ПравообладателямРусская литература и психоанализ, Ранкур-Лаферьер Даниэль
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Даниэль Ранкур-Лаферьер djvu   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

Дениэл Ранкур-Лаферьер - современный американский литературовед, русист. В его книгу вошли работы, посвященные самым известным русским писателям: Пушкину, Лермонтову, Гоголю, Достоевскому, Льву Толстому, Солженицыну... Выводы западного ученого, опирающегося в своих исследованиях на методы классического и неклассического психоанализа (М.Кляйн, Д.-В.Винникот, X.Кохут, М.Малер, Дж.Боулби и др.), могут кого-то шокировать и даже возмутить. Но вместе с тем они дают богатую пищу для размышлений, позволяют совершенно по-новому взглянуть на такие хрестоматийные литературные персонажи, как Евгений Онегин, Татьяна Ларина, Пьер Безухов, гоголевские Шпонька и Хома Брут... В том включена и сенсационная биография "Лев Толстой на кушетке психоаналитика", рассказывающая о знаменитом писателе с совершенно неожиданной стороны.

В целом издание дает представление о том, как развивается на Западе психоаналитическое литературоведение. Книга чрезвычайно интересна не только тем, кто изучает различные аспекты сексуальности и эротики, пронизывающих русскую культуру, но и всем, кто хотел бы глубже понять известные художественные произведения.

DJVU. Русская литература и психоанализ. Ранкур-Лаферьер Д.
Страница 783. Читать онлайн

ние своих вин, и жалость, и влечение непреодолимое. Одним словом,

завязано и зашнуровано плотно. И я рад (Толстой 1928 — 1958/84: 272).

А затем он говорит в том же письме:

Очень, очень хочется поскорее с тобой быль, и, без хвастовства, не

столько для себя, сколько для тебя, но так как ты — я, то и для себя (Там

же: 273).

Из этих слов нетрудно заключить,что в представлении Толстого Софья Андреевна выступала в роли «самообъекта», пользуясь терминологией Х. Кохута, или одной из составных частей той двуединой сущности, с которой ребенок все еще продолжает сливаться в своих младенческих фантазиях.

Толстой также npoeguppem в сознание других идею, что муж и жена связаны между собой неразрывными узами. Например, вскоре после того, как ero сын Илья (1866 — 1933) женился в 1888 году на Софье Николаевне Философовой (1867 — 1934), он написал молодой паре в столь обычной для него навязчивой манере:

Важное вы переживаете время. Все теперь важно, всякий шаг важен, помните это; слагается ваша жизнь и ваших взаимных отношений — новый организм — homme-femme'а, одного существа, и слагаются отношения этого сложного существа ко всему остальному миру, к Марье Афанасьевне"', к Коспошке"' и т. п. и к неодушевленному миру, к своей пище, одежде и т. д. — все новое (Там же/б4: 159 — 1бО).

Если Толстой убежден в том, что он и его жена — это «плоть едина», то то же должны испытывать и другие супружеские пары. Правда, в письме сыну с невесткой риторика была чуточку изменена: вместо «плоти единой» на этот раз фигурирует формула . homme4åmmå»* — метафора, заимствованная у консервативного писателя Александра Дюма-сына'4', который считал, что жена — фактически собственность мужа, который вправе убить ее в случае измены (см.: Там же/20: 338, 599; Там же/62: 11, 12; см. также: Eikhenbaum 1982: 102 — 103; Гусев 1963: 286).

Однако Илье и Софье так и не удалось прожить жизнь как «homme4åmmå». Уже после того, как у них появились дети, их пути разошлись. Илья снова женился. Остаток жизни он провел на своей новой родине — в Соединенных Шта-

* «Мужчина-женщина» (фф.).

Обложка.
DJVU. Русская литература и психоанализ. Ранкур-Лаферьер Д. Страница 783. Читать онлайн