Глава 12

Психолого-криминалистическая характеристика коммуникативной деятельности субъектов при выявлении и раскрытии преступлений

12.2. Психологический реагент и его криминалистическое значение


...

Использование объектов в качестве психологических реагентов


Использование психологических реагентов в оперативно-разыскной и следственной практике обычно осуществляется на фоне соответствующего устного речевого сопровождения. Однако в ряде случаев эффективным оказывается включение в информационный процесс объекта, играющего роль такого реагента, без привлечения к нему внимания, без обсуждения того, что это за объект, как и для чего он оказался на месте действия. Сценарий, который может быть реализован при этом, разрабатывается заранее с учетом, как минимум, двух важных моментов:

В распоряжении следователя имеется вещный объект, отношение которого к исследуемому по делу событию не вызывает сомнений (им, например, может быть орудие преступления, обнаруженное на месте происшествия, или какой-то предмет, принадлежащий преступнику, утерянный им во время бегства с места происшествия).

У следователя есть уверенность в том, что к обнаруженному объекту имеет непосредственное отношение подозреваемый (обвиняемый), и неожиданная "встреча" с ним в ходе допроса психологически не пройдет для него бесследно.

В этом случае при подготовке места предстоящего допроса в естественную среду этого места внедряется "немой свидетель", и делается это таким образом, чтобы он обязательно оказался в поле зрения допрашиваемого. При этом у него не должно сложиться впечатления о заведомой демонстрации объекта тактического воздействия. Объект должен находиться на том месте, где его нахождение логично и естественно, не привлекать особого внимания, в то же время давать понять, что он среди других предметов находится явно не случайно. Следователю не рекомендуется во время допроса обращать на него внимание и актуализировать на нем внимание допрашиваемого. Объект должен "работать" сам по себе. И если допрашиваемый является в действительности тем, за кого его принимают, он, как бы ни старался, не сможет не среагировать на возмущающий его покой сильнейший раздражитель. Его невербальные и вербальные проявления выдадут его. Такова природа человеческой психологии, таковы особенности человеческого поведения в силу существующих между человеком и другими элементами окружающей реалии закономерных взаимозависимостей и взаимообусловленностей.

Данное обстоятельство давно подмечено практикующими криминалистами и в некоторых случаях учитывается при подготовке к допросу, в том числе и для определения следственных приемов из категории тактических хитростей. Не обмана, не лукавства, а именно хитростей, способствующих изменению занятой допрашиваемым по отношению к расследованию негативной позиции, формированию такого эмоционального настроя, который приближает его к желанию сказать правду, перевести допрос из неконструктивного в конструктивное русло.

Это случилось в пригородной зоне небольшого американского городка…

Безжизненное тело Мэри Стоун, 12 лет, было обнаружено в шестнадцати километрах от ее дома в зарослях кустарника. Девочка пропала после того, как за несколько дней до обнаружения ее трупа, вышла из школьного автобуса, остановившегося возле ее дома. Причиной смерти стал сильнейший удар тяжелым камнем, расколовшим череп. Окровавленное орудие убийства обнаружили и изъяли полицейские, производившие осмотр места происшествия. Местная полиция сбилась с ног в тщетной попытке выйти на след преступника. В помощь сыщикам и следователям были выделены крупные специалисты из Федерального бюро расследований США. Среди них находился научный консультант Джон Дуглас, долгие годы посвятивший изучению насильственной преступности и практики раскрытия опаснейших преступлений.

Изучив материалы дела и побывав на месте происшествия, Дуглас сообщил местному шерифу, что, по его мнению, убийцей является белый, разведенный мужчина в возрасте около 25 лет. Его характеризуют также следующие данные: имеет машину черного или синего цвета, рабочий, ранее встречался со своей будущей жертвой, был исключен из школы, служил в армии, откуда вскоре был уволен по болезни или за позорное поведение…

По мере рассказа лицо шерифа непроизвольно вытягивалось. Он не пытался скрыть свое удивление. Джон Дуглас продолжал, называя все новые детали внешнего и внутреннего облика того, кто мог совершить преступление. Среди этих деталей называлась, в частности, такая: за ним числятся проступки на сексуальной почве.

Пораженный шериф воскликнул: "Вы точно описали Даррелла Девьера, 24 лет. Мы его только что допросили и отпустили. Никаких зацепок".

По словам шерифа, Девьер работал рубщиком сучьев, у него имеется машина темно-синего цвета. Его действительно выгнали из школы, а позднее уволили из армии, где он не прослужил и года. Некоторое время назад он развелся с женой. Подозревается в попытке изнасилования 13-летней девочки. Небезынтересным было и то, что свидетели показали, что Девьер когда-то работал в доме у будущей жертвы и был замечен за тем, что делал непотребные замечания в ее адрес[70].

О том, как развивались дальнейшие события по этому делу, рассказывает сам Джон Дуглас в одной из своих книг.

