8. ИНТЕГРАЛЬНЫЙ ФЕМИНИЗМ

Пол и род на моральном и духовном пути


...

Интегральный феминизм: все уровни, все сектора

Сегодня существует по меньшей мере десяток основных направлений феминизма (либеральное, социалистическое, духовное, экологическое, проженское, радикальное, анархистское, лесбийское, марксистское, культурное, конструктивистское, силовое), и единственное, в чем они все сходятся, — это в том, что женщины существуют. Попросту не существует общепринятого представления о «женском мнении», хотя некоторые идеологи феминизма и утверждают, что выражают таковое.

Я убежден, что мы скорее нуждаемся в более интегральном подходе, который, признавая поистине разные взгляды примерно десятка различных феминистских школ, смог бы действительно найти схему, которая была бы более приемлема для каждой из них. По существу, этот более интегральный подход составляет часть того, что я пытался разработать в книге «Пол, экология, духовность», по крайней мере, в приблизительной и схематичной форме. Эта книга — первый том трилогии Космоса; в готовящемся к выпуску втором томе (предварительно названном «Пол, Бог и род: Экология мужчин и женщин») я расширяю эту общую модель рода и пола и вношу в нее дополнительные детали.

Идея, как я полагаю, состоит в том, чтобы предложить «всесекторный, всеуровневый» подход к вопросам пола и рода — интегральный феминизм. На мой взгляд, этот подход дает нам шанс свести воедино различные школы феминизма, которые, по иронии судьбы, до сих пор противились установлению связей друг с другом, общению и объединению. Например, каждая из различных теорий пола и рода (и ортодоксальных, и феминистских), как правило, сосредоточивалась только на одном секторе (и обычно лишь на одном уровне одного сектора), пытаясь сделать его парадигматическим и исключительным. Я обойду все четыре сектора и приведу примеры для каждого из них, а затем выскажу предположение о том, как их важнейшие открытия, освобожденные от своих претензий на главенствующую и исключительную роль, могут быть оценены по достоинству и учтены в более интегральном видении.

Верхний Правый сектор (поведенческий)

Это объективные аспекты индивидуальных холонов, к числу которых, в случае человеческих существ, относятся биологические и гормональные факторы, например, влияние тестостерона, окситоксина и эстрогена на индивидуальное человеческое поведение. Большинство исследователей согласны с тем, что эти факторы влияют на (но в строгом смысле не вызывают) порой совершенно разные формы поведения у двух полов (типичный пример — сексуальная распущенность у мужчин). Радикальные феминистки, как и их случайные партнеры — социобиологи — особенно рьяно приняли концепцию о том, что существуют радикальные, биологически обусловленные различия между полами. Для них дело иногда выглядит так, будто эстроген — это Богиня, а тестостерон — Дьявол. (В чем, увы, есть немалая доля истины, но, в конечном итоге, обе гормональные предрасположенности играют одинаково важную функциональную роль.) И радикальные феминистки, и социобиологи наткнулись на несколько важных (хотя и ограниченных) аспектов биологической основы некоторых весьма значимых половых различий. Кроме того, этот подход составляет важную часть все более влиятельной школы эволюционной психологии

Я бы подытожил все их выводы следующим образом: существует биологическая основа для того, чтобы мужчины тяготели к деятельности, а женщины — к общности, и эти тенденции, вероятно, являются результатом нескольких миллионов лет естественного отбора. Вот почему мы обнаруживаем их во всех культурах — как совершенно ясно показали многие радикальные феминистки, в этих половых различиях нет ничего «андроцентрического». Тем не менее, реальное значение, придаваемое этим половым различиям, разумеется, варьирует от культуры к культуре (об этом рассказывается в следующем разделе).

Кроме того, в число этих факторов Верхнего Правого угла входят макробиологические константы, которые, по общему мнению исследователей, также присутствуют повсеместно и во всех культурах. К примеру, женщины рожают и вскармливают детей, тогда как мужчины, в среднем, обладают преимуществами в физической силе и подвижности. Феминистки второй и третьей волны, а также ортодоксальные исследователи, сходятся в отношении существования и важности большинства этих факторов (например, они имеют решающее значение для объяснения статистически разных ролей мужчин и женщин в производственной и частной сферах, поскольку притеснение, как причинная категория, не выдерживает критики).

Нижний Левый сектор (культурный)

Однако причина, по которой эти биологические факторы являются тенденциями, а не причинами, состоит в том, что какие бы биологические факторы ни присутствовали, они подхватываются и дополняются мощными культурными факторами, которые во многих случаях могут усиливать, нейтрализовывать или обращать вспять биологические тенденции.

Большинство исследователей называют эти биологические различия полом, а культурные различия — родом. Сходным образом, исследователи обычно называют биологические полы мужским и женским, а культурные различия — относящимися к мужскому или женскому роду.

