ПравообладателямРусская литература и психоанализ, Ранкур-Лаферьер Даниэль
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Даниэль Ранкур-Лаферьер djvu   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

Дениэл Ранкур-Лаферьер - современный американский литературовед, русист. В его книгу вошли работы, посвященные самым известным русским писателям: Пушкину, Лермонтову, Гоголю, Достоевскому, Льву Толстому, Солженицыну... Выводы западного ученого, опирающегося в своих исследованиях на методы классического и неклассического психоанализа (М.Кляйн, Д.-В.Винникот, X.Кохут, М.Малер, Дж.Боулби и др.), могут кого-то шокировать и даже возмутить. Но вместе с тем они дают богатую пищу для размышлений, позволяют совершенно по-новому взглянуть на такие хрестоматийные литературные персонажи, как Евгений Онегин, Татьяна Ларина, Пьер Безухов, гоголевские Шпонька и Хома Брут... В том включена и сенсационная биография "Лев Толстой на кушетке психоаналитика", рассказывающая о знаменитом писателе с совершенно неожиданной стороны.

В целом издание дает представление о том, как развивается на Западе психоаналитическое литературоведение. Книга чрезвычайно интересна не только тем, кто изучает различные аспекты сексуальности и эротики, пронизывающих русскую культуру, но и всем, кто хотел бы глубже понять известные художественные произведения.

DJVU. Русская литература и психоанализ. Ранкур-Лаферьер Д.
Страница 400. Читать онлайн

бенком из тех, о ком он так заботится. Более того, если ему и известна такая мать, будет неверным полагать, будто ero знакомство с ней побудило его великодушно избавичь «ребятниц- крестьянок» от барщины. Быть может, он и знал такую женщину в собственном далеком прошлом, то есть в грудном возрасте, когда ero кормила «нянюшка», как позже назовут ее. Возможно, Пьер даже понимал, что она чересчур много работает и потому не может уделять ему достаточно внимания. Но это лишь предположение. То новое, что Безухов пробует ввести, по большей части взялось бог весть откуда. Толстой не утруждает себя разъяснением начинаний своего героя. Следовательно, их нужно рассматривать как обобщение, являющееся выражением принадлежности Пьера к петербургским «братьям» или средством достижения им совершенства.

Весной 1807 года граф возвращается в Петербург. Чудесная погода, живописная местность. По дороге он объезжает свои имения, чтобы посмотреть, в какой степени были реализованы его благие порывы.

Внешне — все вроде бы прекрасно. Ero везде привечают. В одном месте мужики, поднесшие ему хлеб-соль, а также образ Петра и Павла~, сказали, что в знак благодарности Пьеру они воздвигнут за свой счет новый придел в церкви Петра и Павла. В другом поместье ero встретили женщины с грудными детьми, благодарящие его за избавление от тяжелых работ. В третьем имении ему навстречу вышел священник с крестом и в окружении детей, которых он обучал грамоте и наставлял в религии. Во всех поместьях Безухов видит воздвигавшиеся и уже воздвигнутые каменные здания больниц, школ, богаделен. Все его благодарят.

Пьер тронут. Он пишет восторженные письма своему «наставнику-брату», великому мастеру, в столицу. Он удивляется тому, как легко делать добро.

Но он также смущен (да и следовало ли ожидать иного от Пьера?). Повествователь указывает: «Эта благодарность напоминала ему, насколько еще больше он бы был в состоянии сделать для этих простых, добрых .людей» (Там же: 10б). Итак, несмотря на доставляющие ему нарциссическое удовольствие крестьянские благодарения, ero по-прежнему что-то тяготит. Ему кажется, что он дает мало «народу, который вверен ему Богом» (Там же: 105).

Однако не Бог вверил Пьеру этих крестьян, а ero батюшка в начале романа. Здесь Толстой вновь проводит скрытую аналогию между отцом и Богом.

Обложка.
DJVU. Русская литература и психоанализ. Ранкур-Лаферьер Д. Страница 400. Читать онлайн