Глава 8. Двойной удар, или Круговая оборона

Нет, это совершенно невозможно! Что бы я ни делала, кому-то это обязательно не понравится! Пошли с Мишкой на нового «Шрека» – и Настя прям как с цепи сорвалась: «Все ему да ему! Я тебе не дочка! Ты никогда меня не любила!» Вот тебе раз! А мне-то казалось, что именно Мишке я уделяю мало внимания. Да и понятно – ведь он мальчишка, с ним больше отец возится. И вроде бы Мишка на это не особенно внимание обращает, но все же нет-нет да промелькнет обидчивое «Ну конечно, у тебя же На-астя…». А что я могу сделать? Двоих с собой брать? Думаете, не пробовала? Как бы не так! Тогда вообще кошмар начинается: как будто кошку с собакой рядом веду. Сцепляются друг с другом каждые несколько минут. За каждую мелочь устраивают чуть ли не гладиаторские бои. Как будто не брат с сестрой рядом идут, а враги лютые. На кого-то внимание обратишь – хоть малость самую, – тут же другой надуется. Никакие уговоры не действуют, как будто глухие и слепые становятся. Только и высматривают, как бы это гадость друг другу устроить. Совсем не понимаю, в чем дело. Дома, когда одни остаются, они же как-то ладят! По крайней мере, уж точно не дерутся друг с другом. Даже темы какие-то общие находят! Это пока мы с мужем на них внимания не обращаем. Но если уж обращаем… Так что же – по интернатам их воспитывать, что ли? Или не общаться совсем, чтобы поводов не давать? Иногда эти дрязги так раздражают, что сама взрываюсь. Наору, отправлю по разным комнатам – и знаете, на время помогает. Тихонечко разбредутся, и часок-другой ничего не слышно. А потом… Потом опять начинается бедлам. Ну что им нужно? Как здесь поступать? Как воспитывать? Как делить? Они же из-за двух одинаковых пачек чипсов умудряются поругаться! Специально проверяла – совершенно одинаковые пачки каждому, и что бы вы думали? Скандал! Все равно скандал! Так что же делать? Ума не приложу… Неужели действительно я такая плохая мать?


ris16.jpg

Ребенок в семье – это непросто. Вообще, ребенок – это серьезная работа. Это большая нагрузка – и на нервы, и на бренное тело. Это постоянная ответственность, это хлопоты и напряжение. Это необходимость стойко выдерживать капризы, вечные просьбы, требования и – куда ж без них – истерики. И хорошо еще, если молодой, изобретательный организм, коим по сути является наше чадо, вступает с нами, большими и опытными родителями, в единоборство. Мама + папа против юного недоросля – это опыт против неопытности, это закаленная в жизненных передрягах психика против «чистого листа», это, в конце концов, весовое превосходство и численный перевес, который пока – на стороне родителей… А если детей двое? Или даже трое? А если этих юных чад – четверо или пятеро? Представили себе ситуацию?


Впрочем, те, кто воспитывают одного ребенка, с трудом представят себе, как можно воспитывать сразу двоих-троих-четверых (выбери нужное). Еще бы! Иногда стрессы, связанные с рождением ребенка, уходом за младенцем, а затем за годовалым шалуном, за подросшим чадом, которое с возрастом не снимает с несчастного родителя ворох проблем, а, кажется, наоборот, их прибавляет, – эти самые стрессы накрепко прививают мамам и папам стойкий иммунитет против дальнейшего расширения семьи. Одного как-то воспитали-выкормили – и слава Богу! И не хочу я больше на свою голову… Но есть же отчаянные головы, которые воспитывают не одного и не двух, а целую бригаду наследников! Как же выживают эти мужественные (или просто неосторожные) человеки, как же не теряют человеческий облик за криками, требованиями, плачем, воплями, истериками, драками, вопросами своих многочисленных отпрысков? Как выносит все это их психика, как выдерживает организм?

Когда-то таким вопросом задавался и я, нынешний отец троих детей, изучивший, так сказать, проблему не по разумным книжкам, а на собственной шкуре и, естественно, в какой-то мере приспособившийся к выживанию в условиях, приближенных к суровой действительности детского дома. Естественно, чтобы выжить в окружении численно (и качественно) превосходящего противника (хотел вот взять слово в кавычки, но подумал: а на войне – как на войне), нужно знать некоторые секреты.

И по крайней мере некоторыми секретами мне хотелось бы поделиться. А самый первый и, наверное, самый главный секрет заключается в том… Хотя вот что: сначала – очень серьезное предупреждение. И состоит оно в том, что те несчастные, которые имеют одного (надеюсь, что пока одного) ребенка, вряд ли поверят в истинность моего открытия. Не претендую на истину в последней инстанции, просто делюсь личным опытом – ничего более. Итак, готовьте тухлые яйца…

А секрет простой, как все гениальное. Вот он.

