ПравообладателямПисатель Сталин, Вайскопф Михаил
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Вайскопф Михаил Яковлевич djvu   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

М. Вайскопф – известный израильский славист, автор многих статей по истории русской культуры. Обе его предыдущие книги – «Сюжет Гоголя» (1993) и «Во весь голос: Религия Маяковского» (1997) – стали интеллектуальными бестселлерами.

В новом исследование ученого рассматриваются литературный язык Сталина и религиозно-мифологические стереотипы, владевшие его сознанием. При крайней скудости лексики и убогой стилистике его писания представляют собой парадоксальный образчик чрезвычайно изощренной семантической системы, которая отличается многозначностью и текучестью самых, казалось бы, ясных и определенных понятий. Выявлен обширный фольклорный слой (преимущественно северокавказский эпос) сталинского мировоззрения и его связь с общереволюционной мифологией; исследуются отношения между христианскими и языческими моделями в сочинениях этого автора. В работе использовано большое количество текстов и материалов, до сих пор не входивших в научный обиход.

DJVU. Писатель Сталин. Вайскопф М. Я.
Страница 267. Читать онлайн

268

Глава 3

касается волевой целеустремленности или беспринципной тактической «диалектики»; зато по части интриганства, аморализма и бездонного властолюбия (не говоря уже о тшеславии, почти чуждом Ленину) он намного превзошел своего учителя. По выражению Авторханова, «Сталин — Ленин, доведенный до логического конца»мь. Правда, он, кажется, отличался от Ильича и чуть меньшей жестокостью (или «беспощадностью», как предпочитал называть ее основатель Советского государства). Молотов, полагавший, что Ленин был «более суровым», вспсминал, как тот упрекал Сталина «в мягкости и либерализме»4н.

Мягкость, конечно, понималась коммунистами по-своему — как и жестокость. В феврале 1918 года Сталин сообшает украинским большевикам о немецком ультиматуме, включающем такие пункты: «Все жители, арестованные по политическим основаниям, должны быть немедленно освобождены <...> Вообще, нужно сказать, условия зверские». Однако сталинские повеления действительно выглядят порой несколько менее кровожадными, чем у Ленина; если последний требовап, без всякого следствия, просто по революционному вдохновению, «расстреливать на месте» всяческих «хулиганов, контрреволюционных агитаторов» и др., то Сталин, в своей первой военной речи от 3 июля 1941 года, все же приказал отдавать подобных преступников под «суд Военного трибунала»; правда, позже он исправил свою либеральную оплошность, совершенно по-ленински распорядившись, в знаменитом приказе No 227 («Ни шагу назад!»), истреблять на месте «паникеров и трусов»м1. Но иногда его приказы звучали как дословный повтор ленинских указаний о тактике выжженной земли. Таковы свирепые сталинские директивы 1941 года («не оставлять противнику ни одного килограмма хлеба»), обрекающие собственное население на мучения и голодную смерть:

Все ценное имущество, атом числе цветные металлы, хлеб н горючее, которое не может быть вывезено, должно безусловно уничтожатьсял".

Ср. в ленинском декрете «Социалистическое отечество в опасности!» (навеянном, вероятно, гимназической памятью о 1812 годе):

Все хлебные н вообше продовольственные запасы, а равновсякое ценное имущество, которому грозит опасность попасп в руки врыв, должно подвергаться безусловному уничтожению.

4м А«тарханов А. Империя Кремля: Советский тнп колониализма. Вильнюс,

!990. С. 37.

4н Сто сорок бесед с Молотовым. С. !84.

4'з Сталин И. Соч. Т. 15. С. 212.

»н Там же. С. 53.

Обложка.
DJVU. Писатель Сталин. Вайскопф М. Я. Страница 267. Читать онлайн