Часть III. Приступаем к работе


...

Глава 18. ESFJ

«Что я могу для вас сделать?»

Очерк 1: Кэрил

«Помочь ребёнку и его родителям справляться с проблемами, строя отношения на доверии»

Двадцать пять лет Кэрил отдала работе в небольшой детской больнице в качестве медицинской сестры и одновременно психолога. В хирургическом и других отделениях больницы она работает непосредственно с детьми и их родителями. Её день посвящён тому, что она готовит «каждого к тому, через что ему придётся пройти; ведь ребёнок боится расстаться с мамой, а мама боится анестезии. Очень важно для пациента знать, что ему предстоит».

Психология начинается с предварительного звонка родителям больного. Кэрил объясняет родителям, какой еды ребёнок может захотеть после операции и что будет для него полезно; родителям лучше купить нужные продукты заранее. Такой звонок делается за день до операции. В день операции происходит личная встреча, в ходе которой Кэрил инструктирует родителей относительно послеоперационного ухода за ребёнком, а также устанавливает с ними отношения, основанные на честности и доверии. Она рассказывает родителям, как лучше всего обращаться с ребёнком в тяжёлые дни, которые ему предстоит провести в больнице, а ребёнка по мере возможности успокаивает и расслабляет. «Как только ребёнок и его родители переступают порог больницы, я обязана пройти с ними каждый шаг. Я встречаю их, чтобы задать тон предстоящему дню. Я рассказываю им о том, что их ждёт, и слушаю как можно внимательнее их самих, чтобы определить их индивидуальные потребности». Кэрил расспрашивает родителей о прошлом ребёнка: приходилось ли ему уже бывать в больнице, разлучаться с родителями. Она оценивает физическое и эмоциональное состояние ребёнка, чтобы как можно более эффективно адаптировать его к новому положению, старается предусмотреть всё, чтобы пребывание ребёнка в больнице было как можно более приятным. Затем она проверяет, в порядке ли медицинская карта ребёнка. Когда ребёнка увозят в операционную, Кэрил поддерживает родителей, находящихся в тревожном ожидании. Она ведёт их в холл, где волонтёры предлагают им кофе. Там родители отдыхают и дожидаются завершения операции. Как только поступает информация, что состояние ребёнка после операции стабильное, Кэрил переключает своё внимание на него. «К этому моменту родителям становится уже гораздо легче, ведь ожидание и неизвестность уже позади. Теперь ребёнок нуждается в моём внимании и уходе». Кэрил регулярно проверяет показатели состояния ребёнка и приносит ему в палату все необходимые лекарства. Вместе с родителями, как игроки одной команды, они разрабатывают план домашней реабилитации. «Я не просто прощаюсь с ними у дверей. Я провожу профилактическую беседу, предупреждаю, какие трудности могут возникнуть, и рассказываю, как справляться с ними. На следующий день я обязательно звоню и спрашиваю, как выздоравливают все».

В течение дня Кэрил обычно работает с тремя-пятью маленькими пациентами и их родителями. Строгих приёмных часов в больнице нет, поэтому Кэрил в любую минуту должна быть готова провести предоперационную подготовку, создать атмосферу тепла и заботы, проводить в холл волнующихся маму и папу, через некоторое время снова оказаться рядом с уже испытывающими облегчение родителями и спящим ребёнком, обсудить вопросы послеоперационного восстановления. Но Кэрил нравится эта работа. «Дети — это самое лучшее. Я люблю в них всё: их лица, их искренность, я люблю их даже тогда, когда с ними приходится трудно. Но настоящее вдохновение ко мне приходит тогда, когда мне удаётся завоевать доверие ребёнка и вселить веру в родителей. Если это происходит, они начинают видеть во мне опору, а я уже могу облегчить их страдания. Это удаётся не с каждым человеком, но — чем труднее, тем для меня лучше».

Наименее привлекательная для Кэрил сторона работы — ведение бесконечной документации. «Кипы бумаг — это очень скучно, можно не сомневаться, но необходимо. Я не люблю возиться с бумагами, ведь бумаги отрывают меня от детей. Но я этим занимаюсь, и стараюсь выполнять и эту работу как можно лучше». Кэрил редко испытывает раздражение на работе, но такое случается, если она слышит чьи-то бестактные или неуместные замечания в свой адрес или в адрес её коллег. «Сейчас я меньше на них реагирую, чем когда-то, так что и меньше нервничаю. Раздражают и сбои во взаимодействии отделений. Но это можно исправить».

