ПравообладателямРусская литература и психоанализ, Ранкур-Лаферьер Даниэль
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Даниэль Ранкур-Лаферьер djvu   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

Дениэл Ранкур-Лаферьер - современный американский литературовед, русист. В его книгу вошли работы, посвященные самым известным русским писателям: Пушкину, Лермонтову, Гоголю, Достоевскому, Льву Толстому, Солженицыну... Выводы западного ученого, опирающегося в своих исследованиях на методы классического и неклассического психоанализа (М.Кляйн, Д.-В.Винникот, X.Кохут, М.Малер, Дж.Боулби и др.), могут кого-то шокировать и даже возмутить. Но вместе с тем они дают богатую пищу для размышлений, позволяют совершенно по-новому взглянуть на такие хрестоматийные литературные персонажи, как Евгений Онегин, Татьяна Ларина, Пьер Безухов, гоголевские Шпонька и Хома Брут... В том включена и сенсационная биография "Лев Толстой на кушетке психоаналитика", рассказывающая о знаменитом писателе с совершенно неожиданной стороны.

В целом издание дает представление о том, как развивается на Западе психоаналитическое литературоведение. Книга чрезвычайно интересна не только тем, кто изучает различные аспекты сексуальности и эротики, пронизывающих русскую культуру, но и всем, кто хотел бы глубже понять известные художественные произведения.

DJVU. Русская литература и психоанализ. Ранкур-Лаферьер Д.
Страница 281. Читать онлайн

ской образ, Дурова пьггается уничтожить свою идентификацию с обижавшей ее матерью и обрести идентификацию с тем из родителей, кто обращался с ней хорошо, кто, по существу, заменил ей мать'. Тот факт, что отец не слишком хорошо обращался с матерью Дуровой (или что мужчины в России в большинстве своем плохо обращаются с женщинами), психологически вторичен. Дурова была счастлива присоединиться к полу, который притеснял женщин, не nom~y, собственно, что мужчины притесняют женщин (Дурова не могла обидеть и мухи) и не nomad, что женщины притесняемы мужчинами (Дурова могла выносить и сильную боль, и несправедливость во время военной службы). Скорее, она, как считает Зирин, стремилась к тому, чтобы стать «доблестным мужчиной» (см.: Zirin 1988: XVI) в силу своего необычного детского опыта отношений с родителями.

Хотя многие читатели, вслед за мемуаристкой, убеждены, что для счастья ей необходимо было стать мужчиной, следует помнить, что такое убеждение несколько необычно в любом культурном контексте. Трансвеститское решение Дуровой архаичной доэдиповой проблемы было нетипичным в России, если не сказать больше. Подавляющее большинство русских женщин не отворачивается от своих матерей в сторону отцов настолько, чтобы решиться носить мужскую одежду и жить жизнью другого пола.

Когда Дурова попробовала сама стать женой и матерью, из этого ничего хорошего не вышло. Видимо, наша героиня была не более расположена к материнству, чем ее мать (еще один знак глубокой идентификации с женщиной, перед тем как порвать со своим полом). B 180б году она оставила мужа и трехлетнего сына Ивана. Все это, как замечает Зирин, было скрыто Дуровой от читателей ее записок:

По невыясненным причинам — соображениям ли цензуры, понимания ли того, что русская публика не воспримет с симпатией историю сбежавшей жены и матери, из личного нежелания или неспособности описывать зти годы — Дурова изображает себя шестнадцатилетней девушкой, присоединившейся к армии, и тшательно вымарывает из текста семь лет своей жизни (Zirin 1994: 165).

Конечно, среди причин «личного нежелания или неспособности» первостепенной была патологическая взаимосвязь с матерью. Как замечает Мелани Кляйн, «позиция матери по отношению к ребенку во многом отражает ее чувства к собственной матери, когда она сама была еще в нежном возрасте» (Klein 1977: 322).

281

Обложка.
DJVU. Русская литература и психоанализ. Ранкур-Лаферьер Д. Страница 281. Читать онлайн