Растить одновременно нескольких детей легче, чем одного ребенка.

Что, не верится? Нет, никакого социального заказа я не выполняю, и за рекламу многодетности мне не платят. Просто это действительно так. Причем все закономерно и даже поддается логическому объяснению, которое я обязательно предоставлю. Хотите аргументы? Они у меня есть!

– Так уж устроена человеческая психика, что к уникальным, единичным явлениям отношение гораздо более трепетное, чем к тем, которые имеются во множественном числе. Это относится и к детям: над первым ребенком буквально трясутся, а вот второму-третьему, бывает, и упавшую на пол соску тут же суют обратно в ротик.

– Дети очень остро ощущают свою исключительность: если ребенок в семье один, то он и только он – пуп земли. Что из этого следует – догадайтесь сами… Естественно, не единственный в семье ребенок волей-неволей привыкает считаться с фактом существования своего брата/сестры, адаптируя свою эгоцентрическую систему взглядов к реальным жизненным обстоятельствам (говоря человеческим языком – становясь более покладистым и менее требовательным).

– Второй-третий-последующий ребенок, как правило, развивается быстрее и гармоничнее, чем предыдущие. Основание для этого – опыт и наставничество старших детей: именно у старших братьев и сестер младший перенимает основной жизненный опыт, и для него это естественнее и легче, чем учиться жизни у людей взрослых, далеких ему по менталитету – у родителей. Однако и старшие дети быстрее «взрослеют» и развиваются, когда в семье появляется новый ребенок.

– Старший ребенок (дети), как правило, охотно берет (берут) на себя функции няньки, иногда даже не подозревая об этом, чем, естественно, значительно разгружает (разгружают) родителей.

– И, наконец, у самих родителей появляется масса новых и очень эффективных воспитательных методов, которые не могли возникнуть в семье с одним ребенком.

Достаточно? Но хватит позитива. Конечно, иметь несколько детей – это далеко не всегда сплошной праздник. Это, к слову, множество дополнительных проблем и нестандартных ситуаций, ведь как ни крути, а каждый ребенок – это свой мир, свой взгляд на вещи, свой характер, эмоции и – само собой – свои требования и претензии. Так что, дорогой многодетный родитель, готовься к тому, что атака на тебя теперь будет не одновекторной, а одновременно с нескольких направлений. Как выстоять в подобной ситуации, да еще и сохранив свое лицо и родительский авторитет? Вот об этом и пойдет речь в данной главе.

По всей видимости, к характеру и капризам одного ребенка легче приспособиться, чем к характерам двоих и более отпрысков. Простая математика: два или три больше, чем один. И сложнее… Конечно, задача облегчается (облегчается ли?), когда вы имеете близняшек. Но даже у близняшек характеры разные, и с этим приходится считаться. А вообще зачастую братья и сестры настолько различаются своими моделями поведения, что несчастному родителю остается только в панике ретироваться перед напором требований и запросов своих чад, не в силах противостоять стихии. Со стороны сразу видно: родитель идет на поводу у своих же наследников. Не лучший вариант, согласен. А другие есть?

Конечно, есть. Причем варианты действенные, эффективные и грамотные. Только вот беда: без нашего непосредственного участия ни один из этих вариантов не работает.

Но сначала давайте разберемся, чего, собственно, больше всего добиваются младшие члены семьи, когда их несколько? За что они борются и чего больше всего желают?

Впрочем, многие родители знают ответ безо всяких подсказок со стороны и, вероятно, согласятся со мной, что в первую очередь ребенок (дети) больше всего желает:

– родительской любви;

– ежеминутного подтверждения своего существования, то есть элементарного внимания со стороны взрослых;

– самоутверждения через закрепление своих имущественных и территориальных прав…

Пока хватит. Теперь подробнее об этих пунктах.

Итак, по поводу первого утверждения, я думаю, никаких вопросов не возникает. Дети действительно нуждаются в любви, и это знает каждый взрослый. Любой ребенок прежде всего отчаянно нуждается в ощущении, что его любят. Причем необходимость в любви с возрастом не проходит, а, скорее, возрастает. Естественно, всякий родитель любит своего ребенка. Однако просто любить – это великолепно, но недостаточно. Потому что любовь нужно демонстрировать – взглядом, объятиями, поцелуями, веселой возней, совместными играми, просто совместно проведенным временем. Это не так легко даже для родителей, имеющих одного ребенка. Конечно, когда детей много, проблема нехватки любви (точнее, не самой любви, а ее видимых проявлений) становится острой. У детей возникает не только вполне закономерный и вечный вопрос единственного ребенка: «Ты меня любишь?» – но и второй, не менее волнующий: «Кого ты больше любишь – меня или его?» Под «ним», естественно, подразумевается второй (третий, четвертый) ребенок. Готовы ответить на этот вопрос?