Напряжение, которое испытывает в процессе работы детская медицинская сестра, вызвано жёстким режимом работы в хирургическом отделении, так что иногда Кэрил не хватает времени, чтобы как следует подготовить пациента и его родителей к операции. «Я использую всё, что успела узнать об этом ребёнке, и всё, что знаю о детском развитии вообще, чтобы помочь ребёнку перед операцией. Если операция назначена, скажем, на семь часов, а уже семь, и ребёнок не готов к ней, я вижу это. Тогда приходится нервничать. Или бывают случаи, когда возникает спор, например, давать ли ребёнку лекарство, прежде чем класть ему на лицо маску. К этому моменту я уже знаю, нуждается ли пациент в лекарстве. Причём знаю лучше, чем анестезиолог, который видел ребёнка, играющего в кровати, ровно две минуты. В такие моменты я до последнего сражаюсь за ребёнка, даже если это кому-то не нравится». «Но когда кто-то лжёт ребёнку — это абсолютное зло. Однажды к нам в хирургическое отделение привезли девочку в нарядном платье. Мать сказала ей, что она едет на детский праздник».

«А от плохого настроения я избавляюсь простейшими способами: играю в теннис и луплю по мячу изо всех сил; разговариваю с мужем; да и просто жду, пока всё пройдёт. Чем больше времени я уделяю проблеме, тем легче мне к ней адаптироваться, потому что я вижу и свою долю вины в том, что та или иная проблема возникла». Кэрил также любит заниматься самыми разнообразными ремёслами, гулять на свежем воздухе, рисовать и читать. У её родителей было восемь детей, и она, самая старшая, до сих пор поддерживает контакты с братьями и сёстрами.

Медицинской сестрой Кэрил стала сразу после того, как двадцать пять лет назад окончила училище. Две недели спустя она вышла замуж, два года проработала в отделении детской хирургии в крупной клинике в большом городе. Затем она последовала за мужем, который был военным, в другой город, где два года работала в объединённом отделении терапии и хирургии в детской больнице. Кэрил родила двоих детей, перенесла тяжёлую болезнь, после чего вместе с семьёй возвратилась в родной город. Знакомый хирург, которого Кэрил знала по своей первой работе, предложил ей попробовать свои силы в местной детской больнице. Она последовала совету и, отправившись в больницу, услышала, что вакансий нет и может не возникнуть ещё несколько месяцев. Выходя из больницы, Кэрил неожиданно встретила своего знакомого хирурга. Он сумел похлопотать за неё, и на следующей неделе она вышла на работу.

«Я стала работать с пациентами из терапевтического и хирургического отделений. Со мной был заключён договор на частичную занятость, так как пациенты у меня маленькие. Я знала, что другие сёстры имели право на перерыв, и стала брать на себя самые трудные случаи». Вскоре Кэрил предложили повышение, но она отказалась, чтобы быть ближе к детям. Тринадцать лет она работала в режиме неполной занятости, затем приняла предложение о должности помощника старшей сестры; в результате её рабочее время значительно увеличилось, хотя зарплата увеличилась ненамного. Через четыре года ей надоело вечно беспокоиться о подборе персонала и о графиках работы. «Крошечная разница в оплате просто не стоила той головной боли, которую я ежедневно приносила домой. Так что три года назад я стала дневной сестрой в отделении хирургии. Ко мне вернулись выходные и отпуска с семьёй, и я опять стала работать непосредственно с детьми и их родителями. Получать я стала меньше, но о своём шаге не жалею. Я знаю, что сейчас нахожусь на своём месте».

Помимо профессии детской медицинской сестры, Кэрил всерьёз рассматривала только один вариант — профессию педиатра. «Когда-то я сильно жалела о том, что не пошла по этому пути. А потом я начала работать на условиях частичной занятости в приёмной моей подруги-педиатра и увидела, как мало времени у неё остаётся для своей семьи и детей. И я поняла, что для меня семья есть и будет только на первом месте. Я не ошиблась, я сделала абсолютно правильный выбор. Это стало для меня превосходным уроком».

