывается результатом диалектического взаимодействия сознания с индивидуальным и коллективным бессознательным.

Техника Г. т. опирается в первую очередь на какое-либо непосредственное переживание из описанных выше как исходное трансформирующее средство. Вербальное воздействие применяется на стадии подготовки и после окончания сеанса, чтобы усилить интеграцию переживаний. Врач создает русло работы, формирует доброжелательную рабочую обстановку и предлагает технику, которая активизирует бессознательное с помощью дыхания, музыки и других дополнительных приемов. В таких условиях имеющаяся симптоматика усиливается и из латентного состояния переходит в проявленное, становясь доступной сознанию. Задача врача - способствовать такому спонтанному проявлению, полностью доверяясь этому автономному оздоровительному процессу. Симптомы представляют собой заблокированную энергию и предельно конденсированный опыт, т. е. симптоматика не только является проблемой, но и предоставляет возможности к выздоровлению. Основная цель методов практической психотерапии состоит в активизации бессознательного, освобождении энергии, "застрявшей" в психопатологической симптоматике, и преобразовании стационарного баланса энергии, включенного в поток переживаний. При работе с бессознательным активируется та его область, которая сильнее связана с симптоматикой, при этом сама симптоматика является внешней стороной проявления СКО, центры кристаллизации которых находятся в БПМ. Г. т. раскрывает глубокие связи с трансбиографическими областями психики. Основное кредо Г. т. состоит в признании потенциала измененных состояний сознания, способных к эволюции и трансформации и обладающих оздоровительным воздействием. Переживание целостного опыта измененных состояний сознания, как правило, приводит к изменению динамического равновесия исходных симптомов, трансформируемых в поток необычных переживаний и исчезающих в этом процессе. Задача терапевта (или фасилитатора) сводится к тому, чтобы поддерживать процесс практической работы, полностью доверяя его оздоровительной природе и не делая никаких попыток вмешательства в него.

В Г. т. были опробованы всевозможные методики и дыхательные процедуры из практики различных эзотерических школ - кундалин-йоги, сиддха-йоги, тибетской ваджраяны, суфизма и др. Оказалось, что специфические приемы и дыхательные техники менее значимы, чем процедура учащенного дыхания в сочетании с полным сосредоточением и осознанием внутренних изменений. Главная рекомендация состоит в том, чтобы прислушиваться к внутренним процессам организма и следовать им. Музыка в Г. т. имеет особое значение, поскольку не только усиливает эффект гипервентиляции, но и обладает собственным специфическим воздействием на сознание - помогает "обнаруживать" старые и забытые эмоции и выражать их, углубляет процесс Г. т. и задает смысл всему контексту переживаний. Предполагается, что наиболее эффективны качественные звукозаписи, предпочтение отдается квадрофоническому звучанию. На начальных этапах рекомендуется быстрая классическая музыка, на средних предпочтение отдается более медленным и плавным музыкальным произведениям, на последних сеансах Г. т. допустимы эксперименты с нетрадиционной для европейской культуры и современной музыкой. Варианты музыкальной программы можно обсудить с участниками сеансов Г. т. В некоторых ситуациях используется белый шум. Направленная работа с телом показана лишь в случае необходимости, чаще всего - на заключительных этапах Г. т., когда не наступает разрешения и отреагирования переживаний. Основной принцип телесного вмешательства - фиксация внимания на телесных проявлениях дискомфорта. Независимо от характера и локализации проблемы предлагается усилить симптомы (напрячь мышцы, принять положение, усиливающее боли, и т. п.). Такое напряжение необходимо сохранить как можно дольше. Неприятные ощущения могут быть даже усилены психотерапевтом с помощью массажа или надавливания на болезненную область.

Сама процедура Г. т. состоит из нескольких этапов. На подготовительном этапе происходит ознакомление с расширенной картографией психики, включая сообщения об уровнях биографических воспоминаний, элементах смерти-рождения и спектрах трансперсональных переживаний. Разъясняется процедура сеанса и возможные переживания, подчеркивается, что все они абсолютно нормальны. С точки зрения автора, это помогает снять тревогу в отношении возможной интерпретации переживаний как психопатологических, которая снижает их оздоровительный эффект. Разъясняются принципы работы с телом, и выбирается музыка. Основная часть сеанса проводится в затемненном отдельном помещении, изолированном от всяких внешних воздействий, создающем возможность свободы самопроявлений. На полу мягкие матрацы, подушки из мягкого материала, гигиенические пакеты для тех, у кого во время сеанса возникнет тошнота или рвота. Все участники в удобной одежде, колющие и режущие предметы и украшения убираются. Г. т. начинается с короткой релаксации всех частей тела и медитации (принимается открытая поза, предлагаются управляемые образы релаксирующего содержания). Затем психотерапевт рекомендует сосредоточиться на ощущении "здесь и теперь". Подчеркивается необходимость отрешиться от всех прошлых переживаний и раздумий о будущем. На этом этапе в процедуру вовлекается так называемый ситтер (индивидуальный сторож участника). Его идеальная позиция должна выражаться в глубоком сосредоточении на своем подопечном и переживании чувства сострадания к нему. На заключительном этапе релаксации пациент должен сконцентрироваться на дыхании без изменения его параметров. Затем предлагается постепенно увеличить частоту дыхания, сделать его более глубоким и эффективным. Особенность техники дыхания определяется самими участниками. Роль ситтера обычно сводится к наблюдению за частотой дыхания и контролю за его большей интенсивностью, чем обычно. Если возникает необходимость напомнить, что дыхание должно быть более эффективным, рекомендуется делать это прикосновением руки к груди или плечу участника. Разговоры на этом этапе сеанса не поощряются, исключая отдельные слова и простые предложения. В дальнейшем в обязанность ситтера входит наблюдение за состоянием участника и помощь в нужные моменты (подкладывание подушек, недопущение столкновения участников между собой и т. п.). Продолжительность сеанса Г. т. не регламентируется, предполагается, что сам процесс соответствует оргастической кривой от постепенного нарастания напряжения, кульминации переживания и более-менее неожиданного разрешения. Ориентировочное время проведения - 1,5-2 часа. В заключительной части сеанса Г. т. участники обмениваются опытом переживаний, рисуют мандалы. Процедура рисования мандалы очень проста: на большом листе бумаги в контуре круга цветными мелками наносятся произвольные рисунки. Это могут быть комбинации цветов, абстрактные рисунки или образы, отражающие переживания основной части сеанса Г. т. В дальнейшем мандала подвергается формальному анализу, в случае группового сеанса проводится коллективное обсуждение, иногда - по типу мозгового штурма. Предполагается, что анализ мандал способствует более полной интеграции переживаний. Сеансы Г. т. проводятся в виде курса. Количество сеансов и их частота определяются самим пациентом. Участие в сеансах Г. т. противопоказано сердечным больным, беременным, пациентам в послеоперационный период с незажившими ранами, больным эпилепсией, людям с органической патологией опорно-двигательного аппарата.

Теоретические и практические подходы Г. т. предлагают новую плоскость рассмотрения психопатологии и терапии, обнаруживая связь с ортодоксальным психоанализом и другими аналитическими концепциями, интегрируют в себе практику различных эзотерических учений, в том числе биоэнергетику, являются дальнейшей разработкой ЛСД-терапии. Ряд гипотез представляется интересным, но, безусловно, требует дальнейшей клинической проверки, поскольку в имеющейся литературе практически не говорится об эффективности Г. т. Теория и методика Г. т. обнаруживают определенное сходство с ребефингом, но более разработаны и детализированы. Сомнения возникают относительно возможностей переноса концепции Г. т. на объективные, существующие в действительности закономерности функционирования человеческой личности.

ГРУППОВАЯ АНАЛИТИЧЕСКАЯ ПСИХОТЕРАПИЯ ФУЛКСА. Фулкс (Foulkes S. Н., 1898-1976) изучал психиатрию в Гейдельберге, Франкфурте, Мюнхене и Берлине. Среди его педагогов были Крепелин (Kraepelin E.), Бергманн (Bergmann G.), Клейст (Kleist K.) - ведущие ученые своего времени. Получив медицинское образование, он провел два года в Неврологическом институте во Франкфурте, которым руководил Гольдштейн (Goldstein K.), оказавший на Фулкса значительное влияние. Особенно привлекали его идеи о целостной реакции организма на травму у пациентов с поражением мозга, а также положения гештальт-психологии об отношениях фигуры и фона и изучения целостной ситуации, в которой находится человек (в частности, ситуации эксперимента и присутствия наблюдателя).

Из Франкфурта Фулкс переехал в Вену для изучения психоанализа. Его аналитиком была Дойч (Deutsch H.). Он участвовал в семинаре, где встречались молодые психоаналитики и где особенным влиянием пользовался Райх (Reich W.), развивавший свои идеи о технике анализа характера. Получив квалификацию психоаналитика, Фулкс вернулся во Франкфурт, где стал директором клиники Института психоанализа. Среди его сотрудников были Фромм (Fromm E.) и Фромм-Райхманн (Fromm-Reichmann F.). Институт психоанализа помещался в одном здании с Институтом социологии, и психоаналитики проводили совместные семинары с социологами. Фулкс считал, что эти контакты помогли ему осознать равноценность биологических и социо-культурных факторов в человеческом сознании.

Во время Второй мировой войны Фулкс работал главным психиатром Британского военного госпиталя. Впервые в истории современной психотерапии психодинамический подход был применен для всего госпиталя. Свой опыт по внедрению принципов психотерапевтического сообщества в госпитале с частичным самоуправлением, дискуссионными группами для персонала, психотерапевтическими группами для пациентов, переложением ответственности за организацию своего досуга на самих пациентов и т. д. Фулкс описал в своей первой книге - "Введение в групповую аналитическую психотерапию". Основные выводы, к которым он пришел: 1) госпиталь должен функционировать как терапевтическое сообщество, его организация и деятельность должны отвечать основной задаче - восстановлению здоровья больных людей; 2) сам госпиталь как организация может "заболеть", т. е. перестать выполнять свои задачи, и тогда он сам нуждается в лечении. В этой книге автор сформулировал теоретические основы групповой аналитической психотерапии.

1. Суть человека социальна, а не индивидуальна. Каждый человек связан с миром, в котором он живет, обществом, группой, частью которой он является. Нельзя противопоставлять внутреннее и внешнее, человека и общество, тело и сознание, фантазию и реальность - такое разделение будет искусственным. Человек является частью социальной системы, и рассматривать его изолированно от других - все равно что вынуть рыбу из воды.

2. Невротическая позиция, по самой своей природе, глубоко индивидуалистична. Она, по сути, стремится разрушить группу, поскольку является результатом несовместимости человека с его первичной группой. В то же время она является фокусом деструктивных и агрессивных тенденций.

3. Невротический симптом - это искаженное выражение конфликтов пациента, которые никогда не были четко сформулированы и поэтому недоступны памяти или вербальному выражению. С помощью симптома человек сообщает о своих жизненно важных и бессознательных конфликтах. Освобождения от симптомов не наступит, пока пациент не научится выражать их в более доступной для понимания другими форме. Остальные члены группы смогут понять человека, только если энергия (либидо), вложенная в эти симптомы, будет преобразована в нечто равнозначное и подлежащее обмену.

4. Изучить человека можно только внутри его естественной группы, в первую очередь в семье. Психиатр, анализируя жизнь пациента группы, обнаружит, что проблемы больного представляют собой лишь часть сложных проблем всей группы, он также сможет наблюдать различные ракурсы личности пациента, обнаружит, что нарушения в его психике связаны с каким-либо аспектом его жизни и его межличностными отношениями. Другими словами, психологические нарушения возникают в процессе общения и не могут быть отнесены к одному человеку в отдельности.

5. В ситуации Г. а. п. Ф. нарушения могут быть определены и прослежены в результатах их воздействия на динамические процессы в группе. Например, если пациентка впервые нарушает молчание в отсутствие психотерапевта, препятствия к тому, чтобы она говорила, частично могут быть отнесены к психотерапевту. Однако если она может разговаривать наедине с ним, ее проблема заключается в том, что она не может делить его с другими.

6. Психотерапевтический процесс может быть сравним с выработкой более четкого способа коммуникации. Этому процессу способствуют групповые факторы и техника психотерапевта: 1) находясь в группе, пациент пытается активно участвовать в общегрупповом процессе, т. е. достичь понимания окружающих и понять попытки других выразить себя; 2) психотерапевт (дирижер - в терминологии Фулкса) видит "смысл, что происходит" в динамике группы и принимает его за систему координат. Средства, которыми он располагает, - это вербализация, и конечной целью является выражение в четких словесных формулах того, что могут понять и разделить все члены группы. Он интерпретирует содержание взаимодействий, поведения и межличностных отношений. Эта интерпретация основывается на реальности, окружающей пациентов как внутри, так и за пределами группы, и реакциях пациентов на эту реальность, а также на отношении пациентов к самим себе и своему телу, особенно на бессознательных аспектах этих отношений.

7. Основная цель психотерапии - инсайт и приспособление. "Между ними есть связь: инсайт способствует приспособлению, приспособление облегчает инсайт, инсайт без приспособления мало к чему приводит, приспособление без инсайта не является полным, но может существовать. Приспособление является более важным с точки зрения терапии, инсайт - с точки зрения науки". Оба этих процесса происходят при групповой аналитической психотерапии.

8. Основной закон групповой динамики: важнейшей причиной, по которой пациенты, страдающие неврозами, могут подкреплять нормальные реакции друг друга и преодолевать и исправлять невротические реакции друг друга, является то, что совместно они представляют собой ту самую норму, от которой каждый из них по отдельности отклоняется.

9. Основная цель психотерапевта - обеспечить активное участие членов группы в групповом взаимодействии. Он действует как "слуга" группы, не "тащит" группу, и в его задачу входит освободить группу от зависимости от психотерапевта. Он стремится к тому, чтобы интерпретации в первую очередь исходили от членов группы, группа - это тот инструмент, который он использует при любой возможности. Он способствует тому, чтобы прояснять реакции и противоречия, присущие пациентам. Больному обеспечиваются ситуации, где он вынужден "встретиться" сам с собой, куда он проецирует самого себя и свои фантазии и которых он не может избежать. Так же неизбежно пациент "встретится" с другими членами группы и их проблемами, в которых он, как в зеркале, увидит свои собственные.

