ПравообладателямТворчество и судьба историка: Борис Александрович Романов, Панеях Виктор
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Панеях Виктор Моисеевич djvu   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

В книге освещен жизненный и творческий путь выдающегося историка Б. А. Романова (1889—1957). Получив профессиональное образование в дореволюционном Петербургском университете как специалист по истории древней Руси, Б. А. Романов после Октябрьской революции стал активно разрабатывать проблемы внешней и внутренней политики России конца XIX—начала XX в. Он оставил глубокий след в историографии. Его перу принадлежит монография «Россия в Маньчжурии» (1928), «Люди и нравы древней Руси» (1947), «Очерки дипломатической истории русско-японской войны» (1947, 1955), комментарии к «Правде Русской» (1940, 1947). «Судебнику 1550 г.» (1952), ряд статей и публикаций источников. Работы Б. А. Романова основываются на блестящей источниковедческой технике, отличаются новаторством, отточенным литературным стилем, парадоксальностью, оригинальностью. Он опережал свое время, в котором ему приходилось жить и творить (20—50-е годы), — время идеологического гнета, принудительного единомыслия, проработок и репрессий. Б. А. Романов разделил участь многих представителей петербургской исторической школы, был репрессирован в 1930 г. по так называемому Академическому делу 1929—1931 гг., отбывал срок заключения на строительстве Беломоро-Балтийского канала, подвергался высылке на 101-й км, гонениям и проработкам, он постоянно ощущал себя аутсайдером советской исторической науки. Б. А. Романов в период недолгого преподавания в Ленинградском универ-ситете (1944—1953 гг.) создал свою школу, воспитал замечательных историков.

DJVU. Творчество и судьба историка: Борис Александрович Романов. Панеях В. М.
Страница 422. Читать онлайн

Разумеется, парадоксальная квалификация А. Л. Сидоровым работ Б. А. Романова как опирающихся на марксистско-ленинскую методологию, противоречила его же отзыву 1937 г. о рукописи «Очерков дипломатической истории руссКо-японской войны», содержавшему ее характеристику как антимарксистского и антиленинского исследования. Равным образом восторженная оценка в мемориальном докладе монографии «Россия в Маньчжурии» не соответствовала заявлению, содержавшемуся в том же отзыве, согласно которому эта книга всего только менее вредна, чем рецензируемый труд. Но А. Л. Сидоров за 20 лет, как видно, пересмотрел свои представления то ли о марксистско-ленинской методологии, то ли о трудах Б. А. Романова. Впрочем, так или иначе, но демонстративное признание одним из ответственнейших руководителей «исторического фронта» работ покойного историка, в которых исследовалась такая животрепещущая проблема, как дальневосточная политика самодержавия, в качестве марксистско-ленинских, устраняло восходящие еще к 1949 r. обвинения в буржуазном объективизме и антипатриотизме.

Несомненно той же целью, но применительно к книге «Люди и нравы древней Руси», руководствовался Д. С. Лихачев, выступивший с докладом об этой работе Б. А. Романова. Он обратил внимание на то, что «обрисовка тяжелых сторон жизни древней Руси вызвала больше всего возражений тех лиц, которые примитивно понимали патриотизм историка лишь как долг восхваления и идеализации прошлого своей родины». Такому политизированному взгляду докладчик противопоставил свое понимание патриотизма и рассмотрел книгу «Люди и нравы древней Руси» именно в этом контексте: «...разве могли мы сомневаться в том, что наряду со светлыми сторонами жизни в древней Руси были и стороны темные? Разве могли мы забывать, что в непосредственном соседстве с великолепными храмами их подлинные творцы ютились в жилищах полуземляночного типа? Признание высокой культуры Киевской Руси отнюдь не требует от нас идеализации ее социальной жизни, которую главным образом и изучает Б. А. Романов, показывая нам жесточайшую эксплуатацию смердов и холопов, их трудное жизненное положение, их бесправие. Б. А. Романов показал высоту древнерусской культуры через сложность социальных отношений того времени, через демонстрацию процесса классообразования, свидетельствующего об определенной стадиальной высоте русской культуры, через показ отнюдь не примитивной, а, напротив, сложной умственной жизни того времени, не за-

419

Обложка.
DJVU. Творчество и судьба историка: Борис Александрович Романов. Панеях В. М. Страница 422. Читать онлайн