ПравообладателямРусская литература и психоанализ, Ранкур-Лаферьер Даниэль
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Даниэль Ранкур-Лаферьер djvu   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

Дениэл Ранкур-Лаферьер - современный американский литературовед, русист. В его книгу вошли работы, посвященные самым известным русским писателям: Пушкину, Лермонтову, Гоголю, Достоевскому, Льву Толстому, Солженицыну... Выводы западного ученого, опирающегося в своих исследованиях на методы классического и неклассического психоанализа (М.Кляйн, Д.-В.Винникот, X.Кохут, М.Малер, Дж.Боулби и др.), могут кого-то шокировать и даже возмутить. Но вместе с тем они дают богатую пищу для размышлений, позволяют совершенно по-новому взглянуть на такие хрестоматийные литературные персонажи, как Евгений Онегин, Татьяна Ларина, Пьер Безухов, гоголевские Шпонька и Хома Брут... В том включена и сенсационная биография "Лев Толстой на кушетке психоаналитика", рассказывающая о знаменитом писателе с совершенно неожиданной стороны.

В целом издание дает представление о том, как развивается на Западе психоаналитическое литературоведение. Книга чрезвычайно интересна не только тем, кто изучает различные аспекты сексуальности и эротики, пронизывающих русскую культуру, но и всем, кто хотел бы глубже понять известные художественные произведения.

DJVU. Русская литература и психоанализ. Ранкур-Лаферьер Д.
Страница 325. Читать онлайн

щих им навстречу каких-то людей с ведрами, затем в одной из комнат его взор натыкается на пустую ванну и пролитую на ковер воду (батюшка, очевидно, недавно мылся; пожалуй, шестой удар с ним случился в результате расстройства кишечника). Во время соборования Пьер видит, как князь Василий и одна из княжон направились в глубь спальни и скрылись «в заднюю дверь» (см. также: Rancour-Laferriere 1982а: 67).

Толстой, конечно, не Гоголь, а Пьер — не Акакий Акакиевич (поднимающийся к Петровичу по зловонной задней лестнице), но в сцене у ложа умирающего есть слабый намек на идущую в задних комнатах непристойную борьбу за обладание богатством, которое достанется пока неизвестно кому.

После кончины старого графа Пьер официально признается его законным сыном и становится одним из богатейших людей России. Совсем неплохо с точки зрения материального достатка. Лучше уж поздно, чем никогда. Но, приобретя в конечном итоге имя и состояние, Пьер навсегда теряет отца. Ему никогда больше не говорить с батюшкой, разве что в воображении. Отношения отца и сына кончились ошеломляющим человеколюбивым жестом, актом любви, где Пьер выступает в качестве пассивной, воспринимающей, стороны. Этот жест — последняя воля отца и его завещание — освобождает нарциссическую натуру Пьера от постоянного чувства ущербности, которое довлело над ним перед самой кончиной батюшки (вообразите, как был бы обижен Пьер, если бы ничего не унаследовал и остался «batard», представьте, как резко могли бы измениться сюжет и философия «Войны и мира», см. также: Громов 1977: 20; Troubetzkoy 198б: б4).

«Нарциссический ресурс» (термин из аппарата психоанализа), полученный Пьером, включает не только запоздалый акт любви со стороны отца, но и всевозможные последствия этого акта: восхищение тех, кто предпочел бы приобрести от знакомства с новоявленным нуворишем материальную выгоду: «Все эти разнообразные лица — деловые, родственники, знакомые- все были одинаково хорошо, ласково расположены к молодому наследнику <...»> (Толстой 1928 — 1958~9: 244). Их благорасположенность к Пьеру совпала, кроме того, с его завышенным мнением о себе: «<...> он искренно начинал верить своей необыкновенной доброте и своему необыкновенному уму, тем более что и всегда, в глубине души, ему казалось, что он действительно очень добр и очень умен» (Там же). Пьер готов ко всеобщему обожанию. Его потребность в нарциссическом подкреплении столь велика, что он не может нс верить в искренность

325

Обложка.
DJVU. Русская литература и психоанализ. Ранкур-Лаферьер Д. Страница 325. Читать онлайн