Предыстория человеческого парадокса


...

Каким должен быть двурукий робот?

Теперь вернемся к целому организму. Мы помним, что сила земного притяжения наложила отпечаток на внешнее строение и особенно жестко на органы передвижения животных. Однако их строгая симметричность сохраняется до тех пор, пока передвижение тела в пространстве остается их единственной или, во всяком случае, главной функцией. Приведем лишь один пример. На побережьях тропических морей обитают так называемые манящие крабы – небольшие симпатичные существа, ведущие полуводный-полуназемный образ жизни. Свое название они получили за своеобразный язык жестов, используемый самцами для привлечения самок. Когда бродящий по песчаной отмели самец замечает самку, он приподнимается на лапках, чтобы его было лучше видно, и начинает приветственно махать клешней. Этот жест настолько выразителен, что даже людям, мало знакомым с жизнью братьев наших меньших, переводчик не потребуется. Совершенно очевидно, что это радушный призыв о встрече. Во всяком случае, именно так понимает его самка и спешит познакомиться с суженым.

Брачная сигнализация важная, но совсем не такая уж часто выполняемая функция, и поэтому нет никакой необходимости, чтобы обе клешни «умели» ее выполнять. Действительно, приветственные жесты крабы выполняют лишь правой клешней. Налицо явная асимметрия функций, которой соответствует аналогичная функциональная асимметрия в соответствующих ганглиях центральной нервной системы краба. Мало того, правая клешня у самцов манящего краба достигает прямо-таки гигантских размеров. Жест огромной сигнальной клешни трудно не заметить. Самки не стараются привлечь внимание самцов, и им нет необходимости обзаводиться непропорционально большой конечностью. Как и полагается представительнице слабого пола, у самки маленькие изящные клешни.

Разный размер имеют клешни у раков-щелкунов. Более крупная предназначена для производства громких щелчков. У омаров более крупная клешня служит для раздавливания панцирей морских ежей, раковин моллюсков, домиков морских желудей, а другая, более тонкая режущая клешня используется для разделки нежной добычи: креветок и рыб.

Примеры с крабами и омарами приведены для того, чтобы показать, как легко животные отступают от симметрии в функциях конечностей, если те начинают использоваться для каких-то иных целей. Поэтому нет основания удивляться возникновению функциональной асимметрии рук у наших предков, как только они из передних конечностей превратились в верхние и стали активно участвовать в различных трудовых процессах.

Конструкторам автоматов хорошо известно, насколько легче создать робота с одним захватом-манипулятором, чем с двумя. Проблема сильно усложняется, когда нужно, чтобы оба манипулятора могли совместно, на паритетных началах осуществлять любую операцию, строго координируя свои действия на основе учета состояния объекта в каждый данный момент и характера участия в операции другого манипулятора. Другое дело, когда функции между манипуляторами заранее распределены, один из них является лидером, а второй подстраивается к нему, выполняя более простую вспомогательную работу.

Психология bookap

В той же степени это относится и к живым организмам. Для выполнения совместных действий, которые чаще всего и требуются при любой работе, неравноценность рук особенно необходима. Неудивительно, что функциональная асимметрия мозга, использование одного определенного полушария для проведения более сложной координации работы мышц, наследственно закрепилась.

Если принять это положение о причинах возникновения неравноценности наших рук, то асимметрия психических функций мозга должна восприниматься как логическая необходимость. Если сокращением любой из мышц наших конечностей руководит лишь двигательный центр одной половины мозга, почему же осуществление высших психических функций должно быть дублированным? Когда требуется принимать быстрые и ответственные решения, необходим принцип единоначалия. На поле боя распоряжается один командир, на судне бывает один капитан, посадкой или взлетом самолета лично руководит определенный диспетчер. Попробуем разобраться, являются ли наши далекие предки пионерами в области асимметрии мозговых функций, или у них были предшественники.