ПравообладателямРусская литература и психоанализ, Ранкур-Лаферьер Даниэль
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Даниэль Ранкур-Лаферьер djvu   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

Дениэл Ранкур-Лаферьер - современный американский литературовед, русист. В его книгу вошли работы, посвященные самым известным русским писателям: Пушкину, Лермонтову, Гоголю, Достоевскому, Льву Толстому, Солженицыну... Выводы западного ученого, опирающегося в своих исследованиях на методы классического и неклассического психоанализа (М.Кляйн, Д.-В.Винникот, X.Кохут, М.Малер, Дж.Боулби и др.), могут кого-то шокировать и даже возмутить. Но вместе с тем они дают богатую пищу для размышлений, позволяют совершенно по-новому взглянуть на такие хрестоматийные литературные персонажи, как Евгений Онегин, Татьяна Ларина, Пьер Безухов, гоголевские Шпонька и Хома Брут... В том включена и сенсационная биография "Лев Толстой на кушетке психоаналитика", рассказывающая о знаменитом писателе с совершенно неожиданной стороны.

В целом издание дает представление о том, как развивается на Западе психоаналитическое литературоведение. Книга чрезвычайно интересна не только тем, кто изучает различные аспекты сексуальности и эротики, пронизывающих русскую культуру, но и всем, кто хотел бы глубже понять известные художественные произведения.

DJVU. Русская литература и психоанализ. Ранкур-Лаферьер Д.
Страница 807. Читать онлайн

что он сам довел ее до этого, что он убил ее прежде, когда возненавидел,

что он искал предлога и рад б<ыл> ему.

Ра. Вчера мужики подтвердили, что кликушест<во> бывает толькоу

6ab; а не у девок. Стало быть, справедливо, что происходит от половых

эксцессов (TaM же: 103)»'.

Лев Николаевич опять не реагирует никак на испытываемое Софьей Андреевной волнение, даже если одной из причин ее состояния является его сексуальность (которая была «сначала чуждой» для нее, как пишет он, заключая в эти слова ссылку на прежнюю ее аноргазмию). Толстого совершенно не заботит то обстоятельство, что Софья Андреевна не может не чувствовать себя несчастным человеком, переписывая работу, унижающую ее достоинство. Главное — в другом: по его мнению, ей следует «каяться» за сексуальные вожделения (как он это делает сам). Но она не «кается», не подражает ему, как он того требует, и он, таким образом, снова ступает на свою нарциссическую тропу. В то же время фрустрация Софьи Андреевны и испытываемые ею душевные муки по-прежнему игнорируются им.

Они оба, и Софья Андреевна и Лев Николаевич, осознают сходство их собственной семейной жизни с той, что описана в повести. И оба в один голос осуждают Позднышева, этого слепка с Толстого. Но в то время как Софья Андреевна винит за происходящее, помимо этого персонажа, еще и своего мужа, то Толстой порицает и себя, и Софью Андреевну. Заметим еще, что он не прав, осуждая сексуальность: вместо того, чтобы выступать с таких позиций, ему следовало бы прежде всего разобраться в собственном довольно специфическом подходе к вопросу о сексуальности. Но он неспособен вдумываться в свое отклоняющееся от нормы представление о сексе, поскольку, сделай это, ему пришлось бы столкнуться с неприемлемой для него психологической реальностью в образе собственной матери, которая «бросила» его когда-то и к тому же вела до этого активный в сексуальном отношении образ жизни. Толстой более сложен, чем его жена, более защищен и в то же время более подвержен психическим расстройствам.

Отсутствие какого бы то ни было внимания к Сониным потребностям особенно явственно проступает в поп sequitur* в конце приведенного выше отрывка. Дело в том, что истериче-

"Заключение, которое никак не подтверждается предыдушнм текстом

(лат.).

Обложка.
DJVU. Русская литература и психоанализ. Ранкур-Лаферьер Д. Страница 807. Читать онлайн