Второй пункт не такой однозначный. Как понимать выражение «ежеминутное подтверждение своего существования»? А именно так и понимать: ребенок, особенно маленький, очень нечетко осознает, что он – есть. Вообще маленькие дети мыслят предельно конкретно: все, что я вижу, – это существует. Себя он видит разве что в зеркале. Поэтому получить подтверждение своего существования наше дитя может только со стороны, и в этом ему в первую очередь помогают родители. И, как это ни странно звучит, помощь в самосознании со стороны родителей состоит не столько в ласковых словах и утверждениях, что «Саша хороший», а в действиях, которые не каждый назовет правильным воспитанием. То есть в окриках, когда ребенок что-то делает не так, в отталкивании ребенка со своего пути, в шлепках по попке, когда тот не торопится освободить ваше место. Именно в результате таких «непедагогических» действий у ребенка возникает ощущение, что он существует, ведь даже шлепки по мягкому месту дают веское основание считать, что тебя – такого маленького и незаметного – видят, а значит, ты существуешь. Именно по этой причине дети, на которых родители не обращают должного внимания (особенно это характерно для отцов), стремятся нашкодничать, чтобы заслужить законное наказание. Потому что даже внимание со стороны отцовского ремня для ребенка несравненно лучше, нежели полное игнорирование. Совсем маленькие дети (год-два от роду) имеют раздражающую привычку стоять на проходе, разбрасывать игрушки как раз посередине комнаты или путаться под ногами на кухне у мамы. Надеюсь, теперь сам читатель ответит на вопрос, почему они это делают. А вот откуда берется это назойливое желание быть на виду, постоянно напоминать о себе? Все довольно просто – обычная биология. Человеческий детеныш, как и детеныш любого млекопитающего, не может выжить без помощи родителей или хотя бы матери. Потерять маму – для него это гибель. Причем важно не только, чтобы ребенок видел маму, но и чтобы мама видела его, от этого зависит физическое существование малыша. Отголоски такого сильного инстинкта и проявляются в наших детях, потому что, как ни крути, человек – это биологический вид, и от этого никуда не деться… Вывод: ребенку требуется внимание. В первый год жизни – фактически постоянное, а с возрастом будут передышки. Но внимания ваш ребенок будет требовать ВСЕГДА. А ведь их, «требующих», может быть несколько…

Если второй пункт наиболее актуален именно для детей младшего возраста (потом его актуальность падает, НО НИКОГДА не исчезает полностью), то третий – а именно «самоутверждение через закрепление своих имущественных и территориальных прав» – с возрастом только набирает актуальность. Что сие значит? А значит это, что для ребенка очень важно право СОБСТВЕННОСТИ. Свое место, своя кроватка, свои игрушки, свой стульчик – это непременные, обязательные атрибуты его существования. Как уже говорилось ранее, ребенок должен ежеминутно убеждаться в своем существовании, получая подтверждения этому из внешнего мира, а закрепить ощущение существования можно предметами, которые однозначно указывают наличность ребенка, то есть с помощью его личных, принадлежащих только ему вещей. Малыши очень трепетно относятся к своим игрушкам, кроваткам, подушечкам, одеяльцам потому, что эти вещи очерчивают их ареал существования, напоминают другим о них, малышах. Именно по этой причине любое посягательство наличные вещи малыша может вызвать истерику. Попробуйте посадить на стульчик вашего ребенка другого малыша. Для ребенка это ясный сигнал – «твое место занято». А если так, то самому-то – куда податься? Естественно, в борьбе за свою территорию и за свою собственность ребенок пойдет на все. Особенно в семье, где он – не единственный.

Чем же грозят нам, родителям, эти три фундаментальных стремления наших детей? А вот чем.

1. Борьбой между детьми за родительскую любовь. Формы такой борьбы могут быть самыми разными: с появлением брата и сестры у ребенка, как правило, развивается вполне естественная ревность на фоне страха потерять свое исключительное место в семье. Что касается старшего ребенка, то страх этот вполне обоснованный. Действительно, место единственного он неизбежно потеряет (кроме случаев по-настоящему маниакального поведения родителя, который полностью игнорирует одного из детей), кроме того, сразу же заметит, что родительское внимание переключилось на младшего. И с этим, в общем-то, ничего поделать нельзя: малыши действительно нуждаются в повышенном внимании. А уж смириться с тем, что к младшему отношение особое, в то время как ему, первому (пусть и не первому, пусть просто – более старшему) члену семьи теперь перепадают жалкие крохи, просто невозможно. В связи с этим родителям предстоит нелегкая задача: буквально раздвоиться, работать на два фронта. Просто ли это? Непросто, но выполнимо. Дети подрастут, а соперничество останется, даже в самом благоприятном случае. А вот плохо это или хорошо – совсем другой разговор. В силах родителя как-то сгладить углы, постараться не утратить контакт с ребенком и сделать попытку направить отношения между детьми в конструктивное русло. Однако полностью убрать противоречие между «Я – единственный и неповторимый» и «Мы вас любим одинаково» не удастся никогда. Как говорится, против лома… А еще в наших силах… но об этом чуточку позже.

