Аффективный опыт: эмоции и настроение


...

Когнитивная оценка и эмоциональный опыт

Изменение эмоциональных переживаний может иметь множество источников. Биохимические факторы влияют на то, насколько бодрыми или вялыми мы себя чувствуем. Музыка может вызвать эмоциональный подъем или меланхолию. Некоторые из этих эмоциональных переживаний возникают практически автоматически, то есть без какой-либо явной оценки стимулов, повлиявших на наше настроение (Zajonc, 1980). Однако более сложные многокомпонентные реакции — человеческие эмоции — обусловлены оценкой ситуации. Иными словами, сложные эмоции подразумевают когнитивные процессы. Эмоции обусловлены оценкой внешних стимулов, а также внутренних чувств и мыслей.

Модели оценки.

Целым рядом теоретиков были предложены детальные модели процессов, посредством которых люди оценивают события, и связей между определенными паттернами оценки и специфическими эмоциями (Lazarus, 1991; Lazarus & Smith, 1990; Ortony, Clore, & Collins, 1988; Roseman, 1984; Scherer, 1984, 1997; Smith & Ellsworth, 1985). Хотя эти модели различаются в некоторых тонкостях, многое их роднит. Во-первых, эмоции вызывают не внешние события сами по себе, а субъективное значение, которое человек приписывает этим событиям. Основной «закон эмоций» состоит в том, что «эмоции возникают как реакция на значение, приписываемое сложившейся ситуации» (Frijda, 1988, р. 349). Разные значения вызывают разные эмоции. Второй общий момент связан с признанием того, что оценки «относительны» (Lazarus, 1991). Мысли, определяющие эмоциональную реакцию, — это не оценки характеристик среды как таковых. Это оценки значения событий для личного благополучия. Это воспринимаемая связь между событиями и личными целями, возможностями и нормами поведения, вызывающая и формирующая эмоции (Frijda, 1988; Lazarus, 1991; Scherer, 1984).

Некоторые авторы сосредоточиваются на роли ожидания и атрибуций в эмоциональном опыте. Они подчеркивают важность влияния воспринимаемой подконтрольности на социальные эмоции, такие как гнев, жалость, вина и стыд, а также влияние эмоциональных атрибуций на мотивацию и межличностное поведение (Weiner, 1986, 1992). Объяснение неудачи неподконтрольными причинами приводит к смирению, жалости и сочувствию, тогда как объяснение подконтрольными причинами приводит к самообвинению и гневу. Объяснение собственного успеха действиями других людей вызывает благодарность и признательность, тогда как объяснение успеха собственными способностями вызывает гордость и уверенность в себе.

Лазарус и Смит (Lazarus, 1991; Lazarus & Smith, 1988; Smith & Lazarus, 1990) проводят особенно глубокий анализ процесса оценивания. Характеризуя вариабельность оценок людьми разных событий, они предлагают выделять шесть параметров когнитивной оценки, то есть шесть ее компонентов. Два из них — первичные, поскольку они связаны с основополагающим вопросом о важности того или иного события для нашего благополучия. Это оценка Мотивационной релевантности события (связано ли оно с личными интересами) и его Мотивационной конгруэнтности (соответствует оно личным целям или не соответствует). Эти две оценки определяют знак эмоций (см. также Ortony et al, 1988). Четыре вторичных компонента связаны со способностями человека и выбором стратегии поведения в сложившейся ситуации. Это оценка: 1) потенциала проблемно ориентированного копинг-поведения (можно ли изменить обстоятельства, сделав их конгруэнтными собственным целям); 2) потенциала копинг-поведения, ориентированного на эмоции (можно ли приспособиться к событиям, изменив собственные переживания или цели); 3) объяснимости (кто — я или другие — ответственны за сложившуюся ситуацию); 4) ожидаемых событий в будущем (ожидание того, что по тем или иным причинам обстоятельства изменятся либо не изменятся). Специфические паттерны оценки вызывают конкретные эмоции. Например, гнев является результатом того, что события оцениваются как Мотивационно релевантные и Мотивационно неконгруэнтные, а ответственность за происходящие несут другие люди. Вину же человек испытывает в том случае, когда считает себя ответственным за Мотивационно релевантные неконгруэнтные события (Smith & Lazarus, 1990). Лазарус (Lazarus, 1991) анализирует таким образом широкий спектр эмоций. Отметим, что вторичные оценки, по Лазарусу, тесно связаны с ожиданиями и представлениями человека о себе как о субъекте действия, которые играют важнейшую роль при анализе поведенческой саморегуляции (см. гл. 12).

