Бессознательные процессы и сознательный опыт


...

Реальность и разнообразие имплицитных когнитивных процессов

Как уже отмечалось в этой главе, значительная часть исходных данных об имплицитном познании была получена при изучении лиц с повреждениями мозга. Было обнаружено, что на их мысли и действия могут влиять стимулы, которые они не в состоянии вспомнить. Например, пациенты, страдающие амнезией, могут освоить новые моторные навыки, не помня информацию, которую они получили при обучении. Данные использования позитронно-эмиссионной томографии указывают на то, что при выполнении моторных процедур активизируются не те же зоны мозга, что при обращении к декларативной информации о моторных заданиях (Schacter, 1996). Хотя результаты обследования подобных пациентов представляют большой интерес, Персонолог должен задаться вопросом, можно ли их переносить на функционирование нормальной личности. Решающее значение имели бы данные о том, что на психический опыт обыкновенного человека могут влиять события, которые он не осознает. Исследования, посвященные этой проблеме, имеют давнюю историю. Начало ее не было спокойным. Исследования подпорогового восприятия, проведенные в середине XX века, вызвали такую бурную критику (Erickson, 1960), что большинство исследователей забросили эту тему на многие годы (ср. Dixon, 1971). Из всех проблем особенно трудно было разрешить проблему демонстрирования того, что имплицитные стимулы действительно не осознаются испытуемыми. Если бы они осознавались, оказалось бы, что реакции, которые объяснялись действием психического бессознательного, на самом деле опосредуются сознанием.

На разрешение этой проблемы направлен целый ряд современных исследовательских парадигм, которые позволяют получить убедительные доказательства существования имплицитного познания. Одна из стратегий доказательства того, что бессознательные механизмы наряду с процессами сознания опосредуют поведение, — состоит в разработке парадигм, в которых бессознательное и сознательное производили бы противоположные эффекты. Подобную стратегию использовали Джеккоби с коллегами (Jakkoby, Toth, Lindsay, & Debner, 1992). В экспериментальном задании (Jakkoby, Woloshyn, & Kelley, 1989) испытуемых просили ответить, содержатся ли в списке имена знаменитостей. В одном случае испытуемые читали список неизвестных имен, одновременно выполняя отвлекающее когнитивное задание, которое мешало им переработать материал достаточно глубоко, чтобы потом он был доступен для сознания. Во втором случае испытуемых не отвлекали. Затем испытуемые получили главный список имен. Их проинформировали, что если они считают, что какое-то имя им уже предъявлялось, это имя должно быть неизвестным. В рамках этой парадигмы сознательные и бессознательные процессы должны были производить противоположные эффекты. Если человек осознает, что видел какое-то имя прежде, он правильно решит, что оно неизвестное. Если же человек воспринимает имя лишь на имплицитном, бессознательном уровне, он неправильно решит, что оно известное, поскольку впечатление известности будет вызвано тем, что это имя испытуемому субъективно знакомо. Джеккоби с соавторами (Jakkoby et al, 1989) обнаружили, что неизвестные имена, встречавшиеся в первом списке, действительно воспринимались как известные, однако только при условии распределения внимания, то есть в ситуации, когда доступ сознания к именам был затруднен. Это очевидно свидетельствует о том, что на суждения об известности влияли бессознательные механизмы, а не сознание. Результаты, полученные Джеккоби с соавторами (Jakkoby et al., 1989), соответствуют результатам исследований с простым предъявлением (Zajonc, 1968, 1998), которые также свидетельствуют о том, что неосознаваемые стимулы могут оказывать большее влияние, чем осознаваемые (Bornstein, 1992).

Парадигма «окно реагирования» (Greenwald, Draine, & Abrams, 1996) позволяет получить убедительные доказательства реальности подпороговой семантической активации и одновременно демонстрирует серьезные ограничения подпороговых эффектов. Испытуемые выносят семантические суждения о каком-то слове (например, они решают, мужское имя это или женское) за короткий временной промежуток, «окно» в 400-500 мс, после предъявления слова. Перед предъявлением ключевого слова осуществляется подпороговая когнитивная акцентировка. Акцентирующие слова предъявляются на очень короткое время (50 мс) и зрительно маскируются, чтобы обеспечить невозможность осознанного направления на них внимания. Было получено два примечательных результата. Во-первых, подпороговые акцентирующие слова действительно влияют на последующие суждения. Если семантическое содержание акцентирующего и ключевого слов согласуется, испытуемые более точно категоризируют ключевые слова. Во-вторых, подпороговые эффекты крайне неустойчивы. Если ключевое слово появляется более чем через 100 мс после акцентирующего, эффект семантического акцентирования невелик или полностью отсутствует (Greenwald et al., 1996). Эти результаты указывают на то, что подпороговое восприятие — это реальный, хотя и недолговечный эффект. Заявления о том, что сложная информация может усваиваться на подпороговом уровне, необоснованны (Greenwald, Spangenberg, Pratkanis, & Eskenazi, 1991).

В современных исследованиях не только подтверждается существование имплицитного познания, но и обнаруживается, что целый ряд психических функций может реализовываться бессознательно. Помимо восприятия и памяти, неосознанно могут происходить научение и решение задач (Kihlstrom, 1999). Стереотипы могут влиять на социальные суждения при отсутствии осознания (Greenwald & Banaji, 1995). Возрастные стереотипы могут влиять на успешность выполнения моторных заданий (Bargh, Chen. & Burrows, 1996). Какие-то сигналы среды могут активировать имплицитные цели, направляющие поведение при отсутствии сознательного опосредования (Bargh, 1997; Bargh & Gollwitzer, 1994; Dijksterhuis et al., 1998).