2. Борьбой за родительское внимание. Вроде бы то же самое, что и первый пункт, но не совсем. Борьба за любовь – это борьба за ощущение теплоты, за ласковый взгляд, за нежное прикосновение, за осознание своей исключительности. Внимание – это когда на тебя тратят время. Внимание может быть и не самым приятным: кому нравится, например, когда контролируют каждый его шаг или пристально наблюдают за ним? А ведь это тоже внимание. Да еще какое! Ребенку внимание необходимо жизненно. Если это будет внимание любящее, ласковое – тем лучше. Но если нет никакого… В семье, где детей много, борьба за внимание мамы или папы будет обязательно. Она может принимать разные формы – соперничества, соревнования, задабривания родителя своим поведением либо открытого требования, – но борьба обязательно будет. Что с этим делать? Об этом мы поговорим обязательно.

3. Борьбой за свое имущество и территорию. У ребенка обязательно будут свои вещи (одежда, игрушка, стульчик, горшок, кружка и т. п.), к которым он сильно привязывается. Причем вовсе не обязательно, что он будет их беречь, а вот охранять – это уж как пить дать. Изумленный родитель еще не раз воскликнет: «Сто лет ему эта игрушка не нужна, а вот возьмет брат (или сестра) поиграть – и тут же истерика!» Ничего мистического в этом нет. Вещь, которую ребенок считает своей, – часть его существования, одна из меток его территории, признак его права жить в этом доме. И это право любой ребенок будет охранять ревностно, ведь что ему останется делать, если у него отнимут право жить здесь? Для ребенка вопрос его собственности – это без преувеличения вопрос жизни и смерти. Так что войны за собственность в разных формах будут продолжаться еще долго… Что делать! Много детей – это не один. Хотя к ответу на вопрос «что делать?» мы сейчас и перейдем.

Тактика взаимодействия родителя и его детишек не в последнюю очередь зависит от тактики действия самих детей. Эта тактика может принимать следующие формы.

– Каждый сам за себя. Довольно распространенный тип отношений между братьями и сестрами, который, как правило, формируется в семьях, где между самими родителями нет доверия. Впрочем, такой поворот дел вовсе не обязателен. Данный вариант в случае конфликтов с собственным чадом довольно выгоден родителю, ибо не подразумевает моральную (впрочем, в некоторых семьях и физическую) поддержку «опального» ребенка со стороны его братьев или сестер.

– Один за всех, все – за одного. Встречается не так часто, как некогда. Дети защищают друг друга, выгораживают, борются за свои права и иногда довольно активно противостоят авторитарным решениям взрослого. Для родителя, само собой, такой вариант утешителен в плане самолюбия, но чрезвычайно нелегок в ситуации, когда нужно проявить силовые методы воспитания, то есть когда возникает конфликт. И, наконец, самый частый вариант – временные коалиции одного ребенка с другим против родителя либо, наоборот, родителя с одним из детей против другого. Вариации в данном случае могут быть самыми различными. Конечно, само звучание фразы «родитель против ребенка» кощунственно. Однако в жизни мы то и дело вступаем в отношения войны и мира, хотя большей частью в психологическом плане. Хотим мы этого либо нет, но идеальных родителей, боюсь, просто не существует. И поэтому конфликты, противостояния и даже затяжные холодные войны в нашей семейной жизни, увы, неизбежны. Наша задача – избежать тех негативных ситуаций, которых можно и нужно избежать, и как можно безболезненнее для семьи выбраться из тех, избежать которых не получается.

Приведу еще два важных деления. Семейные неурядицы могут быть связаны как с конфликтами между детьми и родителями, так и с конфликтами между детьми. По вполне понятной причине рассматривать «войны» между самими родителями мы не станем – не тот формат книги. Оба типа подобных конфликтов мы рассмотрим отдельно, ибо это совершенно разные ситуации и, соответственно, требуют различных методов «лечения».

Итак, вариант первый: дети «воюют» с родителями. Варианты «один на один» рассматривались ранее, поэтому возвращаться к ним не будем. Теперь в центре нашего внимания находится только вариант «двое (или трое, или даже четверо) на одного (бедного родителя)».

