ПравообладателямРусская литература и психоанализ, Ранкур-Лаферьер Даниэль
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Даниэль Ранкур-Лаферьер djvu   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

Дениэл Ранкур-Лаферьер - современный американский литературовед, русист. В его книгу вошли работы, посвященные самым известным русским писателям: Пушкину, Лермонтову, Гоголю, Достоевскому, Льву Толстому, Солженицыну... Выводы западного ученого, опирающегося в своих исследованиях на методы классического и неклассического психоанализа (М.Кляйн, Д.-В.Винникот, X.Кохут, М.Малер, Дж.Боулби и др.), могут кого-то шокировать и даже возмутить. Но вместе с тем они дают богатую пищу для размышлений, позволяют совершенно по-новому взглянуть на такие хрестоматийные литературные персонажи, как Евгений Онегин, Татьяна Ларина, Пьер Безухов, гоголевские Шпонька и Хома Брут... В том включена и сенсационная биография "Лев Толстой на кушетке психоаналитика", рассказывающая о знаменитом писателе с совершенно неожиданной стороны.

В целом издание дает представление о том, как развивается на Западе психоаналитическое литературоведение. Книга чрезвычайно интересна не только тем, кто изучает различные аспекты сексуальности и эротики, пронизывающих русскую культуру, но и всем, кто хотел бы глубже понять известные художественные произведения.

DJVU. Русская литература и психоанализ. Ранкур-Лаферьер Д.
Страница 24. Читать онлайн

- Гм! На шее монисто! хе! хе! хе! — И дьяк снова прошелся по комнате, потирая руки.

- А это что у вас, несравненная Солоха?.. — Неизвестно, к чему бы теперь притронулся дьяк своими длинными пальцами <...> (Гоголь 1937- 1952/1: 217 — 218; курсив мой. — Д. P.-Л ).

Между прочим, этот эротический эпизод — один из нескольких примеров, рассматриваемых в статье Шкловского (см.: Шкловский 1919а: 110). P.Õ. Стейси замечает: «В русской критике редко касаются эротических и сексуальных сцен. Шкловский же обычно не манкирует этим» (Stacy 1974: 1б7). К такого рода тематике Виктор Борисович вновь обратился в «Повестях о прозе» и «Художественной прозе» (см.: Шкловский 19бб/ 1: 14; Шкловский 1959: 22). Необходимо особо отметить следующее: он утверждал, что «эротический объект» представлен в приведенном отрывке как нечто, увиденное в первый раз. Эта новизна особенно подчеркивается тем, что Гоголь употребил слово «неизвестно». Но Николай Васильевич не преподносит нам ничего неведомого, и это естественно. Комплекс семантического материала, обозначенный словом «неизвестно», на самом деле прекрасно известен, то есть это воображаемая эрогенная зона на теле Солохи, зона, явное упоминание о которой неприемлемо в тексте Гоголя, зона, с которой в воображении маленького ребенка уже связаны всякого рода фантазии и тревоги. В восприятии читателя «эротический объект» и впрямь остранен, однако, уподобясь Потебне, каждый из нас может заявить: «Я это знаю» (см.: Потебня 1905: 70).

XII. Порой художник слова и сам недвусмысленно упоминает о парадоксе «знакомое/чужое». К примеру, во втором томе «Мертвых душ» Гоголь описывает женщину, чьи магические чары действовали так, что даже совершенно незнакомый с ней человек чувствовал, будто он уже где-то встречался с нею:

<...> с первых минут разговора ему уже казалось, что где-то и когдато он знал ее и как бы эти самые черты ее ему где-то уже виделись, что случилось это во дни какого-то незапамятного младенчества, в каком-то родном доме, веселым вечером при радостных играх детской толпы, и надолго после того становился ему скучным разумный возраст человека (Гоголь 1937 — 1952/7: 14б).

В «Невском проспекте» данный парадокс предстает перед

нами уже в виде явного оксюморона:

<...> глаза ero [Пискарева] без всякого участия, без всякой жизни глядели в окно, обращенное в двор, где грязный водовоз лил воду, мерзнув-

Обложка.
DJVU. Русская литература и психоанализ. Ранкур-Лаферьер Д. Страница 24. Читать онлайн