"Я сказал полицейским, что теперь, когда он понимает, что детектор лжи ему не страшен, остается лишь один путь уличить его – повторный допрос. Прежде всего его следует провести ночью. Поначалу преступник будет ощущать себя более комфортно, поскольку ночной допрос будет означать, что он не станет добычей прессы. Однако допрос после окончания рабочего дня также будет свидетельствовать о серьезных намерениях полиции.

В допросе должны участвовать как агенты ФБР, так и местная полиция. Он поймет, что против него обращена вся мощь правительственных структур.

Далее, советовал я, оборудуйте комнату для допросов. Используйте нижнее освещение, создающее атмосферу таинственности. Сложите на виду стопку папок с его именем. Самое главное, нужно положить на стол окровавленный камень с места преступления, но так, чтобы увидеть его он мог, только повернув голову.

Ничего не говорите об этом камне, посоветовал я полицейским, но внимательно наблюдайте за мимикой Девьера. Если он и есть убийца, то он не сможет не обратить на него внимания.

Из своего опыта я знал, что на преступника, наносящего удар тупым предметом, неизменно попадает кровь жертвы.

Мой сценарий был выполнен в точности. Когда полицейские ввели Девьера в комнату, подготовленную для допроса, он сразу же посмотрел на камень, покрылся испариной и начал тяжело дышать. Он вел себя нервно и настороженно и явно был подавлен при упоминании о крови. В конце концов он признался не только в убийстве Мэри Френсис Стоун, но также и в совершении другого изнасилования.

Даррел Джин Девьер был обвинен в изнасиловании и убийстве Мэри Френсис Стоун и приговорен к смерти. Он был казнен на электрическом стуле 17 мая 1995 г."[71]

То, как действовали в рассмотренной ситуации Джон Дуглас и его коллеги, полностью соответствует американскому законодательству и криминалистической практике США. Во всех деталях их схема подготовки и производства допроса подозреваемого не может быть механически перенесена в российскую следственную практику. Наше процессуальное законодательство более строго регламентирует процессуальные следственные действия. Оно, в частности, запрещает производить допрос одного человека группой следователей, вводит серьезные ограничения в возможность допроса в ночное время. Однако то, что касается сути тактического замысла и толковой технологии его воплощения в жизнь, представляется весьма поучительным и может быть взято на вооружение отечественными пинкертонами.

Нелишне им, кстати, напомнить, что тактические хитрости – дело тонкое. Главное при их реализации – не переборщить, не скатиться за грань допустимого. Многое в успехе мероприятия зависит от такта, общей культуры, уровня профессионального мастерства и знания инициаторов и исполнителей тактических хитростей. Они должны четко улавливать нюансы ситуации, уметь правильно распознать социально-психологический образ допрашиваемого, его интеллектуальные, физические и психические достоинства и недостатки и отдавать себе полный отчет в том, что все, что они делают и говорят, должно базироваться на принципах законности, этичности и безопасности участников расследования, не является запрещенным, порочным и не повлечет за собой вредных последствий для допрашиваемого. В противном случае, если есть хотя бы малейшее сомнение в допустимости своих действий, от задуманного следует решительно отказаться. Один из ведущих в недалеком прошлом литовских криминалистов следователь Барацевичус из Клайпеды с американцем Джоном Дугласом не знаком и никогда не читал его воспоминаний. Однако, как и последний, он отлично разбирается в психологии подозреваемых и обвиняемых, что многократно мастерски демонстрировал в практической деятельности по раскрытию тяжких преступлений. Один из приемов данного тактического арсенала, сходный с тем, что описан его заокеанским коллегой, но значительно раньше Барацевичус умело применил при допросе по делу о квартирном разбое и убийстве в г. Клайпеда. После того как сыщики выследили и задержали подозреваемого по имени Вилюс (Вальтер), он предстал перед Барацевичусом. Вот что рассказал сам криминалист об этом допросе:

«Допрос Вилюса в следственном изоляторе производился необычно. Я из колоды гадальных карт, обнаруженной в саквояже (похищен в квартире убитой), изъятом у дружка подозреваемого по имени Юозас, отобрал одну карту, на которой был изображен крест с текстом: „Видеть во сне крест – значит, скоро умереть“. Карту заранее положили на стол так, чтобы Вилюс обязательно заметил ее. Как только в следственный кабинет ввели подозреваемого, его взгляд приковало к карте и весь он как-то застыл. Он даже не смог назвать свою фамилию и все смотрел на карту. Ему задали вопрос: „Поясните, откуда эта карта?“ Подозреваемый попросил бумагу, чтобы самому написать чистосердечное признание о том, как он задушил потерпевшую.»[72]

В дальнейшем все, о чем рассказал подозреваемый, было тщательно проверено и объективно подтверждено. Вилюс и его сообщники предстали перед судом и понесли наказание.