Что можно сделать, когда ваши дети объединяются против вас? В такой ситуации анализировать причины «нападения» не то что не хочется – на это обычно просто не хватает времени, а то и нет возможности. Поэтому если уж конфликт разгорелся, да еще чада демонстрируют завидное единодушие, «нападая» на вас, то применять придется срочные, «пожарные» методы. И только потом, когда огонь конфликта будет сбит, можно разбирать ситуацию по косточкам. Ну или «по головешкам».

В ситуации, когда на вас осуществляется массированная атака превосходящими силами условного противника, можно:

1) перейти в наступление, используя качественное преимущество в опыте, физической силе и авторитете;

2) временно отступить на заранее подготовленные позиции, дав тем самым противнику ложное чувство превосходства и усыпив его бдительность, чтобы, улучив момент, перейти в контрнаступление;

3) позорно бежать, оголяя тылы и оставляя позиции;

4) еще более позорно сдаться на милость победителя.

Конечно, семейные отношения – это не война, по крайней мере, в традиционном смысле слова, хотя некоторые «семейные обстоятельства» определенно напоминают военные действия. И, несмотря на изрядную долю иронии, предложенные варианты поведения вполне применимы на практике и по сути дела исчерпывают ваши возможности в ситуации, когда вы попадаете «под огонь» своих же отпрысков. Но есть еще один вариант (далеко не самый худший) – объявить перемирие и даже, если удастся, сесть за стол переговоров. Но давайте разберемся с каждой из данных тактик в отдельности.

Итак, наступление. Вариант, который имеет свои несомненные плюсы. Во-первых, вы демонстрируете непреклонность и силу. Для ваших детей очень важно чувствовать, что их мама или папа – сильные, даже если эта сила используется против них. Пожалуй, ребенок скорее согласится с сильным и деспотичным родителем, нежели со слабым и безвольным, особенно если этот родитель не интересуется жизнью самого ребенка. Во-вторых, только в наступлении есть шанс победить, то есть добиться своего. В-третьих, настоящее преимущество действительно у вас как у родителя, а не у детей, даже если их несколько. Вы – взрослый, от вас зависит непосредственно само существование ребенка, а это чувствует любое дитя. И использовать данное преимущество проще всего: «Я сказал, что так будет, и все! Вопрос закрыт!»

Теперь о недостатках. Их тоже немало. Во-первых, демонстрируя силу, родитель дает своеобразный карт-бланш на применение этой силы по отношению к другим, в том числе и к себе. Ведь дети подбирают за родителями не те черты характера, которые они стремятся воспитать у своих чад нравоучениями, а те, которые наблюдают в поведении родителей. Во-вторых, победа над своим же ребенком… не пиррова ли это победа? Кого мы собираемся воспитывать – победителей или побежденных? Вот то-то. И в-третьих, а нужно ли раздувать и так разгоревшееся пламя? Не лучше ли его погасить? А бензином огонь не гасят…

Временное отступление. Это более тонкий прием: сделать вид, что вы соглашаетесь, признаете свою неправоту и в то же время готовите плацдарм для будущего наступления. Они ведь еще дети, обязательно попадутся в ловушку. Типичная психологическая игра, описанная стариком Берном: «Вот видишь, что получилось…» Выгоды данной тактики очевидны: с одной стороны, вы не вступаете в открытый конфликт и бережете нервы, как свои, так и своих детей. Вы отступаете, «держа фигу в кармане», то есть заранее зная, что возьмете реванш, – это здорово поднимает настроение и дает возможность практически безболезненно пережить временное поражение. В то же время психологический выигрыш получают и дети: хоть временно, но они – победили, получили свое. Они вынудили родителя считаться со своим мнением. Второй выигрыш – это экономия психических сил родителя, который имеет возможность подготовить ответные меры в спокойной обстановке и не торопясь. Возможно, активно действовать не придется вовсе – они же дети, рано или поздно сами прибегут за помощью, советом. Или, может быть, совершат какую-то ошибку и даже попадут в беду. К кому бежать в таком случае? И кто окажется прав, в конце концов? Верно. «Мудрый» родитель. Метод хорош, что и говорить… Но и у него есть один, но большой минус. Игра, какой бы «психологической» и тонкой она ни была, остается игрой. В результате подобных игр ребенок получает прекрасный пример нечестной игры, лицемерия и подлости. И можно не сомневаться, что рано или поздно подобные методы ваши дети непременно испробуют на вас.

