А. Б. ЗАЛКИНД

ПОЛОВОЕ ВОСПИТАНИЕ ЮНЫХ ПИОНЕРОВ

1. О плохом и хорошем в половом воспитании пионеров

В пионерской работе, как и во всякой педагогической работе над возрастом 10–16 лет, большое место занимает половое воспитание.

Половые переживания, половые интересы вызревают постепенно и начинают формироваться еще задолго до подлинной зрелости человека. Поэтому среди других сведений, которые должен получить вожатый о пионере, необходимо много внимания и времени уделить также и половому развитию пионера: надо знать методы правильного полового воспитания, применяемые в пионерработе.

Вполне естественно, что вопрос этот стал в последние годы предметом серьезной заботы для руководителей пионерработы и для массы вожатых. На местах встречаются многочисленные попытки разрешить этот вопрос. Поскольку серьезных научных указаний в этой области литературой не было дано, всякий продумывал и прорабатывал вопрос «по-своему». Понятно, что кустарная инициатива в столь сложном и ответственном деле далеко не всегда давала положительные результаты. За фактами далеко идти не придется.

Так, в гор. Т. вожатый на одном собрании своего отряда делал пионерам доклад «о половой жизни людей», «о правильном половом поведении». На протяжении своей — очевидно, не вполне разумно построенной — «лекции» он довел пионеров (по признанию очевидцев) до такого смущения, до такого стыда, что «хоть под стол лезь». Вряд ли можно ждать пользы от такого «педагогического» подхода.

В гор. А. другой вожатый, тоже из ретивых не в меру, уловив в отряде пару онанистов216, принялся за резкое публичное их шельмование на собрании отряда: он и грозил, и позорил ребятишек, в итоге довел их до чрезвычайно тяжелого душевного состояния, которое угрожало перейти в нервное заболевание. К счастью, коллектив пионеров оказался умнее своего «вождя», успокоил ребятишек, поставил просветителя на место, избавив тем бедных ребятишек от глубокого нравственного потрясения.


216 Онанизм — болезненное состояние, при котором человек искусственно удовлетворяет свое половое влечение.


Мало ли, однако, у нас таких вожатых, которые и не подозревают, насколько сложна зреющая половая жизнь подростка, насколько требует она чуткого, умелого к себе подхода.

Встречается и другой тип «организаторов» половых нравов среди пионеров: в гор. X. пионерорганизация, обуреваемая криво понятой будто бы «коммунистической» этикой, запретила ребятишкам танцы под страхом роста «от них» полового возбуждения. Конечно, в этом нескладном распоряжении, как и в активности двух первых вожатых, мы имеем дело с самыми хорошими намерениями; но хорошие намерения, глупо проводимые на деле, ничего, кроме вреда, не приносят.

Еще глупее вела себя учительница в гор. М., которая на просьбы пионеров рассказать им о половой жизни беспомощно расплакалась. Если работаешь с подростками, нельзя плаксиво теряться при законном их порыве узнать о главном вопросе их возраста: это либо педагогическая инвалидность, либо узколобое ханжество.

Другой учитель, дойдя на протяжении своего курса биологии до глав о размножении, отказался истолковать их перед классом: «Вы почитайте-ка сами, что там написано, потом расскажете мне, а я уже тогда и побеседую с вами». Однако школьники, прочитав указанные главы, устыдились своего стыдливого учителя и не захотели с ним беседовать по столь щекотливому… для него вопросу.

Быть может, оба последних педагога поступили разумно, убоявшись «половой беседы» с детьми. Возможно, что они, по примеру первых двух вожатых, больше повредили бы своей беседой, чем принесли бы ею пользы: в половом вопросе требуются значительное уменье, большая чуткость и тактичность. Без них действительно лучше бы своевременно помолчать. Однако и первые два «говоруна», и последние два «молчальника» удивительно похожи друг на друга своей… полной беспомощностью в области полового воспитания.

Нужно лишь помнить, что если учителя иногда ссылаются (конечно, совершенно неправильно) на то, что «их дело — учеба, а не воспитание», — пионерруководители не имеют и этого «формального» оправдания: пионерработа — в первую очередь воспитательный процесс. Нелепа, конечно, и учительская ссылка на «учебу», так как в реальной жизни нельзя оторвать учебную деятельность от воспитательной, и тот, кто не умеет воспитывать, никогда не сумеет и обучать.

Всякий работник, ответственно связанный с детьми, обязан понимать сущность полового воспитания, обязан самым внимательным образом проработать приемы правильного воздействия на развивающуюся половую жизнь детей.

О пользе такой осведомленности и такого уменья наглядно говорит ряд ярких фактов. В одном из пионеротрядов гор. М. возникло большое напряжение в связи с вспыхнувшим там внезапно острым интересом к половым вопросам. Выяснилось, что по недоразумению ребятишек водили на пошленькую пьесу, вызвавшую у них ряд законных недоумений, но при этом же много нового, притом больного любопытства. Дело осложнилось бы всерьез, если бы руководители работы в лице умного вожатого и врача-гигиениста не вмешались рядом организованных, чутких разъяснений: через короткое время напряжение исчезло, и в дальнейшем ребятишки, если у них снова прорывались сомнения, шли за помощью в свой «санпросвет».

Другой пример: юная девушка (15–16 лет), пионерка, влюбилась. Ее чувство сделалось предметом жесточайшей сатирической травли со стороны товарищей по отряду. Девушку довели бы до исступления, если бы вовремя не вмешалась вожатая. Она с чрезвычайным тактом рассказала пионерам о неуместности такой травли (беседа, конечно, шла в отсутствие жертвы), объяснила закономерность любовных чувствований, но вместе с тем дала нужные осторожные указания на нежелательность слишком раннего и слишком сгущенного любовного порыва.

И что же? Ребятишки обнаружили изумительную чуткость, оставили недавнюю жертву в покое и перешли «к текущим делам». А сама жертва? Не так давно она была отчуждена от отряда как из-за своей ранней любви, так и из-за ядовитой травли. Теперь же она по-новому связалась с отрядом, глубже сблизилась с товарищами, вросла в пионерски-комсомольские интересы, и это способствовало, кстати, побледнению ее преждевременного любовного чувства: оказалось, что и ранняя ее любовь была в основном результатом ее одиночества в отряде и школе. Меньше стало одиночества — меньше потянуло на раннюю любовь.

Как видим, умелый подход вожатой оздоровил половую атмосферу в отряде и поставил на правильный путь запутавшуюся в одиночестве девушку. Характерно, что в обоих случаях удалось не только организовать правильную половую установку в отряде, но и укрепить общую спайку пионеров, углубить работу: лучшее доказательство того, что половой вопрос в пионер-работе неразрывно связан со всеми прочими ее областями.