Внимание!!! Эта книга eщё не проверена модератором!
ПравообладателямСобрание сочинений в шести томах. Том 4, Шопенгауэр АртурШопенгауэр АртурСобрание сочинений в шести томах. Том 4
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Артур Шопенгауэр pdf   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

«Parerga и Paralipomena» (в переводе с греческого «Дополнения и пропуски», или «Попутное и отложенное») — последняя крупная работа А. Шопенгауэра, опубликованная при жизни автора в двух томах (1851). Именно она принесла Шопенгауэру широкую известность мудреца и блестящего философского писателя.

Том первый («Parerga») содержит произведения, дополняющие его основной труд «Мир как воля и представление», но имеющие и самостоятельную ценность, в том числе знаменитые «Афоризмы житейской мудрости». Текст перевода заново сверен с оригиналом и исправлен, существовавшие в нем пропуски восстановлены.

PDF. Собрание сочинений в шести томах. Том 4. Шопенгауэр А.
Страница 290. Читать онлайн

В сущности ае я прекрасно понимаю, что у правительств нет серьезного испания покончить с дуэлью. Оклады гражданских чиновников, а тем более офицеров (если оставить в стороне высшие долизюстн) далеко нс соответствуют их труду. Другую половину своего возныраидения они получают поэтому в виде чести. Последняя презгде всего выражается титулами и орденами, в более ие широком смысле — сословною честью вообще. А для этой сословной чести дуэль является удобной пособницей; вот почему к ней приучаются уае в университетах. Таким образом, кровь ее мертв пополняет собой недостаточность окладов.

Полноты ради здесь надо упомянуть еще о национальной чести. Это — чесп целого народа, как отдельной единицы, в обществе народов. Так как в обществе этом тст иного суда, кроме суда силы, и оттого каидому его члену приходится самому отстаивать свои права, то честь нации состоит не только в том, чтобы считаться заслуживающей доверия (кредита), но н в том, чтобы ее боялись: отсюда посягательства на ее права никогда не долины оставаться безнаказанными. Она, стало быть, соединяет в себе требования граиданской и рыцарской чести.

К тому, чем человек лредставляетсл, то есть что такое он в глазах света, мы отнесли выше, на последнем месте, славу, ею-то, следовательно, и надлеиит еще нам теперь заняться. Слава и честь, это — сестры-близнецы, каковые, однако, подобны диоуурам, из которых Поллукс был бессмертен, а Кастор смертен: так и слава — бессмертная сестра смертной чести. Это, разумеется, надо понимать лишь о славе наивысшего порядка, о действительной и подлинной славе, ибо существует, конечно, и разного рода эфемерная слава. Итак, продолжаю, честь касается лишь таких свойств, какие требуются от всех, находящихся в одинаковом положении; слава — лишь таких, которых нельзя требовать ни от кого. Честь имеет в виду качества, которые вправе всенародно приписать себе каидый; слава — - качества, которых никто не имеет права себе приписывать. Между тем наша честь простирается настолько, насколько мы знакомы людям; слава, наоборот, бежит впереди знакомства с нами, занося его всюду, куда только она ни проникнет. На честь моист притязать какдый, на славу -- лишь люди исключительные, нбо слава достигается только необычайными заслугами, а эти последние опять-таки выражаются либо в делах, либо в ииорениях, — так что к славе открыто два пути. По пути дел направляет главным образом великое сердце; по пути творений — великий ум. У каидого нэ этих путей имеются свои особые преимущества и невыгоды. Главная разница между ними та, что дела проходят, творения остаются. Благороднейшее деяние все-таки имеет лишь временное значение; гениальное ие произведение продолиаст мить и оказывать свое благотворное и возвышающее влияние на все времена. Дела оставляют по себе лишь память, которая становится все более слабой, искаженной и безразличной и паис обречена на постепенное угасание, если ее не подхватит история и не передаст ее в закрепленном состоянии потомству. Творения зке сами обладают бессмертием и могут, особенно воплощенные в письменности, переиить все времена. От Александра Великого сохранилось имя и воспоминание; Платон зкс и Аристотель, Гомер и Гораций продолжают

Обложка.
PDF. Собрание сочинений в шести томах. Том 4. Шопенгауэр А. Страница 290. Читать онлайн