Бегство. С первого взгляда – самый позорный и неприемлемый вариант для родителя. Бегством называется ситуация, когда родитель просто избегает конфликтной ситуации, психологически или даже физически закрывается, уходит, не хочет ничего слышать и даже не пытается донести до своих чад свое мнение. Не слишком конструктивная тактика поведения, но плюсы (вернее сказать – психологические выгоды) есть и в ней. Во-первых, родитель не вступает в конфликт со своим ребенком, что в некоторых ситуациях, возможно, является лучшим выходом. Во-вторых, это наиболее безопасный и универсальный способ поведения в опасных ситуациях, даже в тех, где существует не физическая, а всего лишь психологическая угроза вашему «я». И заметьте, тактика самая простая. Минусы? Потеря родительского авторитета и доверия, да и вообще утрата какого-то авторитета в семье. Мало? Думаю, этого хватит. С лихвой…

Капитуляция. Когда я утверждал, что самый простой метод – это бегство, я немного лукавил, ибо есть еще более простой метод – метод полной капитуляции. Отличается от бегства тем, что при бегстве родитель частично «сохраняет себя» – он не соглашается с мнением агрессора, он просто бежит. Капитуляция – это полное принятие условий победителя, то есть родитель идет на любые уступки своим настойчивым детям, готов отдать все, чтобы прекратить конфликт. Самое интересное, что таким образом можно некоторое время сохранить мир и даже видимость благополучия в семье. Только вот беда – цена этому миру и благополучию будет расти с каждым новым требованием подрастающего поколения. В результате может случиться так, что для самого родителя места в семье не останется – кроме разве что места домашнего раба. Если кому-то такое положение нравится – милости просим. Это ваш выбор…

Как видим, во всех этих методах есть и очевидные плюсы, и весьма досадные минусы. Впрочем, в жизни, как правило, так и происходит: нет идеальных решений, есть те, которые в данный момент наиболее выгодны именно нам и которые, естественно, имеют свои теневые стороны. Определенные минусы есть и у данного способа, который, тем не менее, я настоятельно рекомендую в качестве основного рабочего варианта. Это путь компромиссов и переговоров.

Нарушая традицию, начну с минусов этой тактики. Их, как ни странно, достаточно. В первую очередь отмечу сложность применения метода. Не каждый родитель сразу сориентируется в обстановке яростного конфликта, чтобы аккуратно предложить компромисс. Во-вторых, компромисс – это всегда взаимные уступки, которые даются нелегко, тем более родителю, против которого вдруг восстали его дети. В-третьих, сам процесс переговоров – дело хлопотное и требует немалого дипломатического умения, и если подойти к ситуации без должной тонкости, топорно, можно только навредить миротворческому процессу. Однако результаты применения подобной тактики перекрывают все минусы. Ведь когда вы совместно ищете выход, то, в конце концов, каждый выйдет со своим куском пирога, а поэтому проигравших не будет, что очень и очень хорошо. Огромным плюсом данного способа решения конфликтов является то, что дети учатся достигать взаимопонимания с другими людьми, учитывать их интересы. А это означает, что в будущем родителю не придется рвать волосы в запоздавшем раскаянии, сожалея об огрехах воспитания в прошлом. Итак, несмотря на большую сложность в применении в сравнении с другими методами, я настоятельно рекомендую использовать именно метод компромисса. Ведь при должной тренировке не так уж и сложно применять данную тактику. Да и не так уж она и сложна при ближайшем рассмотрении.

Метод компромиссов включает в себя следующие составляющие:

– объявление перемирия;

– предложение сесть за стол переговоров;

– высказывание пожеланий и претензий всех сторон, включая сторону родителя (родителей);

– совместный поиск компромисса, то есть возможностей где-то умерить свои желания в пользу другой стороны (сторон);

– закрепление соглашений и примирение, впрочем, данная фаза может пройти практически незамеченной в составе четвертой фазы, то есть в процессе поиска компромисса.

Вроде бы и ничего сложного. Для пущей ясности проиллюстрирую данные фазы на конкретном примере.

Итак, действующие лица: мама и ее сыновья, Сережка и Данилка. Основа конфликта – острое нежелание мальчиков бросать интереснейшую дворовую войнушку и идти домой для выполнения каторжных работ по уборке своей комнаты. Условимся, что у мамы хватает здравого смысла не идти на принцип или давить на жалобную кнопку. Мама честно пытается найти устраивающее всех решение:

– Хорошо-хорошо! Только не будем кричать все сразу – так можно и слух потерять. Сережка, Данилка, давайте так: вот скамейка, давайте сядем на минутку и решим, что нам делать. Согласны?

Вот, собственно, сразу же первая и вторая фазы поиска компромиссного решения. Дальше идет обсуждение проблем и выдвижение претензий:

– А чего так рано домой? Мы только теперь начали! Пацаны совсем недавно собрались!

– Но уже девять часов вечера! Комната не убрана, и за уроки никто не садился. Так ведь? А через час – уже спать пора!

– А чего спать в десять часов! Мы что, маленькие?

Вот это уже непосредственно переговорный процесс. Вернее, его первая часть, то есть выдвижение своих требований и оценка контраргументов другой стороны. Она плавно переходит в следующую фазу – непосредственно в поиск компромисса:


– Но разве комнату можно оставлять неубранной? Ведь домашнее задание отменить нельзя!

