ПравообладателямРусская литература и психоанализ, Ранкур-Лаферьер Даниэль
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Даниэль Ранкур-Лаферьер djvu   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

Дениэл Ранкур-Лаферьер - современный американский литературовед, русист. В его книгу вошли работы, посвященные самым известным русским писателям: Пушкину, Лермонтову, Гоголю, Достоевскому, Льву Толстому, Солженицыну... Выводы западного ученого, опирающегося в своих исследованиях на методы классического и неклассического психоанализа (М.Кляйн, Д.-В.Винникот, X.Кохут, М.Малер, Дж.Боулби и др.), могут кого-то шокировать и даже возмутить. Но вместе с тем они дают богатую пищу для размышлений, позволяют совершенно по-новому взглянуть на такие хрестоматийные литературные персонажи, как Евгений Онегин, Татьяна Ларина, Пьер Безухов, гоголевские Шпонька и Хома Брут... В том включена и сенсационная биография "Лев Толстой на кушетке психоаналитика", рассказывающая о знаменитом писателе с совершенно неожиданной стороны.

В целом издание дает представление о том, как развивается на Западе психоаналитическое литературоведение. Книга чрезвычайно интересна не только тем, кто изучает различные аспекты сексуальности и эротики, пронизывающих русскую культуру, но и всем, кто хотел бы глубже понять известные художественные произведения.

DJVU. Русская литература и психоанализ. Ранкур-Лаферьер Д.
Страница 591. Читать онлайн

вдруг предполагать, что пьггаться вспомнить раннее детство- это примерно то же самое, что пытаться представить себе, будто бы ты снова погружаешься в состояние смерти?

Годами позже, в квазибогословской работе", написанной им в 1905 году, Толстой не столь уж склонен приписывать своей матери сколь-либо большое значение для всей его дальнейшей жизни. Он рассуждает как человек, смотрящий на все со стороны, из какого-то другого мира:

Мне говорят, что я появился несколько лег тому назад из утробы моей матери. Но то, что появилось из утробы моей матери, есть мое тело, — то тело, которое очень много времени не знало и не знает о своем существовании и которое очень скоро, может быть завтра, будет зарыто в землю и сганет землею. То же, что я сознаю своим я, появилось не одновременно с моим телом. Это мое я началось не в утробе матери и не по выходе из нее, когда отрезали пуповину, и не тогда, когда отняли от груди, и не тогда, когда я начал говорить. Я знаю, что это я началось когда-то, и вместе с тем я знаю, что это я всегда было» (Там же/Зб: 407).

Иными словами, с одной стороны, перед нами Толстой, признающий, судя по всему, сколь важным было для него общение с матерью в самый ранний период его жизни, а с другой — Толстой, отрицающий какую бы то ни было значимость для него ero матери. Первая позиция выражает физическое начало, исходящее от матери и ведущее к смерти, вторая, существующая вне зависимости от матери, заключает в себе идею бессмертия или того, что существует еще до рождения и будет существовать после смерти.

Думаю, Толстого вполне можно просппь за подобную несообразную двойственность в суждениях, коль скоро мы примем во внимание, какую ужасную травму должна была нанести ему ранняя кончина матери.

3.2. Толстой допускает неточность

В последний раз Льва Толстого разлучили с матерью в день ее смерти, 4 августа 1830 года (см.: Гусев 1954: 57, 59}'"О. Марии Николаевне, урожденной Волконской, было тогда 39 лег, сыну же ее недоставало до двух лет лишь нескольких недель. В своих незаконченных «Воспоминаниях», написанных в 1903 — 190б годах, Толстой говорит, что не может вспомнить матери, однако живо представляет себе ее духовный образ и довольно пространно описывает свои чувства по отношению к ней. Заимствуя фразеологию у психоаналитика Элвина Фрэнка, мы

591

Обложка.
DJVU. Русская литература и психоанализ. Ранкур-Лаферьер Д. Страница 591. Читать онлайн