На мой взгляд, есть две вопиющих ошибки, которые постоянно совершаются при изучении пола и рода. Первая (типичная для консерваторов) состоит в допущении, что все проблемы рода полностью определяются половыми различиями (так что биология — это судьба). Вторая (типичная для либералов) — это мнение, что все половые различия представляют собой просто культурные конструкции (так что биологией можно пренебречь). И то, и другое — крайне извращенные позиции, в основе которых почти всегда лежит идеология.

Мне кажется, что вместо этого нам следует признавать и уважать моменты истины, содержащиеся в обеих этих позициях: биологически постоянные половые различия (например, тот факт, что женщины рожают и кормят грудью, а у мужчин более высокий уровень тестостерона) подхватываются и дополняются, нередко очень существенно, культурными факторами и влияниями.

В этой связи я особо сосредоточиваюсь на роли мировоззрений в формировании рода. Эти мировоззрения (архаическое, магическое, мифическое, ментальное, экзистенциальное и т.д.) являются, как вы помните, частью интерсубъективных культурных паттернов, в рамках которых появляются индивидуальные субъекты и объекты. Как таковые они играют решающую роль, помогая выбирать, какие составляющие мужской и женской систем Ценностей реально будут почитаться в любом данном обществе.{84} Дело в том, что женщины и мужчины совместно создают (порой Преднамеренно, порой — нет) интерсубъективные паттерны, в рамках которых будут проявлены и признаны их собственные субъекты и объекты, и эти культурные паттерны иногда играют решающую роль в вопросах пола и рода.

Конструктивистский феминизм и культурный феминизм в огромной степени продвинули наше понимание важной роли этого Нижнего Левого сектора, и общий хор отчаянно нуждается в их голосах. К несчастью, они порой выходят за рамки того, что подтверждается их собственными данными, и заявляют, что этот сектор — единственно важный из всех существующих, что не только заставляет их противоречить самим себе, но и искажает в равной степени важные голоса других секторов (и других направлений феминизма). Тогда происходит так, что влияние этих других секторов, поскольку они не в полной мере признаются в качестве равноправных, приходится приписывать притеснению, поскольку конструктивисты не могут придумать никакого другого объяснения, как они туда попали. Так, например, биологические различия в функции должны приписываться навязыванию идеологии со стороны мужчин. Роды и кормление грудью неким образом оказываются результатом мужского заговора патриархата, поскольку все различия культурно конструируются.

Разумеется, этот подход определяет женщину как изначально отлитую по шаблону Другим (причем такие феминистки говорят, что хотят освободиться именно от этого определения). И этот подход определяет мужчин как, в основном, притеснителей того или иного сорта. «Все мужчины — насильники» — вот наиболее типичный и просто возмутительный пример. Не все мужчины — насильники; каждый знает, что все мужчины — конокрады.

Но пока мы можем не принимать во внимание эти различия в акцентах и просто отметить, что все эти важные подходы Нижнего Левого сектора объединяет утверждение мощной и решающей роли, которую играют интерсубъективные культурные факторы в развертывании пола и рода.

Нижний Правый сектор (социальный)

Как бы то ни было, мировоззрения — это не бестелесные структуры, подвешенные между идеалистическим небом и землей. То есть все мировоззрения — а на самом деле, вообще все культурные факторы — прочно привязаны к таким материальным компонентам общества как производительные силы, виды технологии, архитектурные структуры, экономическая база, геополитические положения и так далее, которые я называю «социальными». Иными словами, все культурные факторы имеют социальные корреляты (все четыре сектора имеют корреляты во всех других, и это также относится к культурному и социальному). Социальная система и культурные мировоззрения тесно переплетены, и это, разумеется, непосредственно относится к вопросам рода.

В частности, сейчас имеются почти исчерпывающие доказательства того, что (как я бы это сформулировал) мировоззрения вытекают из базиса, но не в строго марксистском или детерминистском, а в более общем смысле — что технико-экономическая база устанавливает широкие пределы, в рамках которых, как правило, развертываются мировоззрения. Например, аграрные (земледельческие) общества передают средства производства (мощный плуг на животной тяге) почти исключительно в руки мужчин, и, потому, сопутствующие мировоззрения оказываются глубоко андроцентричными. Разумеется, существуют и другие сопутствующие факторы; я просто отмечаю, что технико-экономическая база является одним из решающих факторов.

Таким образом, обсуждение проблем пола и рода в этом пункте обращается к анализу типов родовых ролей, доступных мужчинам и женщинам на каждой из пяти или шести основных стадий технико-экономического развития в ходе формирования человеческого вида. В число этих стадий входят фуражная (подбор падали, охота и собирательство), ранняя и поздняя садоводческая, ранняя и поздняя аграрная, ранняя и поздняя индустриальная и ранняя информационная.