После Второй мировой войны Фулкс совмещал работу в госпитале с частной практикой. Он стал консультирующим психотерапевтом в известной больнице Модели в Лондоне, где организовал психотерапевтическое амбулаторное отделение, в котором он выступал в качестве супервизора как групповой, так и индивидуальной психотерапии. Он также преподавал в Лондонском институте психоанализа, основал Общество группового анализа. Свои идеи и взгляды Фулкс изложил в книгах "Терапевтический групповой анализ" (1964) и "Групповая аналитическая психотерапия: методы и принципы" (1975). В них он рассматривал аналитическую группу как создающую возможность для взаимного переноса. Условия для возникновения переноса в аналитической группе созданы тогда, когда в ней формируется терпимость, не используются оценки, принимаются любые реакции пациента. Отношения между членами группы развиваются в особой атмосфере, где поведение не имеет отрицательных последствий.

1. Специфической характеристикой аналитической группы является то, что это группа, состоящая из 7-8 пациентов и психотерапевта. Такое количество участников необходимо, чтобы наблюдать психологические реакции пациентов в их социальном контексте. Группа достаточно велика, чтобы считаться репрезентативной обществу. В то же время она достаточно мала, чтобы имелась возможность отслеживать реакции каждого отдельного участника и исследовать причины их возникновения.

2. Личности участников группы проявляются через взаимодействие друг с другом. Усилия психотерапевта направлены на то, чтобы облегчить эти взаимодействия, способствуя созданию атмосферы безопасности и используя свои возможности интерпретации, а также помогая членам группы преодолевать сопротивление.

3. Особое внимание уделяется бессознательным аспектам духовной жизни и более примитивным реакциям. Проявляется то, что в обычной жизни остается скрытым.

Определяя психотерапевтический процесс в группе, Фулкс подчеркивал его неразрывную связь с процессом общения. Он говорил о переводе симптома на язык проблемы, которую можно вербализовать, подчеркивал значение роста взаимопонимания в группе. Автор описал продвижение к взаимопониманию от уровня символов и фантазий до уровня осознания смысла и значения и сравнил этот процесс с осознанием вытесненного в бессознательное в ходе индивидуального психоанализа. Фулкс выделил четыре уровня общения.

1. Уровень текущих событий - рассказ о своей жизненной ситуации, происходящее "здесь и теперь" в группе, восприятие психотерапевта как авторитетной фигуры.

2. Уровень переноса - отношения и взаимодействия членов группы рассматриваются в свете взаимных переносов. Группа может представлять собой семью, ее членов, братьев и сестер. Психотерапевт - отца или мать.

3. Уровень телесных или психических образов. Это более примитивный уровень, на котором члены группы могут отражать бессознательные элементы "Я" других участников. Члены группы могут проецировать друг в друга нежелательные и отвергаемые части своего "Я", любимые или ненавидимые внутренние объекты или части объектов. Вся группа в целом символически представляет собой мать. Фулкс также считал, что образ тела может быть отражен и представлен группой и ее членами.

4. Первичный уровень. Малоразработанная автором концепция. В его определении это уровень, на котором возникают первичные образы в соответствии с концепцией Фрейда (Freud S.) и особенно с представлениями Юнга (Jung C. G.) о коллективном бессознательном.

Уникальность аналитической группы Фулкс видел в том, что группа - это нечто большее, чем сумма составляющих ее членов.

Возникает новая психологическая реальность - "групповая душа" ("psyche group"). Автор ввел понятие "матрица", подразумевая под этим коммуникационную сеть, которая не только межличностна, но и трансличностна, и надличностна. Отдельные участники, как нейроны в нервной системе, лишь узловые точки внутри определенной структуры. Это положение перекликается с общим взглядом Фулкса на человека как на узелок в сети межличностных отношений. Аналитическая группа воссоздает матрицу, в которой развивается личность.

В группе воспроизводятся две основные проблемы социальной жизни: отношения человека с другими людьми и с группой в целом; урегулирование отношений группы и психотерапевта. Можно уподобить эти проблемы проблемам ребенка, налаживающего отношения с окружающим миром, матерью, как человеком, так и символом, а позже приспосабливающегося к треугольной эдиповой ситуации и к существованию, присутствию, статусу и значению отца.

Анализируя функции и позицию психотерапевта в группе, Фулкс выделил следующие три аспекта.

1. "Каков он есть на самом деле". Личность психотерапевта имеет огромное значение. Гораздо важнее, каков он есть, чем что он делает. Если он достаточно уверен в себе, он не будет стремиться к тому, чтобы выглядеть безупречным, и ни в коей мере не будет разделять бессознательные фантазии группы о лидере или отце, обладающем магической властью. Он должен быть таким, каким он является на самом деле, но, безусловно, достаточно адекватным и компетентным.

2. "Что он репрезентирует". Он - объект переноса как для каждого отдельного пациента, так и для всей группы. Часто репрезентирует Сверх-Я группы либо идеальное "Я". Должен репрезентировать фундаментальный принцип аналитической ситуации, по выражению Фрейда, "олицетворять любовь к истине", а также демократические принципы, лежащие в основании групповой аналитической ситуации.

3. "Что он делает". Психотерапевт внедряет и поддерживает аналитическую атмосферу, он слушает, воспринимает, принимает. Временами он становится активным лидером группы, иногда останавливается на уровне интерпретаций, иногда только одного его присутствия достаточно для работы группы.

Фулкс подчеркивал, что не существует единой роли или методики, делающих психотерапевта хорошим специалистом. Однако осознание психотерапевтом того, что он делает, является необходимым.

ГРУППОВАЯ ДИНАМИКА. Совокупность внутригрупповых социально-психологических процессов и явлений, характеризующих весь цикл жизнедеятельности малой группы и его этапы - образование, функционирование, развитие, стагнацию, регресс, распад, - называется Г. д. Иначе говоря, это учение о силах, структуре и процессах, которые действуют в группе. Группа при этом рассматривается как общность людей, характеризующаяся ограниченным числом членов (до 20 человек), непосредственными контактами, распределением ролей и позиций, взаимозависимостью участников, общими целями, ценностями и нормами, а также постоянным составом.

Термин Г. д. используется:

1) для обозначения направления в изучении малых групп, основанного на принципах гештальт-психологии;

2) для характеристики процессов, происходящих в группе по мере ее развития и изменения;

3) для описания причинно-следственных связей, объясняющих эти явления;

4) для обозначения совокупности методических приемов, используемых при изучении социальных установок и межличностных отношений в группе.

Термин Г. д. имеет отношение по крайней мере к трем психологическим дисциплинам. 1) В социальной психологии Г. д. представляет собой область исследований. Ее предметом является индивид (влияние группы на его чувства, поведение, когнитивные процессы), сама группа (ее влияние как надындивидуального единства на индивида и другие группы), а также интеракция и взаимоотношения между членами группы, группой и другими организациями (институтами). 2) Г. д. обозначает также совокупность методических приемов, используемых одновременно для обучения и социально-психологических исследований. В данном случае обучающиеся являются одновременно и участниками, и наблюдателями-исследователями группового процесса. Процесс обучения происходит не только в когнитивной плоскости, но и в форме интенсивного собственного опыта. В этом плане Г. д. включается в педагогическую психологию. 3) Предметом Г. д. как области клинической психологии является теория и технические приемы, направленные на изменение межличностных отношений в группе. Педагогические и клинические аспекты Г. д. объединяются в настоящее время термином "прикладная Г.д.". Первые исследования в области Г. д. были начаты Левином (Lewin K., 1944).

В психотерапии Г. д. представляет собой научную основу для психотерапевтического процесса в группе, поскольку в терапевтических группах находят свое выражение все групповые феномены. В этом смысле специфика групповой психотерапии как самостоятельного метода заключается в целенаправленном использовании Г. д. в лечебных, психотерапевтических целях. Применительно к групповой психотерапии Г. д. рассматривается как совокупность взаимоотношений и взаимодействий между участниками группы, включая и группового психотерапевта. Кратохвил (Kratochvil S., 1978) определяет Г. д. как совокупность групповых действий и интеракций, характеризующих развитие, или движение, группы во времени, которая является результатом взаимоотношений и взаимодействий членов группы, их деятельности и воздействия внешнего окружения. Хек (Hock K., 1975) рассматривает Г. д. как процесс формирования, структурирования, развития и функционирования группы, который приобретает важное значение для психотерапии. К характеристикам Г. д. относятся: цели и задачи группы; нормы группы; структура группы, групповые роли и проблема лидерства; групповая сплоченность; напряжение в группе; актуализация прежнего эмоционального опыта (проекция); формирование подгрупп, фазы развития психотерапевтической группы.

1. Цели и задачи группы. Как правило, групповой психотерапевт прямо не информирует участников о групповых целях. Формирование и принятие их членами группы создает основу для терапевтической активности. Определенная направленность действий позволяет участникам понять смысл и осознать значение групповых действий, удовлетворяет индивидуальные потребности, особенно при совпадении индивидуальных и групповых целей. Существенной проблемой в начале работы психотерапевтической группы является формирование собственно психотерапевтических целей и преодоление дисбаланса между общегрупповыми целями и довольно часто обнаруживающимися неконструктивными, "антипсихотерапевтическими" целями отдельных участников группы. Кратохвил следующим образом формулирует цели психотерапевтической группы: разобраться в проблемах каждого участника, помочь ему понять и изменить собственное состояние; постепенно изменять слабую приспособляемость пациента, достигая адекватной социальной адаптации; предоставлять информацию о закономерностях интерперсональных и групповых процессов как основы для более эффективного и гармоничного общения с людьми; поддерживать процесс развития личности в смысле роста своего собственного личностного и духовного потенциала; устранять болезненные признаки и симптомы.

2. Нормы группы - это совокупность правил и требований, "стандартов" поведения, регулирующих взаимоотношения и взаимодействия между ее участниками. Групповые нормы определяют, что допустимо и недопустимо в группе, желательно и нежелательно, правильно и неправильно. Нормы в ходе развития группы могут претерпевать изменения, особенно при возникновении новых сложных групповых ситуаций, но без их согласования не может быть организованной активности. Мерой интернализации участниками групповых норм может быть усилие, прилагаемое коллективом для их сохранения и защиты. К психотерапевтическим нормам обычно относят: искреннее проявление эмоций (в том числе по отношению к психотерапевту), открытое изложение своих взглядов и позиций, рассказ о своих проблемах, принятие других и терпимость по отношению к их позициям и взглядам, активность, стремление избегать оценочных суждений и пр. Важная проблема в психотерапевтической группе - формирование собственно психотерапевтических норм и преодоление, изживание "антипсихотерапевтических".

3. Структура группы, групповые роли и проблемы лидерства. Структура группы является одновременно формальной и неформальной. Неформальная структура складывается гораздо медленней формальной, поскольку определяется интерперсональным выбором. Разные члены группы занимают различные позиции в иерархии популярности и авторитета, власти и престижа, осознают и исполняют различные роли. Шиндлер (Schindler R., 1957) описал четыре наиболее часто встречающиеся групповые роли. Альфа - лидер, который импонирует группе, побуждает ее к активности, составляет программу, направляет, придает ей уверенность и решительность. Бета - эксперт, имеющий специальные знания, навыки, способности, которые требуются группе или которые она высоко оценивает. Эксперт анализирует, рассматривает ситуацию с разных сторон, его поведение рационально, самокритично, нейтрально и безучастно. Гамма - преимущественно пассивные и легко приспосабливающиеся члены группы, старающиеся сохранить свою анонимность; большинство из них отождествляется с альфой. Омега - самый "крайний" член группы, который отстает от коллектива по причине неспособности, отличия от остальных или страха. В психотерапевтической группе встречаются также и другие роли: противник, оппозиционер, монополист, монопольный оратор, моралист, мученик, квазипсихотерапевт, любимчик, шут, "козел отпущения", агрессор, провокатор, защитник, нытик, правдолюбец, блюститель демократии. Для невротических пациентов характерны достаточно стереотипные роли. Психотерапевтическая группа предоставляет возможности для их выявления, коррекции и расширения ролевого диапазона и репертуара. Лидерство в группе - важная составляющая Г. д., тесно связанная с проблемами руководства, зависимости, подчинения и соперничества. Отношение к психотерапевту, который является формальным лидером коллектива, в разные фазы развития психотерапевтической группы может быть различным и изменяющимся. Роль неформального лидера в группе также не является стабильной, соперничество, борьба за власть занимают существенное место в групповом процессе. Во взаимоотношениях с лидером пациенты проявляют собственные амбивалентные тенденции и установки, связанные с проблемами ответственности, безопасности, самостоятельности, руководства, зависимости.

4. Групповая сплоченность понимается как привлекательность группы для ее членов, потребность участия в группе и сотрудничество при решении общих задач, как взаимное тяготение индивидов друг к другу. Групповая сплоченность является необходимым условием действенности и эффективности групповой психотерапии. Она рассматривается также как аналог психотерапевтических отношений между пациентом и психотерапевтом в процессе индивидуальной психотерапии. Кратохвил указывает, что групповой сплоченности содействуют: удовлетворение личных потребностей членов группы, как актуальных, так и потенциальных; цели всей группы, которые находятся в согласии с индивидуальными потребностями; выгоды, которые из этого членства следуют; ожидание несомненной пользы; разного рода симпатии между участниками группы, их взаимное тяготение; мотивированность членов группы; дружеская, располагающая атмосфера; престиж группы; влияние групповой деятельности, соперничество с другими группами. Формирование сплоченности группы имеет важное значение для психотерапевтического процесса. Члены таких групп более восприимчивы, способны к искреннему проявлению собственных чувств в конструктивной форме (в том числе и негативных). Они готовы к обсуждению групповых конфликтов, несмотря на возникающие напряжение и неприятные переживания, проявляют неподдельную заинтересованность друг в друге и желание помочь.

5. Групповое напряжение возникает в связи с несовпадением ожиданий участников группы с реальной групповой ситуацией, несовпадением их личных устремлений, необходимостью соизмерять свои потребности, желания, позиции, установки с другими членами группы, обращением к болезненным проблемам и переживаниям. Напряжение может выражаться в агрессивности, злости, раздражении, неприятии, страхе, отчуждении. Однако напряжение в группе играет и позитивную роль как фактор, побуждающий членов группы к активности, к изменениям.

