Глава 11. В трезвость на протезах

Мой алкогольный гороскоп. Диагноз поставлен — выводы сделаны. О механизмах защиты от алкоголя. «Укол» или «кодировка»? Таблетка от алкоголизма.


Мой алкогольный гороскоп

Вот мы и рассмотрели алкогольную болезнь с разных сторон. Теперь, зная основные симптомы, мы можем приблизительно, с точностью до 1–2-х лет, определить начало алкогольной болезни, момент перехода из привычки в болезнь. Припомните, когда (в каком году) появились первые ссоры в семье и неприятности на работе из-за употребления спиртного? Когда вы отметили первые провалы памяти на фоне опьянения и средние суточные дозы достигли 300 г водки? Когда вы стали употреблять спиртное не по одному, по два-три дня? Это и было началом алкоголизма.

Мы можем определить, какому этапу алкогольного пути соответствует состояние вашего здоровья на данный момент времени. Если на работе стоит вопрос об увольнении за пьянство, а жена подала документы на развод; если опохмеление стало почти обязательным, а запои увеличились до 7 дней; если значительно изменился сам характер опьянения, появились мысли о самоубийстве или агрессивные формы опьянения и в то же время не было белой горячки, пропивания вещей из дома и употребления суррогатов алкоголя — это может означать, что вы приближаетесь к переходу из первой во вторую стадию болезни.

Мы можем определить, в какой форме протекает болезнь: запойной,перемежающейся или смешанной, и учтем, что запойная форма алкоголизма протекает более злокачественно. При этой форме человек как личность разрушается значительно быстрей, чем при перемежающейся.

Теперь, зная, с одной стороны, время возникновения болезни, а с другой стороны, то, насколько далеко вы или близкий вам человек продвинулись по алкогольному пути, вы сможете определить степень злокачественности, скорость, с которой протекает болезненный процесс именно в вашем случае. Для того чтобы это сделать, надо из нынешнего года вычесть год формирования болезни. А если вы уже проходили какое-то противоалкогольное лечение, то из полученной разности необходимо вычесть еще и сумму лет, прожитых трезво после лечения, т. к. в это время болезнь была «остановлена» в развитии и не прогрессировала.

Соотношение части пройденного алкогольного пути к количеству лет, за которые эта часть пройдена, — и есть скорость болезненного процесса в вашем случае! Если запуск болезни может быть спровоцирован самыми разными факторами, как то — потеря работы, ослабленность организма травмами и заболеваниями, неудачами в личной жизни, пьющим окружением и т. д., то скорость болезненного процесса определяется преимущественно внутренними особенностями, генетическими и биологическими факторами. Мнение жены или родителей больного о том, что они смогут затормозить развитие болезни тем, что будут обслуживать ее — прикрывать на работе, скрывать от окружающих, перекладывать на себя ответственность за материальное обеспечение семьи, за воспитание детей больного, или напротив — борьбой, контролем и руганью, является глубочайшим и опаснейшим заблуждением. Скорость болезненного процесса на первой, второй и третьей стадиях болезни относительно постоянна! Допустим, у какого-то человека первая стадия растянулась на 15 лет, так у него и вторая стадия растянется на 15 лет, если ему очень повезет и он выживет в это время. А у другого первая стадия болезни прошла от начала и до конца за 2года, так у него и вторая стадия пройдет тоже за 2 года. Единственное, что может остановить болезнь — это специальное противоалкогольное лечение.

Теперь вы сможете определить, за сколько лет пройдет вся первая стадия, а вторая протекает по времени столько же, сколько и первая, когда и в какой последовательности будут возникать новые симптомы. Владея таким ключом, вы сможете составить собственный алкогольный гороскоп и, с большой долей вероятности, определить, когда появится обязательное утреннее опохмеление, когда сформируются запои по 3 недели, когда впервые грянет белая горячка, когда вы начнете пропивать вещи из дома, когда потеряете свою работу, когда попробуете «три пшика» и т. д. Но все это при одной оговорке, если вы не пройдете в трезвость через лечение. Потому что в период трезвости болезнь не прогрессирует, она замирает и возобновит свое течение только после первой рюмки. А уж период трезвости может быть каким угодно, хоть до глубокой старости, и ограничен он только рамками вашего желания.