– Ну мама! У нас войнушка такая не каждый день! Давай, завтра уберемся, после школы. Мы еще полчасика поиграем, а потом за уроки…

– Хорошо. Но только помните – мы договорились: сегодня игра – полчаса, не больше, и уроки. А завтра – уборка.

– Да чего ты! Конечно, договорились…

– Через полчаса ровно я вас снова зову, и надеюсь, споров больше не будет…

– Не будет, чес-слово…

Вот и окончание переговоров вместе с закреплением результатов.


Однако о конфликтах родителей с детьми – хватит. Давайте закроем эту печальную тему, потому что есть не менее интересная проблема – это проблема семейных конфликтов между самими детьми.

Как правило, какими бы причудливыми ни были эти конфликты, суть их сходится к факторам, которые мы ранее уже рассматривали. Вспомним их еще разочек.

Это борьба:

– за родительскую любовь;

– родительское внимание;

– свою территорию и имущество.

Борьбу за родительскую любовь наблюдал каждый родитель, у которого имеется больше одного ребенка. По-другому причину таких конфликтов можно назвать ревностью. Каждый ребенок буквально из кожи лезет, чтобы быть самым-самым, единственным и любимейшим. Поэтому самый правильный ответ на очень распространенный детский вопрос: «Кого ты больше любишь, его или меня?» – будет звучать крайне непедагогично: «Конечно, тебя и только тебя!» И тут же добавить, что об этом не должен знать никто-никто. Родительская любовь – самая ценная детская валюта, за нее ребенок готов пойти на все. Хотя многие родители искренне в этом сомневаются, ибо в каждодневных буднях кажется, что ребенку совершенно наплевать на мнение родителей и на их любовь в частности. Так вот – это действительно только кажется. Очень многие детские конфликты имеют под собой одну вечную основу – ревность. Это обостренное чувство собственности на родителя – источник и гарант самой жизни, и у ребенка оно теснейшим образом переплетено с любовью – искренней, эгоистичной, не выносящей конкуренции и остро реагирующей на каждое посягательство на свою исключительность. Ребенок может прекрасно ладить со своим братом либо сестрой, может относиться к ним с вниманием и нежностью, но до той поры, пока в нем не включается красный сигнал опасности: «Ты – не единственный!» И тогда начинаются какие-то не совсем понятные конфликты на ровном месте: только что мирно играли и вот – на тебе! Подрались. Еще недавно помогал брату собирать конструктор, а вошла мама, взяла младшего за руку – и тотчас взрыв ненависти. Откуда? Зачем? А «оттуда» и «затем» – древний инстинкт взрывается сиреной: «Берегись! Его (ее) больше любят!» Это обозначает: нам угрожает опасность погибнуть. В древние-древние времена так и было. Сегодня ребенок тоже гибнет, но чаще не физически, а психологически, эмоционально и душевно – от недостатка родительской любви. Или – что еще страшнее – от ее полного отсутствия.

Как распознать подобные конфликты? Признаков много. Назову некоторые из них.

– Дети мирно играли, но когда вы вмешались и выделили кого-то из них (вольно или невольно, по делу или так, от полноты чувств – не так важно), второй ребенок начинает скандалить.

– Видимая причина конфликта несоразмерна с результатом, то есть из-за мелкой придирки начинается великое сражение – верный признак, что настоящая причина в другом.

– Прямые либо косвенные упреки родителю в том, что его – ребенка – любят меньше, чем другого брата или сестру.

– Один из детей демонстрирует вам знаки внимания: лезет на колени, обнимает за шею, прижимается к вам на глазах второго. Причем «ласковый теленок» в данный момент больше следит за реакцией своего братца (сестры), нежели за вашей. Верный признак приближающегося скандала.

Остальные приметы вы, думаю, без труда допишете сами. Я же лучше подскажу способ, помогающий утихомирить бурю. Способ простой и вовсе не оригинальный, и, я думаю, вы уже догадались. Верно. Нужно просто показать, что вы любите маленького скандалиста. Но для начала неплохо было бы разогнать «воинов» по разным комнатам. Спросите, зачем? А вам нужны новые скандалы, но с противоположной стороны? Вот то-то.

Борьба за родительское внимание по симптомам похожа на предыдущий случай. Некоторое время меня одолевали сомнения: а нужно ли вообще выделять именно борьбу за внимание? Может, это просто разновидность ревности? Возможно. Но некоторые отличия все же есть. Конечно, любовь – это тоже внимание, а вот внимание может быть и безо всякой любви. Но внимание ребенку необходимо не меньше. Младший нуждается в элементарном уходе, более старшие – в подсказке и поддержке. Есть еще одна разновидность внимания – это забота, и она необходима детям в любом возрасте.