6. Актуализация прежнего эмоционального опыта (проекция). В процессе групповой психотерапии у пациентов актуализируется прежний эмоциональный опыт и прошлые стереотипы межличностных отношений во взаимодействии с окружающими. Реакция каждого участника группы на другого определяется не только влиянием конкретного человека или ситуации, но и переносом собственного отношения к какому-либо человеку или ситуации в прошлом на актуальную групповую ситуацию. Психотерапевтическая группа представляет собой модель той реальности, в которой находится пациент в жизни. Здесь он проявляет те же чувства, отношения, установки, типичные для него стереотипы поведения. Это предоставляет важнейший материал для психотерапевтической работы, выделения, анализа и переработки неадекватных эмоциональных и поведенческих стереотипов, собственной невротической проблематики. Подбор состава психотерапевтической группы во многом определяется именно необходимостью создания условий для проекции, актуализации прошлого эмоционального опыта, которые предполагают как можно большую вариативность личностных особенностей, эмоционального реагирования и поведения участников группы.

7. Формирование подгрупп и их влияние на функционирование группы. В группах довольно часто наблюдается тенденция к образованию подгрупп. Подгруппы возникают согласно определенному принципу (возрастному, половому, интеллектуальному и пр.), влияя на деятельность психотерапевтической группы. Негативное воздействие оказывает "закрытость" подгрупп, их нежелание обсуждать со всеми частные проблемы. Образование подгрупп, их цели, нормы, роль в групповом процессе может быть темой продуктивной групповой дискуссии.

8. Фазы развития психотерапевтической группы определяются прежде всего сменой преобладающих типов взаимодействия и взаимоотношений между участниками группы, основным типом групповых интеракций.

Все описанные выше процессы и элементы Г. д. являются важнейшими темами групповой дискуссии, что позволяет выявить значимую проблематику пациента за счет анализа особенностей его взаимодействий и взаимоотношений с другими людьми и способствует осознанию индивидом своих межличностных отношений.

ГРУППОВАЯ ДИСКУССИЯ. Метод групповой психотерапии. Наряду с термином Г. д. употребляются такие понятия, как "свободная дискуссия", "неструктурированная дискуссия" и др.

Г. д. рассматривается как основная, опорная форма групповой психотерапии, по отношению к которой другие методы групповой психотерапии (психодрама, психогимнастика, проективный рисунок, музыкотерапия) выступают как вспомогательные. Разделение методов групповой психотерапии на основные и вспомогательные связано с представлением об их различных функциях. Так, полагают, что Г. д. в большей степени направлена на реализацию собственно психотерапевтической функции, в то время как вспомогательные методы в основном способствуют личностной диагностике. Однако такое деление в значительной степени условно. Личностная диагностика в процессе групповой психотерапии (раскрытие пациентом собственных проблем, "диагностика" их им самим, другими членами группы и психотерапевтом) и собственно процесс психотерапии (осознание пациентом своих проблем и конфликтов и их переработка и коррекция) тесно связаны и представляют собой единый процесс, отдельные элементы которого могут быть обособлены лишь теоретически.

Традиционно Г. д. относят к вербальным методам групповой психотерапии, так как основным средством взаимодействия здесь является вербальная коммуникация, а в центре анализа находится преимущественно вербальный материал. Подобное деление также условно, так как анализ невербального поведения, согласованности или противоречивости вербальной и невербальной коммуникации составляет существенный аспект Г. д.

Принятая в литературе классификация предполагает выделение в качестве предмета Г. д. биографию пациента, определенные темы и интеракции (межличностное взаимодействие в группе), т. е. различают биографическую, тематическую и интеракционную ориентации Г. д. В разных направлениях групповой психотерапии эти ориентации имеют разный удельный вес. Обычно в качестве ведущей выделяют интеракционную ориентацию, поскольку она определяет специфику групповой психотерапии как метода, основанного на использовании в лечебных целях групповой динамики, обеспечивая реализацию одного из важнейших факторов лечебного действия в рамках этого метода - обратной связи. Интеракционная ориентация направлена на анализ особенностей межличностного взаимодействия в группе и ситуаций, возникающих в ходе группового процесса. Биографическая ориентация предполагает обсуждение истории жизни пациента, отдельных эпизодов и событий его биографии, его проблем, конфликтов, отношений, установок, особенностей поведения на протяжении жизни. Тематическая ориентация концентрирует внимание группы на актуальных для большинства участников общих темах. Однако на практике активность группы бывает различной: в течение одного сеанса могут затрагиваться как актуальные проблемы деятельности группы, так и темы, связанные либо с историей жизни отдельного пациента, либо с общими для всех проблемами и трудностями. Это означает, что в процессе одного сеанса, как правило, можно наблюдать неоднократные изменения ориентации Г. д. Так, интеракционно ориентированное вначале занятие (например, обсуждение ролевой структуры группы и конкретных ролей и позиций ее участников) может в дальнейшем принять биографическую направленность с концентрацией внимания на одном из пациентов (играющем в этой структуре важную роль) и привлечением биографического материала для того, чтобы показать пациенту повторяемость его реакций, способов поведения, характерных ролей, позиций, установок, конфликтов и помочь ему понять более глубокие причины собственного поведения. Точно так же обсуждение биографии отдельного пациента может привести в дальнейшем как к анализу его актуального поведения в группе и групповых ситуациях, так и к концентрации внимания на общих темах, актуальных и важных для остальных участников. Таким образом, биографическая ориентация меняется либо на интеракционную, либо на тематическую. Например, пациент, рассказывая о своей жизни, уделяет много внимания своим сложным отношениям с родителями, а группа в дальнейшем может перейти к обсуждению поведения этого пациента в актуальной ситуации в группе - с другими ее участниками или психотерапевтом - или к разбору общей темы взаимоотношений детей и родителей на опыте каждого участника группы. Как показывает практика, полиориентированность группового сеанса является не только более естественной и характерной для группового процесса, но и более эффективной.

Существующая тенденция к игнорированию биографической направленности Г. д. в значительной степени ограничивает лечебный, психотерапевтический материал данного метода и не является оправданной ни в практическом, ни в теоретическом плане. Так, при анализе общих факторов психотерапии (в частности, факторов, характеризующих стратегию психотерапевта вне зависимости от теоретической ориентации) большинство исследователей указывают на сочетание в процессе психотерапевтической работы принципов "там и тогда" и "здесь и теперь" (т. е. использование в ходе психотерапии как материала, связанного с историей жизни пациента и его межличностным взаимодействием в реальной жизни, так и с актуальным поведением и межличностным взаимодействием в процессе психотерапии) как важное условие эффективности психотерапии. Безусловно, опора на анализ группового взаимодействия, обратная связь, содержащая информацию об актуальном поведении пациента, являются основой Г. д. Однако содержание обратной связи становится более достоверным и убедительным для пациента, если он имеет возможность соотнести эту информацию с прошлым жизненным опытом. Процесс осознания облегчается, если непосредственное эмоциональное переживание и новая информация могут быть дополнены анализом собственных переживаний, собственного поведения, характерных отношении и установок, проявляющихся в реальной жизни вне группы. При этом наиболее конструктивным представляется не изолированное обсуждение биографии пациента (иногда в группе каждый участник по очереди, по кругу рассказывает о себе), а спонтанное обращение к биографическому материалу на основании анализа группового взаимодействия.

ГРУППОВАЯ ПСИХОТЕРАПИЯ. Психотерапевтический метод, специфика которого заключается в целенаправленном использовании групповой динамики, т. е. всей совокупности взаимоотношений и взаимодействий, возникающих между участниками группы, включая и группового психотерапевта, в лечебных целях.

Принципиально Г. п. не является самостоятельным направлением в психотерапии, а представляет собой лишь специфический метод, при использовании которого основным инструментом психотерапевтического воздействия выступает группа пациентов, в отличие от индивидуальной психотерапии, где таким инструментом является только психотерапевт. Наряду с другими психотерапевтическими методами Г. п. (точно так же, как и индивидуальная форма) применяется в рамках различных теоретических ориентаций, которые и определяют ее своеобразие и специфику: конкретные цели и задачи, содержательную сторону и интенсивность процесса, тактику психотерапевта, психотерапевтические мишени, выбор методических приемов и пр. Все эти переменные во многом объясняются также нозологической принадлежностью контингента больных, принимающих участие в психотерапевтической группе. В качестве самостоятельного направления в психотерапии Г. п. выступает лишь в том смысле, что рассматривает пациента в социально-психологическом плане, в контексте его взаимоотношений и взаимодействий с окружающими, раздвигая тем самым границы психотерапевтического процесса и фокусируясь не только на индивиде и его внутриличностной проблематике, но и на индивиде в совокупности его реальных взаимоотношений и взаимодействий с окружающим миром. Взаимоотношения и взаимодействия, в которые вступает пациент в группе, в значительной степени отражают его истинные взаимоотношения, так как группа выступает как модель реальной жизни, где пациент проявляет те же отношения, установки, ценности, те же способы эмоционального реагирования и те же поведенческие реакции. Использование групповой динамики направлено на то, чтобы каждый участник имел возможность проявить себя, а также на создание в группе эффективной системы обратной связи, позволяющей пациенту адекватнее и глубже понять самого себя, увидеть собственные неадекватные отношения и установки, эмоциональные и поведенческие стереотипы, проявляющиеся в межличностном взаимодействии, и изменить их в атмосфере доброжелательности и взаимного принятия.

Г. п. отличают от групповой терапии, психотерапии в группе, коллективной психотерапии. Последние предполагают по сути дела использование любого психотерапевтического метода в группе пациентов (гипноз, аутогенная тренировка, убеждение, переубеждение и пр.). В этом случае психотерапевт воздействует психологическими средствами на большое количество пациентов одновременно, однако не использует систематически в лечебных целях ситуации, взаимоотношения и взаимодействия, возникающие между пациентами. История развития Г. п. есть движение от групповой терапии к Г. п., т. е. к пониманию и использованию в психотерапевтических целях групповых эффектов. С начала существования медицины для оказания помощи больным целители применяли методы психологического воздействия, широко пользуясь в этих целях группой. Проявляющиеся в группах ожидания, ориентации, эмоции, чувства надежды, вера в компетентность целителя и эффективность применяемых процедур увеличивали состояние аффективного напряжения, возрастающего по мере "эмоционального заражения" участников, и способствовали податливости пациентов к его воздействию и влиянию. Воздействие заключалось прежде всего во внушении, которое обращено к эмоциональной сфере больного и, минуя его рациональное, критическое мышление, оказывало полезное влияние на его самочувствие и психофизиологическое состояние и, как следствие, на социальное функционирование. Примером оказания группой положительного влияния на психическое здоровье могут служить опыты австрийского психиатра Месмера (Mesmer F. А.), которого иногда называют "творцом теории и практики психотерапии, в том числе и групповой". В дальнейшем многие выдающиеся ученые и врачи использовали различные психотерапевтические методы в группе больных, обосновывая целесообразность и эффективность такого подхода. Первым, кто обратил внимание на терапевтические возможности применения группового взаимодействия, был американский врач Пратт (Pratt J.), который в 1905 г. впервые организовал психотерапевтические группы для больных туберкулезом. Первоначально Пратт рассматривал группу как экономически более удобный способ информирования пациентов о здоровье и болезни, об образе жизни и отношениях, способствующих выздоровлению, и не вычленял ее собственно терапевтических возможностей. В дальнейшем он пришел к убеждению, что в психотерапии главная роль принадлежит группе, воздействие которой заключается в эффективном влиянии одного человека на другого, в возникающих в группе взаимном понимании и солидарности, способствующих преодолению пессимизма и ощущения изоляции.

Практически все психотерапевтические направления XX в. так или иначе использовали групповые формы и внесли определенный вклад в развитие Г. п. Особое место в этом ряду принадлежит психоаналитическому и гуманистическому направлениям. Так, Адлер (Adler А.) обратил внимание на значение социального окружения в проявлении нарушений у пациентов. Он считал, что группа представляет собой соответствующий контекст для выявления эмоциональных нарушений и их коррекции. Полагая, что источник конфликтов и трудностей пациентов в неправильной системе их ценностей и жизненных целей, он утверждал, что группа не только может формировать взгляды и суждения, но и помогает их модифицировать. Работая с группой пациентов, Адлер стремился добиться понимания пациентами генеза их нарушений, а также трансформировать их позиции. Развитию психоаналитически-ориентированной Г. п. способствовали своими работами Славсон (Slavson S. R.), Шильдер (Schilder P.), Вольф (Wolf А.) и др. Существенный вклад в развитие Г. п. внес основатель психодрамы Морено (Moreno J.L.), которому приписывают и введение самого термина Г. п. Среди представителей гуманистического направления особое место занимает Роджерс (Rogers С. R.). Выделяя в качестве основных переменных психотерапевтического процесса эмпатию, безусловное положительное принятие и аутентичность, Роджерс придавал большое значение групповым формам, считая, что психотерапевт в них является моделью для участников, способствуя тем самым устранению тревоги и развитию самораскрытия, что отношения, складывающиеся между участниками группы, могут создавать оптимальные условия для терапевтических изменений. Большое влияние на развитие Г. п. оказали работы Левина (Lewin K.) в области групповой динамики, который полагал, что большинство эффективных изменений происходят в групповом, а не в индивидуальном контексте. Левин и его последователи рассматривали личностные расстройства как результат и проявление нарушенных отношений с другими людьми, социальным окружением. Они видели в группе инструмент коррекции нарушенных взаимодействий, поскольку такая коррекция происходит в процессе социального обучения. Этот процесс облегчается и ускоряется, в частности, благодаря раннему выявлению в групповом контексте типичного для отдельных участников неадаптивного межличностного поведения. Главным содержанием работы групп становится анализ типовых образцов взаимодействия, сопоставление поведения в актуальной ситуации "здесь и теперь" с его характером и последствиями в прошлом. Благодаря тактичному участию психотерапевта, который поощряет и направляет дискуссию, способствуя появлению атмосферы доброжелательности и сотрудничества, такая аналитическая работа облегчает переживание коррективного эмоционального опыта, неизбежного для протекания процесса обучения. Необходимо также указать таких видных теоретиков и практиков в области Г. п., как Хёк (Hock K.), Ледер (Leder S.), Кратохвил (Kratochvil S.), которые, работая в Восточной Европе, оказали большое влияние на развитие Г. п. в России.