При этом надо учесть, что сейчас болезнь протекает не так, как раньше. Во времена Советского Союза первая стадия алкоголизма, нелеченные случаи, протекала в среднем за 15–20 лет, а за это время человек успевал и детей на ноги поднять, и на пенсию, на квартиру заработать. В последнее же время из-за того, что употребляется в основном некачественный алкоголь и проводится политика спаивания населения (обеспечение сверхдоступности и дешевизны спиртных напитков; формирование психологической готовности к приему спиртных напитков средствами массовой информации; непрепятствие самогоноварению и т. д.), болезнь протекает злокачественно.

Первая стадия от начала и до конца проходит в среднем за 3–5 лет. Так что можете не беспокоиться. Созданы все условия, чтобы вы не чувствовали недостатка спиртных напитков и как можно быстрее «проскочили» от начала и до самого конца алкогольной болезни.

Что раз потеряешь — и век не найдешь?

Итак, точный диагноз поставлен, прогноз, при неблагоприятном течении, определен. Что дальше?

А дальше нужно осознать всю серьезность возникшей проблемы. Если болезнь уже сформировалась, то вам предстоит ответить себе на один вопрос. Это не вопрос о том, как жить — более или менее красиво, выпивать немного больше или немного меньше. Вопрос поставлен предельно остро: пить или не пить, жить или не жить? И если вы решили отказаться от употребления спиртного, перестать цепляться за бутылку, то вы должны выделить для себя нечто главное на какой-то отрезок времени, на ближайшие 2–3 месяца. Главное сейчас это не работа, это не попытки наверстать упущенное за время последнего запоя, это не деньги. Главное для вас сейчас — это специальное противоалкогольное лечение, которое вы собственно и начали проходить, читая эту брошюру. А успешная работа, добрые отношения в семье, материальное благополучие и хорошее настроение — это всего лишь слагаемые трезвой жизни, которая последует за лечением.

Как вы думаете, отчего проблемы возникли именно у вас, а у тех, с кем вы начинали выпивать, отношения с алкоголем сложились по-разному? Кого-то водка уже свела в могилу, а кто-то употребляет спиртное умеренно и с контролем.

Если алкогольная болезнь у кого-то сформировалась, это вовсе не значит, что человек какой-то плохой. Нет! Все мы хорошие и все мы нормальные! Алкогольная болезнь — это отсутствие механизмов защиты от алкоголя. Для состояния нормы условно можно выделить семь-восемь механизмов защиты. Раньше они были все, или, из-за наследственной предрасположенности, пять-шесть. Дефекты в механизмах защиты от алкоголя передаются с генетическим кодом, по наследству от отца, от деда, от прадеда. Это совсем необязательно означает, что у отца или деда был алкоголизм. Возможно, у кого-то из них был трудный период в жизни, а дефекты в механизмах защиты от алкоголя могут передаваться с генетическим кодом даже через два поколения. В России предрасположенность к алкогольной болезни отмечается у 4 из 5 человек, т. е. почти у каждого.

И вот человек с предрасположенностью начинает употреблять спиртное умеренно и с контролем, на равных со сверстниками, как это принято в его среде, по достаточным поводам. В какой-то момент он замечает, что не стало тошноты и рвоты на первую рюмку, первый глоток спиртного — а это разрушен один из механизмов защиты от алкоголя. Еще не болезнь, но какой-то шаг, какое-то движение к болезни. Вот он замечает, что раньше хватало бутылки на троих, потом на двоих, а в последнее время и самому можно все выпить. Это значит, что ферментные системы печени, утилизирующие алкоголь, болезненно изменились, настроились на прием огромных, токсических доз алкоголя. Разрушен еще один механизм защиты. Вот человек замечает, что появились беспричинные и глубокие колебания настроения, периоды сниженного настроения, раздражительность, вспыльчивость. Центры регуляции настроения и эмоции не справляются со своими функциями — алкоголь разрушил еще один механизм защиты. Разрушена биохимическая, психическая защита. Раньше было легко отказаться от предложенной выпивки, а в последнее время что-то не всегда получается. Все чаще и чаще он сам становится зачинщиком. Появляется симптом «опережения круга», когда начинают выпивать, не дожидаясь остальных участников застолья… И вот, когда все механизмы защиты от алкоголя разрушены, можно говорить о том, что болезнь сформировалась. Отсутствие механизмов защиты от алкоголя — это и есть хронический алкоголизм, алкогольная болезнь.

