ПОЧЕМУ ПЕРЕВОД?

Последний, решающий шаг в последовательности предложенной Ласки - шестой шаг перевода - ставит два вопроса: зачем переводить ответы и почему перевод зачастую бывает так сложен? Во-первых, следует несколько более подробно охарактеризовать подобные "ответы". Они фактически являются своим получателям в метафорической или символической форме, - в той образной системе, которая понятна и имеет значение только для посвященных. Во-вторых, очень редко воспринятый ответ несет хоть какие-то черты сходства с объемом знаний и с той сферой, в которой проводился поиск. Хотя ответ должен быть связан именно с этим полем знаний и переведен именно в структуру его понятий. Иногда ответ приходит как нахлынувшая волна, похожая на духовное откровение, содержание которого следует холить и лелеять и лестью и обманом склонять к некоему способу вербального выражения. Опыт Сегал внес некоторые изменения в её мозг, и её перевод был затянувшейся попыткой подстроиться под эти перемены, открыть их смысл, а не попытками вернуться к предшествовавшему мировосприятию.

Перевод и необходим и одновременно очень сложен, поскольку ответ прерывается усилием, из которого возник вопрос. Ответ никогда не состоит из материалов, собранных при поиске ответа, и в период созревания никогда не появляется новый синтез существующего знания. Скорее, поиск может породить нечто совершенно новое. Сравнение Гоулда с "кирпичом и известкой" в товарном вагоне сознания на самом деле не очень точно, потому что полученный им ответ лежал за пределами знания в той области. И хотя его ответ в конечном счете можно было передать только с помощью имевшихся "кирпичей и известки", произошло нечто совершенно новое. Кватернионы были реальной возможностью в математике до Гамильтона, и шестиугольники существовали в химических структурах до Кекуле, но природных лазеров и в помине нет, даже после открытия Гоулда. Потому что нечто, не существовавшее до его "Эврики!", лишь после начало свое существование или, скорее, обрело такую возможность, но только при условии сооружения соответствующего электронного оборудования. Ту же оценку можно дать открытиям Гамильтона или Кекуле, хотя такая возможность не учитывается ограниченной условностями академической мыслью и может глубоко противоречить рациональному сознанию человека. Временами между открытием и созданием нельзя провести разделительную черту. То событие, которое выглядит как открытие, одновременно может быть и актом созидания. Так почему же тогда, если собранные материалы не имеют отношения к данному ответу, так необходимо совершать этот долгий путь? Иисус советует нам "стучать, и дверь откроется". Если не открывается, следует стучать более настойчиво, часто очень подолгу. Продолжайте колотить, настаивает он, и, в конце концов, независимо от сути дела, произойдет откровение. Гордон Гоулд, в отличие от Кекуле и, определенно, Гамильтона, не стучал в дверь осознанно. В его случае просветление пришло внезапно, средь бела дня - как и в случае с Сюзанн Сегал. Но, как и в истории Сегал, удар грома у Гоулда случился в результате собирания резонирующих возможностей. Резонанс был невероятно тонким, а существование надстройки было неизвестно тому, кому она предназначалась до момента её завершения. Но при наличии всех условий, разум поля действия прорывается к интеллекту родственного характера. (Вариант развития событий лежит за феноменом саванта.) Помните о том, что материя это совокупность частот, нейроны тоже совокупность частот, а нервные области резонируют с полями частот. Подобное притягивает подобное.

Те, кто, как Гоулд и Кекуле, получают ответы подобным образом, свидетельствуют о том, что ответы пришли к ним не изнутри, а извне, совершено неожиданно, и застали их врасплох в момент прорыва. Ответ приходит через работу нервной системы мозга, но не идет от нее. Вот почему сознание должно быть очищенным, чтобы предоставить ответу возможность придти, и вот почему схема должна быть в состоянии готовности к принятию ответа. Условия для готовности создаются длительным собиранием материалов.

Психология bookap

Данное исследование показывает, что мозг гораздо гибче, чем человек представляет себе. Он может изменяться в соответствии со стимулами, поступающими из окружающей среды. С риском придать элемент обыденности и незначительности удивительному процессу вдохновения, представьте себе, что первоначальная постановка вопроса, первая стадия процесса Ласки, побуждающая к поиску материалов, идет от стремления к новизне, от импульса соединения работы левого полушария с лобными долями мозга. Затем этот цикл "загорается" энтузиазмом правого полушария, связанного с эмоционально-лимбическим мозгом, который сам является связующим соединением сердца. Через лобный нервный узел лобные доли связываются с лимбической частью и сердцем, как и с неокортексом. Электромагнитное поле сердца связано голографической системой со всеми полями потенциальности и черпает из них материал, образуя корпус общего знания. Когда на пятой стадии формируется ответ, эта энергия следует тем же нервным путем, по которому уже прошли вопрос, находившийся тогда в зачаточном состоянии, и поиск. Целостное правое полушарие не может снабжать левое материалом в том отточенном, цифровом, линеарном стиле, который присущ левому полушарию. Оно только делится тем единым целостным знанием, с помощью которого правое полушарие функционирует. Так что, когда масса достигает своей критической точки, в правое полушарие непроизвольно поступает ответ и переворачивает корпус калоссум к левому полушарию. Буквально происходит переход энергии от творческих усилий к работе аналитических структур мозга. Все знание сосредотачивается на процессе работы левого полушария в виде вспышки молнии - метафорической или символической формы.

Корпус каллоссум может завершить этот цикл только при бездействии левого полушария, когда аналитические и критические процессы сознания приостановлены, так как нельзя одновременно воспринимать образ в целом и аналитически разбирать его на составляющие. После получения ответа, наш способ толкования приступает к разложению на элементы и анализу непостижимого всеобщего, для получения осязаемого варианта. Заметим, что подлинная природа появления ответа до сих пор не получила объяснения, осталась загадкой, как и опыт с савантом. Можно сказать, что ответ формируется внутри иерархии полей, в которую помещено поле нашего сердца.