Цели и задачи Г. п. как метода, ориентированного на личностные изменения, в определенной степени различаются в зависимости от теоретических представлений о личности и природе ее нарушений, однако опора на групповую динамику существенно сближает позиции. В самом общем виде цели Г. п. определяются как раскрытие, анализ, осознание и переработка проблем пациента, его внутриличностных и межличностных конфликтов и коррекция неадекватных отношений, установок, эмоциональных и поведенческих стереотипов на основе анализа и использования межличностного взаимодействия. Учитывая три плоскости ожидаемых изменений (когнитивную, эмоциональную и поведенческую), более конкретные задачи групповой психотерапии можно сформулировать следующим образом:

1. Познавательная сфера (когнитивный аспект, интеллектуальное осознание). Г. п. должна способствовать тому, чтобы пациент осознал: 1) связь между психогенными факторами и возникновением, развитием и сохранением своего заболевания; 2) какие ситуации в группе и реальной жизни вызывают напряжение, тревогу, страх и другие негативные эмоции, провоцирующие появление, фиксацию и усиление симптоматики; 3) связь между негативными эмоциями и появлением, фиксацией и усилением симптоматики; 4) особенности своего поведения и эмоционального реагирования; 5) как он выглядит со стороны, как воспринимается его поведение другими, как оценивают окружающие те или иные особенности поведения и эмоционального реагирования, как откликаются на них, какие последствия это поведение имеет; 6) существующее рассогласование между собственным образом "Я" и восприятием себя другими; 7) собственные мотивы, потребности, стремления, отношения, установки, особенности поведения и эмоционального реагирования, а также степень их адекватности, реалистичности и конструктивности; 8) характерные защитные механизмы; 9) внутренние психологические проблемы и конфликты; 10) особенности межличностного взаимодействия, межличностные конфликты и их причины; 11) более глубокие причины переживаний, способы реагирования, начиная с детства, а также условия и особенности формирования системы отношений; 12) собственную роль, меру своего участия в возникновении и сохранении конфликтных и психотравмирующих ситуаций, а также то, каким путем можно было бы избежать их повторения в будущем. В целом задачи интеллектуального осознания сводятся к трем следующим аспектам: осознание связей "личность-ситуация-болезнь", осознание интерперсонального контекста собственной личности и осознание генетического (исторического) плана.

2. Эмоциональная сфера. Г. п. должна помочь пациенту: 1) получить эмоциональную поддержку со стороны группы и психотерапевта, что приводит к ощущению собственной ценности, ослаблению защитных механизмов, росту открытости, активности и спонтанности; 2) пережить в группе те чувства, которые он часто испытывает в реальной жизни, воспроизвести те эмоциональные ситуации, которые были у него в действительности и с которыми ранее он не мог справиться; 3) пережить неадекватность некоторых своих эмоциональных реакций; 4) научиться искренности в отношении к себе и другим людям; 5) стать более свободным в выражении собственных негативных и позитивных чувств; 6) научиться более точно понимать и вербализовать свои чувства; 7) раскрыть свои проблемы с соответствующими им переживаниями (зачастую ранее скрытыми от самого себя или искаженными); 8) модифицировать способ переживаний, эмоционального реагирования, восприятия себя самого и своих отношений с другими; 9) произвести эмоциональную коррекцию своих отношений. В целом задачи в эмоциональной сфере охватывают следующие основные аспекты: получение эмоциональной поддержки и формирование более благоприятного отношения к себе, непосредственное переживание и осознание нового опыта в группе и самого себя; точное распознавание и вербализация собственных эмоций; переживание заново и осознание прошлого эмоционального опыта и получение нового эмоционального опыта в группе.

3. Поведенческая сфера. Г. п. должна помочь пациенту: 1) увидеть собственные неадекватные поведенческие стереотипы; 2) приобрести навыки более искреннего, глубокого и свободного общения; 3) преодолеть неадекватные формы поведения, проявляющиеся в группе, в том числе связанные с избеганием субъективно сложных ситуаций; 4) развивать формы поведения, связанные с сотрудничеством, взаимопомощью, ответственностью и самостоятельностью; 5) закрепить новые формы поведения, в частности, те, которые будут способствовать адекватной адаптации и функционированию в реальной жизни; 6) вырабатывать и закреплять адекватные формы поведения и реагирования на основе достижений в познавательной и эмоциональной сферах. В общем виде задачи Г. п. в поведенческой сфере могут быть определены как формирование эффективной саморегуляции.

Таким образом, задачи Г. п. фокусируются на трех составляющих самосознания: самопонимании (когнитивный аспект), отношении к себе (эмоциональный аспект) и саморегуляции (поведенческий аспект), что позволяет определить общую цель Г. п. как расширение сферы самосознания пациента. В принципе задачи любой психотерапевтической системы, ориентированной на личностные изменения, могут быть сформулированы таким образом. Однако в Г. п. основным инструментом лечебного воздействия выступает психотерапевтическая группа, позволяющая выйти на понимание и коррекцию проблем пациента за счет межличностного взаимодействия, групповой динамики. Групповая динамика есть совокупность групповых действий и интеракций, возникающая в результате взаимоотношений и взаимодействия членов группы, их деятельности и влияния внешнего окружения, и представляет собой развитие, или движение, группы во времени. В общем виде групповую динамику определяют цели, задачи и нормы группы, ее структура, структура лидерства в ней, групповые роли, сплоченность группы, групповое напряжение, актуализация прежнего эмоционального опыта, формирование подгрупп, главные виды вербальной коммуникации в группе. Все элементы групповой динамики обсуждаются в процессе работы, так как в них наиболее ярко выражается специфика системы отношений, установок, особенностей поведения и др., и могут рассматриваться при этом как основные темы групповой дискуссии.

Опора на групповую динамику и межличностное взаимодействие, представляющая собой фокусировку работы группы на процессе "здесь и теперь", иногда формирует точку зрения, согласно которой Г. п. направлена на переработку конфликтов в сфере межличностного взаимодействия, в то время как индивидуальная - на раскрытие и переработку глубинного, внутриличностного конфликта. Однако Г. п. в рамках конкретного психотерапевтического направления решает те же задачи, что и индивидуальная, но с помощью своих средств. Если психотерапия имеет своей целью раскрытие и переработку внутреннего психологического конфликта и коррекцию неадекватных, нарушенных отношений личности, обусловивших возникновение и субъективную неразрешимость его, то эта цель является общей и для индивидуальной психотерапии, и для Г. п. Трудности в сфере межличностного взаимодействия, межличностные конфликты в значительной степени являются следствием глубинных коллизий и нарушенных отношений личности. В межличностных конфликтах "высвечиваются" скрытые и неосознаваемые психологические проблемы. Воздействие только на межличностном уровне представляет собой скорее поведенческий тренинг, поскольку задачи психотерапии сложнее и глубже. Отличие индивидуальной психотерапии и Г. п., при наличии общих задач, заключается в том, что Г. п. в большей степени акцентирует внимание на межличностном аспекте, а индивидуальная - на историческом. Однако лишь в большей степени, а не исключительно. В Г. п. внутренний психологический конфликт и нарушенные отношения личности раскрываются через их непосредственное отражение в реальном поведении пациента в группе. В то же время Г. п., несмотря на доминирующую интеракционную направленность, не ограничивается актуальной ситуацией "здесь и теперь". Адекватная коррекция нарушенных отношений личности может быть осуществлена пациентом лишь в том случае, если весь комплекс психологических особенностей, проявляющийся в процессе группового взаимодействия, соотносится с его реальной ситуацией и проблемами вне группы, позволяет реконструировать особенности взаимоотношений в ситуациях "там и тогда". Закономерная повторяемость, стереотипность конфликтных ситуаций, особенностей поведения и эмоционального реагирования в группе и вне ее, в настоящем и прошлом делают для пациента более наглядным и убедительным содержание обратной связи, получаемой в группе. Это способствует созданию устойчивой мотивации к самоисследованию и коррекции своих отношений, позволяет вычленить то, что стоит за поведением в различных ситуациях. Следствием представления, что процесс Г. п. должен ограничиваться ситуацией "здесь и теперь", может быть лишь уменьшение эффективности психотерапевтического воздействия. Один из важнейших механизмов лечебного действия групповой психотерапии - возникновение и переживание пациентом в группе тех эмоциональных ситуаций, которые были у него в реальной жизни в прошлом и являлись субъективно неразрешимыми и неотреагированными, - предполагает переработку прошлого негативного опыта, проявляющегося в актуальной эмоциональной ситуации в группе, без которой невозможно добиться позитивных, достаточно глубинных личностных изменений. Адекватное самопонимание также не может быть достигнуто вне общего контекста формирования и развития личности пациента. Как Г. п. не ограничивается межличностным уровнем, так и индивидуальная психотерапия не сводится только к осознанию с помощью исторического анализа. В индивидуальной психотерапии, так же как и в групповой, и реальное эмоциональное взаимодействие (в группе или психотерапевтической диаде), и рассказ пациента о себе, своей жизни, своем прошлом в определенной степени отвечают принципу "здесь и теперь". Во-первых, вербальная активность (или неактивность) пациента обусловлена его актуальным взаимодействием с психотерапевтом (группой): доверием или недоверием, ощущением угрозы или безопасности, желанием вызвать сочувствие, найти понимание, контакт, сотрудничать или перенести всю ответственность за лечение на психотерапевта. Во-вторых, рассказ о своем прошлом, воспоминания зачастую также вызывают сильные эмоции, сопоставимые с теми, которые возникали в реальной ситуации. Однако рассказ о прошлом может не только спровоцировать сильные актуальные переживания, но и способствовать адекватной и точной их вербализации и осознанию. Поэтому ограничение психотерапевтического процесса в индивидуальной психотерапии только историческим планом, а в групповой - только межличностным, так же как и чрезвычайно узкое понимание термина "здесь и теперь", представляется необоснованным.

Большинство исследователей процесса Г. п., а также практики в этой области описывают определенные закономерности развития психотерапевтического процесса в группе и наличие достаточно четко очерченных фаз его. Этот процесс начинается со стадии зависимого и поискового поведения, проходит через период возникновения, обострения и разрешения внутригрупповых конфликтов и продвигается к формированию групповой сплоченности и эффективному решению проблем. Наличие различных схем определяется как разными теоретическими ориентациями, так и разными параметрами, изучение которых послужило основанием для выделения определенных фаз группового психотерапевтического процесса (см. Фазы развития психотерапевтической группы). Однако на описательном уровне здесь обнаруживается гораздо больше сходства, чем различий. Первая фаза групповой психотерапии характеризуется пассивностью пациентов и высоким уровнем напряжения, обусловленного преимущественно несовпадением ожиданий с реальной групповой ситуацией и позицией психотерапевта.

Для второй фазы также свойствен высокий уровень напряжения (специфика которого заключается, как правило, в наличии негативных эмоций по отношению к психотерапевту) в сочетании с более высокой активностью пациентов. Конструктивным разрешением этой кризисной стадии можно считать открытое выражение пациентами своих чувств и обсуждение в группе проблем, связанных с авторитетами, зависимостью, поисками поддержки, недостаточной самостоятельностью и ответственностью, неуверенностью. Третья фаза характеризуется процессом структурирования группы, развитием групповой культуры, выработкой групповых норм, целей, ценностей, формированием сплоченности, взаимопомощи и взаимоподдержки. Четвертая фаза является "рабочей" - фазой активно и целенаправленно работающей психотерапевтической группы. Возникшие в предыдущей фазе сплоченность, искренность, спонтанность, заинтересованность, чувство безопасности создают необходимые условия для собственно психотерапевтического процесса в группе.

При рассмотрении лечебного эффекта Г. п. выделяют разнообразные механизмы, или факторы, лечебного действия, которые располагаются в 3 основных плоскостях: эмоциональное переживание, самопонимание и регуляция поведения. В зависимости от теоретической ориентации представители различных направлений придают большее или меньшее значение каждому из них, подчеркивая при этом и определенную роль двух других. В качестве основных механизмов лечебного действия Г. п. могут рассматриваться коррективный эмоциональный опыт, конфронтация и научение.

Важную роль в Г. п. играет поведение группового психотерапевта, которое в значительной степени определяется теоретической ориентацией, но в целом его позиция может быть охарактеризована как недирективная. Основные задачи группового психотерапевта можно сформулировать следующим образом: 1) побуждение членов группы к проявлению отношений, установок, поведения, эмоциональных реакций и их обсуждению и анализу, а также к разбору предложенных тем; 2) создание в группе условий для полного раскрытия пациентами своих проблем и эмоций в атмосфере взаимного принятия, безопасности, поддержки и защиты; 3) разработка и поддержание в группе определенных норм, гибкость в выборе директивных и недирективных техник воздействия. Средства воздействия, используемые групповым психотерапевтом, можно условно разделить на 2 вида: вербальные и невербальные. К вербальным относятся структурирование хода занятий (одна из важнейших функций психотерапевта), сбор информации, интерпретация (отражение эмоций, кларификация, конфронтация, собственно интерпретация), убеждение и переубеждение, предоставление информации, постановка заданий. В данном случае речь идет не столько об активности психотерапевта, сколько о стимуляции членов группы к определенному виду активности. К невербальным средствам относятся мимика, жестикуляция, интонация. Предпочтительным в плане руководства психотерапевтической группой является наличие в ней двух психотерапевтов, что позволяет каждому из них получать обратную связь относительно своего поведения в группе. В этом случае психотерапевты профессионально контролируют друг друга и могут обратить внимание на собственные искажения в понимании группового процесса и возможный контрперенос. Котерапевтом часто выступает менее опытный, начинающий групповой психотерапевт, который, участвуя в работе, приобретает опыт в области Г. п. Ведение групп психотерапевтами, находящимися на одинаковом профессиональном уровне, также распространенное явление. Наиболее предпочтительным представляется вариант работы в психотерапевтической группе 2 психотерапевтов: врача и психолога, мужчины и женщины.