Надо сказать, что разрушаются они навсегда, на всю жизнь. Они не восстанавливаются ни через год, ни через десять. И если такой человек даст честное слово в том, что он и без лечения не будет употреблять спиртное, что с понедельника — ни-ни, новая жизнь — я ему не поверю. Потому что чудес не бывает. Он не сможет своим волевым решением изменить природу алкогольной болезни. От его честного слова ни один из разрушенных механизмов не восстановится. И только лечением можно поставить один или два «протеза», психологическую и химическую защиту. Чтобы жить абсолютно трезво и одного протеза достаточно. А чтобы выпивать помаленьку и изредка, надо восстановить все семь механизмов защиты. Но медицина, к сожалению, пока не доросла до такого уровня. Этого пока не могут сделать ни в нашей стране, ни в других. В этом направлении работают многие научные коллективы и, возможно, такие методы появятся лет через 20–30.

Психологическая защита ставится психотерапевтически. Это средствами психотерапии создается установка на трезвость, готовность и стремление к трезвости, снимается влечение к алкоголю на длительное время, формируется какая-то реакция на спиртное (тошноты и рвоты, страха или равнодушия и безразличия к алкоголю — можно сформировать какую угодно реакцию), восстанавливается нервная система, снимаются изменения в эмоциональной сфере.

Химическая защита — это большая группа препаратов, несовместимых с алкоголем. Если на фоне действия такого лекарства принимают алкогольные напитки, то возникает реакция отравления и иногда очень тяжелая, вплоть до смертельного исхода.

Химическая защита как метод лечения имеет ряд недостатков. Первое. Препараты химической защиты действуют не стопроцентно. У одного есть реакция отравления, а у другого никакой реакции. Второе. Препараты химической защиты сами по себе не безразличны для организма, могут вредно действовать на печень, почки и другие органы, поэтому применять их можно с учетом противопоказаний, в терапевтических дозах, ограниченными курсами и только по назначению врача. Третье. Эти лекарства действуют по времени ограниченно. О том, какой препарат сколько действует по времени можно прочитать в фармацевтических справочниках. А дальше? Четвертый и главный недостаток. Это препараты не снимают влечение к алкоголю. Как тянуло к вину, так и тянет. И даже если человек живет трезво после такого лечения под страхом смерти, то иногда он чувствует себя очень неважно: «уходит в депрессию», становится злым, раздражительным, нервным.

Поэтому химическая защита — вспомогательный метод лечения и применяется специалистами после основного лечения (психотерапии) для профилактики рецидивов.

Кривая логика неисправимых

Основным препятствием к трезвой жизни часто становится отсутствие критики к своей болезни и своему состоянию. Все, кто хотел жить трезво, уже давно прошли лечение, живут трезво и ни о чем не жалеют, а о прошлой жизни вспоминают как о кошмарном сне.

Но бывает, что пьющий человек соглашается: «Да, у меня алкоголизм, но лечение мне не требуется», «Хочу — пью — хочу, не пью…», «Я без лечения возьму себя в руки и «перепрыгну» из болезни в привычку…» В этих случаях мы имеем дело с неполной критикой. Эти слова говорит не он, а болезнь, которая никак не хочет его отпустить из своих удушающих объятий.

Практика показывает, что эти люди в конце концов вынуждены будут обратиться за медицинской помощью, когда алкоголь станет не в радость, когда запои достигнут тридцати-сорока дней, когда их затрясет в «белой горячке». Лишь бы не было поздно. На второй стадии алкогольной болезни, когда разрушается семья и теряется работа, когда некому будет поддержать их в стремлении к трезвости, когда сформируется тяжелое влечение к алкоголю на уровне физической зависимости и будет допущено снижение интеллекта, — эффективность психотерапии значительно снижается (уже не достучаться). К концу второй стадии болезни, когда головной мозг очень глубоко поврежден алкоголем, человек плохо понимает значение слов. Вот сидит он напротив, а взгляд пустой, доводы рассудка его уже не трогают. В его голове уже нет места мыслям о детях, о здоровье родителей, наконец, о своем будущем. Все мысли только о бутылке. Я задаю вопрос: «Скажите, как вы понимаете значение поговорки «не плюй в колодец, пригодится воды напиться». Ответ: «Значит не надо плевать в колодец». Да, он уже не способен мыслить отвлеченно, абстрактно, он плохо понимает значение слов. Но это не значит, что его лечить бесполезно. В таких случаях требуется больший объем помощи. Не только психотерапия, но и лекарственное лечение (массивно, длительно). А главное, в таких случаях одному человеку с болезнью не справиться, без поддержки родных и близких ему не обойтись. Потребуется, чтобы члены семьи выполнили рекомендации врача. Речь идет о коррекции созависимых отношений (о том, что это такое, читайте в другой брошюре из серии «Зеркало»: «Созависимость — умение любить»). Если все эти условия выполняются — прогноз благоприятный и в самых запущенных случаях второй стадии болезни.

