Глава 3

Российские убийцы-серийники

3.4. Лжедмитрий из Балашихи


...

Встать, идет


Произведенный осмотр места происшествия и трупа, другие следственные действия полностью подтвердили показания Кузнецова о всех, даже мельчайших, обстоятельствах встречи его с Таней, о ее личности, образе жизни и конкретных событиях ее жизни, учебе, времяпрепровождении, а также об обстоятельствах содеянного и картине места происшествия, когда он покидал его после учиненных здесь зверств.

Было доказано, что сообщенные им сведения он мог почерпнуть только в результате личного общения с потерпевшей в роковой для нее день перед преступлением, а также при совершении им преступления и сразу после этого. Возможность их получения иным образом, при иных обстоятельствах, из иных источников категорически исключалась. Его показаниям, кроме того, соответствовали выводы судебных медиков, исследовавших труп Тани, о причине ее смерти (удушение), нанесенных повреждениях, орудиях преступления и других обстоятельствах.

Эксперты-трасологи исследовали узлы на ремне, снятом с рук потерпевшей, а также узлы на ремнях и шарфе, изъятых с трех других мест происшествия. Выяснилось, что все они имеют одинаковый механизм исполнения.

Глубокая, всесторонняя проверка была произведена и в связи с показаниями Кузнецова о других преступлениях. Обвинение в совершении инкриминированных ему преступлений объективно подтверждалось показаниями оставшихся в живых потерпевших, большого количества свидетелей и многочисленными вещественными доказательствами. Важное доказательственное значение имели и заключения судебных экспертиз. Их по делу было произведено несколько десятков.

Особо важную роль в изобличении обвиняемого сыграли судебно-биологические экспертизы. В ряде случаев на базе метода генной идентификации и следственных данных было установлено, что следы биологической природы (сперма, кровь, пот) на объектах, обнаруженных на местах происшествий, оставлены одним и тем же человеком – Кузнецовым и не могли произойти от других людей.

Прочную доказательственную базу, сформированную в ходе следствия, не смогло подорвать и резкое изменение Кузнецовым своей позиции. После того, как судебно-психиатрическая экспертиза установила вменяемость обвиняемого, испугавшись неотвратимого сурового возмездия за содеянное, он отрекся от прежних показаний, назвав их фальшивкой, и встал на путь полного отказа от дачи показаний по делу под надуманной, несерьезной мотивировкой.

Жестокосердный, ни во что не ставивший жизнь других людей душегуб, не хотел умирать. Стремясь избежать наказания, Кузнецов делал все, что мог, чтобы затянуть срок следствия, опорочить доказательства, поставить под сомнение объективность расследования (отказывался знакомятся с материалами дела, обливал грязью следователей и т.д.). Не помогло. Истина, как говорится, восторжествовала.

1 декабря 1993 г. коллегия по уголовным делам Мосгорсуда приговорила Кузнецова, 24 лет от роду, к исключительной мере наказания.[35]