Методы Г. п. условно подразделяются на основные и вспомогательные. Основным является групповая дискуссия, имеющая 3 главные ориентации - интеракционную, биографическую и тематическую. К вспомогательным методам относятся психодрама (разыгрывание ролевых ситуаций), психогимнастика (невербальное межличностное взаимодействие), музыкотерапия (в активной и рецептивной формах), проективный рисунок (рисование на определенную тему). Каждый из указанных методов может использоваться и как вспомогательный прием, но в данном случае речь идет о комплексе, применяемом в работе с одной психотерапевтической группой. Опорной формой Г. п. является групповая дискуссия, а вспомогательные методы можно использовать как дополнительный прием в ходе дискуссии и как отдельное занятие. Сочетание групповой дискуссии с различными вербальными и невербальными вспомогательными приемами определяется конкретной групповой ситуацией и фазой развития группы. В зависимости от этого может изменяться удельный вес разных вербальных и невербальных методов, а также содержание и структура занятий. Например, в начальной фазе Г. п., когда существует выраженная дистанция между пациентами и страх перед ее преодолением, когда поведение пациентов характеризуется напряженностью и неуверенностью, полезно увеличить объем невербальных приемов, в частности психогимнастики. Иногда в начале работы группы применяются преимущественно психодраматические техники (разговор со значимым человеком, "социальный атом" и др.). Вспомогательные вербальные и невербальные методы часто используются в группе для разрешения трудных ситуаций. Их применение в ходе групповой дискуссии позволяет обратить внимание группы и отдельных пациентов на характерные особенности и способы поведения, вскрыть существующие взаимоотношения и сделать их более наглядными, оживить процесс взаимодействия, дать дополнительный материал для анализа проблем группы в целом и каждого пациента в отдельности.

Продолжительность курса Г. п. зависит от теоретической ориентации, нозологической принадлежности и типа лечебного учреждения. В среднем это 40 сеансов по 1,5 часа каждый. Психотерапевтическая группа состоит из 8-12 человек и, как правило, гомогенна по нозологическому признаку и гетерогенна в отношении других характеристик (пол, возраст, образование, психологические особенности, специфика психологического конфликта и др.).

Г. п. используется в комплексном лечении самых разнообразных контингентов больных (неврозы, алкоголизм и наркомании, психозы, психосоматические расстройства, хронические соматические заболевания и др.). Применение Г. п. определяется прежде всего ролью психогенных факторов в этиопатогенезе заболевания и его психологическими и социально-психологическими последствиями. Эти сведения приведены в соответствующих статьях, посвященных психотерапии в различных областях медицины.

ГРУППОВАЯ ПСИХОТЕРАПИЯ ПОДРОСТКОВ. Г. п. п. рассматривается как серия межличностных интеракций в малой группе, нацеленных на формирование у участников адекватной самооценки и целостной Я-концепции, конфронтацию с собственными неосознаваемыми проблемами, распознавание неадекватных паттернов эмоционально-поведенческого реагирования и неиспользованных личностных ресурсов, раскрытие своих переживаний и их вербализацию, совершенствование навыков контроля за ситуацией, научение строить отношения с другими во взаимоудовлетворяющей манере (Эйдемиллер Э. Г., Кулаков С. А., 1990).

В настоящее время Г. п. п. с нарушениями адаптации, невротическими, соматоформными расстройствами и нарушениями личности распространена во многих странах мира и относится к наиболее эффективным и экономичным методам психотерапии. Препятствием в использовании метода Г. п. п. в одних случаях являются недостаточная спонтанность и гибкость психотерапевтов, их страх перед экспрессией подростков, в других случаях - отсутствие кадров детских и подростковых психотерапевтов, системы оказания им психотерапевтической помощи, как это имеет место в России (Захаров А. И., 1982; Эйдемиллер Э. Г., 1988, 1994; Sifneos P. Е., 1979).

Все существующие методы Г. п. п. (а их около 100) делятся на 3 вида: образовательные, аналитические и основанные на действии. К последнему виду относят аналитическую психодраму, гештальт-терапию и др. Для подростков наиболее адекватными являются модели групповой психотерапии, основанные на действии. Это связано с такими психологическими их особенностями, как стремление к группированию, потребность в интимности и кооперации, тревога, вызванная открытием субъективного мира и формированием образа "Я", тяга к расширению диапазона ролевого поведения, сохраняющаяся с детства конкретность мышления и эмоциональная непосредственность. Но именно из-за этих психологических особенностей применение методов группового анализа и разговорной психотерапии в подростковой психиатрии существенно ограничено (Tausch R., 1973).

По продолжительности работы выделяют 2 вида Г. п. п.: долгосрочную (60 и более часов) и краткосрочную (от 20 до 28 часов) (Эйдемиллер Э. Г., 1994). Показания к Г. п. п. широки. Это невротические и личностные расстройства, алкоголизм, нарко- и токсикомании, нарушения адаптации, психические заболевания, среди которых различные формы шизофрении и эпилепсии (Ериш М. И., Каубиш В. К., Эткинд А. М., 1978). Противопоказания к Г. п. п. относительны и в значительной мере обусловлены личностными и профессиональными качествами психотерапевта. Потребность подростков в краткосрочной групповой психотерапии существенно возросла за последнее десятилетие (Кулаков С. А., 1994). Обстоятельств, способствовавших этому, несколько: 1) объем долговременной памяти у детей, в том числе и подростков, существенно меньше, чем у взрослых; результаты, достигнутые группой на одном занятии, через несколько дней могут быть либо забыты, либо восприняты искаженно; 2) подростку трудно долго ожидать результата психотерапии; если после 2 сеансов групповой психотерапии у участников не появляется ощущения, что терапевтические цели достижимы, наступает разочарование и подчас появляется желание покинуть группу; 3) краткосрочная психотерапия по сравнению с долгосрочной имеет меньше шансов превратиться в своеобразную "экологическую нишу" для подростков, альтернативу их жизни в окружении сверстников со множеством обязанностей и потребностью в рекреации. При долгосрочной модели Г. п. п. группа работает 3-4 раза в неделю по 1,5 часа в течение 3 месяцев, краткосрочная психотерапевтическая группа - 4 часа ежедневно в течение 5-7 дней. Состав группы 8-12 участников обоих полов. При подборе пациентов следует ориентироваться скорее на психологическую зрелость, чем на паспортный возраст. Вместе с 16-18-летними мальчиками в группу могут быть включены 14-16-летние девочки, опережающие первых по темпу созревания. Разница в возрасте между подростками одного пола не должна превышать 1 - 2 лет. При обеих моделях Г. п. п. групповая и личностная динамика оказывается сходной, но интенсивность процессов изменения более высокая в краткосрочных группах.

В первой фазе - фазе ориентации - происходит образование группы как целого, пациенты принимают правила работы, предлагаемые психотерапевтом. Участники группы выполняют упражнения, которые помогают им сплотиться, развивают их коммуникативные возможности, эмпатические навыки, тренируют способность выражать и "читать" эмоции. Для этого используются такие игры, как рукопожатие, передаваемое по кругу, называние имен вместе с "переброской" воображаемого мяча, "передачи" воображаемого предмета, а также приемы "Броуновское движение", "Горная тропа", "Лунные локаторы", "Розовый крокодил"; способствуют этому раскрытие коммуникативного значения вопросов, описательный язык и т. п. При выполнении "Броуновского движения" все участники соединяют пальцы рук на затылке и выставляют локти вперед (это своеобразные "валентности") и, вообразив себя атомом, начинают хаотически передвигаться. Психотерапевт дирижирует темпом выполнения упражнения репликами типа: "Температура 10°... 40°... 60°... 100°". Периодически он предлагает участникам соединиться "валентностями" по 2, 4, 6 человек, всем вместе. Упражнение тренирует внимание, обеспечивает телесное соприкосновение и способствует возникновению чувства принадлежности к группе, снижает уровень тревоги у участников. Упражнение "Лунные локаторы" преследует те же цели, что и "Броуновское движение", и отвечает требованиям, предъявляемым к подбору игр в детских и подростковых группах, - играть без проигрыша. Ведущий поднимает руки вверх, согнув их в локтях, и говорит: "Это антенны. Поднимите свои антенны вверх. Так, теперь опустите. Я, лунный локатор Иван, вызываю лунного локатора Светлану". При этом ведущий поднимает руки; это же должна сделать Светлана, а соседи Ивана и Светланы должны поднять по одной руке. В свою очередь Светлана вызывает кого-либо и т. д. Если кто-то ошибся в приеме передачи, то он переходит на роль лунохода, становится на четвереньки и получает право кричать, толкаться, всячески дезорганизовывать игру. В игре "Розовый крокодил" группа делится на 2 команды. Каждая загадывает какое-нибудь эмоциональное состояние, например восторг, страх, тревогу, или какую-то ситуацию. Потом команды по очереди проигрывают свои этюды без слов. Преимущество этого упражнения перед парными приемами проигрывания эмоций заключается в большей безопасности. Вторая фаза, обычно называемая негативно-агрессивной (Карвасарский Б. Д., Ледер С., 1990; Kratochvil S., 1978), определена Э. Г. Эйдемиллером и А. И. Вовком как стадия переформулирования целей и перераспределения ответственности. Поскольку достижения каждого участника группы зависят от его внутренней мотивации на осознание проблемы и ее решение, то методом опроса психотерапевт выясняет, какой процент ответственности каждый подросток берет на себя, а что оставляет группе или психотерапевту. Прояснить, какие скрытые чувства друг к другу и к психотерапевту есть у участников группы, можно с помощью социографических игр и приемов, инсценирования сказок, терапевтических метафор. Уточняются цели, которые хочет достигнуть каждый участник и группа в целом.

В третьей фазе - фазе решения индивидуальных проблем - с помощью приемов аналитической психодрамы, гештальт-экспериментов участники группы имеют возможность осознать и разрешить свои проблемы.

В краткосрочной Г. п. п. граница между третьей и четвертой фазами весьма условна. В четвертой фазе - фазе экзистенциального выбора - участники, как правило, углубленно прорабатывают проблемы полоролевой идентичности и эффективности в семейных ролях и в роли "какой я есть на самом деле". Стиль поведения психотерапевта в краткосрочной Г. п. п. директивный, в долгосрочной - меняется от роли "активного руководителя" к роли "посредника" и "члена группы".

При разработке и апробации модели краткосрочной интегративной групповой психотерапии Э. Г. Эйдемиллером (1994) сформулированы следующие принципы: 1) принцип парности однотипных акцентуаций личности (для равномерного созревания группы, эффективного ее функционирования целесообразно подбирать в группы пары однотипных акцентуантов; это обеспечивает лучшую идентификацию личностных проблем у участников); 2) принцип клинико-психологического разнообразия участников, включаемых в психотерапевтическую группу; 3) принцип формулирования терапевтического запроса, учитывающий психологическую незрелость, когнитивные особенности и редуцированность навыков социальной кооперации (психотерапевтические метафоры, проективный рисунок, психодраматическое моделирование); 4) использование приемов "присоединения" - установление психологического контакта с участниками психотерапевтической группы (синхронизация дыхания, приемы "мимезиса", калибровка эмоциональных состояний, отслеживание глазодвигательных реакций); 5) обучение участников групповой психотерапии двухуровневой обратной связи, содержащей вербальную и невербальную информацию; 6) принцип интегративности (комплексное применение психологических механизмов групповой динамики, гештальт-экспериментов и психодрамы); 7) использование эффекта трансового изменения сознания у участников психотерапии, чему в значительной степени способствуют совпадение терапевтических целей, возрастная психологическая совместимость членов группы, эмоциональная сплоченность; 8) принцип иерархизации приемов, направленных на выявление, исследование и коррекцию агрессивности у участников группы (моторные разминки "Жмурки", "Жучок" и другие игровые приемы, а также использование метафор и психодраматических игр "Аисты и лягушки", "Собаки и кошки", "Звездные войны", "Психоскульптуры" и др.); 9) принцип "здесь и теперь" (принципиальный отказ от биографической направленности Г. п. п., что важно для детей и подростков в связи с тем, что отдаленное будущее заблокировано, прошлое редуцировано в субъективном восприятии либо переполнено негативными проекциями); 10) принцип сбалансированности в исследовании негативного и позитивного опыта участников психотерапии (во время подготовки к психотерапии и на ее сеансах участники отвечают на вопрос, какие негативные и позитивные последствия привносили в их жизнь симптомы или неразрешенные личностные проблемы. Автором была создана принципиально важная для детской и подростковой психотерапии парадигма: ничто из пережитого и переживаемого не может быть редуцировано; наоборот, пациент стимулируется к исследованию того, как он адаптируется с помощью симптома и как будет адаптироваться, трансформировав энергию симптома в другие, более зрелые, многовариантные формы поведения); 11) принцип баланса структуры и содержания, ответственности за результат психотерапевта/ группы при проведении Г. п. п. (директивность стиля психотерапевта и его ответственность за структуру занятий, сменяемая приемом "следования за спиной" участника, который, в свою очередь, отвечает за содержание сеанса и свой результат).

ГРУППОВАЯ ТЕРАПИЯ. В современной литературе это понятие используется в 3 значениях:

1. Г. т. - как совместная деятельность пациентов в лечебных целях, направленная на их активизацию, преодоление неконструктивной фиксации на болезненном состоянии, активное вовлечение пациентов в лечебный процесс, расширение круга интересов и сферы контактов, развитие коммуникативных навыков. Основные формы Г. т. - трудотерапия, двигательная и спортивная терапия, музыкотерапия, арттерапия (терапия искусством), различные виды терапии занятостью, "клубы бывших пациентов" и др. Г. т. находит свое применение в комплексной системе восстановительного лечения и профилактики (особенно вторичной и третичной) самых широких контингентов больных.

2. Г. т. - как психотерапия, использующая отдельные психотерапевтические методы в группе больных (гипноз, аутогенная тренировка, разъяснение, убеждение и пр.). Психотерапевт занимает позицию, аналогичную его позиции в индивидуальной психотерапии, выступая в качестве основного инструмента психотерапевтического воздействия, а взаимоотношения и взаимодействия, возникающие между участниками группы, в лечебных целях не используются. Практически единственным групповым феноменом, который учитывается психотерапевтом в данном случае, является групповая индукция.

3. Г. т. - как вид групповой психотерапии. Однако большинство авторов различают эти два понятия, рассматривая в качестве групповой психотерапии лишь процесс, основанный на групповой динамике, где основным инструментом психотерапевтического воздействия является психотерапевтическая группа.