Сейчас Кэрил радуется тому, что имеет возможность уделять больше времени мужу и взрослым дочерям, одна из которых пошла по её стопам и тоже работает детской медицинской сестрой. «Наверное, больше всего я горжусь тем, что мои дети выросли заботливыми. Я воспитывала их для того, чтобы они были внимательными к другим, и вижу, что такими они и стали. Я учусь отдыхать дома. Раньше я чувствовала, что мне нужно быть всё время активной, нельзя терять ни минуты. А сейчас я позволяю себе иногда снижать темп, мне нравится просто тихо посидеть у камина. Я намного больше, чем раньше, люблю покой; наверное, это результат влияния мужа. Так я пришла к вниманию к моим собственным нуждам». Помимо этого, Кэрил с горячим желанием постигает всё, что относится к её профессии. «Я всё время чему-нибудь учусь. Моя цель — достичь своего высшего уровня в качестве сестры и найти новые области, в которых я могла бы помочь своим пациентам. Я люблю учиться. Я стремлюсь к тому, чтобы всегда быть верной, чуткой, честной и ласковой со всеми, но в первую очередь с маленькими детьми, которые верят взрослым так легко и безоглядно. Если должно быть больно, я говорю, что им будет больно, но я буду рядом, и всё скоро пройдёт. Если им хочется плакать, я говорю им, что так и нужно, и что если они поплачут, значит, слёз больше не будет. Я не могу дать чёткого определения деловому успеху и полученному от него удовлетворению, но знаю, что человек при этом испытывает. Это радость от того, что желаемое достигнуто, ощущение соответствия собственным стандартам и целям. Но кроме удовлетворения, есть и нечто большее. Делать то, что я делаю, — это настоящее чудо. Как же мне повезло!»

Почему работа Кэрил удовлетворяет её

Отработав двадцать пять лет детской медицинской сестрой, Кэрил считает, что эта работа соответствует ценностям, традиционным для сенсориков-рационалов. Она работает в рамках структуры, где от неё требуется умение и желание следовать установленным правилам и порядкам. Ею движет стремление служить маленьким пациентам и их родным, и она видит свой долг в том, чтобы точно информировать их о том, что ждёт их в больнице, и укреплять в них доверие к учреждению и персоналу. Прекрасно выполняя свою работу, Кэрил способствует достижению задач клиники, главные из которых — облегчить пребывание в ней пациентов и обеспечить первоклассный уход.

Вероятно, величайший дар Кэрил и путь экстравертирования этики (её доминантной функции) — это её способность устанавливать с детьми и их родителями отношения, основанные на доверии. Она всегда идёт к ним с открытым сердцем, предугадывает и удовлетворяет их потребности — как физические, так и эмоциональные. Она является неиссякаемым источником утешения, когда остаётся рядом со своими пациентами с минуты их прибытия в клинику до выписки. Она поддерживает их даже в прямом смысле слова: даёт малышу руку, за которую он держится, или ободряюще обнимает его маму. Она делает то, что внутренне ей представляется правильным, и борется за то, что необходимо её пациенту с коллегами, если видит, что ребёнок может не получить того, в чём нуждается. Она привержена правилам, но может и отступать от них, если это необходимо для пациента.

Психология bookap

Кэрил использует интровертируемую сенсорику (вспомогательную функцию), когда внимательно наблюдает за пациентами и определяет, что им может понадобиться в данный момент. Она расспрашивает, старается узнать как можно больше о прошлом ребёнка, о его возможных страхах и поведении, которое для него является нормой. Она должна внимательно следить за ребёнком во время его пребывания в клинике, собирать важные данные о его состоянии, обеспечивать его полноценным питанием и необходимыми медикаментами.

Признаком развития третьей функции Кэрил — интуиции — является её стремление расширять область своих познаний в данной сфере; она изучает новейшие теории детского развития, знакомится с исследованиями о детях, медицине, клинической практике. Она замечает, что теперь с большей лёгкостью прибегает к логике (четвёртой функции), поскольку больше склонна к упорной борьбе. Она готова спорить, рискуя вызвать недовольство коллег. И она уверена, что игра стоит свеч, так как у неё есть важнейшая миссия — делать то, что в интересах пациента.