ПравообладателямРусская литература и психоанализ, Ранкур-Лаферьер Даниэль
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Даниэль Ранкур-Лаферьер djvu   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

Дениэл Ранкур-Лаферьер - современный американский литературовед, русист. В его книгу вошли работы, посвященные самым известным русским писателям: Пушкину, Лермонтову, Гоголю, Достоевскому, Льву Толстому, Солженицыну... Выводы западного ученого, опирающегося в своих исследованиях на методы классического и неклассического психоанализа (М.Кляйн, Д.-В.Винникот, X.Кохут, М.Малер, Дж.Боулби и др.), могут кого-то шокировать и даже возмутить. Но вместе с тем они дают богатую пищу для размышлений, позволяют совершенно по-новому взглянуть на такие хрестоматийные литературные персонажи, как Евгений Онегин, Татьяна Ларина, Пьер Безухов, гоголевские Шпонька и Хома Брут... В том включена и сенсационная биография "Лев Толстой на кушетке психоаналитика", рассказывающая о знаменитом писателе с совершенно неожиданной стороны.

В целом издание дает представление о том, как развивается на Западе психоаналитическое литературоведение. Книга чрезвычайно интересна не только тем, кто изучает различные аспекты сексуальности и эротики, пронизывающих русскую культуру, но и всем, кто хотел бы глубже понять известные художественные произведения.

DJVU. Русская литература и психоанализ. Ранкур-Лаферьер Д.
Страница 714. Читать онлайн

этого нового состояния было очень радостно. Все те же лица, и в том числе и жена и он, представлялись совсем в другом свете (Толстой 1928- 1958/27: 61 — б2).

Последние слова имеют мало что общего с действительным положением вещей, если только Позднышев не хотел сказать, что ero отношение и к жене, и к Трухачевскому изменилось лишь на короткое время. На самом деле он не был в состоянии ни примириться с женой, ни относиться более спокойно к привлекательной внешности Трухачевского, поскольку в основе чувств Василия лежала ero же собственная сексуальность. Возможно, слушая сонату, ему и впрямь казалось, будто мучившая его доселе ревность — сущий пустяк («ревность уже не имела места», как сказано достаточно четко им же самим в восьмой, литографированной, редакции повести; см.: Там же: 333; см. также: Beck 1898: 21), и он позабыл на время свое же собственное суждение о музыке как о «похоти чувств» (см.: Rolland 1911: 182; Гей 1971: 129; Green 19б7: 22; Isenberg 1993: 99 — 101; Emerson 1996: 442). По самоощущению Позднышева, сидевшие в нем грубые, демонические силы исчезли, в ero психике произошли существенные изменения и сам он вошел в некое новое состояние, чего в действительности, судя по тому, что рассказывается в повести, никогда не было, да и быть не могло.

Как вспоминает Горький, Толстой назвал однажды музыку немой молитвой души» и на просьбу объяснить, что же означает эпитет «немая», ответил: «Потому что — без слов. В звуке больше души, чем в мысли. Мысль — это кошелек, в нем пятаки, а звук ничем не загажен, внутренне чист» (Горький 1949 — 1955/14: 27б). Примерно так же воспринял творение Бетховена и Позднышев.

Толстой, пусть и не сразу, счел нужным озаглавить свою повесть в честь музыкального произведения, которое вызвало в душе у Позднышева вполне определенные, весьма значимые для него чувства (хотя восприятие этих «вполне определенных», но противоречивых чувств не было столь уж определенным)"'. Но каковы они, собственно, 6ыли? Глубокими, светлыми и в то же время неясными и как бы лишенными содержания. Из-за бессловесности музыки, вызвавшей эти чувства, Позднышеву было трудно выразить их словами.

С этой же трудностью сталкивается и Толстой. Ero высказывания о музыке нередко принимают вопросительную форму. К домашнему учителю своих детей Василию Ивановичу Алек714

Обложка.
DJVU. Русская литература и психоанализ. Ранкур-Лаферьер Д. Страница 714. Читать онлайн