ГРУППОВОЕ ДВИЖЕНИЕ. Групповые формы психологического воздействия стали подлинным знамением времени в силу как экономичности, так и эффективности, часто более высокой по сравнению с индивидуальной работой. Хотя очевидно, что в группе любому отдельно взятому участнику уделяется внимания меньше, чем при индивидуальной психотерапии, существует ряд причин, обусловивших развитие и успех Г. д. Жизнь - социальное явление, и индивидуум испытывает потребность в эмоциональном тепле и контактах с другим человеком. Социальные противоречия и бюрократические аспекты общества могут вызывать чувства замешательства, недоверия, бессилия и т. д. Такие скрытые факторы, как давление партнеров, социальное влияние и конформизм, постоянно существующие в группах на работе и группах приятелей, в семье, становятся очевидными в специально организованной группе и воздействуют на индивидуальные жизненные установки и изменение поведения. В результате аффективные переживания, возникающие в искусственно созданной обстановке, могут естественно переноситься во внешний мир.

Речь идет о социальных малых группах, созданных на время, участники которых при содействии назначенного ведущего включаются в своеобразный опыт интенсивного общения. При обозначении таких групп зачастую различные термины используются как взаимозаменяемые. В качестве родовых используются понятия "интенсивный групповой опыт", "лабораторное обучение". Термин "experiental groups" широко используется по отношению к групповым моделям, которые способствуют приобретению жизненного опыта и росту личности.

Члены психокоррекционных групп являются активными участниками, которых поощряют рассматривать себя как субъектов собственных изменений. Появление различных видов психокоррекционных групп обусловлено стремлением к самовыражению, характерным для гуманистического направления. Эти группы ориентированы на рост и развитие личности, а не только на болезнь и ее лечение, поэтому они создаются и для занятий со здоровыми людьми.

Интерес психотерапевтов к работе с группами усилился в 1950-60-е гг., когда возросли симпатии к антиавторитарной контркультуре, в центре которой оказалось свободное самовыражение и самораскрытие. Однако психотерапевтами недостаточно используется и не до конца оценен опыт изучения групповой динамики академическими психологами и социологами.

Адепты групповой динамики признают авторитет Левина (Lewin K.) в истории развития психокоррекционных групп и считают его "теорию поля" сердцевиной теории групп. Вслед за ним они уверены, что "обычно легче изменить индивидуумов, собранных в группу, чем каждого из них в отдельности". Вторым источником Г. д. являются группы, созданные Роджерсом (Rogers С. R.), в работе которых упор делался на развитие личности, совершенствование общения.

По мнению Роджерса, организованные группы интенсивного опыта - одно из самых быстро распространяющихся явлений XX в. и, возможно, одно из самых значимых. Вплоть до конца 1960-х гг. в США традиционная психиатрия и клиническая психология отмежевывались от групп. Тем не менее Г. д. развивалось и проникло в самые разнообразные организации. Группы существуют на промышленных предприятиях и при университетах, в религиозных общинах и государственных учреждениях, в учебных заведениях и тюрьмах. Созданы группы глав крупных корпораций и несовершеннолетних преступников, студентов колледжей и их преподавателей, консультантов и психотерапевтов, исключенных из школ учеников, супружеских пар, семейные группы (включающие родителей с детьми), группы хронических наркоманов, заключенных, медсестер, воспитателей, учителей, директоров школ, руководителей предприятий. Обращают на себя внимание две основные категории: во-первых, лица, по роду своей деятельности общающиеся с другими людьми, и, во-вторых, имеющие трудности и проблемы.

Роджерс считал, что огромный интерес к Г. д. и его популярность связаны с растущей дегуманизацией культуры, когда о человеке как о личности речь не идет - важно лишь его общественное и материальное положение, и с ростом благосостояния, позволяющим индивиду заняться своими психологическими проблемами. Существует психологический "голод" - по теплым, тесным и искренним взаимоотношениям, при которых можно выражать непосредственные переживания и эмоции, не подавляя и не "обрабатывая" их; делиться радостями и печалями, пробовать новые формы поведения. Когда участников принимают такими, какие они есть, появляется возможность развития. С философской точки зрения Г. д. близко экзистенциализму, поскольку подчеркивает сиюминутное проявление человеческих чувств и умение дорожить сегодняшним днем. Социальные функции Г. д. - переустройство общества, использование Г. д. в качестве инструмента социальных изменений.

Группы различаются с учетом целей и используемых методов. Среди психокоррекционных групп могут быть выделены группы организационного развития, или решения проблем; группы подготовки руководителей и обучения межличностным умениям; группы личностного роста; психотерапевтические группы. На практике цели и задачи этих четырех типов групп могут перекрещиваться. Внутри каждого типа существует широкий диапазон разновидностей, от ориентированных на информацию или задачу до ориентированных на личность или понимание; от центрированных на руководителе до центрированных на участнике; от рациональных до аффективно спонтанных; от жесткоструктурированных до неструктурированных; от кратковременных до длительно существующих; от объединяющих здоровых людей до состоящих из больных, проявляющих неадекватные эмоциональные реакции. Наиболее значимыми считают два параметра: роль ведущего в структурировании группы и рациональность - эффективность группы.

В одной из классификаций, предложенных Роджерсом, выделяется два типа групп: "организационного развития" и "тренинга сенситивности". Термин "тренинг сенситивности" используется для обозначения Т-групп и групп встреч.

Целью членов Т-групп (или группы тренинга человеческих отношений) является исследование межличностных отношений и групповой динамики, которую они сами порождают своим взаимодействием.

Группы сплоченности применяются на промышленных предприятиях для создания эффективно работающих коллективов; группа развития организаторских навыков обучает групповому лидерству; в центре внимания групп творческого самовыражения - самовыражение в различных видах искусства. Отдельные виды терапии, развившиеся вне группового движения (телесная терапия, психодрама, гештальт-терапия), нашли широкое распространение в групповых вариантах, с использованием механизмов эмоциональной поддержки и идентификации.

Для тех, кто сам не участвовал в работе групп тренинга, волнения и споры, вызываемые Г. д., могут показаться чем-то загадочным. Члены группы на вопрос о своих ощущениях отвечают примерно так: "Группа действительно дает результат, но какой - точно объяснить не могу. Каждый должен выяснить это для себя сам".

ГРУППОВОЙ ПСИХОТЕРАПЕВТ. С точки зрения реализации целей и задач Г. п. является главной фигурой психотерапевтического процесса. Он привносит в него индивидуальные черты, обусловленные его теоретической ориентацией, используемыми психотерапевтическими приемами, опытом, а также личностными особенностями. Все эти факторы, связанные с индивидуальностью психотерапевта, оказывают влияние на групповой процесс и результаты лечения. В литературе широко дискутируется проблема соотношения профессиональных навыков и личностных особенностей Г. п., хотя при этом и подчеркивается их взаимосвязь, поскольку уровень профессиональных навыков во многом определяется личностными особенностями психотерапевта, а они, в свою очередь, в значительной степени обусловливают выбор терапевтических приемов. Ответ на вопрос, какому фактору - личностному или профессиональному - придается большее значение, в целом соответствует пониманию сущности и целей психотерапии, иными словами, зависит от теоретической ориентации. Если психотерапевтический процесс в группе понимается прежде всего как специфический межличностный контакт (как, например, в клиент-центрированной психотерапии), то в данном случае более важное значение имеют индивидуальные, личностные особенности психотерапевта (способность к эмпатии и принятию, аутентичность, терпимость и гибкость и пр.). Если же психотерапевтический процесс в группе рассматривается преимущественно как целенаправленное воздействие, то тогда на первый план выходят профессиональные навыки Г. п. При этом следует подчеркнуть, что, по мнению ряда исследователей, личностные, индивидуальные особенности имеют большее значение в работе непрофессионалов или психотерапевтов с недостаточной подготовкой и малым опытом.

Среди личностных характеристик Г. п., традиционно рассматриваемых в качестве способствующих эффективности групповой психотерапии, можно указать следующие: открытая позиция психотерапевта в отношении пациентов, умение воспринимать отличные от собственных взгляды, позиции и суждения, отсутствие оценок, гибкость и терпимость, эмпатичность, аутентичность, уважение к другому, стремление помочь, сердечность, умение создать доброжелательную, безопасную атмосферу в группе и ряд других.

Термин "руководство психотерапевтической группой" по сути дела предполагает анализ поведения Г. п. При систематизации возможных типов поведения Г. п. обычно используют такие категории, как "роль", "ориентация", "терапевтический стиль". Понятие "роль" в данном случае сводится к положению, которое занимает психотерапевт в структуре группы. Ялом (Yalom I.D., 1970, 1975) выделяет 2 основные роли Г. п.: технический эксперт и эталонный участник. В качестве эксперта психотерапевт планомерно и целенаправленно использует свои знания и профессиональные навыки для достижения психотерапевтических целей и в нужный момент применяет соответствующие методы. Как эталонный участник, он преследует двоякую цель: демонстрация желательных образцов поведения в группе и ускорение процесса социального научения. Отказываясь от главенствующего положения в группе, он тем самым ускоряет достижение ею независимости и сплоченности. Кратохвил (Kratochvil S., 1978) выделяет 5 основных ролей Г. п.: активный лидер (руководитель), аналитик, комментатор, посредник, истинный член группы. Активный лидер (руководитель) определяет активность группы, направляет ее действия, разъясняет, управляет, учит. В группе, руководимой подобным образом, пациенты часто обращаются к психотерапевту за указаниями, советами, поддержкой и очень зависимы от него. Позицию психотерапевта здесь можно сравнить с ролью инструктора, учителя и опекуна. Роль аналитика характерна для психотерапевтов в психоаналитически-ориентированных группах. Аналитик ведет себя индифферентно, никак не проявляя себя и оставаясь личностно-нейтральным. Такое поведение психотерапевта должно способствовать осуществлению пациентами переноса инфантильных чувств. Основные функции психотерапевта в данном случае - интерпретация и анализ. В отличие от индивидуальной психоаналитической терапии, психотерапевт в группе может оставаться более пассивным, его усилия направлены на то, чтобы стимулировать группу к анализу. Комментатор, так же как и аналитик, не руководит группой и не направляет ее, позволяя свободно развиваться групповым ситуациям и процессам. Через определенные интервалы он обобщает и комментирует все, что произошло за это время в группе. Неличностный, описательный характер комментариев часто вызывает агрессивную реакцию группы. Продолжающиеся комментарии психотерапевта в конечном счете позволяют участникам группы понять сущность происходящих событий. Роль комментатора имеет особое значение при интеракционной ориентации групповой дискуссии, когда существует необходимость научить пациентов понимать истинный смысл взаимодействий и групповых процессов. Роль посредника близка к роли эксперта. Посредник не берет на себя полной ответственности за происходящее в группе, однако периодически вмешивается в ее деятельность и ориентирует ее так, чтобы она наиболее эффективно продвигалась в нужном направлении. Он воспринимается группой как эксперт, который разбирается во многих вопросах и может предоставить необходимую информацию, не навязывает группе решений, но не отказывается содействовать. Посредник также использует различные психотерапевтические приемы, но, в отличие от активного лидера (руководителя), предоставляет группе возможность самостоятельно перерабатывать полученный материал. Эксперт может комментировать, классифицировать, обобщать, однако его толкования и интерпретации подаются в виде гипотез. В роли истинного члена группы, аутентичного лица психотерапевт делает в группе все, что делают остальные ее участники, и проявляет свои настоящие чувства и переживания. Он становится, таким образом, эталонным участником и показывает членам группы, какую пользу они могут получить. Благодаря такому поведению психотерапевт способствует созданию в группе необходимых психотерапевтических норм. Особенность данной роли заключается в том, что в ней психотерапевт старается преодолеть противоречие между собственными требованиями к остальным участникам группы и собственным поведением, которое особенно характерно для ролей аналитика и комментатора. Однако аутентичность психотерапевта, как подчеркивает Кратохвил, ограничена его личностными особенностями, целями группы и потребностями ее участников. Ледер и Высокиньска (Leder S., Wysokinska T., 1980), учитывая такие критерии, как социальная роль, к которой можно свести поведение психотерапевта, способ воздействия (обучения), степень директивности, степень активности, передача положительных эмоций, анонимность или степень самораскрытия психотерапевта, профессиональная подготовка, выделяют следующие роли Г. п.: технический эксперт, инициатор, дидактик, опекун, товарищ, поверенный.

Относительно категории "ориентация" Гольдштейн и др. (Goldstein A. P. et al., 1966) характеризуют Г. п. исходя из того, кто и на кого терапевтически воздействует в группе. Выделяют ориентацию на индивида и лечение индивида на фоне группы и ориентацию на группу и лечение посредством ее воздействия. При ориентации на индивида и его лечение на фоне группы психотерапевт является директивным, интерпретирующим, ориентированным на психодинамику отдельной личности. Ориентация на группу и лечение посредством ее влияния предполагает более косвенные действия психотерапевта, направленные на динамику группы и носящие в большей степени стимулирующий, побудительный и катализирующий характер. Цель этих действий состоит в том, чтобы способствовать интеракциям участников группы между собой и, в меньшей степени, с самим психотерапевтом.

Либерман и др. (Lieberman M. A. et al., 1973) выделили 4 основных терапевтических стиля: эмоциональная стимуляция, опека, познавательная ориентация, исполнительная функция. Эмоциональная стимуляция предполагает, что руководитель группы особо подчеркивает проявление различных чувств, конфронтацию отдельных членов группы, мнений и позиций. Он участвует в происходящем как равноправный член группы, побуждая и стимулируя остальных. Опека предполагает такой стиль поведения врача, при котором он окружает членов группы заботой и вниманием, обеспечивает обратную связь и эмоциональную поддержку. При познавательной ориентации психотерапевт обозначает происходящее в группе соответствующими понятиями, объясняет смысл поведения всей группы и отдельных ее участников, интерпретирует происходящее в группе и переживания отдельных пациентов. Исполнительная функция означает, что психотерапевт устанавливает правила, указывает нормы, цели и направление деятельности, побуждает или прерывает активность, сосредоточивает внимание на определенном поведении группы и ее членов, использует собственное положение в группе для достижения конкретных целей. Поскольку указанные стили у разных психотерапевтов выступают в различных сочетаниях, была создана следующая типология руководителей групп: 1) опекуны - заботятся о пациентах, предоставляют познавательную ориентацию, информируют и советуют; 2) стимуляторы - для них характерен высокий уровень эмоционального стимулирования и средний либо высокий уровень исполнительной функции; 3) социальные инженеры - ориентированы больше на группу и отношения между ее участниками, чем на отдельных пациентов, малоиндивидуальны, умеренно заботливы; 4) личностно-нейтральные лидеры - держатся на расстоянии, сохраняют дистанцию, характеризуются средним уровнем эмоционального стимулирования и довольно слабой заботой; 5) либеральные руководители - с выраженной познавательной ориентацией и низким уровнем других характеристик; 6) командиры - высшая степень исполнительной функции, авторитарности, разъяснений, частое использование различных упражнений. Перечисленные типы руководителей группы были классифицированы по степени эффективности их воздействия: три первых признаны относительно эффективными, три последних - малоэффективными.

