ПравообладателямТворчество и судьба историка: Борис Александрович Романов, Панеях Виктор
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Панеях Виктор Моисеевич djvu   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

В книге освещен жизненный и творческий путь выдающегося историка Б. А. Романова (1889—1957). Получив профессиональное образование в дореволюционном Петербургском университете как специалист по истории древней Руси, Б. А. Романов после Октябрьской революции стал активно разрабатывать проблемы внешней и внутренней политики России конца XIX—начала XX в. Он оставил глубокий след в историографии. Его перу принадлежит монография «Россия в Маньчжурии» (1928), «Люди и нравы древней Руси» (1947), «Очерки дипломатической истории русско-японской войны» (1947, 1955), комментарии к «Правде Русской» (1940, 1947). «Судебнику 1550 г.» (1952), ряд статей и публикаций источников. Работы Б. А. Романова основываются на блестящей источниковедческой технике, отличаются новаторством, отточенным литературным стилем, парадоксальностью, оригинальностью. Он опережал свое время, в котором ему приходилось жить и творить (20—50-е годы), — время идеологического гнета, принудительного единомыслия, проработок и репрессий. Б. А. Романов разделил участь многих представителей петербургской исторической школы, был репрессирован в 1930 г. по так называемому Академическому делу 1929—1931 гг., отбывал срок заключения на строительстве Беломоро-Балтийского канала, подвергался высылке на 101-й км, гонениям и проработкам, он постоянно ощущал себя аутсайдером советской исторической науки. Б. А. Романов в период недолгого преподавания в Ленинградском универ-ситете (1944—1953 гг.) создал свою школу, воспитал замечательных историков.

DJVU. Творчество и судьба историка: Борис Александрович Романов. Панеях В. М.
Страница 411. Читать онлайн

выпускал венгерское своего разлива с маркой: „нуллум винум низи хунгарикум!". Здесь эпиграфом подразумевается: „ни единой книжки, кроме этого учебника! "» (Е. Н. Куше вой. 26 февраля 1955 r.).

Представляют интерес достаточно определенные, хотя и фрагментарные, отклики Б. А. Романова на появлявшиеся в исторических журналах рецензии. Так, сетуя на то, что в них «давным давно забыли беседовать» о сугубо профессиональных проблемах, он отмечал: «...точно историк просто садится на стул и пишет (один с недостатками, а наряду и с достоинствами, а другие — с достоинствами, а наряду и с недостатками, точно заводные куклы, не нюхавшие, что такое «творчество»). Вообще наши рецензии сбиваются на приговоры народных судов без присяжных заседателей» (Е. Н. Кушевой. 24 января 1956 r.). Резко отозвался Б. А. Романов, в частности, о рецензии В. В. Мавродина, А. В. Предтеченского, С. Л. Пештича и Н. М. Волынкина на очередной том «Очерков истории СССР», посвященный первой четверти XVIII в.: «Это <...> смехотворное прелзтриятие — писать рецензии первобытной большой семьей (если не родом!). Какое мне дело до того, что именно думает Волынкин о том, правильно или неправильно теоретизирует кто-то из авторов очерков о том, когда именно начался капитализм в России, или до того, инакомыслит по подобному вопросу <...> Предтеченский или не инакомыслит. Очень рад, что эта публика не стала рыться в Вашей статье и не стала между собой дискутировать о том, правильно ли Вы высказываетесь или, с другой стороны, ошибаетесь» (Е. Н. Кушевой. 12 апреля 1955 г.). Такой «погоне за дешевой славой и легким рублем» Б. А. Романов противопоставил «стиль, которого держался в своих рецензиях покойный А. E. Пресняков — они были поразительно чутки к тому, что как раз интересовало и чем болел автор рецензируемой работы (не говоря уже о тех, в которых сам А. Е. был специалистом)» (Е. Н. Кушевой.

13 января 1954 r.).

Из цитированных вьппе высказываний Б. А. Романова видно, сколь велика была ero склонность обсуждать сугубо профессиональные проблемы, особенно те, которые касались «ремесла» историка, При этом он до самой кончины не утратил интереса к работе, к ее профессиональным аспектам, к поискам новых приемов исследования, к рефлексии, предметом которой был «рабочий механизм» историка. Б. А. Романов не уставал повторять, что в результате занятий новыми проблемами, анализа новых для него источников он «многому научился» даже «на старости лет». Ero увлекало возник-

408

Обложка.
DJVU. Творчество и судьба историка: Борис Александрович Романов. Панеях В. М. Страница 411. Читать онлайн