Эквивалент внимания найти проще, чем эквивалент любви. Это – обычное время, проводимое с ребенком: чем больше времени мы уделяем ему, тем больше проявляем внимания. С любовью все не так однозначно. Иногда минута-две, проведенная Только с Ним, Только для Него, стоит больше, чем часы совместного времяпрепровождения.

А вот симптомы конфликтов, основанных на недостатке внимания родителей, очень похожи на предыдущие. И не случайно. Дело в том, что зачастую для ребенка понятия «любовь» и «внимание» – это практически синонимы. Естественно, если мама взяла с собой ее, но не взяла меня, значит, ее она больше любит. Не так ли?

Способ борьбы с такими конфликтами не оригинален – это восполнение недостатка во внимании. Однако следует запомнить одно правило: недостаток внимания может заполнить и другой родитель, а вот недостаток любви – нет. То есть если ребенок ждет ласки именно от матери, то отец здесь не помощник. А вот памперсы поменять может каждый…

Отдельная категория войн – это войны за территорию и имущество. Отношение ребенка к своей личной территории и к своим вещам трепетное. Ребенок совсем по-иному воспринимает подобные понятия. Что такое для ребенка свое место, своя территория? Это вещественное доказательство его (ребенка) существования, это островок безопасности и уверенности в себе, это часть самого ребенка. Любое покушение на личную территорию (а это может быть кроватка, стульчик, угол в комнате, где он обычно играет, место за столом и т. п.) ребенок воспринимает как покушение на его право жить в данной семье, то есть как покушение на свое существование. Именно поэтому нередко наблюдаются совершенно неадекватные с точки зрения взрослого реакции на шутливые попытки взрослых сесть на детский стульчик, занять его место за столом или поваляться на его кроватке. Если со стороны родителей подобные действия иногда проходят без всякой видимой реакции (при условии, что ребенок полностью им доверяет), то реакция на те же действия со стороны посторонних людей (особенно других детей-сверстников) может оказаться очень бурной. Как же! Его – законного члена семьи – свергают! Его место забирают! Если на его кроватке сидит кто-то другой, тогда куда же податься ему? Такие вопросы для ребенка – насущная проблема.

Похожее положение складывается и с личными вещами ребенка. Каждая новая игрушка, одежка или другая вещица увеличивают его личное пространство, отмечают на карте жизни знаки его существования. Именно поэтому ребенок крепко привязывается к вещам, одушевляет их. Любимые игрушки – это действительно часть личности для ребенка, и далеко не каждый взрослый способен это понять. Но знать о таком свойстве нужно обязательно.

Если учитывать сказанное, становятся понятными многие «сражения» между детьми за сущие глупости: сестра села на кроватку брата, брат взял утенка сестры, сестры не могут поделить место за столом или братья подрались из-за совершенно одинаковых машинок. Ведь причина – лишь символ важнейшей проблемы: расширения своей личной территории, закрепления своего права на существование в этом мире. Задача ребенка в многодетной семье (я имею в виду семью, где больше одного ребенка) – буквально отвоевать свое место за столом, свою постель, свой угол и, по возможности, вытеснить конкурентов из ареала своего проживания. Вероятно, кого-то коробит от применения выражений, описывающих существование животного мира, в отношении человека, но, увы, человек – биологическое создание. Мы не так далеко отошли от братьев наших меньших, как нам кажется, и многие наши действия обусловливаются, как ни грустно это признавать, биологическими инстинктами и потребностями. Особенно ярко это проявляется в детях.

Психология bookap

Что же с этим делать? Я не вижу иного способа, кроме как прививать ребенку здоровое чувство собственности и, естественно, учить разделять «свое» и «чужое» (даже если это «чужое» – имущество родного брата или сестры). То есть четко и твердо разделить, что «это – твоя кроватка, а эта кроватка – брата, и без его разрешения ты не можешь там хозяйничать». Так же вполне можно поступить и с игрушками, и с остальными вещами. Со своей вещью ребенок пусть делает, что хочет, с вещами брата или сестры – только с его (ее) разрешения. Однако! Если имущественные разногласия между детьми минимальны или их вовсе нет (бывает и такое!), искусственно навязывать имущественное разделение не следует. Как говорится, не буди лихо, пока тихо…

Конечно, в одной главе, пусть даже и большой, нельзя рассмотреть все проблемы, возникающие у родителей, которые имеют счастье воспитывать нескольких детей. Да и в отдельной книге всего не учтешь. И, видимо, не нужно учитывать все. Мы же – живые творческие люди, мы все равно будем действовать так, как умеем и как считаем нужным. Но тот, кто знает, вооружен и подготовлен. Так что удачи нам, родителям, в нелегком деле воспитания. Она нам понадобится…