Основные характеристики поведения Г. п. даются обычно с позиций целевых аспектов и с точки зрения личности психотерапевта как переживающего и самовыражающегося субъекта. Целевые аспекты поведения Г. п. характеризуются такими параметрами, как "директивность-недирективность", "определенность - неопределенность высказываний"; экспрессивные, личностные - такими, как "анонимность-самораскрытие", "выражение положительных или отрицательных отношений". Директивность Г. п. определяется степенью его активности и инициативности в ведении группы. Директивный психотерапевт планирует и контролирует ход занятий, самостоятельно устанавливает нормы функционирования группы и приводит их в исполнение, дает инструкции, указания и советы, осуществляет интерпретации. Недирективный психотерапевт предоставляет участникам группы свободу выбора тем и направлений дискуссии, не начинает действий и не ускоряет их, не навязывает норм и интерпретаций, а использует в основном технику отражения и кларификации. Наиболее распространенной является в целом негативная оценка директивного стиля, обусловленная представлениями о том, что такой стиль замедляет достижение группой самостоятельности, которая является важнейшим условием ее эффективного функционирования.

Параметр "определенность - неопределенность высказываний психотерапевта" рассматривается с точки зрения их информативности. Низкая информативность (неопределенность) высказывания психотерапевта должна побуждать пациентов к повышенной активности в группе, высокая информативность (специфичность) снижает эту активность, может также активизировать защитные механизмы, так как представляет психологическую угрозу для пациента.

Параметр "анонимность-самораскрытие" предполагает, с одной стороны, личностно-нейтральное поведение психотерапевта, позволяющее пациентам проецировать свои невротические отношения, а с другой - открытое проявление психотерапевтом собственных чувств, переживаний, мнений и позиций. Выражение психотерапевтом положительных эмоций способствует удовлетворению ожиданий участников группы относительно доброжелательного, принимающего психотерапевта, а выражение отрицательных эмоций, напротив, ведет к фрустрации участников группы. Все перечисленные выше характеристики поведения Г. п. в целом не могут быть оценены как положительные или отрицательные, эффективные или неэффективные, так как степень их значимости для успешности психотерапевтического процесса в группе практически полностью определяется теоретической ориентацией. Тем не менее можно выделить задачи Г. п., которые являются важными при любой ориентации. В самом общем виде они могут быть сформулированы следующим образом: 1) побуждение членов группы к проявлению отношений, установок, поведения и эмоциональных реакций, обсуждению предложенных тем, предоставлению информации и обратной связи, анализу групповых ситуаций и проблем отдельных пациентов и пр.; 2) создание в группе атмосферы взаимного принятия, доброжелательности, безопасности, взаимопомощи, способствующей самораскрытию пациентов; 3) разработка и поддержание психотерапевтически ценных групповых норм, гибкость в выборе директивных или недирективных приемов. При этом часто подчеркивается, что лучших результатов в психотерапии достигают психотерапевты, которые в большей степени ориентированы на опеку и эмоциональную поддержку, а уж потом - на стимулирование и руководство.

Средства воздействия, используемые психотерапевтом в ходе групповых занятий, можно условно разделить на 2 категории: вербальные и невербальные. Первые относительно легко поддаются регистрации и анализу. Что же касается вторых, то их гораздо труднее выделить и классифицировать, хотя именно они во многом определяют климат и атмосферу занятия. К ним относятся мимика психотерапевта, его жестикуляция, интонация и т. д. Используемые более или менее сознательно и целенаправленно, они выражают собственные эмоциональные состояния психотерапевта и служат стимулированию пациентов к определенной активности, а также являются средством положительного или отрицательного подкрепления определенных форм их поведения.

Главным средством воздействия являются вербальные приемы, классификация которых с точки зрения активности психотерапевта (т. е. определения цели, к которой он стремится, используя то или иное высказывание) позволяет принятые в групповой психотерапии приемы условно разделить на несколько категорий. В каждом из типов активности психотерапевта можно выделить его собственную активность и стимулирование пациентов к активности данного типа. В качестве основных категорий можно указать следующие: 1) структурирование хода занятий - это все высказывания, которые в начале занятия определяют его протекание и программу; высказывания, направленные на ограничение непродуктивной активности, на ориентирование обсуждения в соответствующем направлении и пр.; 2) сбор информации - психотерапевт задает вопросы, повторяет высказывания пациентов и их вопросы; 3) интерпретация - наиболее обширная категория психотерапевтических приемов. Интерпретация может относиться как к актуальной ситуации, так и к прошлому пациента. Внутри этой категории можно выделить следующее: отражение эмоций (повторение высказываний пациента, не выходя за пределы их явного содержания), классификация (извлечение из высказывания пациента того, что имеет существенное значение и содержится в нем неявным образом), конфронтация (сопоставление отдельных высказываний с целью показать сходство, различия, противоречия), собственно интерпретация (постановка гипотез, которые могут прояснить причинно-следственные связи и истинный смысл того или иного события или поведения); 4) убеждение и переубеждение - может осуществляться как непосредственно, так и опосредованно; 5) предоставление информации; 6) постановка определенных заданий - путем использования вспомогательных приемов. Последовательное применение данных приемов позволяет психотерапевту оптимально использовать психотерапевтический потенциал групповой динамики.

При разнообразии ролей, позиций, стилей, характеристик поведения Г. п. существует разделяемое подавляющим большинством специалистов представление, согласно которому основная задача психотерапевта заключается в недирективном руководстве группой, стимулировании пациентов к активности и создании атмосферы эмоциональной безопасности и принятия. Необходимость ограничения собственной активности и директивности Г. п. обусловлена тем, что активность участников группы сама по себе является лечебным фактором групповой психотерапии. Основные характеристики поведения психотерапевта определяются не только теоретической ориентацией, но и актуальной групповой ситуацией, а также фазой развития психотерапевтической группы.

ГРУППЫ ВСТРЕЧ. Основоположником Г. в., радикального крыла группового движения, ориентированного на оказание психологического содействия росту личности, является Роджерс (Rogers С. R.; первые эксперименты - в 1947 г.). Вкладом его в групповое движение стала концепция "основной встречи", тесно связанная с работами в области клиент-центрированной психотерапии.

Члены группы в процессе общения свободно выражают свои чувства и принимают чувства других, сфокусированы на поиске аутентичности и открытости во взаимоотношениях с окружающими. Лидер пытается создать атмосферу безопасности и доверия, помогает ее поддержанию с целью поощрения свободы выражения интимных мыслей и чувств членами группы, избегает проведения запланированных процедур; он ориентирует на безусловное позитивное принятие другой личности для преодоления сопротивления участников раскрытию личностных установок и включения в групповой процесс всех членов группы. Роджерс характеризует суть группы так: "Относительно неструктурированная, обеспечивающая климат максимальной свободы для выражения личности, исследования чувств и межличностной коммуникации. Акцентируются интеракции между членами группы в атмосфере, которая поощряет каждого отказаться от своей защищенности и фасадов и таким образом дает ему возможность относиться к другим членам группы прямо и открыто... Индивидуумы приходят к познанию себя и каждого другого более полному, чем это возможно в обычных социальных или рабочих отношениях; климат открытости, принятия, риска и честности порождает доверие, которое позволяет личности осознать и изменить установки к самозащите, проверить и принять обновленные и конструктивные формы поведения и впоследствии в ситуациях повседневной жизни относиться к другим более адекватно и эффективно".

Другая разновидность Г. в. связана с концепцией "открытой встречи", предложенной Шутцем (Schutz W. С.). Центральным здесь является понятие о единстве тела и сознания; любое психологическое воздействие, игнорирующее телесные ощущения, будет неполным. Им выдвинута программа активных телесных упражнений наряду с методиками вербальной конфронтации для осознания индивидуумом длительно подавляемых эмоций. Шутцу принадлежит следующее определение термина встреча ("encounter"): "Встреча есть способ установления отношений между людьми, основанный на открытости и честности, осознании самого себя и своего физического "Я", ответственности, внимании к чувствам, ориентации на принцип здесь-и-теперь".

Существует целый спектр Г. в., в том числе такие их разновидности, в которых преобладают невербальные процедуры, например танцы, массаж. В любом случае соматическим ощущениям уделяется особое внимание. Наряду с группами, функционирующими регулярно, существуют группы марафона, которые собираются один раз, но на длительный период с небольшими перерывами на отдых или сон.

Как правило, Г. в. расцениваются как отличные от традиционных психотерапевтических групп и по методам, и по целям. Например, в то время как психотерапия имеет целью коррекцию поведения больного неврозом или психозом, "встреча" рассматривается как способ ускорения психологического развития и самореализации нормально функционирующей личности.

Однако границы между психотерапией и Г. в. не так ясны и четки, как это может показаться на первый взгляд. Многие психотерапевтические группы используют опыт Г. в. К психотерапевту обращаются не только психически больные, но и здоровые люди, имеющие различного рода психологические затруднения. В то время как обычные виды групповой психотерапии направлены на помощь пациенту в адаптации к обществу, Г. в. рассматривают каждую личность как имеющую право и возможность искать удовольствия и требовать удовлетворения желаний, т. е. в большей степени "актуализироваться", чем адаптироваться к властным и жестким требованиям общества. Цели конкретного участника идентифицируются в самом начале группового процесса. Г. в. организованы по принципу "здесь и теперь", который предполагает осуществление участниками сиюминутного выбора и их ответственность за последствия своего выбора.

Членов группы обычно просят соблюдать несколько универсальных базовых правил: организовывать открытое и честное общение, уделять особое внимание телесным ощущениям, больше обращать внимания на чувства, а не на мысли и не апеллировать, насколько это возможно, к своему прошлому опыту и рассудочным описаниям. В жизни группы наблюдаются определенные феномены, имеющие тенденцию проявляться в такой последовательности: участники осматриваются; нежелание раскрыться или высказаться; описание прошлых чувств; выражение негативных эмоций; выражение и исследование личностно значимого материала; выражение спонтанных чувств между участниками группы; развитие в группе психотерапевтической способности; принятие себя и начало изменений; разрушение "фасадов"; налаживание обратной связи между участниками; конфронтация; взаимопомощь вне групповых сессий, основная встреча или истинное общение ("basic encounter"); выражение положительных чувств и близости; поведенческие изменения в группе.

Ведущий (посредник, фасилитатор) выступает не в традиционной роли учителя-наставника, пытающегося передать знания посредством чтения лекций или проведения семинара, а в качестве модели самораскрывающейся личности, способной к конфронтации. В этом отличие от традиционной психотерапии, где руководитель остается, по сути, анонимным, как бы "белым экраном". Здесь же ведущий группы пытается помочь членам группы "сотворить" значимый эмоциональный опыт, используя целый комплекс различных приемов и упражнений, стремясь, однако, к спонтанности.

Большинство приемов и упражнений, демонстрируемых ведущим, способствует эмоциональной оценке участниками собственной жизни или даже эмоциональному катарсису, за которым следует интеграция и понимание уже на более высоком уровне. Выбор конкретного упражнения зависит и от уровня работоспособности группы, и от стадии группового процесса.

Для установления доверительных межличностных контактов, уменьшения напряженности используются упражнения в парах или мини-группах. Это может быть зрительный контакт без слов, исследование рук или лица партнера. Используются упражнения, когда участник должен прорваться в круг, после чего следует "доверяющее падение" (падение на подставленные руки). Хотя в начале групповой работы приемы невербальной коммуникации нередко вызывают у участников страх, они тем не менее помогают "растопить лед" в отношениях между людьми, перешагнуть через обычные социальные условности. Для создания атмосферы сочувствия и поддержки используются упражнения с прикосновением. Однако преждевременный физический контакт может, наоборот, оказаться препятствием для настоящей психологической близости.

Конфликты могут прорабатываться как вербально, так и физически, с использованием борьбы и других подобных состязаний. В этом случае заранее оговариваются правила безопасности. Когда участники сопротивляются групповому процессу, ведущий может стимулировать фантазии, например, на тему "Как отреагируют члены группы, если узнают о вас нечто глубоко личное".

По многим параметрам Г. в. могут рассматриваться как прогрессивное явление в психотерапии, раздвинувшее ее рамки и включившее в нее людей, стремящихся расширить сферу осознания самих себя и улучшить свои межличностные контакты. Вследствие специфики контингента участников психотерапевтический эффект не является основной целью, хотя он обычно значительный. Достаточно широко признается ценность данного опыта для психогигиены, решения проблем профилактики психических расстройств, подготовки различных категорий медицинских работников.

Исследования, посвященные эффективности Г. в., показывают, что опыт участия в них усиливает чувствительность к разным оттенкам межличностных отношений, повышает самооценку, увеличивает самопринятие. Уменьшается отчужденность, возникают положительные изменения в представлении участника о самом себе.

ГУМАНИСТИЧЕСКИЙ ПСИХОАНАЛИЗ. Исследуя природу и общественную сущность человека, характер "болезни" современного капиталистического общества, идеал "здорового" общества и подлинной человеческой жизни, сочетая различные учения о человеке, главным образом психоанализ, экзистенциализм и философскую антропологию, Фромм (Fromm E.) стремился создать "диалектически- и гуманистически-ориентированный психоанализ", синтезирующий марксистские и психоаналитические теории личности, общества и культуры. В основе Г. п. лежит идея об общественной обусловленности психики, о понимании человека в контексте социальных условий его существования. Цель данного вида психоанализа - познание человеком своей внутренней природы, способствование раскрытию потребностей, смысла жизни и ценностных аспектов человеческого бытия.

