ПравообладателямРусская литература и психоанализ, Ранкур-Лаферьер Даниэль
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Даниэль Ранкур-Лаферьер djvu   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

Дениэл Ранкур-Лаферьер - современный американский литературовед, русист. В его книгу вошли работы, посвященные самым известным русским писателям: Пушкину, Лермонтову, Гоголю, Достоевскому, Льву Толстому, Солженицыну... Выводы западного ученого, опирающегося в своих исследованиях на методы классического и неклассического психоанализа (М.Кляйн, Д.-В.Винникот, X.Кохут, М.Малер, Дж.Боулби и др.), могут кого-то шокировать и даже возмутить. Но вместе с тем они дают богатую пищу для размышлений, позволяют совершенно по-новому взглянуть на такие хрестоматийные литературные персонажи, как Евгений Онегин, Татьяна Ларина, Пьер Безухов, гоголевские Шпонька и Хома Брут... В том включена и сенсационная биография "Лев Толстой на кушетке психоаналитика", рассказывающая о знаменитом писателе с совершенно неожиданной стороны.

В целом издание дает представление о том, как развивается на Западе психоаналитическое литературоведение. Книга чрезвычайно интересна не только тем, кто изучает различные аспекты сексуальности и эротики, пронизывающих русскую культуру, но и всем, кто хотел бы глубже понять известные художественные произведения.

DJVU. Русская литература и психоанализ. Ранкур-Лаферьер Д.
Страница 683. Читать онлайн

ражена примерно так: один означает другого. В данном случае не названная жена является образом не названной и не упомянутой матери.

Безымянность этих двух женщин приобретет для нас дополнительное значение, когда мы убедимся, что невозможно дать определение чувствам, которые испытал Позднышев, слушая сонату Бетховена.

5.2. Толстой у груди

Как мы уже видели, кормление ребенка грудью занимает столь важное место в сознании Позднышева, что он считает (безосновательно, кстати), будто бы в тот период, когда женщина выполняет данную функцию, ей необходимо избегать половых сношений. В каких-то случаях Василий может испытывать ревность к детям, но, когда дело касается кормления грудью, он встает на их сторону. Чувство, которое он переживает при этом, более глубокое, чем ревность, поскольку предоставляет возможность одновременно и идентифицировать себя с детьми, и выразить ненависть к образу матери (тогда как ревность к детям позволяет сделать лишь первое — идентифицировать себя с ними).

В представлении Позднышева только та мать по-настоящему заботится о ребенке, которая кормит его грудью. Те же из родительниц, кто стараются не кормить грудью ребенка, просто боятся, согласно его же предположению, слишком уж привязаться к своему малышу: «Спросите у большинства матерей нашего круга достаточных людей, они вам скажут, что от страха того, что дети их могут болеть и умирать, они не хотят иметь детей, не хотят кормить, если уж родили, для того чтобы не привязаться и не страдать». Эти матери, по словам данного персонажа, «жертвуют не собою для любимого существа, а имеющим бьггь любимым существом для себя» (Толстой 1928 — 1958/27: 41). По мнению Позднышева, подобная прискорбная позиция, занимаемая некоторыми матерями, является проявлением их «эгоизма» (выражение «эгоизм матери», употребленное Василием в данном контексте, встречается также в дневниковой записи Толстого от 2 июля 1889 года и в его замечании в записной книжке, сделанном днем позже, 3 июля,- см. соответственно: Там же/50: 102, 212). Мать, которая не кормит грудью своего ребенка, — это просто «урод» (см.: Там же/ 27: 38, 400). Во всех этих рассуждениях на передний план выдвигается глубокая ненависть к матерям.

Обложка.
DJVU. Русская литература и психоанализ. Ранкур-Лаферьер Д. Страница 683. Читать онлайн