Экспериментальные основы психологии установки

I. Общее учение об установке


...

Разновидности состояния установки

1. Фиксированная установка. При наличии потреб­ности, которая должна быть удовлетворена, и соответствую­щей ситуации живой организм обращается к определенной целенаправленной деятельности. Но как мы убедились, эта деятельность в первую очередь зарождается в форме уста­новки, которая в дальнейшем раскрывается в виде доступ­ных наблюдателю внутренних и внешних актов поведения. Сейчас перед нами стоит вопрос, как и в каких формах про­исходит этот процесс зарождения установки.

В наших опытах дело начинается, как правило, рядом эк­спозиций экспериментальных объектов (установочные опы­ты), с тем чтобы затем перейти к критическим экспозициям и показать, как подействовали на них предшествовавшие им установочные опыты.

В чем же заключается роль этих установочных опытов? Выше мы уже говорили относительно феномена фиксации, который является результатом повторного предложения этих опытов испытуемому.

Мы полагаем, что в итоге многократного повторения этих опытов у испытуемого фиксируется установка, возникающая при каждой отдельной экспозиции. Повторение в данном случае, по-видимому, играет решающую роль, оно дает воз­можность зафиксировать возникающую при каждой отдель­ной экспозиции установку. Поэтому эти повторные устано­вочные опыты можно было бы назвать фиксирующими.

Другое дело, как возможно, чтобы повторение в данном случае играло роль фактора, содействующего процессу фик­сации. Этого вопроса здесь мы не будем касаться. Отметим только, что однократной экспозиции установочных объектов в большинстве случаев не бывает достаточно для того, чтобы соответствующая этой экспозиции установка осталась у ис­пытуемого до такой степени доминирующей, чтобы предла­гаемые затем равные объекты воспринимались на ее основе и, следовательно, казались бы неравными. Поэтому число эк­спозиций должно быть увеличено настолько, чтобы можно было говорить о достаточно фиксированной установке.

Фиксация установки может происходить и в следующих условиях: скажем, в условиях какой-нибудь определенной ситуации у меня появилась соответствующая этим условиям установка, которая, повлияв на акт моего поведения, сыгра­ла свою роль и затем прекратила свое действие. Но что же фактически происходит с ней после этого? Исчезает ли она совершенно бесследно, будто ее никогда и не было, или она каким-то образом продолжает существовать, сохраняя спо­собность все же оказывать некоторое влияние на наше пове­дение?

Если верно экспериментально подкрепленное выше поло­жение о том, что установка представляет собой целостную модификацию личности или субъекта вообще, то тогда не вызывает сомнений, что она, сыграв свою роль, сейчас же должна уступить место другой, новой, актуально действую­щей установке. Но это еще не значит, что она-то сама окон­чательно и раз навсегда выходит из строя. Наоборот, в случае, если субъект попадает в ту же ситуацию с теми же намерени­ями, что и раньше, в нем должна возобновиться и прежняя установка заметно быстрее, чем это нужно было бы для воз­никновения новой установки в условиях совершенно новой ситуации. Это дает нам право считать, что раз активирован­ная установка, вообще говоря, не пропадает, то она сохраня­ет в себе готовность снова актуализироваться, лишь только вступят в силу подходящие для этого условия.

Само собой разумеется, готовность эта не всегда одинако­ва. Нужно полагать, что она зависит в значительной мере от степени прочности установки, которая измеряется числом повторных установочных опытов: чем чаще повторяются эти опыты (в пределах оптимума для каждого данного испытуе­мого), тем прочнее фиксируется установка и тем более силь­ная способность актуализации вырабатывается в ней.

С другой стороны, в наших опытах окончательно выясня­ется и то, что существуют единичные случаи действия уста­новки, которые и помимо всякого повторения оставляют по себе значительный след; установки, лежащие в их основе, фиксируются и независимо от повторения установочных опытов и, таким образом, приобретают значительно большую способность к актуализации.