На второй стадии алкогольной болезни показано длительное лечение в условиях стационара, повторные курсы стационарного лечения.

«Укол» или «кодировка»

Вот звонит телефон. Со мной говорит жена возможного пациента: «Скажите, а чем вы лечите, уколом или кодированием?» Что на это ответить? Давайте спросим у терапевта, чем он лечит, аспирином или анальгином? Если ответит, что анальгином, значит это плохой врач. Как же можно разные состояния и всех больных лечить одной таблеткой? Если ответит, что лечит аспирином, то же самое.

Современная психотерапия располагает арсеналом из нескольких тысяч методов и приемов. Любой врач в практике применяет самые разные. Поэтому нет никакого смысла спрашивать у психотерапевта, каким способом он лечит. Спросите, имеется ли у него лицензия на этот вид деятельности. Если имеется — вы можете доверять ему как специалисту.

Однажды ко мне на прием пришел «бывалый» человек: «Доктор, я уже 15 раз лечился в разных кабинетах. Не помогает. 2–3 месяца стисну зубы и держусь трезво, а потом срываюсь. Чем только не лечили: лазером и приборами, и годовым уколом. Была и психотерапия, и гипноз, и кодирование, и аутотренинг. Может, меня бесполезно лечить?» — «Скажите, а кто-нибудь из врачей показывал вам лицензию и именно на этот вид деятельности? Нет? Тогда успокойтесь, к специалисту вы попали впервые».

Таблетка от алкоголизма

В последнее время в печати широко рекламируются средства лечения алкоголизма, которые можно применять без ведома больного и которые как будто надолго отбивают тягу к алкоголю. Новые названия возникают как грибы после дождя. Рекламные посулы обещают прекращение алкогольной зависимости при длительном приеме.

А какова позиция официальной медицины? Главные специалисты утверждают, что на сегодняшний день методов, позволяющих обучить алкогольно-зависимого человека умеренному употреблению спиртного и обладающих достаточной эффективностью, не существует, но не исключают возможности их появления лет через 30, а потому надо ориентировать пациентов на полный отказ от употребления спиртного.

Основным методом лечения в наркологии является психотерапия Есть и лекарственные средства, снижающие влечение к алкоголю, но действуют они коротко, и в качестве основного метода не применяются, а относятся к вспомогательным средствам лечения. Таблетку от алкоголизма пока еще не придумали.

А как же реклама? В прямом смысле часть разрекламированных препаратов вообще лекарствами не являются и представляют из себя пищевые добавки, другая же часть относится к гомеопатическим композициям.

Психология bookap

А как же высокая эффективность? Министерство здравоохранения предлагает четкие критерии эффективности, не допускающие двойного толкования. Эффект лечения считается хорошим, если достигнута трезвость в течение одного года. Если использовать такой подход и отбросить случаи самопроизвольного выздоровления (по некоторым данным, 6–8 %), то эффективность применения пищевых добавок, возможно, будет близка к нулю. Поэтому некоторые фирмы-изготовители вынуждены придумывать свои собственные способы подсчета эффективности, такие как: «постепенное, заметное снижение тяги к алкоголю», «прекращение алкогольной зависимости», «заметное сокращение частоты алкогольных эксцессов» и др.

Утверждение о безвредности пищевых добавок также вызывает некоторые сомнения. Да, они безвредны. Но если вы занимаетесь самолечением и отвергаете помощь врача-специалиста, к чему иногда призывает реклама, то болезнь прогрессирует, запускается и в любое время может закончиться трагически. Наилучшие результаты лечения отмечаются при раннем обращении к врачу психиатру-наркологу.