ПравообладателямРусская литература и психоанализ, Ранкур-Лаферьер Даниэль
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Даниэль Ранкур-Лаферьер djvu   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

Дениэл Ранкур-Лаферьер - современный американский литературовед, русист. В его книгу вошли работы, посвященные самым известным русским писателям: Пушкину, Лермонтову, Гоголю, Достоевскому, Льву Толстому, Солженицыну... Выводы западного ученого, опирающегося в своих исследованиях на методы классического и неклассического психоанализа (М.Кляйн, Д.-В.Винникот, X.Кохут, М.Малер, Дж.Боулби и др.), могут кого-то шокировать и даже возмутить. Но вместе с тем они дают богатую пищу для размышлений, позволяют совершенно по-новому взглянуть на такие хрестоматийные литературные персонажи, как Евгений Онегин, Татьяна Ларина, Пьер Безухов, гоголевские Шпонька и Хома Брут... В том включена и сенсационная биография "Лев Толстой на кушетке психоаналитика", рассказывающая о знаменитом писателе с совершенно неожиданной стороны.

В целом издание дает представление о том, как развивается на Западе психоаналитическое литературоведение. Книга чрезвычайно интересна не только тем, кто изучает различные аспекты сексуальности и эротики, пронизывающих русскую культуру, но и всем, кто хотел бы глубже понять известные художественные произведения.

DJVU. Русская литература и психоанализ. Ранкур-Лаферьер Д.
Страница 822. Читать онлайн

мифа о бессмертии», согласно которому, в частности, «жертвенный и смиренный образ жизни» помогает «одержать верх над смертью» (Kodjak 1985: 193). Хотя исследователь и не касается непосредственно психологических вопросов, данный аспект мифологемы Толстого может быть с полным на то основанием признан одним из примеров использования нравственного мазохизма в терапевтических целях, о чем я уже говорил.

«' Клинические исследования продемонстрировали наличие прямой связи между депрессией и мазохизмом. Например, в ходе экспериментов, проведенных над двадцатью психически здоровыми и двадцатью подверженными депрессии лицами, было выявлено, что «депрессивные в большей степени проявляют склонность к самобичеванию, чем люди нормальные» (Forrest, Hokanson 1975: 346; ср. также: Cohen 1994: 159 — 160).

" В этой связи можно привести следующее высказывание Г.У. Спенса: «Сделанный Толстым выбор, — переход из безверия в веру, — являлся, по сути, выбором между самоубийством и жертвенной жизнью» (Spence 1967: 102). Говоря иначе, Толстому пришлось сделать выбор между посгупком, который соответствовал бы вызванным его депрессивным состоянием мыслям, подсказывавшим ему убить себя, и поведением в мазохистской манере, проявление коего — самопожертвование. Однако Спенс не рассматривает, по сути, второе в качестве психотерапевтического средства, позволившего Толстому отказаться от первого.

'«Г.У. Спенс отмечал: «Идеал непротивления проистекаег из того же источника, что и идеал целибата» (Spence 1967: 108). Однако исследователь так и не назвал этот источник» тем, чем и следовало бы его назвать, — нравственным мазохизмом. Х. Маклин говорит, что представление Толстого о «непротивлении злу» «Фрейд назвал бы <...> мазохистским» (McLean 1994a: 120). Маклин не развивает далее своей мысли, довольствуясьлишь высказыванием мнения отом,чтоподобная позиция «противоречит идеалам мужественности, обнаруживаемым в большинстве культур» (Там же).

"'Имеется в виду не опубликованная при жизни Толстого ero статья «Зеленая палочка». (милич. nePee.)

."' Ее похороны состоялись 7 августа.

" Пространные выдержки из «Воспоминаний» неоднократно приводились в различных публикациях, включая написанную Павлом Ивановичем Бирюковым (1860 — 1931) — писателем, общественным деятелем — биографию Толстого (см.: Бирюков 1921/1).

"Идеализация Толстым матери (особенно в ранней повести «Детство») положила начало тому, что Эндрю Б. Уочтел именует «мифом об идеальной матери» в автобиографиях русских дворян (см.: Wachtej 1990: 96 — 99).

"" Следует упомянуть, что Толстой также любил и уважал своего отца, который умер, когда будущему писателю исполнилось девять лет. И все же Илья Львович Толстой, сын нашего героя, вспоминал, что лично ему всегда казалось, что память о матери, которой Лев

Обложка.
DJVU. Русская литература и психоанализ. Ранкур-Лаферьер Д. Страница 822. Читать онлайн