ПравообладателямМиф душевной болезни, Сас Томас
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Сас Томас Стивен djvu   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

В своей самой известной работе «Миф душевной болезни» (1961) Сас подробно обсуждает проблему границ нормы и патологии в психологии, метафорическую природу понятий «заболевание » и «больной » в применении к разуму человека и возможные последствия некорректного толкования этих терминов для отдельного человека и общества в целом. Автор утверждает, что психиатрия полагает своим объектом исследования мышление и поведение, а не биологическую структуру — мозг; психическое заболевание не диагностируется с помощью исследований клеток, тканей или органов, а идентифицируется как условно заданная, в каждом случае по-разному выраженная и оцениваемая совокупность особенностей мыслительной и поведенческой деятельности. Несмотря на то что некоторые люди ведут себя или смотрят на вещи таким образом, что представляются окружающим неадекватными, это не означает, что у них болезнь. В этой трактовке «болезнь» или «заболевание» оказываются лишь медицинской метафорой для описания расстройства поведения.

DJVU. Миф душевной болезни. Сас Т. С.
Страница 352. Читать онлайн

354

Часть М Анализ оовецен1)в на основе огровой иоаеи

против себя, тем самым позволяя сыну выиграть. Это, конечно, обычное дело в играх или соревновательных видах спорта, где взрослые и дети играют вместе. Я полагаю, что это хорошая модель для того, что психиатры называют «поддерживающей терапией» (напр., Goldfarb, 1955). Обе эти ситуации можно охарактеризовать как игры, проводимые таким образом, что ста(зший, более опытный партнер (Вз(зослый, терапеВт и т, д.) Великодушно позВоляет младшему, подчиненному ему па(зтне(зу ((зебенку, пациенту и т. д.) максимизироВать сВои умения, В то же Вбемя не наказыВая ezo за огрехи. Весь этот механизм, тем не менее, основан на подразумеваемом определении ребенка или пациента как лиц, играющих подчиненные роли. Поддержка или поощрение, которую ребенок (или пациент) получает в этой ситуации, как правило, сводится на нет присущем ей определением ролей. Я довольно скептически отношусь к ценности этих маневров для людей, которым они, как предполагается, призваны помочь. Их ценность для оказывающего помощь, с другой стороны, неоспорима.

Роль и значимость лжи и мошенничества с целью проигрыша может быть проиллюстрирована несколькими примерами, взятыми из современной жизни. Взять, к примеру, знаменитые политические чистки и связанные с ними процессы в России, когда обвиняемые свидетельствовали против себя и признавались в поступках, которые они не совершали (Меег(оо, 1956); или злоключения американских военнопленных в Китае, которых явно вынудили возложить вину на себя и признаться в том, чего они не совершали (Lifton, 1956; Schein, 1951). Если эти случаи рассматривать беспристрастно — т. е. не принимая во внимание текущие политические и этические ценностные суждения, — то становится очевидным, что эти «ложные признания» не так уж необычны и невероятны, как они преподносились. У них есть свои аналоги в нашей культуре, которые можно встретить в двух самых банальных ситуациях. Криминологи, психиатры и даже полицейские и газетчики знают, что, когда жестокие преступления получают широкую общественную огласку, находятся люди, которые сдаются полиции и дают ложные признания. Еще один повседневный западный аналог ложных признаний при тоталитаризме можно наблюдать каждый раз, когда значимая политическая фигура участвует в соревновании с профессиональным спортсменом. Эта ситуация — вариант темы отца, мошенни-

Обложка.
DJVU. Миф душевной болезни. Сас Т. С. Страница 352. Читать онлайн