Интересно, что когнитивные оценки также можно рассматривать на более обобщенном уровне анализа. Параметры оценок объединяются в «ключевые темы отношений» (Lazarus, 1991; Smith & Lazarus, 1990). Эти темы воплощают разные значения, которые человек приписывает событиям и которые вызывают разные эмоциональные реакции. Например, описанные выше оценочные компоненты для гнева и вины соответствуют темам обвинения других и самообвинения соответственно. Оценки Мотивационной релевантности, неконгруэнтности, низкого потенциала копинг-поведения и отсутствие ожидания изменений объединяются в тему невосполнимой потери, вызывающей грусть (табл. 10.1).

Особого внимания заслуживают две особенности оценочных моделей (Lazarus, 1991). Во-первых, связи между определенными оценками и определенными эмоциями считаются универсальными. Любой, кто оценивает лично релевантное и неконгруэнтное событие, связанное с невосполнимой потерей, будет испытывать печаль (Lazarus, 1991). Существуют значительные индивидуальные и культурные различия в том, как оцениваются разные стимулы. Даже эмоции, очевидно имеющие биологическую значимость и эволюционные корни, например отвращение, формируются представлениями, обусловленными социокультурной средой (Rozin & Fallon, 1987).

Межнациональное исследование эмоционального реагирования (Scherer, 1997; Scherer & Wallbott, 1994) позволяет получить подробную информацию о кросс-культурной вариабельности в процессах оценивания. В этом исследовании респондентов из 37 стран просили вспомнить ситуации, когда они испытывали каждую из семи перечисленных эмоций (радость, гнев, грусть, страх, отвращение, стыд и вину). Испытуемые оценили каждую ситуацию по девяти параметрам. О применимости оценочных теорий для выявления универсалий и культурных вариаций эмоций свидетельствуют два результата исследования. Во-первых, у представителей разных стран и регионов мира для каждой из эмоций общие паттерны оценок оказались сходными. Африканец ли человек, европеец, азиат или американец, радостными он считает неожиданные события, интерпретируемые как соответствующие внутренним стандартам. В качестве обстоятельств, вызывающих вину и стыд, рассматриваются обстоятельства, причиной которых человек считает самого себя, и обстоятельства, не соответствующие его нравственным стандартам. Во-вторых, хотя общие паттерны оценки оказались сходными для каждой эмоции, по некоторым параметрам у представителей разных культур отмечались значительные различия в средних уровнях когнитивной оценки. По сравнению с европейцами американцами и азиатами, африканцы чаще, а жители Латинской Америки реже оценивали ситуации как безнравственные. Шерер (Scherer, 1997) полагает, что наряду с другими факторами эти различия могут обусловливаться различиями в уровне урбанизации. В слабоурбанизированных африканских обществах события чаще оцениваются с точки зрения моральных стандартов, отражающих традиционные культурные нормы, тогда как в более урбанизированных обществах Латинской Америки действуют более разнообразные культурные факторы и поэтому здесь превалируют менее консервативные взгляды. Как отмечает сам Шерер (Scherer, 1997), в этом исследовании, вероятно, были недооценены социокультурные вариации. Всем испытуемым предлагался одинаковый набор эмоциональных категорий параметров оценки, что исключает возможность выявления эмоциональных и оценочных конструктов, специфичных для той или иной культуры.

Второй важный аспект когнитивных оценок заключается в том, что, несмотря на смысл, который несет слово оценка, это не обязательно длительный, произвольный когнитивный процесс. Человек постоянно оценивает условия окружающей среды. Таким образом, оценивание может происходить автоматически, чрезвычайно быстро, неосознанно (Lazarus, 1991). Поэтому модели оценки соответствуют тому факту, что эмоциональные реакции незамедлительны и возникают даже как будто прежде, чем человек успеет подумать о произошедшем. Как и многие другие когнитивные феномены (Greenwald & Banaji, 1995), оценивание может происходить и вызывать эмоции без осознания человеком оценочных процессов. Признание стремительности этих когнитивных процессов помогает разрешить давние споры о том, необходимы ли когниции для возникновения эмоций (ср. Zajonc, 1980; Lazarus, 1982). Следует отметить, что подчеркивание быстрых неосознаваемых когнитивных процессов — ключевой момент в моделях оценки и других теориях эмоций. Например, согласно когнитивно-опытной Я-теории (Epstein, 1998), эмоциональные реакции определяются автоматическими когнициями о реакциях, желательных в данной ситуации.