Автономия, самоактуализация


...

Кентавр: резюме

Есть несколько вещей, которыми мне хотелось бы завершить обсуждение своеобразной роли и природы экзистенциального или кентаврического уровня в общем контексте спектра сознания. Хотя у этого уровня есть доступ к языку, культурно — согласованному познанию, эгоической логике и воле, он способен выходить и выходит за их пределы, к неиспорченному сенсорному осознанию и непрерывному психофизиологическому потоку, а также к высокофантазийному процессу интуиции и интенциональности. Данный уровень разворачивается над языком, логикой и культурой, и все же является не довербальным и пред — культурным, а трансвербальным и транскультурным.

И вот момент, который я хочу выделить особо: рассматриваемый уровень, будучи трансвербальным, не является трансперсональным. Иными словами, трансцендируя язык, грубые понятия и грубое «эго», он не трансцендирует существование, личностную ориентацию или пробужденное психофизиологическое осознание (см. рис. 3). И хотя это последняя стадия, подвластная обычным формам пространства и времени, эти формы все еще присутствуют.

Но само сенсорное осознание, очищенное от налета эгоического и культурного схематизма, начинает с поразительной ясностью и богатством воспринимать область пробужденности. На этом этапе оно уже не является «растительным», «животным» или просто «органическим» — это скорее какой‑то тип сверхчувственного (и почти, но еще не вполне над — чувственного) осознания, некий прилив высшей тонкой и даже трансперсональной энергии. Как поясняет Шри Ауробиндо: «Используя внутренние чувства,33 то есть способности чувствования сами по себе, в их чистой… тонкой активности… мы способны к познанию чувственных переживаний, явлений и образов вещей иных, нежели те, что принадлежат к организации нашего материального окружения» [306]. О таком «сверхчувственном» осознании сообщают многие психотерапевты, ориентированные на уровень кентавра (Роджерс [322], Перлз [291], и другие); его обсуждает Дейкман [92]; и о нем же говорят, как об одной из начальных стадий мистического озарения (когда индивидуальная психика восходит до кентавра, а затем трансцендирует его)[329].


33 В психологических системах восточных мистических традиций, в частности, буддизма, различаются телесные, или внешние чувства — зрение, слух, и т, д. — и соответствующие внутренние чувства (как то: осознание зрением, осознание слухом и др.), причем к таким внутренним чувствам относится и познавательная способность (осознание разумом или различительное сознание). По сути дела, внутренние чувства следует считать не сенсорными, а репрезентативными системами (т. е. механизмами сознательных представлений). О различии сенсорных и репрезентативных систем см., напр., Дж. Бэндлер, Р. Гриндер. Структура магии. Т. II. — Прим. ред.


Я также убежден, и даже хотел бы подчеркнуть, что трансвербальный, трансконцептуальный кентавр является исконным местом обитания «интуиции» Бергсона и «чистого видения» Гуссерля. Я вовсе не намерен отрицать, что оба они видели дальше кентавра, в более высоких областях; мне лишь представляется, что в целом их философия самым блестящим образом отражает реальность кентаврической интенциональности, образного видения и непосредственного постижения в восприятии. Кроме того, Гуссерль был одним из немногих, кто ясно понимал глубокое различие между телесным чувственным тифоническим осознанием, неспособным к умственной рефлексии, и подлинным кентаврическим эмпирическим осознанием, включающим в себя акты рефлексии. Последнее было для Гуссерля трансвербальным сознанием и интенциональностью (это его термин), а не до — вербальным сенсорным осознанием. На данный момент, как мне кажется, не обратили внимания почти все современные «экзистенциальные терапевты», восхваляющие тифонические крайности. За расширенным обсуждением этих тем читателю следует обратиться к «Введению в метафизику» Бергсона и «Идеям» Гуссерля.

Единство и интеграция более высокого порядка: трансвербальность, транс — членство, но не трансперсональность, — таковы качества зрелого кентавра, который является, по моему убеждению, той стадией развития, когда высшие энергии начинают вторгаться в организм и даже физиологически преобразовывать его. Весь этот уровень, представляющий собой разотождествление с «эго» и отождествление более высокого порядка с тотальным телом — умом, знаменует собой высочайший потенциал, какого можно достичь в экзистенциальной или «грубой» сфере. Он очень похож на то, что Джон Лилли (вслед за Гурджиевым) назвал «состоянием + 12», то есть «блаженное состояние; космическая любовь, приятие благодати [высшие энергии], повышенное телесное осознание [супер — сенсорика], высочайшее функционирование телесного сознания» [242]. Важно заметить, что Лилли размещает этот уровень разума — тела выше концептуального, или уровня «усвоения и передачи новых данных и программ, учения и обучения» [242], то есть выше эгоического вторичного процесса и синтаксического познания. Это состояние также похоже на начальные стадии пути у Баба Фри Джона,34 когда, раскрепощая мысль и желания, благодаря внимательному вопрошанию, человек интуитивно постигает «безусловное чувство взаимосвязи. Это безусловное чувство взаимосвязи, наслаждаясь которым, парадоксальным образом продолжаешь осознавать мировосприятие и собственное телесное присутствие в мире, есть интуиция всепроникающего Божественного Присутствия» [59].