В концепции сущности человека Фромма центральной проблемой является внутренне присущее человеческому существованию противоречие между бытием индивидуума в природе, бытием "брошенного в мир не по своей воле" и тем, что он выходит за пределы природы благодаря "способности осознания себя, других, прошлого и настоящего". Исторический процесс развития цивилизации ведет к формированию двух основных тенденций человека - стремление к свободе и отчуждению. По мнению Фромма, свобода человека объединяет негативную "свободу от" и позитивную "свободу для". Развитие человечества идет по пути увеличения "свободы от", что ведет к отчуждению, которое становится всеобъемлющим фактором человеческого существования, в результате он "утрачивает свою самость", обретает свободу, но лишается социальной защищенности. Так возникает механизм "бегства от свободы". Автор концепции выделил три бессознательных психологических механизма, регулирующих отношения человека и общества: 1) мазохистические и садистические тенденции, доминирование которых ведет к формированию авторитарного характера, проявляющегося в позиции: жизнь определяется силами, находящимися вне человека; 2) деструктивизм - стремление человека разрушить мир, чтобы он не разрушил его самого; 3) автоматический конформизм, который заключается в идентификации потребностей, норм индивидуума с социально одобряемыми ценностями. В результате противоречия между "Я" и миром исчезают, а вместе с тем и сознательный страх одиночества и бессилия. Однако цена, которую платит человек, велика - это потеря самого себя.

Оторванному от природы и лишенному естественных связей человеку угрожает одиночество, поэтому он стремится восстановить единство с миром. Но в современном технократическом обществе преобладают "непродуктивные", неподлинные формы межличностных коммуникаций. Одна из них получила название "симбиотическое отношение". Избежать одиночества человек может через подчинение себя группе, Богу, другому человеку. Индивидуум идентифицирует себя с целым, с той силой, которой он подчинен. В противоположном случае он преодолевает одиночество на пути к господству, стремится к соединению с миром через завоевание власти, делая других частью самого себя. Однако в обоих случаях теряется свобода и нарушается целостность человеческой личности. Этим позициям Фромм противопоставил любовь как "продуктивную ориентацию", когда человек соединяется с самим собой, другими людьми благодаря активности и творчеству.

Противоречивость человеческого существования автор раскрывал через две формы дихотомий - "экзистенциальную" и "историческую". Наиболее существенной "экзистенциальной дихотомией" является дихотомия между жизнью и смертью. Из-за неспособности человека сделать выбор возникает тревога и беспокойство, что создает еще одну, "экзистенциальную дихотомию", поскольку "цена, которую человек платит за сознание, - неуверенность". Стремление личности к сохранению своей уникальности и установление отношений с другими людьми, где человек идентифицирует себя с миром, также вызывает "экзистенциальную дихотомию". К "историческим дихотомиям" Фромм относил противоречия, создающиеся и разрешающиеся в процессе исторического развития; он считал, что "человек может реагировать на исторические противоречия, аннулируя их посредством своей собственной деятельности, но он не может аннулировать "экзистенциальные" дихотомии, несмотря на то что может реагировать на них различными способами". Устранение "исторических дихотомий", которые зависят от существующих социальных условий, может произойти при построении "гуманистического общества". Поскольку "экзистенциальные дихотомии" заложены в самой человеческой природе, они могут быть разрешены путем раскрытия готовности человека к любви, вере и размышлению. Способом восстановления гармонии между человеком и обществом является Г. п., способствующий пробуждению критических элементов в сознании личности.

Фромм считал, что человек должен осознать неподлинность своего существования в современном обществе, чтобы затем реализовать заложенные в его существе возможности. "Хотя и имеются некоторые потребности, общие для всех людей, такие как голод, жажда, секс, но те потребности, которые создают различия в характере человека, - любовь и ненависть, вожделение власти и стремление подчиняться, наслаждение чувственными удовольствиями и страх перед ними - все это продукты социального процесса. Наиболее прекрасные и самые безобразные склонности человека представляют собой не компоненты фиксированной и биологически заданной человеческой природы, а результаты социального процесса, который творит людей". В книге "Революция надежды" автор изложил программу преобразования буржуазных социальных структур в направлении гуманизации человека и общества. Необходимо создание таких ценностей, при наличии которых человек мог бы отказаться от социальной маски и обнажить свои подлинные потребности. Эти ценности должны способствовать его развитию. В поиске новых "психодуховных ориентации" человека Фромм обратился к философии любви, которая способствует устранению оторванности людей друг от друга, преодолению дихотомий человеческого существования, восстановлению гармонии человека и общества. Любовь, по мнению автора, дает единственно верный и "удовлетворительный ответ на проблему человеческого существования" и является высшей гуманистической ценностью.

ГУМАНИСТИЧЕСКОЕ (ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНО-ГУМАНИСТИЧЕСКОЕ, ОПЫТНОЕ) НАПРАВЛЕНИЕ В ПСИХОТЕРАПИИ. Одно из трех основных направлений современной психотерапии, к которым причисляют также динамическое и поведенческое (Parloff M. В., 1975; Karasu Т. В., 1977). Это направление наименее однородно. К нему относят экзистенциальную психотерапию, дазайнанализ, логотерапию, клиент-центрированную психотерапию, гештальт-терапию, психоимажинативную терапию Шорра (Shorr J.), эмпирическую психотерапию Витакера (Whitaker С. А.), эмпирическую психотерапию Гендлина (Gendlin E. Т.), первичную терапию Янова (Janow A.), биоэнергетический анализ Лоуэна (Lowen А.), структурную интеграцию Рольф (Rolf L), аутогенную тренировку (высшей ступени), трансцендентальную медитацию, дзэн-психотерапию, психоделическую психотерапию и ряд других методов.

При рассмотрении природы человека и его болезней представители этого направления подвергают критике классический психоаналитический подход и его отношение к этике человека - его желаниям, выбору и отношению к другим. Через психоаналитическую практику и придание особого значения техническим приемам человек становится обезличенным, изолированным, управляемым, доступным анализу и расчету, а потому униженным. Эмпирическая концепция возвеличивает человека с целью нивелировки его отчуждения, поощряет максимально полное исследование уникальности и универсальности его природы. В этом - ее трансцендентальная сущность. Говоря словами Франкла (Frankl V. E., 1966), "человек по своей сути стремится найти цель и осуществить свое предназначение в жизни". Такой подход включает как трансперсональное, так и интраперсональное измерение. "Интраперсональное относится к уровню "Я"... где главным является раскрытие человеческой индивидуальности, эмоционального состояния и их представительства в физическом теле; трансперсональное ориентировано на максимальную реальность... единство человека, универсальный или космический план... в котором человек переживает переход границ его "Я" в универсальное сознание" (Arendsen-Hein G. W., 1974). Представители гуманистического направления в психотерапии склонны видеть человека существом прирожденно активным, борющимся, самоутверждающимся, повышающим свои возможности, с почти безграничной способностью к позитивному росту. Поэтому усилия психотерапевта направлены на личностный рост пациента, а не просто на лечение болезни. Терапевтической целью является достижение максимальной осведомленности или более высокого состояния сознания, при котором, согласно Мею (May R., 1958), "быть осведомленным о своем предназначении в мире в то же самое время означает быть предназначенным для этого". Представители этого направления используют такие широкие понятия, как самоопределение, творчество, подлинность, и методологию, стремящуюся к максимальной интеграции ума, тела и души человека при отсутствии или нарушении его целостности. Патология понимается как уменьшение возможностей для самовыражения, как результат блокирования, подавления внутренних переживаний или потери соответствия им. Невротическая личность рассматривается как страдающая от подавления и фрагментации, а невроз - как основной, универсальный, приводящий к отчаянию результат отчуждения индивидуума от себя, своего общества (или мира). По Маслоу (Maslow A. H., 1970), патология - это ослабление человека, потеря или пока еще неосуществленность человеческих возможностей. Таким образом, болезнь, включающая все обычные психиатрические понятия, и здоровье располагаются на континууме: кем человек стремится быть - кем он может стать.

При рассмотрении терапевтического процесса (процесса изменений) интеллектуальные знания и инсайт заменяются эмоциями и переживаниями, акцент на "там и тогда" отдаленного прошлого переносится на "здесь и теперь" непосредственного настоящего. Переживание (как приобретение опыта) является скорее чувственным, чем познавательным или вербальным процессом, происходящим в непосредственном настоящем, являющимся субъективным и незаметным (для окружающих), а также безоговорочно значимым (хотя позднее необязательно остается таковым) и служащим средством для концептуализации. Согласно Гендлину (1961), "терапевтические изменения являются результатом процесса, в котором несомненно значение осведомленности, интенсивного чувствования, точно направленного и измененного, даже без словесного выражения". Терапевтические изменения через переживания обычно происходят с помощью реальных, конгруэнтных межличностных взаимоотношений между пациентом и психотерапевтом. Например, основу клиент-центрированной психотерапии Роджерса (Rogers С. R.) составляет позитивная вера в то, что каждый организм имеет врожденную тенденцию к развитию своих оптимальных способностей так длительно, сколько он находится в оптимальной среде. Психотерапевтические встречи действуют через сам факт их новизны. Во время их проведения психотерапевт служит катализатором, с помощью которого пациент реализует свои латентные и лучшие способности для саморазвития.

Хотя в понимании природы терапевтических взаимоотношений могут быть различия, реальный "здесь и теперь" терапевтический диалог или взаимные встречи психотерапевта и пациента являются обязательным условием для многих школ этого направления. Важнейшее значение приобретают пробуждающие чувства человеческие взаимоотношения, при которых каждый человек пытается искренне общаться с другими как вербально, так и невербально.

Терапевтический союз не является отношениями врача и пациента (как в динамической психотерапии) или учителя и студента (как в поведенческой психотерапии), а представляет отношения одного человеческого существа к другому. Роджерс (1955) писал: "Я вступаю во взаимоотношения не как ученый, не как врач, который может точно определить диагноз и лечение, но как личность, вступающая в личные взаимоотношения". Представители этого направления, в особенности экзистенциально-ориентированные, касаясь вопроса о методах и технических приемах психотерапии, считают, что для этого ее вида важнее не то, что психотерапевт делает, а скорее смысл (контекст) психотерапии, а также не то, что психотерапевт говорит, а то, что он из себя представляет (кем он является). В связи с этим их нередко критикуют за недостаточную определенность самих методов психотерапии.

Цель всех технических приемов может быть сформулирована как стремление к проникновению в феноменологический мир пациента. В отличие от психотерапевта динамического направления, психотерапевт не касается здесь прошлого пациента, диагноза, не стремится к инсайту, интерпретации, не рассматривает чередование переноса и контрпереноса, не указывает целей, не является директивным или конфронтирующим, навязывающим свое мнение пациенту в форме наставлений или решающих проблему предпочтений. Психотерапевты школы Роджерса и классического экзистенциализма имеют, по сути, вербальные взаимоотношения с пациентом. Другие школы в гуманистическом направлении в психотерапии часто невербальны в своем подходе. Они (например, гештальт-терапия) видят сверхинтеллектуализацию как часть проблемы пациента, т. е. проявление защиты против переживаний и чувств, и не принимают ее в качестве терапевтического приема. Психотерапевты пытаются сосредоточить активность на рефлексии, предпочитают действие слову или, как минимум, комбинируют действие с интроспекцией. Их цель заключается в развитии осведомленности пациента о телесных ощущениях, позах, напряжении и движениях с акцентом на соматических процессах. Основной упор делается на усилении, побуждении пациента. Приемами, выражающими самопереживания в таких школах, является сочетание прямой конфронтации с драматизацией, т.е. разыгрывание ролей, переживание фантазий в терапевтической обстановке.

В гуманистическом направлении в психотерапии делается также попытка объединить ум, тело и душу путем фокусировки на духовном измерении, что осуществляется в основном методами медитации. Считается, что состояние конечного глубокого отдыха позволяет выходить за пределы мира индивидуального "Я". В большинстве методов тренировки воли и внимания центральной является сосредоточенность на специальном произнесении слов или мантр, что, например, служит основанием для возникновения состояния без "Я" или трансцендентального состояния, не сосредоточенного на "Я".

В гуманистическом направлении в психотерапии может быть выделено 3 основных подхода:

1. Философский подход, который использует экзистенциальные принципы как основу для проведения психотерапии. В процессе взаимного диалога или встречи ("здесь и теперь") проводится вербальная психотерапия (например, клиент-центрированная терапия и логотерапия).

2. Соматический подход, который основывается на применении невербальных методов, ведущих к интеграции "Я" посредством сосредоточения внимания на субъективных телесных стимулах и сенсорных ответах (например, гештальт-терапия), и / или физических, двигательных методах интенсивного отреагирования и эмоционального "наводнения", в которых акцент делается на телесном стимулировании и высвобождении чувств (например, биоэнергетический анализ Лоуэна и первичная терапия Янова).

3. Духовный подход, в центре которого конечное утверждение "Я" как трансцендентального или трансперсонального опыта, расширение опыта человека до космического уровня, что в конечном счете, по мнению представителей этого подхода, ведет к объединению человека со Вселенной (Космосом). Достигается это с помощью медитации (например, трансцендентальной медитации) или духовного синтеза, который может осуществляться различными приемами самодисциплины, тренировки воли и практики деидентификации (например, психосинтез).

Согласно Карасу (1977), рассматриваемое направление в психотерапии характеризуется следующими основными категориями:

- концепция патологии (основывается на признании существования экзистенциального отчаяния как следствия утраты человеком возможностей, расщепления "Я", рассогласования с собственными знаниями);

- здоровье (связано с реализацией потенциала человека - развитием "Я", достижением подлинности, непосредственности);

- желательные изменения (непосредственность переживаний, восприятие и выражение ощущений или чувств в данный момент);

- временной подход (внеисторический, фокусируется на феноменологическом моменте);

- лечение (кратковременное и интенсивное);

- задача психотерапевта (сводится к взаимодействию в атмосфере взаимного принятия, способствующего самовыражению - от соматического до духовного);

- основной психотерапевтический метод (встречи с равноправным участием в диалоге, проведение экспериментов, игр, инсценировок или "разыгрывание" чувств);

- лечебная модель (экзистенциальна: диада равных людей или "Взрослый- Взрослый", т. е. человеческий союз);

Психология bookap

- характер отношения пациента к лечению (считается реальным, в отличие, например, от признания существования переноса в динамическом направлении, и представляет первостепенную важность);

- позиция психотерапевта (взаимодействующая и принимающая; он выступает во взаиморазрешающей или удовлетворяющей роли).