Глава 2. Голос социальной обусловленности.


...

Лучшее из возможного.

Взрослея, мы все чаще сосредоточиваемся на ошибках, а не достоинствах того, как воспитали нас родители. Мы видим ограниченность и недальновидность их поступков. Конечно, благодаря полученным в процессе воспитания познаниям, наши родители, появись у них второй шанс, действовали бы, скорее всего, совсем иначе. Но в свое время они старались добиться лучшего, исходя из доступных возможностей и знаний.

Это не значит, что все было неправильно. Но мы начинаем подвергать сомнению их правоту, и это показывает, что мы поднимаемся над усвоенными в детстве условностями и оцениваем прошлое с более рациональной, взрослой точки зрения. Намного хуже было бы бездумно считать решения своих родителей лучшими из возможных вариантов. Да, вполне вероятно, это было лучшее, что они могли тогда придумать, но в ретроспективе мы часто понимаем, что решение оказалось далеко не самым идеальным. Смириться с такими мыслями нелегко, так как большинство из нас беззаветно любит своих родителей (и отчаянно ненавидит в те моменты, когда они сильны и не поддаются нашему контролю).

Взросление — это физическое и эмоциональное отдаление от родителей.

По оценкам нашего друга-психотерапевта, подавляющее большинство проблем его пациентов связано с ошибками воспитания. В то же время он признает, что к этим ошибкам приводят самые благие намерения. Иногда он в шутку отмечает, что зарабатывает на жизнь, разыгрывая роль «хорошего папочки».

Многие считают, что родители чем-то испортили им жизнь. Чаще всего так и есть. Ничего с этим не поделаешь. Немало жизненных трагедий сводится к тому, что человек всю оставшуюся жизнь ищет «приемных родителей», которые дадут ему все то, чего он не дождался от настоящих.

Генетический голос заставляет нас рожать детей, а детям приходится учиться общественной жизни. Они делают это единственным доступным способом — подражают окружающим. Это удается им чудесно, но дети не очень разборчивы. Взрослые намного превышают их размерами. Взрослые хорошо ходят и говорят, едят и пьют, а потому дети полагают, что взрослые вообще все делают хорошо. Они уже живут в той сказочной стране взрослости, куда так хотят попасть дети. Там можно ложиться спать, когда захочется, и есть сколько угодно шоколада.

Дети не обращают внимания на тонкости характера родителей. Возраст, размеры и забота — вот все, что нужно ребенку от первых образцов для подражания. Подрастая, дети начинают все больше понимать, но первичное моделирование остается самым мощным, так как служит основой любого другого. Чем младше ребенок, тем податливее и впечатлительнее его характер. Он похож на сырую глину, и все же определенные черты есть у детей с самого рождения. Мы взрослеем, глина подсыхает, на ней все труднее оставить отпечаток. Позже мы сами решаем, кто имеет право это сделать.

Психология bookap

В годы формирования характера центром вселенной для ребенка остаются родители или те, кто их заменяют. Они кормят его, одевают и купают, холят и лелеют. Дети стараются угодить им, чтобы о них продолжали заботиться. Подражание — самая неприкрытая форма лести. Что же странного в том, что мы пытаемся воспроизводить поведение своих родителей? И если эти богоподобные фигуры утверждают, будто ты глупый мальчишка или плохая девчонка, то стоит ли удивляться тому, что мы впитываем эти сведения и выстраиваем на них свои представления о себе?

Парадокс моделирования себя по образцу родителей заключается в том, что мы редко подражаем всей совокупности их черт. Родители склонны спорить на людях и любить друг друга наедине. Если мы видим только публичные проявления их отношений, то и подражать будем лишь тому, что видим. Кроме того, мы чаще подражаем их поступкам, а не словам. Умение воспринимать невербальные сигналы относится к тем редким способностям, которые ослабевают с возрастом. Научившись говорить, мы начинаем придавать все больше важности словам, но любой малыш прекрасно понимает, что истина передается поступками, интонациями и модуляциями голоса.