34 Баба Фри Джон, он же Да Фри Джон, Да Лав Ананда — современный американский духовный учитель, автор многих книг, в которых синтезируются идеи йоги, тантры и других учений. Сведения о нем, а также некоторые из его произведений есть в антологии «Что такое просветление», под редакцией Джона Уайта. — Прим. ред.


КЕНТАВРИЧЕСКАЯ САМОСТЬ
познавательный стиль трансвербальное образное мышление, высокая фантазия, синтез первичного и вторичного процессов; транс — консенсуальность
формы эмоционального проявления схватывание, спонтанность, импульсивная экспрессия, супер — сенсорика, чувствование сердцем
волевые или мотивационные факторы интенциональность, творческое желание, смысл, спонтанная воля, само — актуализация, автономия
формы времени обоснованность в настоящем моменте, осознание линейного времени как вытекающего из настоящего
разновидность самости интегрированная, автономная, трансбиосоциальная, тотальное бытие тела — ума

Это, как я думаю, одна из причин того, что даже у экзистенциалистов — говоря их же собственными словами — появляется тенденция интуитивно постигать трансперсональные реальности. И Гуссерль, и Хайдеггер, в конечном счете, тяготели к строго трансцендентным философиям (не говоря уже об экзистенциалистах — теистах Марселе, Ясперсе, Тиллихе). Д — р Мэй сам говорил о движении «от неличностного через личностное к над — личностному измерению сознания» [265]. А Джордж Браун, один из великих преемников Фрица Перлза в гештальт — терапии, являющейся, по словам самого Перлза, чисто экзистенциальной терапией, описывает, что происходит после того, как людям давали кентаврическую трансляцию центрирования в «здесь и сейчас» и они рано или поздно оказывались в тупике:

«Можно было бы описать тупиковое переживание множеством способов. Здесь замешаны трансперсональные энергии. Люди говорят об ощущениях парения, о спокойствии и умиротворенности. И мы на них не давим. Мы говорим: «Это прекрасно, продолжайте рассказывать, что с вами происходит». И иногда мы спрашиваем, могут ли они прикоснуться к чему‑нибудь там, где они пребывают. Если они этого не могут, ну что лее, это совершенно нормально. Если же могут, то обычно это означает, что они начинают видеть какой‑то свет [подлинная тонкая область]. Это также вполне может быть движением к трансперсональному. Они часто видят свет и направляются к нему, потом выходят из тела, и там их встречает солнце и великолепные вещи: зеленые деревья, синее небо и белые облака. Потом, когда они заканчивают с этим переживанием и открывают глаза, цвета видятся им яснее и чище, их зрение становится острее, восприятие улучшается [суперсенсорное осознание кентавра], они отбросили те фильтры [эгоические и культурно — согласованные], которые в тот момент времени налагали на них их собственные фантазии и патологии» [55].

Следовательно, экзистенциальный кентавр — это не только более высокий порядок интеграции «эго», тела, Маски и Тени, но и главный переход к высшим тонкой и трансперсональной областям бытия. (Заметьте, что исследования Стэна Грофа, судя по всему, очень серьезно подтверждают этот тезис) [166]. Это справедливо как в отношении «сверх — сенсорной» модальности35 кентавра, так и применительно к его познавательному процессу интуиции, интенциональности и образного видения. Все они являются намеками на высшие области трансценденции и интеграции.


35 В современной западной психологии принято говорить о сенсорных модальностях (физиологических механизмах зрения, слуха и т. д.) и репрезентативных модальностях (соответствующих механизмах сознательных представлений). Здесь автор, вероятно, имеет в виду, что осознание кентавра использует своеобразную модальность восприятия, не связанную жестко ни с одним из отдельных органов чувств. В настоящее время известно, что у большинства людей, во всяком случае при бессознательном восприятии, может иметь место несовпадение сенсорной и репрезентативной модальностей — например, видимое воспринимается как кинестетическое ощущение или как языковое понятие, или наоборот. Принято считать, что это явление опосредуется нейропсихологическим механизмом синестезии. Тогда «сверхсенсорика» кентавра может быть просто осознанным использованием этой способности. Такой «сверхсенсорикой» или «образным видением» обладали многие высоко одаренные личности: например, Эйнштейн, работая над формулировкой теории относительности, сумел «образно увидеть» ее — в буквальном смысле увидеть, как выглядит Вселенная с точки зрения наблюдателя, путешествующего «верхом» на световом луче. — Прим. ред.


Теперь настало время взглянуть на сами эти высшие области.