Во всех этих случаях достаточно, чтобы начала действо­вать ситуация, похожая на актуальную, чтобы это оказалось достаточным для активирования установки и направления субъекта в соответствующую сторону.

Таким образом, мы видим, что бывают случаи, в которых, вследствие частых повторений установочных опытов или высокого личностного их веса, установка становится до та­кой степени легко возбудимой, что она актуализируется и в условиях воздействия неадекватных раздражителей, закры­вая этим возможность проявления адекватной установки.

Конечно, нет никакой необходимости, чтобы в условиях действия фиксированной установки адекватная данной си­туации форма установки всегда стушевывалась и заменялась другой, близкой к ней, но все же отличной от нее фиксиро­ванной установкой. Дело в том, что ничто не мешает нам допустить, что могут иметь место и такие случаи, когда субъекту приходится иметь дело с ситуацией, вполне тожде­ственной той, в которой выработалась данная форма фикси­рованной установки. В таких случаях, конечно, актуализиро­ванная фиксированная установка будет вполне совпадать с той, которую для данного случая мы должны считать адек­ватной.

Таким образом, в обычных, не экспериментальных усло­виях жизни мы встречаемся не только со случаями замены адекватной для данной ситуации установки близкой к ней фиксированной, но и с такими, в которых фиксированная ус­тановка оказывается вполне тождественной установке адек­ватной.

С другой стороны, могут иметь место и случаи, в которых к активности пробуждаются не те установки, которые фик­сировались когда-нибудь в течение жизни данного индиви­дуума, а те, которые сделались фиксированными в истории его вида. Мне не раз приходилось в другой связи указывать на факты проявления такого рода активности, например, в жизни ребенка — на факты, относительно которых нельзя сказать, что они обусловлены потребностью получить имен­но средства, реализуемые этой активностью» В жизни ребен­ка часты случаи, когда он обращается к деятельности исклю­чительно потому, что в нем проявляется сильное стремление к ней: в нем пробуждается потребность функционировать, быть активным. Эта потребность, которую я называю функ­циональной тенденцией, нужно полагать, является наслед­ственно приобретенной формой фиксированной установки12.


12 Д. Узнадзе. Психология ребенка. 1946.


2. Диффузная установка. Но установочные опыты не яв­ляются обязательно и во всех случаях фиксированными. В некоторых случаях они играют совершенно другую роль. Дело в том, что бывает редко, чтобы для возникновения какой-нибудь индивидуально определенной установки было бы достаточно одного-единственного случая воздействия си­туации на субъекта. Нужно полагать, что на начальных ста­диях зарождения какой-нибудь новой установки она опреде­ляется как индивидуально очерченный факт не сразу. Стано­вится необходимым более или менее длительный процесс для того, чтобы установка определилась как таковая, чтобы она дифференцировалась, вычленилась как состояние, спе­цифически адекватное для наличных условий поведения.

Мы полагаем, следовательно, что при первом своем за­рождении установка является сравнительно еще не дифференцированным, не индивидуализированным состоянием. И вот для того, чтобы она дифференцировалась как опреде­ленная, адекватная для данных условий, становится необхо­димым повторное предложение соответствующих раздраже­ний. В таких случаях повторение установочных опытов име­ет совершенно определенную, отличную от фиксационных, цель — она направлена на дифференциацию установки.

Это бывает особенно необходимо для зарождения новых, еще незнакомых субъекту установок. Когда в таких случаях начинает действовать на субъекта какой-нибудь новый, впер­вые ему встречающийся объект, то вызываемая им установ­ка должна носить диффузный, малоопределенный характер. Мы можем сказать, что она недостаточно еще дифференци­ровалась и в результате этого субъект не может точно идентифицировать этот объект. Только с течением времени, по мере увеличения числа повторных воздействий того же объ­екта, вызываемая им установка постепенно дифференциру­ется и определяется как установка, специфичная именно для данного случая.

Следовательно, установочные опыты бывают не только фиксирующими, но и дифференцирующими.