ПравообладателямРусская литература и психоанализ, Ранкур-Лаферьер Даниэль
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Даниэль Ранкур-Лаферьер djvu   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

Дениэл Ранкур-Лаферьер - современный американский литературовед, русист. В его книгу вошли работы, посвященные самым известным русским писателям: Пушкину, Лермонтову, Гоголю, Достоевскому, Льву Толстому, Солженицыну... Выводы западного ученого, опирающегося в своих исследованиях на методы классического и неклассического психоанализа (М.Кляйн, Д.-В.Винникот, X.Кохут, М.Малер, Дж.Боулби и др.), могут кого-то шокировать и даже возмутить. Но вместе с тем они дают богатую пищу для размышлений, позволяют совершенно по-новому взглянуть на такие хрестоматийные литературные персонажи, как Евгений Онегин, Татьяна Ларина, Пьер Безухов, гоголевские Шпонька и Хома Брут... В том включена и сенсационная биография "Лев Толстой на кушетке психоаналитика", рассказывающая о знаменитом писателе с совершенно неожиданной стороны.

В целом издание дает представление о том, как развивается на Западе психоаналитическое литературоведение. Книга чрезвычайно интересна не только тем, кто изучает различные аспекты сексуальности и эротики, пронизывающих русскую культуру, но и всем, кто хотел бы глубже понять известные художественные произведения.

DJVU. Русская литература и психоанализ. Ранкур-Лаферьер Д.
Страница 659. Читать онлайн

нас от недостатка не говорю уже духовной, но материальной пищи» (Толстого снова не волнует «убийство» детей, которые так и не появятся никогда на свет в результате следования его предписаниям). Рассуждая о детях, писатель, между прочим, вполне определенно признает за людьми и моральное право уклониться от провозглашенного им идеала воздержания, но это — лишь при одном условии: «Только в том случае мог бы христианин без сознания падения, греха вступить в брак (который влечет за собой "плотскую любовь". — P. P.-Л.), если бы он видел и знал, что все существующие жизни детей обеспечены» (Там же: 87; курсив мой. — Д. P.-Л)"'.

При всем нашем благосклонном отношении к содержащемуся в этих словах призыву к альтруизму следует все же признать, что соблюдение данного завета Толстого столь же нереально, как и отказ человечества от сексуальной жизни. Вывод, который напрашивается на основании процитированного выше отрывка, сводится к следующему: вступая в брак, люди не только при иняют вред своим же собственным детям, которые появляются или могли бы появиться на свет вследствие вполне естественных половых отношений между супругами, но и проявляют фактически полное безразличие к судьбам чужих детей, нуждающихся в их помощи. В общем, по Толстому выходит, что уже само существование таких явлений, как брак и секс в нем, неизбежно обрекает детей на злосчастье. Создается впечатление, что идея, будто бы дети — это всего лишь жертвы вступления взрослых в брак и половых отношений между супругами, заслонила от писателя все остальное, что также связано с судьбами детей. Практически то, что формулируется Толстым, является самой что ни на есть «детоубийственной» теорией брака и сексуальности.

В 1889 году, когда писалась и переписывалась «Крейцерова соната», Льву Николаевичу представился случай подумать о том, как крестьянские дети реагируют на сексуальность родителей. Пятнадцатого июня в ero дневнике появляется запись: «Все то же. Те же тщетные попьггки писать. Впрочем, перестаю пьггаться. Заходил к Константину [Зябреву]"'. Он лежит и старается спать на кровати, а жена — на печи. Вот где погибель жизн<и> и где надо помогать» (Там же/50: 9б). Однако, что именно имеет в виду Толстой, говоря о «погибели», не вполне ясно из этих слов. Вполне определенный ответ на этот вопрос мы находим чуть дальше, в той же самой записи от 15 июня, где говорится: «Думал: Дурное отношение детей к родителям не зависит ли от презрения детей к родителям за их чувствен-

Обложка.
DJVU. Русская литература и психоанализ. Ранкур-Лаферьер Д. Страница 659. Читать онлайн