Разумеется, эти стадии, как и все эволюционные стадии, асимметричны и необратимы: паровые двигатели никогда не предшествуют плугам. Стрела времени как всегда запускает свои когти в термодинамику материальной сферы, и любые теории социального и технико-экономического развития, игнорирующие эти необратимые и «линейные» процессы, в высшей степени неполноценны, о чем нам постоянно напоминают Пригожий, Янч и Ласло. Как я уже сказал, эти социальные системы взаимодействуют с соответствующими культурными мировоззрениями именно потому, что все четыре сектора взаимодействуют друг с другом. (Пять широких технологических стадий соотносятся с архаическим, магическим, мифическим, ментальным и экзистенциальным мировоззрениями.)

Применяя этот более интегральный подход, мы обнаруживаем, что технико-экономическая база оказывает глубокое влияние на отбор тех составляющих мужской и женской сфер ценностей, которые будут давать данному обществу наибольшие эволюционные преимущества.

Например, кочевые и пастушеские сообщества отдают предпочтение физической силе и подвижности, что способствует отбору мужской системы ценностей в общественной и производительной областях (действительно, 97% таких сообществ являются в значительной степени патриархальными, причем притеснение не играет никакой объяснительной причинной роли). Сходным образом садоводческие сообщества, где главной производительной силой служит лопата или мотыга, отдают предпочтение женскому труду, поскольку беременная женщина может легко управляться с мотыгой без серьезных побочных эффектов (действительно, 80% пищевых продуктов во всех садоводческих сообществах производится женщинами). Неудивительно, что в трети этих сообществ поклоняются лишь женским божествам (так что везде, где есть религии Великой Матери, вы найдете садоводческую базу, лишь за одним-двумя исключениями, относящимися к морскому побережью).{85}

Марксистский феминизм и социальный феминизм внесли немалый вклад в наше понимание важности этого Нижнего Правого сектора для общего воззрения. Сходным образом вкладом одной из моих любимых авторов, Дженет Шафец, стал блестящий и детальный анализ социальных систем. А экофеминисты вывели на первый план Гею как предельную социальную систему.{86}0

Все эти факторы — поведенческий, культурный и социальный (каждый на своем эволюционном уровне) — будут оказывать серьезное влияние на то, как индивиды — мужчины и женщины — воспринимают свое телесное воплощение, половую принадлежность и родовой статус. Что подводит нас к Верхнему Левому Сектору.

Верхний Левый сектор (интенциональный)

Как вы помните, Верхний левый сектор — это внутренний мир индивида, местоположение самого сознания, которое состоит из (по меньшей мере) трех основных компонентов: базовых структур, системы самости и переходных структур — по мере того, как они развертываются, проходя через доконвенциональный, конвенциональный, постконвенциональный и пост-постконвенциональный уровни полного спектра.

В спектре сознания важно рассматривать как горизонтальное измерение (измерение трансляции), так и вертикальное (измерение трансформации). Трансляция — это процесс деятельности-в-сообшестве или соотносительного обмена между любым холоном и его окружением, пронизанном взаимными связями. Трансформация — это переход в более высокую и широкую сферу (на другой уровень деятельности-в-сообществе).

В то время как деятельность и общность действуют горизонтально на каждом уровне, Эрос и Агапе действуют как бы между уровнями. Эрос — это восходящая или эволюционная трансформация, а Агапе — нисходящая или инволюционная трансформация (что я вскоре поясню). Здесь важно просто то, что следует учитывать как горизонтальное или трансляционное измерение, так и вертикальное или трансформативное измерение.

Если последовать этому правилу в отношении пола и рода, мы, как я полагаю, обнаружим следующее: мужчины транслируют с акцентом на деятельное начало, а женщины — на общность. Мужчины претерпевают трансформацию с акцентом на Эросе, а женщины — на Агапе.

Именно здесь подход Джиллиган/Таннен становится важной (хотя и ограниченной) частью общей картины, и здесь следует принимать во внимание многочисленные исследования мужской деятельности и женской общности. Однако недостаточно просто противопоставлять мужское и женское в трансляционном измерении (деятельность/отделение против общности/взаимоотношений), поскольку мужчины и женщины склонны претерпевать трансформирмацию с разными акцентами — а именно: Эрос/восходящее против Агапе/нисходящего.

Как правило это вносит путаницу, поскольку люди воображают, будто это значит, что мужчины движутся только по восходящей, а женщины — только по нисходящей. Однако это, скорее, означает, что на любой стадии вертикального роста и развития мужчины и женщины в ходе преодоления этих стадий, как правило, обращены в разные стороны, и эти направления можно объяснить не просто с точки зрения деятельности и общности, но лишь с Учетом восходящей и нисходящей ориентации во вложенной холархии их собственного бытия. Эрос склонен как бы тянуться ввысь и штурмовать небеса, тогда как Агапе склонна тянуться вниз и обнимать землю. Эрос гораздо более трансцендентален, Агапе гораздо более имманентна (и у каждого из них есть собственные Деятельность и общность, которые относятся к горизонтальным, а не к вертикальным ориентациям).

