IV. Ошибки коммуникации

1

Марта и Джордж — молодые супруги, воспитанные, ироничные и талантливые. Им нужно жить вместе для того, чтобы посвятить себя задаче каждодневного взаимного разрушения. Об этом рассказывает Эдвард Олби в книге „Кто боится Вирджинии Вульф?“. Перед нами история разумов, совершающих ошибки, поглощенных чувством неудовлетворения и обидами. Вернувшись с праздника, устроенного ректором университета, отцом Марты, супруги втягиваются в беспощадную игру, отчасти словесную дуэль, отчасти злословие. Она хочет продолжить выпивать, в то время пока они ждут гостей.

Марта. Ха-ха-ха! Налей мне еще… возлюбленный мой.

Джордж (берет у нее стакан). Господи! И ты способна столько в себя влить!

Марта (корчит из себя маленькую девочку). Я хочу пить.

Джордж. О боже!

Марта (круто поворачивается к нему). Слушай, голубчик, ты у меня давно под столом будешь валяться, а я ни в одном глазу… Так что можешь обо мне не беспокоиться.

Джордж. Марта, я давно тебя увенчал… Нет такой премии за мерзость, которую бы ты не…

Марта. Вот честное слово!.. Существуй ты на самом деле, я бы с тобой развелась…

Джордж. От тебя требуется только одно: держись на ногах… Эти люди твои гости, и… сама понимаешь…

Марта. Где ты там, я тебя не вижу… И уже давно — много лет тебя не вижу33.


33 Перевод Н. Волжиной.



Язык, великая система общения и понимания, превратился в смертельное оружие домашнего разрушения. Восемьдесят процентов испанских женщин жалуются на то, что спутники их жизни мало разговаривают с ними. В Соединенных Штатах эта цифра достигает восьмидесяти четырех процентов. Печальное утешение. Ошибки коммуникации отравляют жизнь многим людям. Проблема тяжелая, потому что наш разум по своей структуре связан с языком, как и наша жизненная среда. Поэтому я всецело согласен с одним из моих учителей, филологом Эмилем Бенвенистом34, говорившим: „Язык не только помогает общаться, язык помогает жить“. В действительности слово прежде всего помогает жить.


34 Эмиль Бенвенист (1902—1976) — французский лингвист.


С появлением слова мир расширил свои границы. И более того, границы человеческого разума также расширились, так что он превратился в одну из сторон диалога с самим собой. Мы проживаем жизнь, разговаривая с окружающими, но также говоря и с самими собой. Мы задаем вопросы, мы обвиняем себя, мы рассказываем себе нашу собственную историю, мы приказываем себе. С кем я спорю, когда ищу оправдания своему желанию пойти поиграть в бильярд, вместо того чтобы продолжить писать? Этот внутренний разлом, эта личностная двойственность обязывают меня исследовать два разных случая:

Психология bookap

1) ошибки в разговорах с самим собой;

2) ошибки в разговорах с окружающими.