ПравообладателямРусская литература и психоанализ, Ранкур-Лаферьер Даниэль
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Даниэль Ранкур-Лаферьер djvu   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

Дениэл Ранкур-Лаферьер - современный американский литературовед, русист. В его книгу вошли работы, посвященные самым известным русским писателям: Пушкину, Лермонтову, Гоголю, Достоевскому, Льву Толстому, Солженицыну... Выводы западного ученого, опирающегося в своих исследованиях на методы классического и неклассического психоанализа (М.Кляйн, Д.-В.Винникот, X.Кохут, М.Малер, Дж.Боулби и др.), могут кого-то шокировать и даже возмутить. Но вместе с тем они дают богатую пищу для размышлений, позволяют совершенно по-новому взглянуть на такие хрестоматийные литературные персонажи, как Евгений Онегин, Татьяна Ларина, Пьер Безухов, гоголевские Шпонька и Хома Брут... В том включена и сенсационная биография "Лев Толстой на кушетке психоаналитика", рассказывающая о знаменитом писателе с совершенно неожиданной стороны.

В целом издание дает представление о том, как развивается на Западе психоаналитическое литературоведение. Книга чрезвычайно интересна не только тем, кто изучает различные аспекты сексуальности и эротики, пронизывающих русскую культуру, но и всем, кто хотел бы глубже понять известные художественные произведения.

DJVU. Русская литература и психоанализ. Ранкур-Лаферьер Д.
Страница 408. Читать онлайн

Так, например, князь относится к мужикам еще снисходительнее, чем к Безухову. Тогда как для Пьера они — «люди так же, как мы», Андрей предпочитает видеть в них существ, которых не следует выводить из «животного состояния», для которых физический труд — простая необходимость, чтобы не утратить «счастье животное». Paw Андрея лечение крестьян ведет к продлению их страданий: мужика хватил удар, ero отходили, но отныне он калека и всем в тягость. Если их порой секут и ссылают в Сибирь, то от этого им нисколько не хуже, ибо рубцы заживают, и крепостные продолжают вести «ту же свою скотскую жизнь».

Вряд ли сыщется человек с более деспотичным образом мыслей, и Пьер, как и следовало ожидать, приходит в ужас («Ах, это ужасно, ужасно!» (Там же 112)). Тем не менее ему приходится признать, что и ero посещали подобные мысли. Но если Андрей утешается тем, что мужик ниже ero по положению, то Безухова такие размышленья подавляют: . На меня находили такие же минуты, это недавно было, в Москве и дорогой, но тогда я опускаюсь до такой степени, что я не живу, все мне гадко, главное, я сам. Тогда я не ем, не умываюсь <...>» (Там же). Эти слова — не только еще одно подтверждение того, как нарциссически Пьер связан с мужиками (ero подлинная самость — «я сам» — становится ненавистной ему), но и свидетельство того, что он идентифицируется с ними или путает себя с ними. При мысли об их страданиях он впадает в депрессивное состояние. При осознании их униженного положения он и с~я опускается. По теории Х. Кохута, для Пьера русский крестьянин действительно является самообъектом.

Итак, между филантропом Безуховым и проникнутым аристократическим духом Андреем есть нечто общее, хотя и ведущее к различным результатам. Своим презрением к мужику князь Болконский возвеличивает самость или подкрепляет принадлежность к благородному сословию. Пренебрежительное же отношение Пьера к мужику порождает в нашем герое депрессивное самопрезрение и реактивное филантропическое побуждение. Объединяющим в обоих случаях является то, что самости и Андрея, и Пьера лучше, чем самость мужика, то есть сама самость здесь — суть вопроса. Поведенческие модели (филантропия, скрьггое руководство) уходят корнями в то же самое, подспудно лежащее нарциссическое беспокойство. Филантропия (Пьера) и скрьггое руководство (Андрея и Пьера) — две стороны одной и той же нарциссической медали'"'.

Обложка.
DJVU. Русская литература и психоанализ. Ранкур-Лаферьер Д. Страница 408. Читать онлайн