Это не возвышенные абстракции, а довольно точное резюме множества межкультурных исследований форм трансформативной (или эволюционной) ориентации у мужчин и женщин. Приведу лишь один краткий пример. Фил Зимбардо в своих широко известных психологических программах на государственном телевидении так подытоживает культурно-инвариантные различия заметные у мальчиков и девочек уже в юном возрасте, — различия которые проявляются во всем, от диетических предпочтений и манеры есть до типов дружбы и стилей игры: «У девочек — корни, у мальчиков — крылья».

Корни и крылья. Агапе и Эрос. Именно это вертикальное измерение глубины следует добавить к горизонтальному измерению деятельности и общности, чтобы учесть многомерные различия во врожденных стилях мужчин и женщин.

Так что на мой взгляд, мужчины и женщины проходят в своем развитии через одни и те же нейтральные по отношению к полу базовые структуры, однако при этом у них, как правило, несколько разные ценности и стили как в трансляционной, так и в трансформативной сфере: мужчины тяготеют к деятельности и Эросу, а женщины — к общности и Агапе. (Разумеется, для любого конкретного индивида характерно уникальное соотношение этих четырех факторов, и все четыре фактора обязательно действуют и у мужчин и у женщин. Все это просто тенденции и средние вероятности, а не причинные детерминанты!)

Тем не менее, и что важнее всего, эти простые вероятности половой ориентации позволяют нам немедленно отказаться от интерпретации женщин как несовершенных мужчин, или более недавней тенденции интерпретировать мужчин как несовершенных женщин. Ни мужская, ни женская предрасположенность, как таковая, не является более высокой или низкой, более глубокой или широкой во вложенной холархии базовых структур.

Кроме того, этот подход препятствует недавним попыткам духовных феминисток разного толка вообще вывести женскую духовность из-под трансформативных требований любого типа. Подобные попытки просто изображают женщину как «проницаемую» самость (общность), что само по себе неплохо, но затем прямо и непосредственно приравнивают эту проницаемую самость к духовной самости и экологической самости, тем самым отрицая какие бы то ни было требования к иерархической трансформации у женщин. Это катастрофически противоречит не только женской иерархии Джиллиган, но и всем остальным, что с успехом ставит крест на любого рода трансформации женщин.

Этот плоский подход неспособен принимать во внимание тот факт, что сама проницаемая самость (или самость-в-связи) претерпевает рост, развитие и трансформацию. Проницаемая самость холархически развертывается и трансформируется, проходя через те же расширяющиеся сферы сознания, которые приходится по-своему преодолевать мужской деятельной самости (для женщины это эгоцентрическое проницаемое, социоцентрическое проницаемое, мироцентрическое проницаемое и духовное проницаемое). Проницаемая самость сама по себе вовсе не является духовной самостью — таковы лишь ее высшие и глубочайшие пределы, фактически, более низкие стадии проницаемой самости (доличностные) столь же эгоцентричны, нарциссичны и, в целом, неприятны, как более поверхностные стадии мужской деятельной самости. И те, и другие в равной мере замкнуты в орбите своего собственного бесконечного самолюбования, которое, по определению, служит антитезой всему духовному.

Психология bookap

А что касается проницаемой самости и ее замечательной заботы об экологических связях, то нередко бывает совершенно наоборот. Низшие стадии проницаемой самости (как и низшие стадии деятельной самости) характеризуются полностью доличностной, доконвенциональной и эгоцентричной позицией — именной той позицией, что вносит основной вклад в экологическое мародерство в целом. Просто общение или проницаемость сами по себе тут ничем не помогут: проницаемая самость просто расширяет собственный нарциссизм, распространяет собственную эгоцентричность, проницаемо делится собственной болезнью.

Общение, общность — это переплетенная, как паутина, совокупность взаимоотношений всех элементов в данной сфере, но Агапе — это способность охватывать вообще более глубокие сферы. Если мы понимаем, что общность и Агапе — это просто не одно и то же, становится очевидным, что самого обладания проницаемой самостью вовсе не достаточно — как воображают эти феминистки — для того, чтобы принести свет нравственности и спасения в уродливый мир мужской деятельности. Скорее, более поверхностные и эгоцетрические стадии проницаемой самости, наряду с поверхностными и эгоцентрическими стадиями деятельной самости, служат отражением двуликой природы зла в этом мире, и один из этих улыбающихся ликов, несомненно, наделен Женскими чертами.