Глава 8

Криминалистическая полиграфология

8.2. Российская практика применения полиграфа по уголовным делам


...

Честному человеку полиграф не опасен


Все вышеизложенное позволяет сделать ряд важных в научном и практическом отношении выводов.

Вывод 1. В последние годы в России после десятилетий огульного охаивания, обвинений в безнравственности и лженаучности испытания на полиграфе подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений наконец-то вошли в сферу решения практических задач и все активней, уверенней занимают подобающее им место в арсенале эффективных, допустимых отечественных криминалистических средств.

Вывод 2. Опыт практического применения полиграфа убедительно свидетельствует в пользу того, что указанные испытания не являются какой-то одномоментной разовой акцией, чреватой диагностическими ошибками. Полиграфологическое сопровождение расследования обычно представляет собой сложную, многоэтапную, многотестовую процедуру, в которой исходные данные, полученные на начальном этапе испытания (обследования) не берутся на веру. Они, во-первых, анализируются в комплексе с информацией, полученной из других источников; во-вторых, проверяются иными оперативно-разыскными и процессуально-следственными мерами; в-третьих, конкретизируются, контролируются и корректируются в ходе дальнейших этапов испытания, представляющего собой ситуационно обусловленную целостную систему развивающегося знания.

Вывод 3. Практика, творческие начала, лежащие в основе реализации данного метода, возможность разносторонней проверки и объективного подтверждения версий, строящихся на базе полиграфологической информации, служат убедительным доказательством несостоятельности взглядов скептиков, которые лишь на эмоционально-рассудочном уровне ставят под сомнение саму возможность применения полиграфа в уголовном процессе, риторически отрицая его богатый тактический потенциал и перспективность.

Вывод 4. Российская практика испытаний на полиграфе четко и однозначно исходит из принципа добровольного письменного согласия гражданина на его полиграфологическое обследование после соответствующей предтестовой беседы.

Кроме того, для подобных исследований необходимо специальное разрешение начальника ГУВД. Выдается оно исключительно в тех случаях, когда человека или группу лиц подозревают в совершении преступлений. При этом оперативный работник должен доказать в служебной записке начальнику ГУВД, что подобный эксперимент просто необходим. Лишь после этого проверяемый должен дать письменное согласие на испытания. Затем составляется специальный опросник. (За рубежом эта процедура намного проще. В США, например, в случае обвинения в сексуальном правонарушении испытание полиграфом в обязательном порядке проходят как ответчик, так и истец.)

Не менее важно и то, что результаты испытания на полиграфе не признаются доказательствами. Недалеко, видимо, то время, когда опрос на фоне полиграфа прочно войдет в круг установленных законом процессуальных действий, и данные, полученные таким способом, приобретут статус доказательств. Но для этого необходимо соответствующее законодательное решение.

В литературе предложен ряд вариантов будущей уголовно-процессуальной модели использования полиграфа при допросе. По мнению В.И. Комиссарова, в случае принятия решения (по своей инициативе или по просьбе допрашиваемого) о применении полиграфа следователь должен будет:

• пригласить защитника (если предполагается допросить подозреваемого или обвиняемого), педагога (при допросе несовершеннолетнего), переводчика (при допросе глухонемого и др.);

• установить психологический контакт со всеми участниками допроса;

• разъяснить всем им содержание, условия, порядок производства следственного действия и особенности использования информации, получаемой при тестировании;

• удостовериться, что испытуемый понял следователя, и разъяснить допрашиваемому его право отказаться от тестирования;

• получить в письменной форме согласие пройти "испытание" на полиграфе;

• разъяснить права и обязанности всем участникам следственного действия, о чем делается отметка в протоколе допроса;

• предупредить оператора об уголовной ответственности за заведомо ложную расшифровку полиграммы и разглашение тайны предварительного следствия;

• занести в протокол замечания и заявления участников процесса.

Лишь после этого можно приступать к тестированию.

Программу тестирования и расшифрованную оператором полиграмму, как полагает В.И. Комиссаров, необходимо прилагать к протоколу допроса, который подписывается всеми участниками следственного действия[55].

Данный проект представляет определенный интерес с точки зрения совершенствования процедуры испытания на полиграфе. Однако причем здесь допрос, как детально урегулированное процессуальное действие?

Допрос, конечно, не при чем. Полиграфологическое обследование – это не допрос. Следственный допрос производится следователем, а не специалистом в области психологии Подмена следователя специалистом недопустима. В данном случае полиграфолог производит не допрос, а опрос, по сути своей представляющий психологический эксперимент по проверке версии о возможности лжи со стороны испытуемого, предположений о степени его искренности, вероятности утаивания каких-либо знаний путем выявления невидимых невооруженным глазом психофизиологических реакций, фиксируемых с помощью полиграфа. Специалист изучает эти реакции по полиграмме опроса (тестирования) и дает им оценку в виде мнения. Поэтому применительно к полиграфу речь может идти не об изменении законодательства, регламентирующего следственный допрос, а об установлении четкого правового механизма, условий и порядка привлечения специалистов к проведению указанного эксперимента по инициативе правоохранительных и судебных органов и вовлечения полученных результатов в уголовный процесс.

Итак, добровольное испытание на полиграфе сегодня – всего лишь одно из возможных средств подготовки к допросу и производству других процессуальных действий, итогом которых и могут стать судебные доказательства.

Психология bookap

Честному человеку полиграф не опасен. Более того, если он необоснованно заподозрен во лжи, в совершении преступления, к которому не причастен, в целях установления истины и снятия наветов следует потребовать испытания на полиграфе. Полиграф поможет заблуждающимся признать свою ошибку и снять подозрение.

О том, что полиграф при умелом, тактически грамотном применении выступает в качестве важного средства объективизации расследования уголовных дел свидетельствуют статистические данные. На упомянутой выше конференции в Краснодарском крае приведены следующие красноречивые цифры: полиграфные проверки, проведенные в отношении 1226 подозреваемых в совершении тяжких преступлений показали, что 702 проверяемых оказались непричастными к инкриминируемым им деяниям. Решения о снятии с них подозрений были приняты весьма оперативно. Свое решающее значение при этом имела информация, предоставленная специалистами, проводившими испытания ошибочно заподозренных на полиграфе.